Темно, но не отчаивайся, жди

Глава 5. Небольшое отступление. Продолжение.

1 Августа

Этой ночью мне снился кошмар. Мне редко снятся обычные сны, а уж кошмары ещё реже. Этот кошмар был не такой как раньше, он, казалось, был реальным, словно это уже было, а я не помню. Во сне, кажется, я был очень маленьким и у меня были добрые родители, которых я видел как силуэты приятных оранжево-красных цветов, мы жили хорошо, насколько я могу судить, счастливо, пока не пришел какой-то грязно-голубого, если не серого, цвета силуэт старика. Родители после этого сразу стали беспокойными, раздражительными и, что самое странное, пугливыми. Он разрушил наш покой, нашу семейную идиллию, так я думал и продолжаю так думать до сих пор, по-крайней мере во сне. Через несколько часов кто-то странный пришел в наш дом. Папа кричал, мама плакала, а я ничего не понимал, и от этого становилось еще страшнее. Когда крики папы прекратились, мама стала плакать еще отчаяннее. Этот человек, насколько я могу судить, дошел до комнаты, где мы с мамой были, он говорил, чтобы мама ушла по-хорошему, потому что держит свое слово, но она отказалась и он стал злиться еще больше, поэтому, как только его терпение закончилось, он, бордово-красный силуэт, послал в мою маму какое-то заклинание, от которого она упала на пол рядом с моей кроваткой и начала быстро тускнеть. После такого мне хотелось заплакать, но из-за моих проблем с глазами, не мог, но так хотелось. Данный силуэт направил на меня свою палочку, серебристого цвета, и попытался послать в меня тоже заклятие что и в маму, но эта зелёная вспышка отразилась от какого-то сероватого купола, который был вокруг моей кроватки со времени прихода того старика, серого или грязно-голубого цвета силуэта, и направилась к своему "создателю" с удвоенной после отражения силой. После столкновения явно не ожидавший и поэтому вовремя не среагировавший силуэт обратился пеплом, наверное, я не знаю точно, так как я его уже не видел. Теперь плакать мне хотелось еще больше, ведь не осталось никого, а это страшно, ведь они были единственные, кто так хорошо обо мне заботился, но я не мог плакать, поэтому только кричал так отчаянно впервые и, я надеюсь, в последний раз в жизни. На этом страшном моменте мой кошмар сменился привычной успокаивающей меня тьмой, мое истерзанное сегодняшним днем сознание просто уснуло, не получая любую информацию из внешнего мира и блокируя поток моих странных мыслей, вызванных этим сном. Во тьме мне казалось, что было тепло, даже уютно и, как бы странно это не звучало, мне казалось, что меня гладили большие руки, но все же это была шутка моего измученного разума. Но я все же надеялся, что это была правда и есть в этом мире кто-то, кто заботится обо мне искренне, так же как и мои родители из сна. Но мои надежды не оправдались, и я проснулся в холодной, для меня, кровати. Я сел и огляделся, как и ожидалось, я ничего не увидел, так как это была та же комната, в которой я засыпал и в которой ничего не светилось. После опознания комнаты я стал обдумывать все произошедшее со мной вчера, а именно рассказ Северуса о маг. мире. Через минут пять пришел Северус и встал на пороге комнаты, смотря на меня, наверное, я не понял почему, но спрашивать не стал. Он все равно быстро вышел из странного, на мой взгляд, ступора и сказал что, так как я уже встал, мы пойдем делать "утренние процедуры", о данном действе я наслышан по все тем же недовольным крикам того мальчика, что жил в том доме, но все же не знал, что это. Поэтому невольно спросил об этом и получил еще более странный короткий ответ: «По ходу дела поймешь». По ходу я и понял, это было ужасно, самое смущающее действо №2 в моем списке, составленном в голове и действа, которые я должен научиться делать в скором времени, ведь если так продолжится, я умру от смущения за такое короткое время, что я был на "свободе". Когда мы закончили заниматься ИМИ, мы пошли в уже знакомую мне гостиную, где сейчас вкусно пахло вкусной едой. Мой будущий профессор усадил меня на диван и стал кормить меня, это было самое смущающее действо №3 в моем коротком списке. Еда, кстати, была вкусной, теплой и только что приготовленной, хотя я не думаю, что это готовил Северус, наверное, это был тот маленький серый силуэт, который был вчера. По окончанию трапезы профессор сказал, что как только я переоденусь, мы пойдем, точнее аппарируем в тот переулок, о котором он говорил вчера, не помню названия. Но, как оказалось, не я переодевался, а меня переодевали. По-моему, мой список пополнился самым смущающим действом №4.

