Гарри Поттер и поиски Святого Грааля

«Он тот еще опоздун»! (Д. Емец) Драко проснулся рано утром. Очень рано. Ему нужно было написать и отправить письмо отцу, поэтому слизеринец наскоро принял душ и, одевшись, сел писать. Через минут пять письмо было готово. Драко скатал пергамент и, прихватив сумку с учебниками, направился в совятню. Оказавшись на месте, он несколько минут пытался взглядом отыскать своего филина, но его не было видно. То ли из врожденной вредности, то ли еще из-за чего, но филин прятался от Драко. «Везет же Гарри — его сову тут не потеряешь», — подумалось Малфою, когда он уже в пятый раз взглядом наткнулся на белоснежную сову Гарри Поттера. — Геллерт, — позвал он филина, и тот наконец спикировал ему на плечо откуда-то сверху. — Вот ты где. У меня для тебя есть работа. Филин ухнул и перелетел на насест. Драко привязал к его лапе пергамент, погладил черные перья птицы и сказал: — Это для отца. Филин ухнул еще раз и неторопливо вылетел из совятни, а Малфой, подождав, пока он исчезнет из виду, отправился в Большой Зал. * * * Гарри проснулся рано утром. Очень рано. Он планировал, позавтракав раньше всех, зайти к Святославу. Его не было все выходные, и Гарри надеялся поболтать с ним перед уроком. Наспех запихнув в себя яичницу с беконом и осушив кубок с тыквенным соком, Гарри направился к комнате Святослава. Негромко постучав в дверь, он дождался ответа: «Входите», и зашел в комнату. — Святослав, привет! Я тебя не разбудил? — О, Гарри! Какой приятный сюрприз! — Святослав сидел за столом, заваленном бумагами, но Вертинский резко поднялся, увидев юношу. — Чаю? Сока? Кофе? — Кофе, если можно, — попросил Гарри, швыряя сумку в кресло и присаживаясь на диван. — Тебе какой?! — крикнул Вертинский из маленькой комнаты. — Покрепче, — отозвался Поттер. Через пару минут профессор вышел с двумя чашками и, отдав Гарри его кофе, сел в кресло напротив гриффиндорца. — И что же привело тебя ко мне в столь ранний час? — спросил Святослав, размешивая сахар. — Просто тебя не было все выходные, и я решил зайти поболтать. Где ты, кстати, был? — Гарри сделал микроскопический глоток очень горячего кофе. — В России, — зевнув, ответил Вертинский. — Извини, это я от недосыпа. — Святослав, ты с ума сошел? Мы не на приеме у королевы Англии! Извиняется он! — Ладно-ладно, — рассмеялся Святослав, — ты прав. — Вот и договорились. А что ты делал в России? — Да, тебе это неинтересно будет, — усмехнулся мужчина, — обычная рутина. Поверь, ничто так не изматывает, как бумажная работа — протоколы, списки, показания, отчеты… Бр-р-р, — он передернул плечами. — Ну да ладно, у тебя-то как дела? — Вроде ничего, — кофе слегка остыл, и Гарри решился сделать глоток побольше. — За три дня получил пятнадцать баллов от Снейпа. — Северус заболел? Или сильно ударился обо что-то головой? — Вертинский засмеялся. — Нет, — гриффиндорец невольно улыбнулся. — Мы слегка пересмотрели свое отношение друг к другу. — Ясно. А скажи-ка ты мне, Гарри, что за массовое движение учеников произошло вчера около восьми вечера в районе восьмого этажа? И почему они все словно растворились в воздухе, а спустя час появились снова из ниоткуда, а? — Вертинский допил кофе и поставил чашку на стол. — Откуда ты знаешь?! — Гарри изумленно посмотрел на профессора. — Ну, скажем так — есть у меня одна полезная карта… — Мародеров?! — Скорее дубликат… Погоди, а откуда ты о ней знаешь? — Да вот откуда! — парень вытащил Карту из мантии. — Как она к тебе попала?! — Неважно. Подарили, — Гарри совершенно не собирался