Осознание
6 января 2018 г., 05:24
Джули безучастно смотрела в потолок, пытаясь вспомнить хоть что-то хорошее за последние две недели. Школа не посчитала нужным переселить ребят в другие номера, так что, когда блондинка приехала домой, то вернулась в комнату 307. Стекло поменяли, но неприятные ощущения остались. Девушка боялась, что её будут мучить кошмары, будет казаться, что в квартире кто-то есть, но, к удивлению, этого не произошло. Блондинка старалась не вспоминать о минувших днях. Единственное, что нагнетало, это гробовая тишина. Ни с кем нельзя было поделиться своими мыслями. В квартире, казалось, было слишком много места для такой маленькой девушки.
Трейл начала ходить на уроки. Кей часто провожал и ходил с ней на обеды, иногда у него даже получилось вызвать неподдельный смех у собеседницы. Про ту злосчастную ночь парень старался не упоминать, хотя ему было жутко интересно. Гроуп приветливо улыбался, рассказывал интересные истории, предлагал сходить в местное кафе несколько раз, но Джули всегда мучила совесть, когда она соглашалась на предложения юноши. Она четко и ясно видела в этих жестах надежду Кея на развитие событий. А хочет ли Джули чего-то большего?
Этим вопросом она мучила себя уже несколько ночей, видя в каждом слове, в каждом взгляде парня интерес к себе. Ей было приятно осознавать этот факт, но каждый раз, когда она думала об этом, в голове постоянно всплывал голубоглазый друг с теплой улыбкой и кепкой козырьком назад.
Кстати о птичках. Билли она так и не навестила. Ей было сложно даже позвонить ему, хотя она делала попытки. Она звонила только Руно и Элис, но, когда один раз на телефонный звонок голубоволосой взял трубку блондин, девушка быстро отключилась. Он только успел сказать банальное «Алло», как за долю секунды она узнала его голос. Последующие несколько дней блондинка перестала звонить.
Она вконец запуталась. Чего она хочет в данный момент? И каждый раз, когда Трейл задавала себе этот вопрос, её сознание отключалось, и она мирно засыпала в пустой квартире.
В один из будничных дней, Джули шла с Кеем на урок, всерьез задумавшись о попытке позвонить блондину. Гроуп предложил прогуляться, так как до звонка еще было двадцать минут, поэтому девушка согласилась. Пройдя до ближайшего окна, они сели на подоконник. В коридоре было немноголюдно. Гроуп увлеченно рассказывал историю из детства, которую Джули с интересом слушала. Блондинка лучезарно улыбалась парню, пока не осознала, что он уж слишком близко находится к ней, а его ладонь прижимает её руку к поверхности подоконника. Кей выжидательно смотрел на реакцию девушки, а затем потянулся к её губам за поцелуем. Трейл растерялась, когда его губы коснулись её. Она продолжала находиться в оцепенении, не отвечая действиям юноши. Ей было… ровно. Не было отвращения, но и желания продолжать не наблюдалось. С Билли не так. С ним было по-другому. Хотя сейчас, когда девушка пыталась вспомнить тот поцелуй на улице, она не могла ничего о нем сказать. Но это не было ничем, как с Кеем. Просто в прошлый раз Джули перепугалась, а сейчас ей хотелось бы ощутить его снова… Снова? Хотелось?
— Прости, — отвернувшись от юноши, Джули выдернула свою руку из-под ладони Гроупа. Прозвенел звонок.
— Что-то не так? — улыбнулся парень, вставая с места. Джули нервно посмотрела на него, криво улыбнувшись. Ей было неудобно перед ним. Она теребила в руках лямку от сумки, не зная что делать.
— Нет. Тот есть да. Я…прости, мне не кажется это правильным. Просто, наверно, я ещё не до конца разобралась в себе…
Гроуп внимательно слушал несвязанную речь девушки, следя за её поведением. Девушка поджала губы, стараясь не смотреть на него. Гроуп вздохнул, после чего запустил пятерню в дреды.
— Тебе нравится Гилберт, — девушка не ответила, так как Кей не нуждался в подтверждение. Он и не спрашивал, просто огласил факт, который заставил Трейл вздрогнуть. — Если ты этого до сих пор не поняла, то я открою тебе глаза. Черт, на что я надеялся? — это был риторический вопрос. — Скажи, у меня был хотя бы шанс? — Трейл еще больше опустила голову. Она и не знала, что сказать. Может быть и был, а может и не был. Джули сейчас совсем было не до этого. Она, наконец, поняла чего хочет. Кей горько усмехнулся. — Знаешь, ты хотя бы его не мучай, раз мне отказала. Он наверняка ждет. И не малое время.
Юноша ушел. Трейл чувствовала себя паршиво, но ничего не могла с собой поделать. Она бы соврала и себе, и Кею, если бы согласилась принять его чувства. Сейчас её состояние было гадким, но не гаже, чем если бы она не прервала поцелуй. Джули не пойдет сегодня на уроки. Ей нужно было домой. А точнее в больницу. А именно к Билли. Господи, да ей сейчас жизненно необходимо попасть туда! Она не видела его слишком долго, слишком давно они поссорились, и ей не хватает общения со своим другом детства. У Джули до коликов начинал болеть живот, когда она думала, как обнимет Гилберта при встрече. Она жутко боялась этих новых ощущений, но тем не менее уже бежала к кабинету Марии, чтобы отпроситься в городскую больницу.
