Несколько причин переехать жить к Хоуку

      Не то чтобы Хоук не привык к тому, что его часто благодарят, в конце концов, он Защитник Киркволла, но все-таки, иногда бывает лучше, если бы некоторые свою благодарность оставляли при себе. И Гаррет вовсе не черствый зажравшийся человек.       Сегодня утром, когда Гаррет спокойно прогуливался по Верхнему городу, думая, где бы позавтракать, к нему подбежала молоденькая девушка. На вид ей было около двадцати, ее светлые волосы были заплетены в высокий хвост, а карие глаза смотрели на него так, словно он был ее последней надеждой на выживание.       Впрочем, Гаррет привык к тому, что на него так смотрят.       Все ее лицо было в слезах, и она громко и жалобно просила о помощи, сжимая аккуратные руки на его мантии. Она говорила, что не имеет денег, но ее брат, как сказал позже Фенрис — конченный идиот, пошел к Расколотой Горе искать что-нибудь на продажу, чтобы заработать хоть какие-то деньги.       В итоге, он по доброте душевной, а еще из-за жуткой скуки, согласился помочь и захватил с собой Фенриса, Мерриль и Варрика.       Брата девушки они быстро нашли и вернули девушке в целости и сохранности в Киркволл. И Хоук уже один раз сказал, что ему не нужно от них ни денег, ни чего-либо другого.       И так же Хоук совершенно не ожидает, что девушка решит, что лучшей благодарностью ему будет поцелуй. И он даже ничего бы не сказал, будь это поцелуем в щеку, но это самый что ни на есть поцелуй в губы.       И это происходит настолько неожиданно и быстро, что не успевает отпрянуть, как она отстраняется сама. И единственное, что сейчас понимает Хоук с искренней печалью, что за этот поцелуй ему придется очень долго и очень усердно извиняться.       — Большое вам спасибо, дорогой Защитник! — говорит девушка своим звонким голосом, искренне глядя в его глаза. — Заходите к нам, когда пожелаете, в нашем доме вы всегда желанный гость, — продолжает она, и в ее глазах буквально сияет восхищение.       — О, я думаю, он обязательно к вам зайдет, — отвечает за него гном, маг сводит брови и переводит взгляд на Варрика, замечая его издевающуюся ухмылку. Мерриль часто моргает, не понимая, что вообще происходит и почему над Фенрисом еще более устрашающая аура, чем обычно. Видимо, она пропустила момент с поцелуем, засмотревшись на что-то другое.       — Разумеется, — беззаботно отвечает Хоук, обращаясь не к девушке, а к ее брату. — Если вам понадобится помощь, не стесняйтесь, — он бросает короткий взгляд на Фенриса, тот пристально смотрит на девушку и ее брата. — А пока что меня ждут дела...       — Это какие, интересно? — спрашивает Варрик, опять ухмыляясь, а Хоук, не убирая улыбку с лица, переводит на него взгляд.       — Слухи ходят, что одному гному в Нижнем городе на задницу очень мало приключений достается, надо бы их добавить, — отвечает Гаррет, слыша тихий смех Варрика.       Когда они отходят от людей на приличное расстояние, а Мерриль отделяется от них, завидев какие-то безделушки у прилавка, Хоук поворачивается к Фенрису, который не смотрит в его сторону.       На его лице ничего не выражается. Разве что губы поджаты, а в остальном тот выглядит, как и всегда.       Гном, чувствуя, что сейчас начнутся очередные разборки решает незаметно свалить. Незаметно не получается, он ловит на себе несчастный взгляд Хоука, но все же решения уйти не меняет. Не то чтобы ему неинтересно, просто их ссоры он видел уже столько раз, что хватило бы книг на пять.       — Предатель, — говорит одними губами Хоук гному, а тот пожимает плечами и разворачивается. Гаррет же, вздыхая, поворачивается к эльфу. — Фенрис, надеюсь ты видел, что это она меня поцеловала? — спрашивает Гаррет, а Фенрис, переводя на него взгляд, спокойно кивает. — И я был совершенно не заинтересован в том, чтобы ей отвечать, — продолжает Гаррет, а взгляд Фенриса становится недоуменным. — И был бы тебе очень признателен, если бы ты не злился, — Гаррет улыбается, когда договаривает, а Фенрис чуть склоняет голову и хмурится.       — Разве похоже, что я злюсь? — спрашивает он, а Хоук чуть отводит взгляд.       — Ну... — говорит он, не заканчивая предложение, а Фенрис цыкает.       — Хоук, я же не слепой, — Фенрис говорит это резко, но тем не менее, голос он не повышает. Уже хорошо.       — Фенрис...       — Все нормально, и, если я тебе больше не нужен, у меня есть дела в Нижнем городе, — он говорит это быстро, ждет ответа Гаррета, а когда тот неуверенно и медленно кивает, взмахивает рукой, — Увидимся, — бросает он и разворачивается.       Хоук вздыхает.       Да, Фенрис определенно злится.       Мужчина возводит глаза к небу, желая самому себе тонны выдержки и терпения. Он решает, что сейчас ему не помешает выпить. Желательно с Изабеллой, которая наверняка сможет поднять настроение и подготовить к разговору с Фенрисом.       Когда он заходит в таверну, то видит, что Изабелла сидит с каким-то худым мужчиной, тот нервно посматривает на свои карты, а потом на нее. Пиратка же самодовольно ухмыляется, и, замечая Защитника, машет ему рукой.       Гаррет подходит к ним, пододвигает одной рукой к себе стул и присаживается. Он приподнимает бровь, заметив с какой немой мольбой смотрит на него бедный мужчина и переводит недоуменный взгляд на Изабеллу.       — Ну и что ты у него уже отыграла? — спрашивает он, а Изабелла довольно хмыкает и играет бровями.       — Десятку, стальной меч, несколько чертежей, и… — она раскрывает карты, а вместе с тем на лице мужчины отражается искренний ужас, — дом, — она начинает смеяться, берет стакан с недопитым виски и залпом выпивает его. Мужчина начинает громко верещать, что очень действует на нервы, а Гаррет, хмурясь, закатывает глаза и тянется к бедру Изабеллы. Он резко вытаскивает из-под ее ляжки около пяти карт и кидает их на стол. Мужчина громко вздыхает, а она недовольно смотрит на него.       — Гаррет! Вот сука, ты мне теперь дом должен! — громко начинает она, а Гаррет поднимает руку, останавливая ее. Он поворачивается к благодарящему его мужчине, думая о том, что с него хватит на сегодня благодарностей.       — Иди отсюда, — говорит он ему, а тот резко поднимается со своего стула, задевая стол, который начинает трястись. — Женщинам нельзя доверять, дружище, — Хоук улыбается, говоря это, а мужчина быстро ретируется из таверны, не забывая забрать деньги, свой меч и чертежи, не обращая внимания на то, что одного из них там уже нет.       Хоук поворачивается к подруге, которая продолжает негодующе на него смотреть.       — Зачем тебе вообще нужны чертежи? Ты хоть знаешь, что именно на них изображено? — спрашивает он, приподнимая бровь, а она фыркает и перекрещивает руки на груди.       — А зачем тебе надо было приходить и обламывать игру? — она кивает рукой бармену, а тот, понимая, что от него хотят, принимается разливать выпивку.       После того, как она забирает с барной стойки две рюмки рома, то ставит одну перед Гарретом и садится напротив него. — Итак, почему ты решил прийти жаловаться на жизнь именно ко мне? В конце концов, у малышки Мерриль сейчас никаких дел нет, Андерс всегда готов выслушать все твои проблемы, Варрик только что прошел к себе в комнату, и…       — Я понял тебя, можешь не продолжать, — говорит он, а Изабелла отпивает рома. Гаррет вздыхает — Думаешь, поверю, что Варрик не успел рассказать? За кого ты меня принимаешь? — Изабелла смеется и залпом допивает ром, с громким звуком ставя рюмку на стол.       — Рассказал конечно, но то, что ты поссорился с Фенрисом не дает тебе права мешать мне сорвать куш.       — Я ни с кем не ссорился, — отвечает мужчина, тоже залпом выпивая ром, рукой показывая бармену, чтобы добавил. — Но я уверен, что он злится.       — О, неужели. Фенрис злится на то, что ты целовался с девушкой, действительно сюрприз, — закатывает глаза Изабелла, фыркая. — Всегда говорила, моногамия до добра еще никого не доводила, — Гаррет улыбается ее словам, а бармен ставит перед ними еще две рюмки рома. — Этот гад никогда не подходит, если я одна сижу, — бурчит Изабелла, недовольно глядя в спину отходящего от них бармена. — Мало того, что пойло отвратное, так еще и обслуживание — дерьмо.       — Кстати, завтра мы идем к Костяной яме. Мне пришло письмо, что возле нее была утеряна какая-то важная вещь, предназначенная для какой-то важной персоны, — говорит ей Хоук, а она пожимает плечами.       — Как всегда? Ищем, не зная что, не зная для кого? — спрашивает она, а Гаррет кивает.       — Верно.       — Сколько? — заинтересованно спрашивает она.       — Пятнадцать золотых, — Изабелла приподнимает брови, достаточно неплохо, а потом кладет подбородок на свой кулак.       — И в чем подвох?       — Тот, кто доставлял это что-то, убит, территория на которой утеряна вещь, кишит злобными тварями.       — Ну… — начинает Изабелла, опрокидывая в себя еще одну рюмку, — не привыкать. Я, ты, Андерс и Фенрис? — спрашивает она, и, дождавшись кивка, начинает ухмыляться. — Предвкушаю нечто веселое, — довольно говорит она. — Надеюсь, вы с Фенрисом до завтра не помиритесь, — она встает со своего стула, тянется, а Гаррет невольно оглядывает ее фигуру. — Хотя ругань Андерса и Фенриса можно слушать вечно.       — Всегда говорил, ты добрее, чем кажешься, — с сарказмом отвечает он, фыркая. Он со смешинками в глазах смотрит на пиратку, а та пожимает плечами.       — А я никогда этого не отрицала. Ты, кстати, платишь. Это за мои услуги подушки для нытья, — отвечает она и поворачивается к нему спиной. Махнув рукой, она направляется в свою комнату, предварительно стрельнув глазами в сторону симпатичного храмовника, который зашел в таверну минут пять назад. Хоук усмехается, когда храмовник тут же встает и идет за Изабеллой.       На улице темнеет, а в лицо дует теплый ветер, и Хоук подставляет под него лицо. Чем себя занять он не знает, и из-за этого направляется в свое поместье.       Его привычно встречает мабари, и он коротко здоровается с ним, гладя по шерсти на шее. Андерса нет, видимо задерживается в клоаке, только Сэндал и Бодан занимаются своими делами на месте. Просмотрев свою почту и не найдя там ничего нового, он решает снять с себя мантию и переодеться в домашнюю одежду.       Он решает прочесть одну из книг, что лежат в библиотеке, выбирает наугад, а книга, словно назло, оказывается про эльфа. Доброго, правда.       Через какое-то время в имение возвращается Андерс. Завидев Хоука, он лишь приподнимает брови и подходит к нему.       — С Фенрисом поссорился? — спрашивает он, присаживаясь на подлокотник дивана, на котором сидит Гаррет.       — Неужели я выгляжу настолько жалко? — улыбается ему Гаррет, откладывая книжку, которую дочитал почти до середины. Он тянется с громким вздохом и закидывает ноги на диван.       — Бывало и похуже, — неопределенно отвечает Андерс, а Гаррет фыркает. — Я видел его, когда шел сюда, он выглядел жутко и недовольным. Я не придал этому значение, ведь он всегда такой, но ты с книгой подтвердил мою догадку.       — Намекаешь на то, что я редко читаю? — Андерс не отвечает, а Хоук вздыхает и встает с дивана. — Завтра с утра идем к Костяной Яме. Выспись, а я пойду, Фенриса предупрежу, — говорит Хоук и замечает недовольный взгляд мага.       Когда он уже в дверях библиотеки, его останавливает голос друга.       — Гаррет, подожди, — Андерс встает с подлокотника и подходит к нему. Он пристально смотрит в его глаза. — Думаешь, я забыл о нашем споре?       — Я работаю над этим, мало времени прошло, — неуверенно отвечает Хоук, а Андерс приподнимает бровь. — Тем более, мы не оговаривали временные рамки.       — Мы спорили на поцелуй при Фенрисе, — будто не слыша его отвечает Андерс.       — Думаю, хватит с него на сегодня поцелуев, — тихо отвечает Гаррет скорее сам себе, а Андерс непонимающе на него смотрит. — Я помню условия, — со вздохом говорит Хоук, а на его губах появляется легкая улыбка. — Ты же знаешь меня, я его уговорю переехать.       — Я даю тебе еще месяц, если ты не готов выполнять условия спора, просто скажи, — усмехается в ответ Андерс, — С чего ты вообще взял, что сможешь его уговорить? — Хоук лишь фыркает в ответ.       — Лучше готовь вещи для переезда, — отвечает мужчина, подмигивая ему. — В конце концов, Фенрис зарекался не иметь дело с магами, в итоге я стал его любовником. Может, он и упрям, но со мной ему не тягаться.       Хоук больше ничего ему не говорит, а Андерс провожает его взглядом до входной двери, и не отходит, пока та не закрывается. На его губах слабая улыбка.       — Ну посмотрим...       Когда Хоук заходит в поместье, он сразу же поднимается на второй этаж, на эльфе уже нет верхней части брони и железных когтистых перчаток. Он стоит спиной к Гаррету, собираясь снять с себя черные рейтузы, а потом оборачивается, услышав его шаги.       — Фенрис... — Гаррет произносит его имя, и Фенрис поворачивается к нему всем телом.       — Что-то случилось? — спрашивает он, спокойно глядя на мага, а Гаррет начинает рассматривать смуглое тело, покрытое лириумными отметинами. Он поднимает взгляд на глаза Фенриса, а тот начинает слабо ухмыляться — Стало скучно?       — Не без этого, — неуверенно отвечает Гаррет, закрывая за собой хлипкую дверь в комнату. Он подходит к эльфу ближе, в его зеленых глазах нет ни обиды, ни злости, и это удивительно. Фенрис, как будто, даже рад его приходу. — Я пришел сказать, что завтра мы идем к Костяной Яме. Надо выспаться.       — Ты пришел сюда, чтобы сказать мне об этом? — переспрашивает Фенрис, приподнимая бровь, а Защитник вздыхает.       — Ладно, разумеется, я пришел не только за этим. Просто хотел сказать, чтобы ты не злился, — говорит он на одном дыхании, продолжая смотреть на эльфа. Его выражение лица спокойное, голос тоже, и Гаррет не понимает, почему тот делает вид, что не злится. Обычно эльф не особо церемонится. Сам Фенрис же вздыхает и подходит к Гаррету ближе. Он чуть приподнимает голову и слабо улыбается. Хотя улыбка его больше напоминает ухмылку.       — Я же сказал, что не злюсь, — повторяет ему Фенрис, его ухмылка становится чуть шире, а Гаррет вздыхает.       — Будто бы я не знаю, когда ты злишься, а когда нет, — руки Гаррета ложатся на талию Фенриса и пальцы легонько проводят по местам, где отлит лириум. Он неуверенно притягивает его к себе, ожидая реакции, но ее не следует, и он целует эльфа в висок, прикрывая на секунду глаза. — Тем более, обычно после того, как мы выполняем задание, ты идешь ко мне, а не срываешься куда-то.       — Я же сказал, у меня были дела, я ушел из-за них, а не из-за того, что злился, — повторяет Фенрис, глядя в глаза. Его взгляд выглядит немного недоуменным, а его губы до сих пор растянуты в ухмылке. Он не обнимает Гаррета в ответ, но держит ладони на его локтях, слабо сжимая. Гаррет раздраженно вздыхает и прижимается своим лбом к его, пристально глядя в глаза.       — Я не верю, — отвечает он и начинает улыбаться эльфу в ответ. Тот чуть приоткрывает губы, чтобы что-то сказать, но потом замолкает. Его руки ложатся на плечи мага, а пальцы зарываются в черные волосы, и притягивают его к себе для поцелуя. Гаррет не закрывает глаз, когда губы Фенриса касаются его. Тот мягко обводит их языком, а потом раздвигает, углубляя, и Гаррет притягивает его ближе, начиная отвечать. И целовать Фенриса безумно приятно, это всегда приятно, Гаррет вообще перестает понимать, какого черта происходит.       Он прекрасно знает, как Фенрис злится, когда Гаррет с кем-то флиртует даже в шутку, он знает, Фенрис собственник. Он ревнив, и это можно понять, но вот понять то, почему тот спокоен после того, как при нем Гаррета целовала другая девушка, он не может.       Впрочем, здраво оценивать ситуацию становится сложнее, когда Фенрис начинает идти вместе с ним к противоположной стене и прижимает своим весом. Гаррет зарывается пальцами в светлые волосы, чуть приподнимая его голову, чтобы углубить поцелуй, а потом прикусывает нижнюю.       — Пойдем ко мне, — с придыханием говорит Гаррет, а Фенрис, вновь целуя его, начинает едва заметно улыбаться в его губы.       — Надо выспаться перед вылазкой, — отвечает он и хочет отстраниться от Хоука, но тот ловит его локоть и опять притягивает к себе.       Он смотрит в его глаза, поджимает губу и неуверенно смотрит на него, а потом коротко вздыхает и проводит ладонью по щеке эльфа. Тот чуть наклоняет голову, принимая ласку.       — Я люблю тебя, — вдруг, говорит Гаррет, а Фенрис приподнимает брови. — Я давно тебе этого не говорил, — продолжает он, чуть поджимая губы и начиная слабо улыбаться.       — Я это прекрасно знаю, Хоук, — отвечает Фенрис, накрывая ладонью его руку, что покоится на его щеке. Он серьезно смотрит в его глаза, а потом закатывает свои. — Я не злюсь, потому что твоей вины нет, — он улыбается, а в его глазах появляются смешинки. — Тем более, мне совершенно не обязательно злиться, учитывая то, что у тебя, вдруг, проснулась совесть. С чего бы это? — Хоук удивленно смотрит на эльфа, а потом начинает тихо смеяться и качать головой. Фенрис тоже тихо смеется, и Гаррет вздыхает. Он наигранно укоризненно смотрит на довольного эльфа.       — Ты с самого начала знал, что я буду переживать, не так ли? Испытывал меня?       — Разумеется, — отвечает Фенрис, чуть отстраняясь. Он идет к своей кровати и Гаррет идет за ним. — Правда думал, что ты придешь завтра.       — Ты знаешь, моим перевоспитанием уже довольно-таки поздно заниматься, — говорит ему Гаррет, ловя довольный взгляд зеленых глаз. Эльф начинает снимать с себя рейтузы. — Конечно же, можно попытаться, но только при постоянном присутствии, — Фенрис фыркает и бросает в него рейтузы. Он откидывает одеяло, но Гаррет не дает тому лечь в постель, ловит за запястье. — Думаю, тебе будет легче, если ты будешь жить со мной и вести постоянное наблюдение, — Фенрис приподнимает бровь и резко тянет его на себя, отступая, чтобы тот упал на кровать.       — Я подумаю над этим, — отвечает он, садясь на его бедра. Он наклоняется и вовлекает мужчину в поцелуй, а Гаррет с довольным вздохом отвечает ему.       Ладно, этот ответ лучше, чем очередное «нет», возможно он уложится в этот месяц.