выдавать Фреда и Джорджа, несмотря на то, что те уже «закончили» школу и наказаны быть не могли. Святослав, видимо, что-то понял и вопросов на эту тему задавать больше не стал. — Понятно, — прокомментировал он. — Ну, а все же, что это был за сбор, похоже, с тобой во главе? — Я не могу сказать тебе, извини, Святослав, — Гарри посмотрел Вертинскому в глаза. — Мы связаны магической клятвой. — Понимаю. — Могу лишь объяснить, что мы пытаемся кое-что узнать об одной вещи… — Это связано с Волдемортом? — проницательно заметил учитель. — Да. Наше общество называется ОПГ, — зачем-то добавил Поттер. — Как?! — Святослав расхохотался. — Что тебя насмешило? — Гарри категорически ничего не понимал. — Ой, не могу! — Святослав, отсмеявшись, утер выступившие слезы рукавом мантии. — Знаешь, как в России у полиции магглов расшифровывается эта аббревиатура? — Нет. Откуда бы? — Ну да. Так вот, ОПГ — это Объединенная Преступная Группировка, — Вертинский издал смешок. — Не знаю, как это расшифровывается у вас, но, мне кажется, что про «Группировку» подходит более четко. Гарри рассмеялся. — Ты себе не представляешь, насколько ты прав! — Да что мы все о делах да о делах? — Святослав, немного подумав, наколдовал себе стакан с яблочным соком. — Как на личном фронте? Пал ли юный белокурый слизеринец в твои загребущие ручонки? — Ничего не загребущие, — парень слегка покраснел. — Ох, прости, вырвалось. Просто Сириус рассказал как-то мне, что так выразился Джеймс, спрашивая у него про меня. Только, соответственно, не «белокурый», а «темноволосый», — с улыбкой пояснил Вертинский. Гарри помимо воли тоже улыбнулся. — Интересное выражение…. Погоди, Святослав, ты учился в Слизерине?! — Да. Шляпа, поколебавшись, отправила меня в Слизерин. Мне Сириус даже сказал, что знай он все наперед, то, я цитирую: «Я уговорил бы этот старый маразматический артефакт упечь меня в логово змей». Гриффиндорец рассмеялся. В этом плане он понимал Сириуса: сам так себя чувствовал. К тому же Гарри нравилось, когда Святослав рассказывал что-нибудь, связанное с отцом и Сириусом. Почему-то рядом с Вертинским не было больно вспоминать о них, особенно о крестном. — Так, Гарри, ладно, — профессор посмотрел на часы, — тебе пора. Урок через десять минут. Гарри одним глотком допил остывший кофе и поднялся с дивана. — Я к тебе еще как-нибудь зайду? Ну, не утром? — спросил он уже в дверях. — Что за вопрос? Конечно заходи, — Святослав улыбнулся ему. — По Карте всегда сможешь узнать, где я. — Хорошо. Увидимся на уроке… профессор, — и Гарри выскочил в коридор… * * * У кабинета по ЗОТС гриффиндорцы стояли уже в полном составе. — Доброе утро, господа гриффиндорцы! — растягивая слова в своей обычной манере, поприветствовал их Драко. — И вам не болеть, наши изворотливые слизеринские друзья! — со смешком ответил Симус. — Но что же это? Где краса и гордость Гриффиндора, Герой Магического мира и просто Мальчик-Который-Лично-Мне-Непонятно-Как-Выжил? — с наигранным ужасом спросил Блейз. — Вы только на пятистопный ямб не перейдите, — с легкой усмешкой попросила Гермиона. — Да-а-а, ругаться и посылать друг в друга проклятия было куда интереснее, — вздохнул Рон. — Ну хочешь, Уизел, я нашлю на тебя пару Непростительных? — Безумно хочу, хоречек! Но знай, что Гарри отомстит за мою смерть! От их дурацкого, пафосного диалога почти все студенты тихо хихикали. — Кто тут умирать собрался? Драко обернулся на звук голоса, обладателя которого он узнал бы где угодно. — Привет, Гарри! Это мы с Малфоем собираемся устроить дуэль