***
Прошла еще неделя. Никто так и не приехал навестить ребят в больнице. Элис и Руно не могли выехать в школу из-за штормовой непогоды. По тем же причинам Трейл не могла приехать к ребятам. Телефонные звонки еле как доходили до другого конца. Повезет, если в день успеешь поговорить минуты две. Джули звонила Руно, так как телефон Элис конфисковала полиция и до сих пор не вернула. Билли она упорно не звонила. Не потому что ей не хотелось. Потому что это будет нечестно по отношению к нему. Она хотела поговорить с глазу на глаз, лично, а не через телефон у которого звонок прерывается каждые тридцать секунд! Если девчонки должны были вернуться в школу три дня назад, то Дэну с Билли следовало еще лежать и лежать. Правда, они могли уже почти свободно передвигаться по зданию. Даже приходили к девчонкам пару раз. Руно навещала шатена каждый день. Для нее он перестал быть больным уже тогда, когда встал с кровати и начал подкалывать девушку. Мисаки даже начала его бить. Не сильно, конечно, и не по швам и больным местам, но действенно. Как ни странно, Кузо не затрагивал тему последнего их совместного разговора перед той ночью. Может, он чего-то ждал. Руно не знала, но была крайне этому рада. Неловких ситуаций удавалось избегать. Трехдневная путевка в Италию, оказалась совсем не на три дня. Шун не появлялся с того момента. И ни разу не сообщил, где он и как. Никому. Когда ему пытались звонить, он не брал. Ну что за чертов характер?! Какой сволочью надо быть, чтобы уехать не попрощавшись? Элис не понимала его решения, потом бесилась пару дней, а вскоре просто смирилась. Ей уже было всё равно, однако, окружающие Элис люди не верили ее безразличию. Наверное, первое, что хотела сделать девушка, когда бы увидела Казами, так это ударить его кулаком по лицу, чтобы он опять попал в больницу с сотрясением мозга. Других вариантов и не приходило в светлую голову рыжеволосой. Когда он приедет, она определенно это сделает. Сто процентов. Ну, а потом скорую вызовет. Может быть. М-да, скорее всего она все же злилась на брюнета.***
Джули неслась со всех ног по лестнице, еле успевая сохранять равновесие. Её внешний вид оставлял желать лучшего. Волосы взбились в орлиное гнездо, одета Трейл была в потертые джинсы, и домашний голубой свитер, который растянулся уже в некоторых местах. Шапку она забыла дома, хорошо шарф успела захватить. Да и то своей функции он не выполнял. Тянулся за ней шлейфом по воздуху, рискуя вот-вот упасть на ступеньки. Пальто тоже было лишь для виду. Оно нифига не грело, так как девушка даже не удосужилась его застегнуть. На ногах — кроссовки. Полный аут. Просто это первое, что попалось под руку. Сегодня днём закончился дождь, и дорога была более менее проходимая, поэтому Мария решила позвонить спящей после пар блондинке, оповестить ее о том, что можно съездить завтра к ребятам, но Джули не захотела ждать. Ей нужно было сейчас, по-хорошему еще неделю назад. Поэтому уговорив Марию, аргументируя это тем, что нужно забрать девчонок домой, она получила разрешение на выезд с медсестрой в больницу. И вот она тут. Но бежала она точно не к Руно с Элис. Совсем не в ту сторону. Добежав до двери, Джули, не раздумывая, открыла её. Комнату освещал искусственный свет жужжащих ламп. Юноша, укрывшись одеялом и надев очки, читал книгу. Трейл облегченно выдохнула, оперевшись о свои колени, дабы не упасть. — Джули? — спросил блондин, откладывая книгу и приподнимаясь. Не без труда, но он все же это сделал. Трейл посмотрела на него, и на её лице заиграла улыбка. Но она была недолгой. Пару секунд. Когда она выпрямилась, её решительность поубавилась. А точнее сошла на нет. Джули вдруг поняла, что сорвалась и приехала сюда без плана действий, она абсолютно ничего не продумала. — Я… — девушка мысленно проклинала себя за спешку и косноязычность в такой ответственный момент. — Что произошло? Почему ты так одета? — Гилберт с интересом смотрел на запыхавшуюся девушку с ярким румянцем от мороза. Черт. Всё не так. Всё совсем не так, как она бы хотела! Начиная с внешнего вида, заканчивая разработкой стратегии. В такой момент она хотела выглядеть лучше всех и красивее всех в этой больнице, чтобы Билли смотрел только на нее, но из-за стремления как можно быстрей увидеть юношу, она совсем забыла об одежде. Как спала в домашнем и ходила по школе в кроссовках, так и поехала. Странно, что она поняла это только сейчас. — Я…Билли, мне… — Трейл подошла чуть ближе, чувствуя себя не в своей тарелке. Ей было неловко. Она не знала как начать, в голове было пусто. Абсолютный вакуум. Билли молчал, не спуская глаз с девушки. Она нервно кусала губу, стараясь не отводить взгляда от собеседника. В одну секунду ему показалось, что она сейчас уйдет, поэтому он с особой осторожностью дотронулся до её руки, чуть сжав пальцы. — Я выслушаю все, что ты скажешь, не волнуйся, — мягко и медленно произнес Гилберт. Легко сказать не волноваться. Парень не торопил, он ждал её ответа, смотря в голубые испуганные и нерешительные глаза. — Прости, — тихо и хрипло-хрипло выдала Джули. — Я так обрадовалась, что дождь закончился, что прибежала сюда, не зная что сказать. Мне… мне жаль, что я не приходила тебя навещать, хотя и знала, что ты пострадал из-за меня. Я знаю, что мне нет оправдания, и нужно было все