Случайностей не бывает

Началась партия, игра. Обстановка в комнате начала медленно накаляться. Ход за ходом удача прыгала то на сторону Хаттори, то на сторону Сакамаки. Сдавали нервы, ведь ни один из них проиграть не хотел – Джун не хотела выполнять просьбу Рейджи, а тот не хотел быть побеждённым в шахматы, в его «стихию». Иногда тёмноволосая поднимала свой взгляд на вампира, но, как только их взгляды пересекались, она сразу отводила глаза – было страшно посмотреть в эти каменные глаза, суровые, холодные, строгие и беспощадные. Прошло какое-то время, и, как-то так случилось, что Джун оступилась. Девушка с ужасом начала понимать, что сейчас, если она не сможет выкрутиться, то проиграет Рейджи. А удача тем временем перепрыгнула на его сторону… - Страшно проиграть? – спросил он, хитро улыбнувшись. - Чистокровные ничего не боятся, - ответила Джун, и начала продумывать свои ходы так, чтобы вернуть ту самую свою удачу. Тем временем Айя помогла Канато убрать его комнату, и бродила по коридорам. Забредя в какое-то странное место, синеглазая потерялась. Осматривая всё вокруг, она увидела странную дверь. Открыв её, Юмисаки начала медленно спускаться по какой-то странной лестнице, а там и вовсе вышла в странное место… Оно было похоже на подземелье, узницу, тюрьму. Как только девушка повернула голову из одной стороны в другую, она вскрикнула от ужаса. На полу лежали Райто и Аято. Их одежда была разорвана, вся в крови. Вампиры были избиты и ранены. Вокруг них всё было в высохшей крови, очевидно, их. Айя бросилась назад. Быстро поднявшись по лестнице, шатенка искала путь обратно в особняк, чтобы найти кого-нибудь для помощи. Она металась как огонь свечи – быстро, резко, из стороны в сторону. В это время Джун попала в хитрую ловушку Рейджи, и удача полностью перешла на его сторону. Ухватившись за голову, девушка понимала, что сейчас ей придётся признать свой проигрыш. - Попалась, - хитро улыбнувшись, произнёс Рейджи. Для Джун это был конец… Ход Рейджи мог иметь много вариантов, но самым лучшим – ход конём, который делал шах и мат девушке. Только второй по старшинству Сакамаки потянулся за фигурой, как… Дверь резко распахнулась, а на пороге стояла испуганная и запыхавшаяся Айя. Джун резко обернулась, и, вскочив, просто налетела на сестру. Она крепко обняла её, и не отпускала, пока синеглазая не перевела дух. Джун была рада, что Айя её спасла от служения садисту Рейджи, и была просто готова расцеловать её с ног до головы. Внезапно Айя, вырвавшись из объятий близняшки, схватила её за руку, и быстро выбежала из комнаты Рейджи вместе с ней. Вампир, ещё будучи в аффекте от влетевшей девушки, сидел неподвижно. - Что случилось, Айя? – спросила Джун, бежав за сестрой. - Аято и Райто! – сказала шатенка, и скрылась за дверью. Джун побежала за ней и увидела каменную лестницу, освещаемую факелами с огнём. - Что с ними? – произнесла Хаттори, и начала быстро спускаться по лестнице. Её голос отдался эхом. Когда же она спустилась и вышла в темницу, то увидела Айю, сидящую на коленях перед двумя телами. - Аято… Райто… - сказала синеглазая, и по её щеке скатилась слеза. Она медленно положила свои руки на головы вампирам, и, не выдержав, заплакала. - Айя… - подошла медленно Джун к сестре, которая гладила своими руками шёлковые волосы парней. - Что вы здесь забыли? – внезапно услышали близняшки. Они обе резко обернулись, и увидели Субару, стоявшего недалеко от них. - Субару, пожалуйста, помоги… - пролепетала Айя, вытирая слёзы. Беловолосый вампир подошёл к сёстрам и увидел своих избитых братьев, лежавших без сознания. - И кто это их так? – косо посмотрев на Джун, спросил красноглазый. - Мой отец, - вздохнув, сказала Джун. – Значит, давай так: я беру Райто на руки, и несу в его комнату, а ты бери Аято. Субару кивнул. Тогда они с Джун подошли к братьям, и, аккуратно взяв их на руки, Джун испарилась моментально с Райто, а Субару, окликнув Айю, понёс Аято в его комнату. - Субару, - сказала