***

Как он и говорил, после переодевания он протянул мне руку, я не поняв, зачем он это сделал, не отреагировал, и, так как я не отреагировал, он попросил протянуть ему мою руку и объяснил зачем, только после этого мы аппарировали. Сразу через секунду неприятных ощущений меня оглушило от столь многоголосой какофонии, что была здесь. Похоже, это как-то отразилось на моем лице, раз Северус слегка сжал мою руку, привлекая внимание на себя, кажется, он подумал, что мне плохо из-за аппарации, хотя мне она, можно сказать, понравилась. Если бы я знал, что такое американские гонки, я бы посмеялся над их создателем, ведь в сравнении с ними аппарация просто нечто! Мы так и простояли молча несколько минут, пока он не покрепче не перехватил мою маленькую ладошку и не повел куда-то. Когда мы поднимались по каким-то ступенькам, я ощутил что-то странное, можно было бы это назвать враждебностью, но это нечто было спокойно. Пока я думал об этом мы подошли к огромным, по сравнению со мной, бронзовым дверям и Северус, наверное, заметив, что со мной что-то неладное, остановился, и я решил объяснить ему свое состояние, заодно и выяснить причину этого: - Здесь странно...- ну не знаю я как по-другому это объяснить. - Что именно?- пытается понять меня он. - Ощущение...- опять не знаю, что сказать.- Страшно... Слишком... странно...- воот, молодец я, уже хоть что-то более конкретно. - Здесь или раньше?- глупый вопрос Северус, действительно глупый, если было бы раньше, я бы сказал раньше, но мне приятно, что ты пытаешься меня понять. - З-здесь...- по-моему, я заметил пару силуэтов, немного меньше обычных людей, недалеко от нас, и они явно нас слышат и слушают, поэтому я невольно заикнулся при ответе. - Не волнуйся. Тут не страшно, не скажу, что всегда, но сейчас не страшно. Ты ведь помнишь, что я говорил тебе о магическом банке Гринготсе?- он пытается меня успокоить, это приятно и обнадеживает, а ещё я все-таки пытаюсь вспомнить, что же он мне о банке вчера говорил. Вроде банк для волшебников и магических рас, которых почему-то не очень любят, управляется он с помощью гоблинов, любящих деньги, и он очень хорошо защищен от краж, как непреступная крепость, но это все, что я смог вспомнить или все, что он мне говорил. - Д-да, помню...- немного нервно, но уже спокойно отвечаю я. - Ну, вот и хорошо.- сказал он, проходя за эти "ворота", за ними обнаружились другие чуть меньше и серебряного цвета, со светящейся табличкой с какими-то буквами (?), я же не вижу, и читать, соответственно, тоже, да и буквы впервые вижу. Так хочется научиться читать, жаль, что не смогу. Это, как-то, навевает грусть. Когда мы прошли, и через эти двери передо мной открылась невероятная, для меня, картина. Какой-то стол-трибуна был большой и длинный, буквой "П", он был красноватого оттенка силуэтом, за ним сидели те самые небольшие силуэты, как на входе, такие, ну, голубые. А еще в зале были и другие, как и Северус, большие силуэты разных цветов: синих, зеленых, а чаще оранжевых цветов, никогда раньше не видел столько цветного. Наверное, на улице было ярче, но я тогда был полностью покружен в свои мысли об аппарации… Надо будет проверить потом. Пока я опять задумался, мы подошли к вышеупомянутому столу-трибуне, и Северус уже говорил с мини силуэтом, для краткости. К концу диалога к нам подошел другой мини силуэт и повел в, наверное, коридор, в конце которого была сиреневого цвета тележка (?), в которую мне помог забраться Северус. Когда мы все уселись, тележка тронулась, и мы поехали, потихоньку набирая скорость по радужным рельсам, как по мне, это смотрелось очень комично. Но я ощутил всю прелесть от данного способа передвижения лишь тогда, когда мы набрали приличную скорость, я мог поклясться, что мой столь вкусный завтрак оказаться снаружи моего желудка, если бы мы не остановились. На мой взгляд, лифт был бы лучше и удобнее данной тележки. Я бы упал, если бы не Северус, мой спаситель, придерживающий меня за плечи, когда я уже стоял нормально, дверь (?) сейфа была открыта, но заглянув туда, я еле сдержал разочарованный вздох, ведь кроме светящихся стен сейфа я ничего не увидел. Кстати, о светящихся вещах, я стал замечать, что после прихода в мою жизнь Северуса я стал видеть гораздо больше, чем раньше, наверное, как-то сказывалась магия, хотя как? Как обычно, пока я думал, мой будущий профессор, взяв что-то из сейфа, вышел из него же и мини силуэт, как говорил Северус – гоблин, закрывал его. И опять тележка, зачем все это так усложнять, я не понял, но раз уж даже Северус смирился с этим, хоть ему это тоже явно не нравится, значит, так надо. Когда мы добрались, я опять чуть не упал, но был рад, что это мучение закончилось. Мы также прошли по тому же коридору и уже без гоблина направились к выходу, как один из мини силуэтов сказал, что-то, на мой взгляд, смущающее, хотя я не понял, что такого смущающего там было, я вообще не понял, что он сказал. После этого больше без эксцессов мы вышли из магического банка Гринготс.