равно прийти, хоть у нас в последнее время были натянутые отношения… — Трейл замолчала, слыша, как её сердце скоро покинет её тело. Черт, ну почему говорить самое важное так сложно? — Ничего, Джули, всё хорошо, я не злюсь, — Билли снял очки и отложил в сторону, взъерошив волосы. — Я хотел поговорить с тобой насчет того инцидента на улице… Понимаю, не должен был… — Подожди, я… Я осознала чего хочу и кого вижу рядом с собой, — перебила его блондинка, покрепче сжимая пальцы юноши. Слова давались непросто, скорее всего девушка вытаскивала их щипцами из себя. — Я думала всё это время, упорно пытаясь избегать ответа, но бесполезно. Мысли всё равно лезли в голову. Билли, я очень долго думала… Мы с тобой друзья с детства, и мне всегда нравился этот факт. С тобой я могу поговорить о чем угодно, ты всегда был моей поддержкой и защитой, я правда не могла мечтать о чем-то лучшем, пока я не поняла, что ты мне симпатичен. Ни как друг детства… Как…парень. Ты мне нравишься, Билли, — Джули посмотрела на Гилберта. Юноша перестал сжимать ладонь девушки, неверяще уставившись на нее. Он молчал, и Трейл начала нервничать, неосознанно бормоча себе под нос разные мысли, — Черт, я затянула с ответом, да? Уже слишком поздно? Я тебе уже не нравлюсь, зачем я все это только сказала… Мы даже друзьями обратно стать не сможем, неужели все испорчено… Нужно было молчать… — голубоглазая хотела убежать из комнаты, но рука, что так крепко сжала её ладонь, не дала ей этого сделать. Джули с испугом ждала ответа блондина. Тот медлил. Он устало потер переносицу и вздохнул. — Ты у меня совсем дурочка что ли? — он серьезно посмотрел на Джули, та застыла как истукан — Джули, ты мне нравишься уже ни один год, поверь, мои чувства быстро не проходят. Только посмей взять свои слова обратно, и я не знаю, что с тобой сделаю. Серьезно, даже не думай о таком шутить. Девушка почувствовала облегчение, как будто боль, которая мучила ее долгое время, прошла. Неосознанно из глаз потекли слезы, блондинка пыталась сдерживать себя, закусив губу. Билли вздохнул. Это девушка никогда не умела сдерживать эмоции, что тоже нравилось ему. Гилберт улыбнулся, докасаясь рукой до щеки блондинки, чтобы вытереть слезы. Но вышло еще хуже, Трейл вконец разревелась, пытаясь отвернуться и закрыть лицо руками. — Эй ну что не так? — Билли продолжал удерживать ее одной рукой. Он знал, что это слезы радости, поэтому не переставал лучезарно улыбаться. В конце концов, он тоже имеет право на счастье. Ему нравятся девушки только с фамилией Трейл, и он, наконец, влюблен взаимно. Жизнь налаживается, хоть и надо было для этого поцеловать девушку, а потом подставиться под нож. Чего не сделаешь ради любви. — Разве ты не рада? — Я рада! Очень-очень рада… — заикаясь и всхлипывая, рьяно ответила Джули. Гилберт рассмеялся, разворачивая её обратно. — Иди ко мне, — блондин потянул девушку за руку, чтобы та села на кровать. Это произошло неожиданно для Джули, так что не справившись с координацией тела, она облокотилась на юношу. Гилберт поморщился от боли незажившей раны, но сделал это незаметно для блондинки. В противном случае она бы отпрянула от него, чего парень явно не хотел. Устроившись поудобнее, он обнял девушку за талию, закрывая глаза. Боже, как давно они хотели это сделать. Вот так почувствовать друг друга рядом. Кажется, прошла целая вечность перед тем, как это произошло. Джули густо покраснела, мысленно говоря слова благодарности, что юноша этого не увидел. Она поудобнее устроилась на плече Билли и тоже закрыла глаза. Ей определенно нравилось. Даже очень. С Гилбертом было тепло и комфортно. Она в который раз убедила себя, что сделала правильный выбор. Конечно, это ещё не поцелуй, но она уверена, что это будет намного лучше, чем с Кеем, хотя даже при мысли об этом, девушка заливалась краской. Но это потом, а сейчас она просто хочет насладиться этим моментом до… — Извините, часы посещения заканчиваются. Вам придется уйти, — в дверях стояла медсестра юноши, смотря на пару.***
Элис ехала впереди на пассажирском сидении рядом с водителем. Джули с Руно расположились сзади. На улице стемнелось, так что медсестра вела машину очень осторожно. Руно заснула на середине пути. Трейл всю дорогу улыбалась, смотря в окно. Билли нужно было на обследование, поэтому он не успел проводить её. Только застегнул пальто и бережно обернул шарф вокруг её шеи. Девушке было этого достаточно. Её не покидало чувство окрыленности, и если так будет всегда, то она хочет почаще проводить время с Гилбертом. Элис не стала задавать никаких вопросов. Во-первых, здесь была Катрин. Во-вторых, она не хотела портить идиллию Джули. Спросит завтра, от любопытства не умрет. Рыжеволосая пыталась заснуть, да всё не получилось. То ли неудобно, то ли её что-то беспокоило. В её голову постоянно стремился залезть образ брюнета, на что Гехабит только фыркала. Интересно, а думает ли он столько же, сколько она о нём? Завтра ей должны вернуть телефон, но девушка этого и ждала, и боялась. Она хотела позвонить ему, но боялась увидеть ни одного сообщения или пропущенного. А ещё больше Элис страшилась того, что он может не взять трубку, что окончательно бы выбило её из колеи. Девушка вздохнула от собственной беспомощности. Последующие дни девушки жили в собственной