Вольт: Большое путешествие

Пенни сидела в такси и, уткнувшись носом в окно, смотрела на звездное небо. Рядом с ней лежал ее друг - Вольт. Белый пес спал, свернувшись калачиком. Мама Пенни сидела на переднем сиденье, она дремала, прикрыв глаза. Варежка и Рино тоже спали. Кошка обнимала пластиковый шар хомяка. До отеля оставалось еще полтора часа езды. За окном проносились деревья, сливающиеся в одно серо-зеленое месиво. Дорога тянулась вдаль черной змеей, и казалось, что нет ей ни конца, ни края. Изредка с шумом и свистом пролетали мимо другие машины, но потом их гул быстро затихал, и в такси снова воцарялась тишина, нарушаемая лишь тихим сопением спящих. Пенни же не могла заснуть, несмотря на время, показываемое на приборной панели машины - три часа ночи. От скуки она начала считать звезды, рассыпанные по небу, будто бисер. Звезд было множество, невероятное множество, они сверкали, как алмазы на черном бархатном полотне. Остановившись на двухстах сорока пяти, она пнула водителя, напоминая о том, что спать за рулем не стоит. Тот встрепенулся, и снова выпрямился, следя за дорогой. Пенни вновь подняла голову. Звезды. Мириады звезд на небе. Улыбнувшись собственным мыслям, она запела – тихо, едва слышно: -…Пусть вечерняя звезда Взойдет над тобой. Может быть, при свете дня, Ты будешь другой. Но сейчас твой дом далек, И твой путь так одинок. И опять приходит тьма, Но верю, ты пройдешь свой путь… - Это из «Властелина Колец», да? – спросил водитель, каким-то образом услышав тихий напев. – Я слышал ее. Знаешь, у тебя неплохо получается… Пенни вздохнула и развалилась на сиденье. Сон не шел, хоть была уже глубокая ночь. Девочка положила руку на голову своему питомцу и потрепала его за ухом. На левом боку пса было едва заметное черное пятно в виде молнии. Она тут же вспомнила пожар в студии, когда Вольт спас ее из этого пылающего ада. После этого, в больнице, ее долго преследовали кошмары, в которых конец истории был не слишком радостным. Оправиться от шока было нелегко, но, во многом благодаря Вольту, Пенни сумела перебороть свой страх и жить дальше. Она твердо решила не вспоминать прошлое, а стремиться в будущее. Наконец, вдали забрезжил свет, и такси выехало на городскую трассу. Темная пелена леса исчезла позади, и в окно сотнями сверкающих огней ворвался Хьюстон. Десятки высоток, тысячи иномарок, множество людей – город не спал. Он никогда не спал. По сотням улиц, как по артериям, постоянно бежала жизнь со всеми своими красками и звуками. Вот по правую сторону, где сидела Пенни, раскинулось широкое устье Буффало-Байю, по которой и сейчас сновали корабли и лодки; по левую сторону проносился город. Пенни смотрела из окна машины на все это великолепие, на бесчисленный сонм горящих огней. Кинотеатры, магазины, супер-маркеты, кафе, развлекательные центры, аптеки ... Весь город жил, двигался, не останавливаясь, несмотря на столь позднее время. Однако девочке снова стало скучно, и она достала из сумки книгу Джона Р.Р. Толкина "Властелин колец", в уже изрядно потрепанной обложке, и маленький карманный фонарик. Стиснув фонарик зубами, она раскрыла книгу и углубилась в чтение. Читала она до самого приезда в отель. Когда такси остановилось, Пенни положила книгу в рюкзак, разбудила Вольта, взяла поклажу и вышла. Пес выпрыгнул из машины и вдохнул свежий, прохладный летний воздух, а его хозяйка взяла спящих Варежку и Рино. Придя в отель, семья забронировала номер. Зайдя в свою спальню, Пенни бросила сумки и, не снимая одежды, рухнула в кровать, надеясь, наконец, заснуть. Вольт не хотел спать, поэтому взял свою игрушку - морковку и стал тискать ее. Впрочем, Пенни не слишком удобно было засыпать под назойливый писк игрушки, и Вольт ретировался в соседнюю комнату. У Рино тоже была бессонница, и он включил телевизор, а кошка легла на кресло и решила вздремнуть. Вольт подошел к окну и запрыгнул на подоконник. Хьюстон был очень красивым и большим. Проще говоря, город был великолепен.