Бэй из Черной Гавани

И вот, мы на арене. Как нам сказали, она была большая, круглая, пыльная, с кровью, и не только человеческой. Снаряжение было ужасное: мечи ржавые, доспехи больше по размеру и слишком тяжелые, щиты и копья трухлявые. А состояние участников и того хуже: руки у них дрожали, ноги подкашивались, они звали на помощь, плакали, в общем, впали в истерику. Из ворот выкатились, именно выкатились, противные, бледные, одичавшие «колобки». И это было бы смешно, если не было бы так пугающе. Они были одеты в грязное тряпьё, вооружены не лучше нас, но все равно казались опасными противниками. Они окружили нас. Их первые атаки были лишь проверкой наших способностей. Но когда они поняли, что мы не представляем большой угрозы, хоббы напали с двойным усердием. И в одной из таких неистовых атак они убили худого паренька лет десяти. - Блять! Сделайте что-нибудь! Нас всех сейчас прикончат! – крикнул полный мальчик в ржавом шлеме. - Заткнись и дерись, жирный! – ответил ему я, ударив ногой одного особо большого хобба. - Нет! Я сплю! Я у себя дома. Это не правда… – мальчик упал на колени, истерически смеясь. На него запрыгнул хобб и разгрыз ему горло. Его кровь забрызгала многих. После такой смерти публика начала бурно аплодировать, улюлюкать и накликать на нас смерть. Я ударил мечом хобба, который убил толстого, рассек пузо следующему, бил ногой, колол мечом, отталкивал шитом. Встретив такое противостояние, хоббы были растеряны, и это дало нам небольшое преимущество, у нас открылось второе дыхание. Вейо неплохо управлялся с мечом и бил врага быстрыми и размашистыми ударами. Когда мы дрались против хоббов, мы поняли: помощи ждать не от кого, полагайся на себя и НИКАКОЙ пощады нашим врагам. Когда вся эта бойня закончилась, и не осталось больше противников, проревел комментатор: - Какая жалость. Участники выжили! Хоббы повержены, и наши маленькие воины могут отдохнуть. Хочу напомнить: гладиаторы должны участвовать хотя бы один раз в неделю или, как вы многие догадались, будут убиты. И вот мы, последняя шестёрка, обессиленные, раненные, но живые вернулись в нашу «тюрьму». Дракон встретил нас с широкой улыбкой на лице и похлопал нас по спинам. - Молодцы! Отлично! Хорошо деретесь! - Можешь дать нам отдохнуть? Мне плохо… - я упал на колени. Сил не осталось. - Отдохни. Ты молодец. - это последнее, что я запомнил.

***

Я лежал на мелководье. Вода простиралась до горизонта, и ей не было конца. Лишь прозрачная вода, голубое небо, бледное солнце, прохладный летний ветерок и белые редкие облака. Облака медленно и плавно плыли по небу, так же прекрасно и грациозно плыли их отражения по зеркально чистой глади воды. Дальше, чуть впереди стояло мертвое белое дерево. Оно было большим, с массивными ветвями. На них сидела девушка. Когда я увидел ее, я подумал, что я умер и вижу ангела. Она была прекрасна: кожа белая, как снег, волосы переливались: от белого и бледных цветов до черного и более насыщенных. Одетая в простое белое платье кремового оттенка, она была боса. Играла на губной гармошке. Я не мог слышать ни мелодию, ни ее голоса, но я знал, что она говорила: - Ты знаешь, я следила за тобой: твое детство сложилось не так счастливо, как у других, и очень грустно. Ты жил в маленькой и милой деревушке, но в несчастной семье. Ты жил там до тех пор, пока твой отец не пришел пьяным и не убил мать. Ты боялся его, но увидев это безумство, что-то внутри тебя сломалось. Ночью ты подошел к нему и перерезал ему горло кухонным ножом. После этого ты сбежал из дома. Она взглянула на меня своими глазами цвета лазури. Улыбнулась мне и продолжила: - Ты герой! Ты можешь то, чего не могут многие. Загляни внутрь дерева. Оно покажет твое будущее. Я подошел к дереву, но не решился в него заглядывать. И в тот же момент из дупла вырвался серебристый туман, который окружил меня и закрыл весь обзор. Я начал вырываться и увертываться. - Не сопротивляйся! Оно хочет тебе кое-что показать. Туман поднял меня в воздух и вошел в меня. И тут у меня в голове произошел фейерверк из воспоминаний: смерть матери, убийство отца и побег из дома, жизнь на улице, дружба с Вейо, встреча с Дрэйком, работа в море и появление на арене. Но туман показал не только прошлое: огонь, огонь повсюду, он превращает в пепел все на своем пути, ничего не помогает, он неостановим, среди этого пожарища стою я. Стою и смотрю на огонь, смеясь как человек, потерявший всякую надежду, всякий смысл. - Что? Что это означает?! Я не понимаю… - Это тебе и предстоит узнать. Это твоя судьба. Ты должен это остановить, пока не поздно. - Я все равно не понимаю! Что это? В этом буду виноват я? Девушка спустилась ко мне и подошла ко мне, не касаясь ногами воды. Прикоснулась к моей щеке и шепнула мне на ухо: - Ты тот, кто спас меня…

***

Я резко протянул руку и ударился об низ кровати надо мной. Из-за этого вскрикнул Вейо, перебудив всех остальных, из-за чего прошлась волна негодования. Я спал на двухъярусной кровати. Вскочив с нее, я огляделся: грязные стены и потолок, три двухъярусные кровати, пахнущие плесенью простыни, странная дыра в полу, предположительно туалет, железные ржавые прутья решетки и крысы. И не просто маленькие грызуны, а огромные, жирные, с красными глазами, жаждущие, чтобы мы потеряли бдительность, чтобы сожрать нас без остатка. И, оказывается, я проснулся как раз вовремя. Крысы как раз собирались мной трапезничать. Я сбросил их, пинал и орал как последний идиот. За что мои соседи неплохо треснули меня палкой по голове. Со мной в комнате было еще пять человек, мы последние шесть выживших. После всех этих крысиных ужасов нам сказали собираться на тренировочную арену. На нас надели тяжелые кандалы и повели вниз, мимо других камер. И освежающий и холодный запах морской соли пробил мне нос, когда я прошел мимо маленького окошка. Я увидел черное и бушующее море, оно было поистине пугающими. Холодное, одинокое. И погода настроение не поднимала: тяжелые, свинцовые облака плыли по серому небу. Нас погнали вниз по лестнице, подгоняя розгами и кнутами. Затем поволокли по узкому и темному коридору с дверями из разных материалов и разных форм, кажется, я даже видел дверь с каменным лицом. Мы остановились у широких, толстых, дубовых дверей. Их с силой открыли. Я оказался в просторном зале. Зал разбит на несколько секций: фехтование, стрельба, рукопашный бой. В каждом было тучи народа. С нас сняли кандалы, как щенков швырнули в этот зал, приказав тренироваться. И мы, потирая запястья, встали и пошли в сторону знакомого нам Дракона, как раз находившегося в секции фехтования.