квартире, посещая школу по будням. Четвертую кровать по настоянию Мисаки убрали, остальные не были против. Кей избегал Джули. Трейл на это лишь вздыхала. А что она ещё могла сделать? Да, она полная идиотка, что не пресекла все намного раньше, но прошлого не исправить. С Билли девушка больше не виделась, так как Мария говорила оставшиеся дни только про учебу, ибо остались жалкие деньки до конца. Зато они периодически созванивались так, что Руно с Элис закатывали глаза от долгих разговоров подруги. Когда Элис все-таки решила начать подкалывать блондинку из-за этого, говоря, что, наконец, лучшие друзья снова сошлись, то Джули объявила им, что они уже совсем не друзья. Вот тогда-то Мисаки с рыжеволосой округлили глаза, обидевшись на блондинку, что та ничего не сказала раньше. Трейл долго извинялась, а потом весь вечер рассказывала девчонкам, как всё прошло, не забыв приукрасить свой образ. Руно тоже не пускали в больницу. И она тоже звонила. Правда не так часто как Джули и вообще просила Элис звонить вместе с ней по скайпу. Но Гехабит немного сидела с ними, а потом уходила, оставляя Дэна и Руно наедине. От Кузо она узнала, что их скоро выпишут. Они приедут домой со дня на день. Голубоволосая обещала приготовить что-нибудь вкусное к приезду парней. Дэн выпросил. Да Руно и так сделала бы. В день приезда Мисаки кружилась на кухне, стараясь успеть все на свете. Элис отмазалась от готовки тем, что Мария уговорила доразбирать дела учащихся. Ну не откажешь ведь. Джули прыгала от радости, убирая зал и украшая его. Она всё время поглядывала на часы, которые шли очень медленно по её мнению. Вот ведь! Да такими темпами Трейл скоро сама поедет за юношами. Стол был накрыт. Девчонки приоделись. Нет, это не был официальный вечер. Это была встреча друзей, поэтому Джули надела теплую толстовку, что была на два размера больше неё, да и вообще на женскую не походила, и черные легинсы. Завершали образ мягкие розовые тапочки. Волосы она собрала на бок в хвост. Руно остановила свой выбор на желтом свитере, колготках и джинсовой юбке. Мальчики задерживались. И если первый час блондинка звонила каждые пятнадцать минут юноше, то потом она психанула, заявив, что обиделась на него. Руно украдкой посмеялась над словами девушки, но тоже нервно начала стучать по столешнице, не зная, чем себя занять уже почти полтора часа. Элис тоже не приходила. Как ушла с утра, так домой и не вернулась. — Может быть, чай попьем? А то мой желудок скоро съест сам себя, — хмуро заявила блондинка, швырнув телефон на столик и вставая с дивана. Руно, сидевшая в это время на кухне, пожала плечами. А почему бы и нет? — Чур чай наливаешь ты. Мне с бергамотом, пожалуйста, — сев рядом с зеленоглазой, Трейл мило состроила глазки. Мисаки округлила глаза, а потом звонко рассмеялась. Ничего не поделаешь, придется вставать с места. Руно поставила кружки на стол, Джули положила в свою две ложки сахара. — Если они не приедут до того, как мы допьем чай, то я иду за Элис, мы открываем бутылку шампанского, нет, вина и будем втроем веселиться так, что завтра утром нам будет либо стыдно, либо мы ничего не вспомним. Руно в который раз сегодня посмеялась над Джули. — С одной бутылки ничего не случится, — полезла в бутылку Мисаки. Почему бы и не поддержать разговор. Бредовый, конечно, но, может быть, скоро он превратится в реальность. — Да плевать я хотела. Это всё детали, захочу, ящик раздобуду. Нефиг нас игнорить, бесят. — Хм, почему я думаю, что ты зла только на Билли? — иронично заметила Мисаки, отхлебнув от края кружки и поставив ногу на стул. Джули же умудрилась сидеть на нем в позе лотоса. — Да потому что обещал полтора часа назад приехать и где? Такое чувство, что он меня избегает, — хмыкнула Джули, массируя висок. — Может, он мстит? — предположила голубоволосая. Почему-то ей хотелось подразнить блондинку. На немой вопрос, Мисаки добавила, — ну знаешь, ты ведь его игнорировала в последний ээ… месяц? — Да это… Руно, не смейся! — у блондинки так исказилось лицо, что зеленоглазая не сдержалась. — Я уже извинилась, и Билли сказал, что не злится. К тому же сейчас всё хорошо. — Давно пора было, — откидывая волосы назад, Руно достала с буфетницы печенье. Джули сузила глаза, надув губы. Ей не нравился тот факт, что подруга смеется над ней. — Ну ладно, хватит обо мне. Как там у тебя с Дэном? Может, вы тоже уже вместе? — скрестив победоносно руки, Трейл облокотилась о спинку стула. — Нет, Джули, давай только не обо мне. Я не хочу, — возвращаясь к столу, сказала голубоволосая. Но Джули не была бы Джули, если бы не продолжила. — Он ведь тебе нравится, тогда в чем проблема? Мне кажется, я вам помешала в тот вечер. Ну… Когда Макс и Руф… Короче говоря, хватит его мариновать. — Джули, напомни, сколько времени ты не принимала чувств Билли. Год? Два? — Джули опять скривилась, ибо Мисаки попала в точку. Больную точку. — Это не то, другое. Я не не принимала, я их попросту не видела. Мы дружим с детства. Я даже не воспринимала его как парня, пока он мне прямым текстом не сказал. И знаешь что? Если бы Билли решился раньше, возможно, я бы тоже быстрей всё поняла. А тут тебе Дэн уже давно говорит. И не раз. — Джули, если бы это было так просто, — Руно вздохнула, но не хотела продолжать эту тему. — Заканчиваем. Лучше посмотри