на Непростительных! — весело поведал ему Рон. — А ты где был? — Отправлял письмо Люпину, — чуть порозовев, ответил Гарри. — Сорок минут?! Даже если бы ты полз в совятню, и то получилось бы быстрее! — изумленно проговорил рыжик. — Э-э-э… ну, я изначально не собирался писать… просто… ну, зашел проведать Буклю… и решил написать письмо прямо там — в совятне, — неубедительно соврал Поттер. — Ну-ну, — Гермиона одарила его недоверчивым взглядом. Да и сам Драко ни на секунду не поверил в неуклюжую ложь гриффиндорца. «Я провел в совятне минут двадцать. Где-то я должен был столкнуться с Гарри, хотя бы по дороге в школу». «Если тебя это так волнует — спроси у него прямо», — влез внутренний голос. «Без тебя знаю, — огрызнулся Малфой, — не лезь, куда не просят!» «Если каждый раз ждать, когда ты попросишь — паутиной обрасти можно»! «ЗАТКНИСЬ!!!» Перебранку с внутренним «я» прервало появление профессора Вертинского. — Доброе утро. Прошу, проходите. Сегодня у нас два урока подряд, и хотелось бы, чтобы мы многое успели. Ребята, негромко переговариваясь, расселись по местам. — Книги можете не доставать. Итак, первую часть сегодняшнего урока мы посвятим заклинанию «Экспекто Патронум». Кто может про него рассказать? Мисс Паркинсон? — Это заклинание вызывает Патронуса — своеобразного защитника от дементоров. Патронус — это такая положительная сила, проекция всех тех чувств, которыми кормятся дементоры: надежды, счастья, жажды жизни. При этом, в отличие от человеческих существ, Патронус не может чувствовать отчаяния, именно поэтому дементоры не способны нанести ему вред, — четко, как по книге, отрапортовала Панси. — Верно. Пять баллов Слизерину. Сейчас я продемонстрирую вам, как это выглядит. Итак, вы концентрируетесь на самом счастливом воспоминании и… Экспекто Патронум! Из ладони профессора вырвалась серебристая пантера. Разинув пасть в беззвучном рыке, она в три прыжка пересекла класс и растворилась в воздухе. — Само собой, Патронус у каждого индивидуальный, — произнес Вертинский. — Есть желающие попробовать? Мистер Поттер, может быть, Вы? Драко мысленно усмехнулся. Гарри встал из-за парты и подошел к Вертинскому. — Давайте, мистер Поттер. Помните, сильное вос… Ч-что за черт?! Не дав Святославу договорить, гриффиндорец взмахнул палочкой: «Экспекто Патронум», и по классу галопом пронесся серебряный олень. Пережив несколько секунд неприятных воспоминаний, Драко посмотрел на профессора. Тот неотрывно смотрел на то место, где растворился олень. — Профессор Вертинский? — неуверенным голосом позвал его Гарри, но тот, будто не слыша, лишь прошептал: «Сохатый?!» — Профессор, — еще раз обратился к нему парень, и Вертинский наконец очнулся. — Впечатляет, мистер Поттер, — профессор попытался улыбнуться. — С первого раза… — Нет, профессор. Я научился этому заклинанию на третьем курсе у профессора Люпина, — пояснил Гарри. — Понятно. Садитесь. Кто-нибудь еще умеет вызывать телесного Патронуса? Рон, Гермиона, Симус и Невилл подняли руки. — Смотрю, что Гриффиндор в большинстве, — усмехнулся Вертинский. — Но позволю себе не верить вам на слово. Прошу, продемонстрируйте свои умения. Гриффиндорцы встали. Когда через пять минут в классе поочередно появились выдра, терьер, лис и панда, Драко понял, что Гриффиндор в очередной раз поставил его в тупик. «Нет, ну ладно Поттер, ладно Грейнджер… но Уизли, Финниган и, что уж совсем невероятное, Лонгботтом?! Ни в какие ворота!!! Хм, а у меня, интересно, хоть что-нибудь с первого раза получится?» — Очень впечатляет! Ну что же, двадцать