***

После процедуры взятия денег мы отправились за столь необходимыми сейчас вещами, а именно одеждой, которой у меня никогда раньше не было. Как только мы зашли в лавку, под именем мадам Малкин, как сказал Северус, нас вышел приветствовать невысокий полный силуэт приятного зеленого оттенка. Как позже сказал Северус, это и была та самая мадам Малкин. Как только она подошла она начала спрашивать, что мы хотим приобрести. Для начала нужно было купить повседневную одежду, нижнее белье, в конце концов, школьную форму и различного вида мантии: парадную, зимнюю, летнюю, даже школьную, а там все по мелочи останется, я так думаю. После "допросика" она поставила меня на какую-то стойку и начала меня измерять "линейкой", если быть точнее то она сама меня измеряла, "линейка" была тоже светящейся, но была желтого цвета. После измерений начался АД. Мадам Малкин приносила вещи и заставляла их мерить, видимо она любит детей, раз так усердно заставляла, а так как я переодеться сам не мог, мне помогал кто? Правильно, Северус, мой будущий профессор. Видимо ему тоже это не очень-то и нравилось, раз он начинал "кипеть", в прямом смысле, его силуэт начинал булькать, как при кипении. Ничего не произошло, но, если бы не его выдержка, не знаю, чтобы произошло. Честно, мне было страшно, я не видел ничего подобного этому, под конец его силуэт уже начинал выходить за "рамки", но, слава богу, все обошлось. Когда оно стало меньше кипятиться, и мы, спокойно расплатившись, пошли в другую лавку. Лавку под именем мистера Олливандера. Там, по словам, опять-таки, Северуса производят и продают волшебные палочки, очень важную часть жизни волшебника. Хотя я думаю, что это лишняя ступень, которую вполне можно пропустить. Ведь если палочки стали производить позже, чем появилась магия, значит, магией пользовались раньше и без них, разве нет? И вот, мы зашли. Где-то вдалеке брякнул колокольчик и через несколько минут перед нами предстал серо-голубой средний силуэт. И это тоже был хозяин данного магазина, мистер Олливандер. Он сразу спросил: - Чем могу помочь?- со смешинкой в голосе говорит силуэт, прекрасно зная, зачем мы здесь, как мне показалось. - Необходима палочка, для него.- мне показалось или он действительно кивнул на меня? - Ясно, ясно.- как-то с задором (?) говорит он,- Какую руку вы предпочитаете?- обращаясь ко мне, говорит он и достает из-за пазухи "линейку", пока я размышлял, мне на помощь пришел Северус, сказав: - Он правша.- спокойный тон, по крайней мере, так казалось, я то вижу, как он "кипит". После этого линейка начинает измерять мою правую руку, а сам мистер Олливандер скрывается в лабиринте шкафов, я думаю, я вижу лишь тонкие палочки, парящие в воздухе. Одна из них так и дергалась по направлению ко мне, я хотел бы подойти к ней, но побоялся разозлить Северуса еще больше. А мистер Олливандер, будто специально проходил мимо. Он подошел к нам только через несколько минут с несколькими палочками, уложив их на стол, он сказал странную фразу, смысл которой остается для меня сокрытым. Примерно через полчаса его бормотания на счет моей "интересности", мы удостоверились, что из принесенных ранее палочек ни одна мне не подходит, хотя я знал это с самого начала. Ведь та единственная "парит" где-то в самом конце, около оранжевой стены. Пока я думал о ней, этот серо-голубой пробормотал что-то на подобии: «Почему бы и нет?», вновь "скрылся" в лабиринте. Вернулся он, на этот раз, быстро и со всего одной палочкой, именно с ТОЙ палочкой. Я хотел бы закричать от радости, но стерпел, ожидая, когда мне её все-таки отдадут. Её отдали, и я почувствовал тепло, разлившееся по моему телу потоками и заискрившееся снопом изумрудных и золотых искр. Несмотря на все мои прежние выводы, это было приятно, было тепло, как никогда прежде, в ней было что-то родное, что-то интересное. Пока я вновь предавался своим думам, я пропустил разговор, состоявшийся между Северусом и мистером Олливандером. Так ничего не говоря, Северус вновь взял меня за руку и повел дальше по магазинам. Больше ничего слишком странного не происходило, магазины были очень скучными и не очень интересными, пока мы не дошли до последнего пункта нашего списка. Мы направлялись в следующий магазин, когда меня неожиданно спросил Северус: - Какого бы ты хотел фамильяра?- спокойно, действительно спокойно, он уже успел успокоиться, пока мы ходили по различным лавкам, задал он свой странный вопрос. - Что это вообще такое и как это выглядит?- ожидаемо, ведь я не знаю что это. - Сейчас уже нет времени тебе это объяснять, купим тебе сову на первое время, а дома мы поговорим на этот счет серьезнее.- несколько устало сказал он, или мне показалось? - ...- я не стал отвечать, а этого и не требовалось.