на свою кружку. Она пуста. — Точно, — кивнула девушка, проводя пальцем по ободку кружки. — Теперь мне нужна ты, Элис и три бокала вина. Значит так, я иду за потеряшкой, а ты достаешь фужеры с дальней полки. Только те, что с рисунком по контуру. Мне они нравятся больше. — Я не против, — убирая две кружки со стола, Руно пожала плечами. — Но ты реально этого хочешь? — Ещё как хочу! — убеждала себя девушка. Она с воинственным видом посмотрела на часы, потом на Руно, на дверь и… выдохнула. — Господи, да когда они приедут! Мисаки улыбнулась уголками губ. Ей тоже на минуту стало тоскливо. Она домыла кружки и села обратно к Джули. — Может, они в пробке? — Черт побрал бы виновника этой пробки. Я так ждала этого дня, и где мои ожидания? Канули в лету? Нет, я снова передумала, хочу выпить. До беспамятства, прямо сейчас и… В прихожей послышался звук разблокированной двери. Джули с Руно замерли, уставившись друг на друга. — Есть кто дома? — послышался знакомый голос и звук расстегивающейся молнии. — Эй, мы только вернулись, а нам уже не рады, — насмешливый, но уже другой голос. Джули подскочила со стула, выглядывая с кухни и еле сдерживаясь, чтобы не закричать от радости. — Джули, только не набрасывайся на него, хочу напомнить, что он был ранен в живот, — громко предупредила Мисаки, когда девушка скрылась из виду. Голубоволосая встала и прошла в зал. Гилберт даже не успел раздеться. Блондинка уже вцепилась в его шею руками. Если бы было можно, она бы и запрыгнула на него. Её распирало от радости. Злости как будто и не было. Шатен снимал с себя шарф, увидев зеленоглазую, они улыбнулись друг другу. — Ну наконец-то! Почему так долго? — фыркнула пепельноволосая, чуть отстранившись, но не отпуская парня. — Так получилось, нужно было кое-куда заехать. Главное мы уже здесь и смертельно голодные. Руно, ты приготовила мои любимые кексы? — проходя в зал, спросил Дэн. — Всё уже остыло, так что подождите теперь и вы. Кексы в духовке. — А где Элис? — Билли разулся и сел рядом с Дэном на диван. Джули ушла помогать Мисаки. — Помогает Марии. С утра не видели, сказала, придет очень поздно, так как хочет закончить всё за раз. — Трейл принесла со столовой салат и тарелки. Билли окинул её взглядом. — Это случаем не моя толстовка? — Билли не мог вспомнить, когда успел отдать её девушке. Джули криво улыбнулась. — Кстати, об Элис. Приди вы на несколько минут позже, вы бы наблюдали картину, как три девицы распивают вино. — Руно принесла с кухни ещё несколько блюд. — Вы собирались пить? — спросил Кузо, облокотившись о подлокотник и запустив пятерню в волосы. — До беспамятства, — процитировала Руно блондинку, хихикнув. — Но вы спасли нас от ящика вина, головной боли и завтрашнего стыда с утра. — Вы бы ещё позже приехали, — уперлась Джули, осев в кресло на немой вопрос парней. Руно рассмеялась. — Ладно, что вам сказали врачи? Вам ещё нужна будет консультация? — голубоволосая села в кресло. Дверь щелкнула, и все обернулись посмотреть на вошедшего.***
Элис поставила локти на стол, а руки запустила в рыжие волосы. Библиотекарь ушла час назад, оставив ей ключи. Гехабит оставалось пару резюме, и она по-любому закончит с этим сегодня. Надо доделать и, наконец, забыть. Ещё немного и она закончит. Ещё чуть-чуть и она уснет прямо здесь. — Ты снова трудишься? — на её плечо легла рука. Девушка вскрикнула от неожиданности, а, повернувшись, чуть не вскрикнула опять. — И тебе привет. — Ш…Шун? — Элис подумала, что она уже спит, но, когда поняла, что это не сон, подорвалась с места, отходя от юноши. Казами с интересом смотрел на действия девушки. Настала неловкая тишина. Они продолжали смотреть друг другу в глаза. Элис подумала, что это было похоже на сцену в коридоре, когда она была под арестом. Они также молчали и смотрели друг на друга. Только Элис теперь не ограничивали в движениях, но и бежать ей не хотелось. Брюнет отвел взгляд первым. Он посмотрел на стол, за которым недавно сидела девушка, выход из библиотеки, потом на наручные часы и снова вернулся к Элис. — Прогуляемся? — тихо произнес писатель. Элис медлила. Нет, не потому что она сомневалась. Потому что не осознавала, что происходит. Видя это, Казами подошел ближе, мягко взял рыжеволосую за запястье и повёл на выход из библиотеки. Видимо, работу все-таки придется отложить до завтра. Они шли молча по пустым школьным коридорам. Гехабит успела задать у себя в голове уже кучу вопросов, но так и не озвучила их. Они дошли до окна, и рыжеволосая высвободила свою руку, оперевшись о подоконник. — Я ходил к вам на квартиру. Там уже все собрались, поэтому меня послали за тобой. — Тогда почему мы еще не там? — хрипло произнесла Элис, смахнув назад волосы. — Я же сказал, что хотел прогуляться, — спокойно ответил брюнет, оперевшись спиной о подоконник. — Думаю не стоит заставлять их ждать. Идем домой, — Гехабит оттолкнулась руками и направилась в противоположную сторону от юноши. Шун вздохнул. Элис не успела и моргнуть, как она уже сидела на подоконнике. Немой вопрос а-ля « что ты себе позволяешь?! » Казами успешно проигнорировал, поставив руки по обе стороны ног девушки. — Тебе интересно, где я был все это время? — Гехабит отвернулась от парня, демонстрируя свой пофигизм. — В Италии. Меня задержал Крэй. К удивлению, но Рик с нами не