баллов Гриффиндору. И, раз ученики из Гриффиндора показали свое умение, то перейдем к факультету Слизерина. Мистер Забини? Блейз вышел на середину класса, нервно вертя в руках палочку. — Смелее, мистер Забини! — подбодрил его профессор. Блейз прикрыл глаза, как-то странно улыбнулся и… — Экспекто Патронум! Легкое облачко серебристого цвета вырвалось из палочки и растаяло в воздухе. — Отлично! Для первого раза очень даже хорошо! Можете сесть. Следующий! Вертинский вызывал студентов Слизерина одного за другим, но создать телесного Патронуса ни у кого не получилось. Драко, в свою очередь, полюбовался на серебряную струю, вылетевшую из его палочки, и со вздохом сел на место. — Хорошо, — Вертинский облокотился о стол. — Думаю, на сегодня достаточно. Десять баллов Слизерину за неплохое начало. Запомните, главное — это тренировка, и со временем у вас все получится. А теперь перейдем к более трудной теме — анимагии. Эта тема больше имеет отношение к Трансфигурации, но и на ЗОТС ее тоже затрагивают. Анимагом стать очень сложно, да и немногие решают обучаться умению перевоплощаться в животное. Но так было в мирное время. Сейчас, когда мы все, волей-неволей, втянуты в эту войну, многие маги сожалеют о том, что в свое время не уделяли должного внимания данному умению, — проговорил профессор ровным, размеренным голосом, но у Драко отчего-то по телу пробежали мурашки. — А теперь, раз уж я выбрал именно вас, то хочу назначить дополнительные занятия. Сначала по анимагии, а дальше разберемся. — Вы нас выбрали? — спросила Гермиона. — Да. Я поговорил с профессором Дамблдором насчет индивидуальной программы и из шестикурсников Слизерина и Гриффиндора я выбрал тех, кто находится в этой комнате. А вы что, не удивились малому количеству студентов на данном уроке? — улыбаясь, произнес Вертинский. — Удивились, — протянул Симус Финниган. — Просто сначала подумали, что остальные опоздали, а потом не до того стало. — Замечательно. Хвалю за «наблюдательность». На тренировках к вам присоединятся студенты Равенкло и Хаффлпафа. Вопросов больше нет? Отлично. Вернемся к анимагии, — профессор начал расхаживать перед классом, надиктовывая конспект. Через минуту к Драко на парту приземлилась записка. « Драко, если хочешь, то можно сегодня в 20:00 встретиться всем в Выручай-Комнате. Потренируетесь в Патронусе. Я в прошлом году многих научил. Г.П. P.S. Потом мы всех выгоним и… ну, я думаю, что ты меня понял. Целую». Внизу пергамента был пририсован взъерошенный котенок. Малфой невольно улыбнулся и посмотрел на Гарри. Тот поймал его взгляд и весело подмигнул. Драко приподнял записку и кивнул Поттеру, выражая свое согласие. В конце концов, если никто из однокурсников не согласится, то он может пойти и один. * * * Идею о возвращении АД подкинула Гермиона. Понаблюдав за попытками слизеринцев создать Патронуса, она наклонилась к Гарри и озвучила возникшую у нее мысль. Поттер с ней согласился и быстро настрочил записку Драко. Получив от слизеринца утвердительный ответ, Гарри попытался сосредоточиться на лекции. Получалось плохо. Юноша никому не рассказывал, но этим летом он смог случайно перевоплотиться. Потом, вернув себе человеческий облик, он без особых усилий смог сделать это уже осознанно. И теперь Гарри размышлял, стоит ли говорить об этом друзьям и Святославу. «Да, ведь все равно рано или поздно узнают», — влезло в его нелегкие размышления гриффиндорское «я». «Ну, так, может, лучше поздно»? — философски заметило слизеринское. «Ладно вам, — заткнул их Поттер, — в