Перед ним распростёрлась Мэйн-Стрит во всей своей красе. Главная улица города, что выводила к Мэйн Стрит Сквэр на юге, простиралась до самой реки Буффало-Байю и, пересекая ее, уводила далеко на север, к кольцевой дороге. Само собой, здесь день и ночь царило оживление. Аккуратные аллеи, ровная дорога и полыхающие иллюминацией небоскребы делали это место незабываемо прекрасным. Вольт однажды видел нечто подобное, когда проезжал через ночной Лас-Вегас, однако все еще считал это место лучшим на свете. С ним его любимая хозяйка, лучшие друзья, прекрасный город – что еще нужно для счастья? - Что за?! - раздался громкий голос, отвлекший Вольта от раздумий, - Почему здесь нет Кинохита?! Пес обратил внимание на Рино, который, как всегда, уперся в телевизор. - Нас, наверное, специально поселили в этот номер, чтобы ты не смотрел свой чертов Кинохит! - прорычала разбуженная громким возгласом Варежка. Рино было ну ужас как скучно! Поэтому он пошел поискать чего-нибудь "схомячить". Он всегда так делал, когда больше делать было нечего. «Ночь прошла нормально» - подвел итог Вольт, разваливаясь поудобней на широком подоконнике мордой к стеклу, дабы любоваться красой Хьюстона. *** Наутро вся семья проснулась, умылась и пошла завтракать. Рино набивал рот едой. Он чавкал так, что весь ресторан слышал. Маму Пенни и Варежку напрягал тот факт, что посетители с удивлением оборачивались к их столику. Чего, впрочем, нельзя сказать о Вольте и Пенни – вдвоём они были единственными, кто сохранял непоколебимое буддистское спокойствие. - Рино, если ты заткнёшься и будешь жевать нормально, то я тебе буду очень благодарна, - сказала Варежка, с укоризной посмотрев на него. - Сямашшашкнушасьшы, - непонятно сказал Рино. - Рино, если ты будешь говорить с набитым ртом... - не успела договорить кошка. - Успокойся, Варь. Мы в отпуске! Тебе нужно расслабиться! - поддел ее Вольт, улыбаясь. - Мам, можно мы с Вольтом погуляем возле отеля? - спросила Пенни маму, демонстративно бросив вилку в пустую тарелку. - Конечно доченька, только недалеко. - согласилась женщина, кивнув. Пенни хихикнула и постучала ладонями по коленям. Пес залаял и помчался за ней на улицу. Солнце тысячами бликов отражалось от зеркальных стен небоскребов. По Мэйн-Стрит и теперь вовсю сновали машины, автобусы и такси, по аллеям бежали люди. Всё здесь куда-то спешило и неслось, создавая легкий городской хаос. Они шли вдоль дороги на юг, к Мэйн Стрит Сквэр, где и рассчитывали прогуляться. По правому боку были большие дома-высотки, а по левому протекала менее оживленная Фаллин-Стрит, куда и решила свернуть Пенни. Вольт шел, любуясь красотой Хьюстона. Эта улица была не такой шумной, но от этого не менее прекрасной. Однако пройдя еще чуть-чуть, героям стало не по себе. - Такое чувство, что за нами кто-то наблюдает, - сказала Пенни, заходя в переулок. Девочка решила срезать через Техас-Авеню. Здесь было необычайно тихо, особенно для мегаполиса. Эта тишина давила на уши и пугала больше, чем шумиха. Улочка была пустынна. Вольт что-то почувствовал и принюхался. Он еще успел увидеть тень среди деревьев, успел почувствовать укол в лапе перед тем, как провалиться во мрак. Прежде, чем потерять сознание, он увидел, как его дорогая хозяйка, будто подкошенное деревце, рухнула на землю. В ее плече торчал дротик. *** Отчего-то руки страшно заломило, и пошевелить пальцами она могла с трудом. Она чувствовала затхлый запах помещения, в котором давно не проветривали. Где-то что-то гремело и щелкало. А еще раздавался недовольный приглушенный рык. - Что это такое?! Куда мы попали?! - запаниковала Пенни, открыв глаза. Темнота укутывала ее мягким покрывалом, застилала глаза. В этом непроглядном мраке она чувствовала, что сидит, прислонившись к сырой стене, и что рядом с ней кто-то есть. Этот кто-то страшно рычал и шкрябал по полу чем-то острым. - Теперь вы ни зачто не выберетесь! - раздался жуткий голос из темноты. Абсолютно незнакомый, пугающий голос. - Выпустите нас! - закричала Пенни, вырываясь. Но веревки сковывали ее руки, и сделать она ничего не могла. - Вы мне пригодитесь, - ответил с насмешкой голос и куда-то зашагал. Потом что-то щелкнуло, и включился свет. Перед героями была старая лаборатория. На стенах были развешаны бумаги и формулами и расчетами, стояли столы, на них были какие-то колбочки с разноцветным