поехал. Я не брал трубку, потому что заграничные звонки дорогие. Потом по приказу отца я вернулся домой, где меня долечивал семейный врач. — А социальные сети?! — скрестила руки рыжеволосая. Шун усмехнулся. — Значит, тебе все-таки интересно? Я не заходил туда. А теперь скажи ты, почему не берешь телефон? Я звонил тебе сегодня сказать, что приеду. — Я отключила его три дня назад, — Элис облокотилась об окно. Она бы с радостью вообще отодвинулась, да некуда. — Зачем? — Казами продолжал сверлить глазами девушку, которая и не думала на него взглянуть. — Мне так проще. Знаешь, когда я получила телефон из полиции, день к нему не подходила. А потом я все-таки решила посмотреть. Отгадай, что я там увидела? Пропущенные. От Марфы и бабушки. А сколько звонков было от тебя, догадываешься? — нервозно спросила Элис, зло посмотрев на парня. Писатель молчал. Они оба знали ответ. — В общем, я отключила его, чтобы не расстраиваться. Почему ты уехал, ничего не сказав? Ты мог хоть как-то связаться с нами, и не говори, что я не права. — Я… Я боялся сорваться, — Элис опять удивленно уставилась на него. Шун улыбнулся. — Сколько времени? — хрипло спросил я, привстав с кровати. Голова жутко болела, меня подташнивало. Крэй сидел передо мной на стуле, Рик стоял около двери. — Без четверти час. Тебе нужно быть в Италии завтра утром, так что вылет сегодня, ночью. Я говорил с твоим врачом, ты идешь на поправку, так что конференция ждет тебя, — говорил мужчина. Даже глазом не моргнул, хотя чему я удивляюсь, это же Крэй. — А тебя не смущает, что у меня сотрясение мозга и тошнит каждые двадцать минут? Меня так не слабо к стенке приложили, — недовольно буркнул я, массируя висок. Как будто мне от этого станет легче. — Что ж, от этого никуда не деться, но это скоро пройдет, по словам врача. Тем более, на борту самолета есть врач, за границей тем более. Кто же виноват, что ты оказался в такой плачевной ситуации? Увернуться что ли не мог? Или хотя бы не лезть тогда, — устало выдал Крэй. — Вылет рано утром, у тебя час на сборы. Рик тебе поможет, не задерживайся, а я пойду забирать твои документы. — Подож… — я не смог договорить, так как боль снова отозвалась в виске. Чертов Крэй, ненавижу его! Я рыкнул, когда он вышел. Рик послушно собирал мой чемодан. А мне оставалось только собирать портфель. Обычно, я кладу туда вещи только для работы. В палату вошла моя медсестра. Рик поставил чемодан рядом со входом, после чего вежливо поклонился и ушел. — Значит, это правда, что вы уезжаете? Как человек, приближенный к медицине, считаю долгом предупредить вас, что нежелательно обрывать лечение. — Мне нужно в Италию, — и вообще, этим мозги надо компостировать не мне, а Крэю, задолбал уже, честное слово. — В Италию? Ах точно, вы ведь должны были ехать на конференцию вроде бы, да? — девушка протянула мне градусник, я послушно принял его, думая в чем поехать в аэропорт. Стоп. — А откуда вам известна эта информация? — я никому не говорил здесь об этом. Разве что с Дэном и Билли раз пересекался, но не помню, чтобы затрагивал эту тему. — Девушка рассказала, — похлопала ресницами медсестра, забирая градусник. — Извините, — не догоняя ее мыслей, протянул я. Джули что ли проболталась? — Ну девушка, — повторила она, записывая что-то себе в планшетку. — Она сюда каждый день приходит, неужели вы ни разу не увиделись? — я старался что-то вспомнить, но без толку. Я каждый раз просыпался только ночью, а рано утром меня будили на процедуры. Остальное время я спал. — Вот ведь, я даже имени не спросила. Хотя нет, она сказала, что приходится вам подругой или секретарем… Я так и не поняла, если честно. — Элис? Но что она тут забыла? Приезжает сюда каждый день? — я старался говорить спокойно, но в голосе все равно прозвучали взволнованные ноты. — Она здесь обследуется насколько я знаю, — ответила девушка, достав из кармана таблетки и налила в стакан воду из графина. — Выпейте. — А на ней были заметные повреждения? — неосознанно для себя я напрягся, неужели, она тоже пострадала? Я залпом выпил медикаменты. Голова все еще кружилась. — Нет, вроде бы не было, — задумалась девушка. Я облегченно выдохнул. Я взял вещи и зашел за ширму переодеться. — Но все-таки это очень странно, она столько времени просидела тут, неужели вы ни разу не виделись? Я промолчал. Это глупый вопрос. Если бы я её видел, наверняка бы не задавал свои. Но все же не сказать, что я был не рад словам своей медсестры. На губах расплылась улыбка. Нет, я, конечно, не параноик, но… — Скажите, — выходя из укрытия и застёгивая последние пуговицы рубашки, спросил я. — У нее рыжие волосы? — Мм, да, я бы сказала даже огненные, — усмехнулась медсестра, скрестив на груди руки. — Но разве секретарь не должен ехать вместе с вами? — Не в этот раз, — я пожал плечами, забирая с кровати рюкзак. Мне бы хотелось ее сейчас увидеть, но, если сделаю это сейчас, то точно не смогу уехать. — Значит, она все-таки не секретарь, да? Тогда кто же? Подруга? — не унималась медсестра. Я застыл на секунду на месте, после чего усмехнулся. Какой знакомый вопрос… — Она мне давно уже не секретарь. И даже не друг. Я влюбился в нее. Окончательно и бесповоротно, — я сам удивился своим словам. Они дались так легко. Я, наконец, признался себе в этом? Я взял ручку чемодана, повернувшись