Выручай-Комнате расскажу и покажусь друзьям, а потом и Святославу откроюсь». Приняв решение, Гарри, наконец-то, смог сосредоточиться на словах Вертинского и даже начал вести конспект. На Трансфигурации было весело: они проходили то самое заклинание, о котором гриффиндорец писал реферат в воскресенье. Ему в пару достался Невилл, но Гарри это не расстроило: после лета Невилл изменился — стал лучше учиться, стал менее неуклюжим и более собранным. Вот и сейчас, после команды МакГонагалл: «Приступайте», Невилл сконцентрировал взгляд на Гарри, наставил на него палочку и произнес: — Animalate! Поттер увидел, что класс увеличивается в размерах, а потом понял, что это уменьшился он сам. «В кого же он меня превратил?» Гарри посмотрел на свои руки… «Руки?! Скорее уж, лапы. Нет, даже лапки! Кто я, Мерлин всех задери?!» Действие заклинания продержалось еще две минуты, и к юноше вернулся его первоначальный вид. — Превосходно, мистер Лонгботтом! — раздался голос декана Гриффиндора. — Десять баллов Гриффиндору! Все те, у кого получилось — меняются. — Слушай, Невилл, а в кого ты меня превратил? — спросил Гарри, прежде чем наложить заклинание. — Я так и не понял. — В бурундука, — робко улыбнувшись, ответил Невилл. — Правда, полоски у тебя на спине почему-то получились в виде молний. — Ну, это-то понятно, почему, — Гарри сдул челку со лба. — Мистер Поттер, вы на уроке или где?! — Извините, профессор МакГонагалл. Гарри представил толстенького пушистого кота-перса, сосредоточился и произнес заклинание. Вместо Невилла перед парнем сидел дымчатый персидский кот с удивленным выражением на усатой морде. — Прекрасно, мистер Поттер! Десять баллов! — прозвучал голос МакГонагалл после того, как Невилл превратился обратно. — Мистер Уизли, Вы с ума сошли?! — ребята дружно повернулись на вопль своего декана. Рон стоял, закусив губу, и по его лицу было видно, что он еле сдерживает смех. Перед ним возвышался огромный гиппогриф. — А Дину ничего, идет, — фыркнул Симус, превративший Гермиону в снежного барса. — Мистер Уизли, гиппогриф — это очень большое волшебное животное! — разорялась МакГонагалл. — Ну, не в слона же я его превратил, — оправдывался Рон. — Да не в размерах дело! — возмущению профессора не было предела. — Это магическое животное, мистер Уизли. Вы, простите, каким местом реферат писали?! Он что-то неразборчиво пробормотал. — Минус двадцать баллов Гриффиндору, и завтра в 18:00 — взыскание у мистера Филча! — Но, профессор… — Ничего не хочу слушать! Томас, идите за мной! Гиппогриф… то есть, Дин Томас, недобро посмотрел на Рона и вслед за МакГонагалл вышел из кабинета. Рыжик подошел к Гарри. — Дружище, ты спятил? — спросил Поттер. — Даже я, писавший реферат на абсолютном автомате, запомнил, что превращение человека в волшебное существо оставит его таковым на двенадцать часов. — На сколько? — охнул Рон. — На двенадцать, — подтвердила Гермиона, уже преобразовавшаяся обратно. — Ой, блин! Я же не хотел! — Рон, а действительно, каким местом ты писал реферат? — Да ладно тебе, Герми, я просто забыл про волшебных животных! — Свежо предание, но верится с трудом. Сдается мне, что кто-то этот реферат написал за тебя, — прищурившись, посмотрела на него Гермиона. Рон покраснел. — Я так и знала! А ты даже не удосужился его прочитать, так ведь? Парень обреченно кивнул. — В таком случае, Рональд Уизли, радуйся тому, что профессор МакГонагалл тебя уже наказала!!! В противном случае… — Не надо! Я все понял!!! — замахал руками Рон. — Обещаю исправиться! — И это в твоих же интересах!