***

Наконец, мы зашли в магазин, продающий тех самых "фамильяров". Он был не очень ухожен, судя по запаху, и в нем было не очень много силуэтов, но они все же были хоть и очень мало, но они были действительно странные и маленькие. Я сразу же пошел к самому мне интересному, осторожно ступая, чтобы не упасть и не споткнутся, ведь сейчас Северус меня не поддерживает, а "простые" вещи я не вижу, как я понял. Этот заинтересовавший меня силуэтик был бирюзового цвета и был похож на какую-то веревку сантиметров сорок в длину, или мне показалось? Я подошел, и хотел было прикоснуться, как наткнулся на что-то гладкое, по ощущениям стекло, я огорченно вздохнул и хотел уже вернуться к Северусу, но остановился, услышав комментарий столь странного поступка: - [ Глупый детеныш.]- это было произнесено недовольным и несколько шипящим голосом, и звук определенно шел со стороны этого силуэтика. - [ Что?]- как следует не обдумав, выпалил я. - [ Говорящий? Большая редкость... в наше-то время...]- я совершенно не понимаю, о чем оно говорит, ведь все вокруг говорят, так в чем редкость? И, не раздумывая над этим больше, спрашиваю то, о чем думал: - [ Все вокруг говорят, так в чем редкость?] - [ Глупый, глупый детеныш. Говорить со мной или моими родичами не каждый может. Раньше таких людей было мало, но намного больше, чем сейчас…]- сначала оно начало меня ругать, а потом начало погружаться в ностальгию. А я так и оставался на месте, негодуя от его высказывания. Я уже собирался задать новый вопрос, как к нам подошел Северус. Я решился попросить его купить этот силуэтик, ведь раз он здесь, значит, продается, а раз уж продается, то оно и есть "фамильяр", а это значит, что оно мне нужно купить. Северус, видимо, был удивлен, так как ответил с заминкой, но возражать не стал. К нам подошел такой же тусклый, как и "тетя", силуэт и начал что-то спрашивать у Северуса, а раз уж не меня, то я не особо вслушивался. Но как только он начал говорить об уходе за "питомцем", я слушал очень внимательно, ведь это мой "фамильяр", а значит, я должен буду о нем заботиться, и крепко прижимал его "убежище" к себе, не хочу терять своего друга, коим я его уже считал. Не хочу докучать Северусу еще больше, он и так сделал для меня очень много, хотя и не обязан это делать, как я понял из его рассказа. Выслушав продавца, как я понял, мы вышли на улицу. Я почувствовал, что должен хоть как-то отблагодарить Северуса за все, что он сделал. Я подергал его за мантию, привлекая этим его внимание, и когда заметил, что он повернулся ко мне, решительно поднял голову по направлению к нему и быстро выпалил четкое «Спасибо!», стремительно краснея от своих столь смущающий действий. - Не за что,- наверное, он был удивлен моим порывом, но не показал этого в голосе, а иначе я бы не понял. И чуть погодя, добавил: Держись крепче, сейчас аппарирую нас домой. В принципе да, мы ведь уже все нужное купили, так что пора домой. И с каких это пор я считаю дом Северуса своим домом? И я как-то неловко прижимаюсь к Северусу, а он прижимает меня чуть крепче и аппарирует нас в так называемый дом. [...] - так обозначается Парселтанг (серпентаго).