к сотруднице, засунул руку в карман. Та была удивлена не меньше меня, как будто срослась с полом. — Может, ей что-нибудь передать? — неуверенно выговорилась девушка, прижимая к груди планшетку. Я улыбнулся, вспоминая светлый образ девушки. Черт, как же я хочу её увидеть. — Нет, ничего не делайте. Притворитесь, что этого разговора вовсе не было, я буду очень благодарен. До свидания, — я вышел в коридор, оставив медсестру одну в комнате. Рик с Крэем ждали меня уже в машине. — То есть, ты мне ничего не расскажешь? Шун, ты хотя бы должен был мне об отъезде сказать, как личному секретарю, — сказать, что девушка была обескуражена, ничего не сказать. — Ты знала о моем отъезде, — усмехнулся Казами. — Но не так же! И что значит твое: «я боялся сорваться? » Это как понимать? — рыжеволосая свела брови к переносице. Помнится, при встрече она хотела его ударить, скоро она это сделает. — Я ведь сказал, что расскажу потом. Между прочим, я терплю уже чуть ли не весь учебный год, чтобы узнать твой секрет. Так что будь добра, подожди и ты, — брюнету явно нравились эмоции, которые сменились несколько раз на лице Элис за его слова. Кареглазая рыкнула, удерживая свои руки, чтобы не придушить этого довольного собой юношу. Она даже возразить не может. — Как ты? — Что прости? — не поняла Гехабит. Её пыл сдуло одним вопросом. Он так быстро менял темы, что Элис просто не успевала за его мыслями. — Мне сказали, что ты была в больнице. — Если ты о травмах, то со мной все хорошо, это ведь ты с ребятами пострадали… Как голова? — неуверенно ответила Гехабит, посмотрев на парня. Повязок уже не было. — Уже все прошло, — успокаивающе сказал брюнет. Он поймал себя на мысли, что очень сильно хочет прикоснуться к волосам девушки, но он не успел этого сделать. Писатель внимательно смотрел на то, как кареглазая заколдованно держала в своих руках ладонь Казами, проводя по видневшимся костяшкам и венам холодными пальцами. Ему… нравилось.. — Если бы я не рассказала все при всех, то, возможно, не было бы столько пострадавших, — грустно и очень-очень тихо произнесла девушка. — Элис, перестань. Ты все сделала правильно. Тебе нужны были доказательства, прими это как должное, — холодно и немного строго произнес Казами. Гехабит хмыкнула, вспоминая, как положила телефон в карман пальто с включенным диктофоном, когда вернулась с экскурсии. — Но я могла бы прижать только одного Макса, если бы осталась с ним наедине, — Шун сжал зубы, вцепившись в подоконник свободной рукой. — Чтобы он тебя на месте убил?! А как же тогда Руф? Прекрати себя накручивать! Мы живы, все обошлось, никто тебя не винит! — Элис промолчала, закусив губу. Ей нечего было возразить, никто ни разу не обвинил ее в произошедшем. Брюнет видел, что ей сложно, тяжело вздохнул. Он бы отошел, да она продолжала сжимать его руку. — Пошли домой, нас наверняка заждались. — через несколько минут сказал парень. — Прости, ещё пять минут, — отпуская руку парня, будто одумавшись, прошептала Гехабит. Она пыталась сдержать слезы. Он так и не понял: за что она извинилась. За то, что дала слабину или за то, что держала его руку. Казами отошел в сторону, скатился по стене на корточки и безразлично разглядывал звезды на небе через окно. Они успокаивали. Элис отерла влажные глаза рукой, посмотрев на потолок. — Обещай, что никогда не уедешь не попрощавшись, — так же смотря в потолок, говорила девушка. Казами перевел взгляд на её образ. Она сжала кулачки вместе с тканью свитера. — Обещаю, — писатель не отрываясь, смотрел на девушку. Видимо, ему не одному было тяжело. Он встал, делая несколько шагов в сторону квартиры. — Идём. Элис спрыгнула с окна, посмотрев на свои руки. Она неосознанно взяла ладонь брюнета, потому что делала это каждый раз в больнице до его отъезда. Правда тогда на руке были бинты, но сейчас их нет. Ни единого шрама. Все прошло. Гехабит взглянула на отдаляющийся силуэт. Юноша казался таким теплым, уютным, безопасным и… родным.? — Шун, — хрипло позвала девушка, закусив губу. Он не ответил. Он никогда не отвечает, когда его зовут, но всегда слышит. И Элис уже давно к этому привыкла. Казами повернулся, ибо девушка долго не отвечала. — Можно… можно мне обнять тебя? Да, это та самая тупая просьба за всю её жизнь, поэтому её уши вмиг покраснели. Элис уже совсем не понимала, что творится вокруг. Она окончательно перестала понимать Шуна. Какие у них отношения? Кто она ему: секретарша/ подруга/ что-то большее, а, может, всё сразу? Может ли она себе такое позволить? — Конечно, — спокойно ответил брюнет. Его уголки губ немного приподнялись, Элис даже показалось, что он сдерживается. — Иди сюда. Гехабит чуть второй раз не расплакалась, увидев распахнутые руки для нее. Элис подбежала к юноше и в порыве эмоций обняла его, крепко вцепившись в зеленую ткань толстовки. Шун обнял девушку в ответ. В нос ударил запах мускатного ореха от чего рыжеволосая еще сильнее вжалась в парня. Черт, она по-любому не сдержится, и это её сильно бесило в тот момент. Шун погладил кареглазую по голове, когда заметил, что та начала дрожать и тихо всхлипывать. Он зарылся носом в её волосы, пытаясь найти покрасневшее ушко. — Я скучал, — нашёл.***