веществом. С другой стороны ребят были шкафы. Там, на полочках, лежали разные железки, какие-то механические приборы, веревки, ключи, вилки, ложки - то есть всякий хлам. - Зачем мы здесь!? Что тебе нужно!? - крикнула Пенни тому странному голосу. Сбоку от лаборатории была дверь. Она стала немного открываться, и оттуда показалось мужская фигура. Незнакомец был худым, рыжеволосым мужчиной средних лет, одетым в старый белый халат и помятые брюки. - Вы мне нужны для… эксперимента, - сказал мужчина, поворачиваясь к пленнице спиной. Он стоял у стола и что-то писал, черкал на листах бумаги, рассчитывал и проверял. - Что?! Для какого еще эксперимента? - не поняла Пенни. - Я изобрел машину времени, - с этими словами злой гений повернул рычаг на стене и позади друзей, из-за больших дверей выехало что-то большое и круглое, но девочка не смогла рассмотреть эту машину. – Хотя, наверное, это не слишком верное название. С помощью этой машины я могу переместить любое существо в любой мир, где бы он ни был – написан ли в книге, изображен в фильме, или так или иначе был создан с помощью любого источника информации! Неплохо, правда? Пенни, однако, не разделяла его точку зрения. Она слушала его одним ухом, а сама пыталась освободить руки. Рядом с ней переплетались хитросплетения водосточных труб. Одна из них была сломана и не работала. Острый ее конец был очень близко к Пенни, чем та и решила воспользоваться. Подползя поближе, девочка начала перерезать веревку, моля Небо о том, чтобы ученый не повернул голову. - Почему мы?! - спросила Пенни, чтобы еще ненадолго занять ученого. - По Техас-Авеню мало кто ходит, поэтому вы первые, кто зашли туда сегодня. Я хочу испытать свою машину на любом человеке и забросить его в другой мир! - злобно хихикнул гений, что-то рассматривая на своем устройстве. «Вот угораздило…» - подумала Пенни. Вольт в это время тоже пытался освободиться от пут. Он лаял, скулил, пытался перегрызть веревку, но все было бесполезно. Заметив, что его хозяйка освободила руки, он затих. А девочка бесшумно, как тень, оторвала держащуюся на лоскутке металла трубу и подкралась к ученому. Но неверный зеркальный блеск на поверхности машины выдал ее, и злой гений успел отскочить в сторону. Труба отскочила, оставив глубокую царапину на автомате. - Черт! – закричал злой гений, отступая. Пенни же шла в наступление. - Я вам не подопытный кролик! – зарычала она, снова замахиваясь. Вольт залаял, подбадривая ее. Впрочем, ученый не собирался сдаваться. Он схватил что-то со стола, но тут же завалился под него – острый конец трубы чуть было не задел его. Зарычав от нетерпения и злости на осерчавшую жертву, гений вынырнул из укрытия со странным устройством, напоминающим пистолет. Он щелкнул, и в плечо Пенни вонзился дротик. Девочка упала, так и не выпустив из рук свое оружие. - Ну, слава транквилизатору! – вздохнул ученый и тихо засмеялся. Однако радовался он недолго – страшный рев заставил его вздрогнуть. Пес девочки, разъяренный подобным отношением к своей хозяйке, вырывался из пут. В бешенстве он рвал на себе веревки вместе с шерстью, глаза его налились кровью. Быстро смекнув, что дело пахнет керосином, ученый ринулся к машине, стал снова настраивать ее, дергал за рычажки. Он прекрасно понял, что если не поспешить, его порвут на кусочки-лоскуточки. В самом буквальном значении этого выражения. Он щелкнул парой кнопок, положил в небольшое углубление любимую книгу, потянул за рычаг и снова расцвел улыбкой. Пес вырвался из пут, но опоздал. - Добро пожаловать в мир Толкина! - засмеялся гений. «Что?! Толкина?!» - подумал Вольт, - «Это же любимая книга Пенни!» Прежде, чем он смог наброситься на врага, его поглотила молочно-белая вспышка. В ней исчезло все – лаборатория, ученый, машина и бессознательное тело его хозяйки… *** Проснулась она оттого, что кто-то вылизывал ей лицо, стараясь не пропустить ни единого участка. - Вольт… Хватит… - прохрипела она, вставая. Голова кружилась от обилия транквилизатора. Поморщившись, Пенни выдернула из плеча дротик с пустой ампулой и бросила в сторону. С трудом поднявшись, она огляделась. - Э-эм, Хьюстон, - простонала девочка, - у нас проблемы…