— Давай, я жду интереснейших рассказов с участием горячих итальянок, — воодушевился Дэниэл, выходя из душа с мокрыми волосами. Билли с Шуном сидели в гостиной до сих пор, о чем-то увлеченно беседуя. Билли расположился в кресле, а Казами на диване, Кузо сел рядом с брюнетом. Два часа назад Элис с Шуном вернулись к ребятам. Джули с Дэном как всегда развлекали публику, правда, Кузо был какой-то уставший. Руно каждую минуту казалось, что лучше бы было, если бы она с девчонками напились, Билли с Элис только ели и улыбались друзьям, а Шун рассказал немного об Италии и раздал сувениры, которые ребята заказывали. Ещё час назад они разошлись по комнатам, решив, что уже поздно. — Да нечего рассказывать, все, что было интересно, я уже рассказал. Остальное — это рутинная работа, — пожал плечами зеленоглазый, облокотившись о спинку. — Ну не скажи, — хлопнул по плечу друга шатен, но не заметив в лице изменений, скептически посмотрел на брюнета. — Серьезно, все так мрачно? Алло, это же Италия! Нужно было отрываться, а не с писателями чай распивать. — К твоему сведению, у меня было сотрясение, что бы я там смог сделать? Скажи спасибо, что успел за подарками сгонять, — зарываясь рукой в черные волосы, Шун зевнул. — Лучше расскажите как вы? — Все по-старому, на животе шрам, но это фигня, — Гилберт размял шею, после чего взъерошил волосы полотенцем. Он ходил в душ первым. Живот еще саднил, но это было не так болезненно как раньше. Да и то только при резких движениях. — А ещё? Самое главное забыл, — хмыкнул Кузо, скрестив руки. На любопытные взгляды друзей, Гилберт непонимающе вскинул брови. — Ну ты и тормоз, — сощурил глаза Дэн. Что-то его сегодня никто не понимает. — А как же Джули? — А, точно. Мы с ней встречаемся, — улыбнулся Гилберт. Видимо, он принял это как должное, так что не считал это новостью, которая терпит распространения. Шун только улыбнулся. Он был рад за друга, а то в последние месяцы ходил как в воду опущенный. Давно пора. — Ну, а ты? — Казами посмотрел на своего соседа. Кузо вальяжно улыбнулся, закинул руки за голову, а ноги на столик и облокотился об обивку. — Раны зарастут, самое главное все живы. Я потерял дохренище крови, но жив. Спасибо перевязкам Руно. Ну, а с самой Руно голяк. Полный. Она меня ближе к себе так и не хочет подпускать. Вот кажется, что вроде все предельно ясно, но нет же! Обязательно надо чему-нибудь или кому-нибудь встрять. В последний раз мне не хватило буквально минуты! Мне помешала Джули и железная кастрюля с рисом. — Билли с Шуном пробовали сдержать смех, но это была голая попытка скрасить зияющую правду, как она есть. — Это, конечно, всё хорошо, но я не об этом, — потер переносицу брюнет. — Ты уже решился? — Кузо косо посмотрел на писателя, секунду тормозя и вспоминая последний их разговор в больнице перед отъездом Казами. — Я так решился, что сегодня все сделал, — закрыл глаза шатен. — Уже? — удивился брюнет. Он, конечно, говорил, что это дело не стоит просто так оставлять, но он понятия не имел, что Кузо настолько решителен. — Да, сегодня мы ездили туда. Пришлось соврать пару раз девчонкам, — сказал Гилберт, посмотрев на Дэна. — Ты виделся только с ней? — спросил Казами, наблюдая за поведением друга. — Да, к Максу мы не ходили, — устало выдал парень, смотря на обеспокоенные лица друзей. — Она печально улыбнулась, увидев меня. Сказала, что не ожидала визита, но о содеянном не жалеет. Это правда. Она… Моя сестра. А после того, как мне сказала Элис, что видела детскую фотографию у Руф под подушкой, я сходил в полицию посмотреть улики, найденные в комнате. Да, это мой отец в молодости. И он же отец Руфины. Черт, я не знаю как быть дальше. Что мне делать с этой информацией? Куда мне идти, стоит ли рассказывать об этом маме? — Я думаю, лучше поговорить с отцом, — спокойно размышлял брюнет, глубоко задумавшись. — Я тоже так считаю. Наверное, ему тоже будет, что сказать. Послушай его версию, — согласился блондин, открывая бутылку с водой. — Поверить не могу, что мой отец так мог поступить… Я до сих пор не могу этого понять, — парни видели, как в шатене начинал полыхать огонь. — Я же в глаза не смогу ему смотреть. — Остынь, Дэн, я знаю, что это шокирующая новость, но усмири свой пыл, — начал Билли, когда увидел, как руки шатена сжимаются в кулаки. — Это ведь не у тебя отец кобель, — рыкнул парень, тяжело дыша. — Прекрати, пока не стало еще хуже, — крепко вцепившись в плечо Кузо, пригрозил ему Казами. Дэн через силу успокоился, шумно вздохнул и выдохнул. — Билли, прости, — понуро сказал шатен, на что Гилберт понимающе кивнул. Блондин знал, что Кузо на нервах, поэтому предпочел не заметить слов шатена. — Дэн, тебе все равно придется поговорить с ним, — повторил Шун, на что Дэн зарылся руками в свои волосы. От правды не скроешься, нужно решать эту проблему. — Я поговорю с ним, когда окончится школа, и я вернусь домой, — сказал Кузо. Казалось, он дал себе обещание. А что еще ему остается делать? — Ты молодец, — усмехнулся блондин, вставая с места, направляясь спать. — Когда время настанет, не теряй из виду. Звони, пиши — приедем, — отбивая кулачки с шатеном, улыбнулся голубоглазый. — Ребят, спасибо, — Кузо усмехнулся, отбивая ладонь Шуна. Те не сказали больше ни слова, направляясь кто в ванну, кто в спальню. Да и зачем еще что-то говорить? Все и так понятно без слов. Все те слова, что необходимы, уже были сказаны.