робко Айя. - Что? - Давай Аято в мою комнату, - сказала, шмыгнув, девушка. – Мне будет проще обработать ему раны, да и у меня кровать большая, а у него лишь диваны и железная дева… Младший из братьев кивнул. Тем временем Джун уже стояла в комнате Райто с ним на руках. Даже будучи сильной, ей было всё-таки немного тяжеловато. Положив вампира на кровать, Хаттори начала искать у парня в комнате аптечку, чтобы обработать синяки и раны. Когда она нашла её, она очень быстро сделала всё, что нужно, и, убрав на место её, села в кресло. Она начала ждать того момента, когда Сакамаки придёт в сознание. Проходили минуты, и вскоре Райто резко схватился за голову рукой и застонал. - Слава небесам, ты очнулся! – сказала Джун, встав с кресла. Она подошла к кровати, и, присев рядом с Райто, начала смотреть на него. Тот перестал стонать и застыл, смотря на вампиршу. Они просмотрели в глаза друг другу пару минут, как Райто резко спросил: - А что со мной случилось? Видимо, к побоям вампиру ещё и амнезия прибавилась. Джун начала рассказывать Райто, что, видимо, тот был избит её отцом, Тетсуо, за то, что вампир приставал и домогался его дочери, то есть Джун, на глазах у аристократа. Но, подробностей этого происшествия, девушка не знала. - Да, вот это у тебя папаша, - выдал Райто. Джун хотела было дать парню пощёчину за такие слова, но остановилась, схватив себя за руку. - Он просто не любит, когда ко мне пристают, - глубоко вздохнув, произнесла Хаттори. - Кошечка, переодень меня, пожалуйста, - попросил Сакамаки, попытавшись пошевелиться. Ему это было проблемно, так как всё тело просто ныло от ссадин, синяков, царапин, ран и мест побоев. - Что!? – воскликнула от такого заявления девушка. – Ты и сам можешь переодеться! - Не забывай, что я настолько слаб, что даже сесть не могу, - пробурчал Райто. Джун взглотнула воздуха. Она начала медленно и аккуратно снимать порванную и испачканную в крови одежду с парня. Тот лишь пытался помочь, даже не смотря на боль. На его лице играла пошлая улыбка. Его фирменная. Как только девушке пришла очередь снимать штаны парня, она остановилась. Задумавшись на несколько секунд, Джун резко протянула свою кисть ко рту аловолосого. - Пей, - сказала она. Это звучало как приказ. Райто это смутило. Он не понял, что хочет от него Хаттори, но, когда она повторила свои слова, и вплотную прижала свою кисть к губам парня, тот обнажил свои клыки, и впился в руку. Поскольку тёмноволосая была чистокровной, её кровь была прекрасна. Она сразу пришлась по вкусу вампиру, и он начал пить её большими глотками очень-очень жадно. Но тут Джун резко отдёрнула свою руку, что от места укуса чуть пошли две полосы-царапины, не очень глубокие. - С тебя хватит! – сказала она, и, посмотрев на место укуса, закрыла глаза. Вмиг рана и царапины зажили, не оставив и следа. Регенерация чистокровных – прекрасная вещь! Встав с кровати, светлоглазая направилась к двери. Четвёртый по старшинству Сакамаки не хотел, чтобы «его кошечка» уходила, поэтому он вскочил с кровати, схватив её за руку. - Мне ведь плохо! Я избит! Ты должна заботиться обо мне! – сказал зелёноглазый, обняв девушку сзади. Он прижал её к себе, нехотя отпускать её. Юная леди, пнув вампира локтём, повернулась к нему лицом. - Если у тебя есть силы домогаться меня, то ты совершенно здоров! После этого Джун поцеловала Райто в щёчку и сказала, чтобы он ещё немного отдохнул. Вампир последовал её указаниям, и чистокровка покинула комнату. Немного отойдём назад, и узнаем, что было с Аято… Когда Субару и Айя поднялись в дом, шатенка сказала, что проще отнести вампира в её комнату. Там ей будет удобнее помочь перевязать его, промыть раны и обработать их. Красноглазый лишь следовал словам девушки, и когда они уже зашли в комнату Юмисаки, Субару положил своего братца на постель Айи. После этого Субару тихо вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Айя ещё немного постояла, смотря на дверь, а потом перевела взгляд на раненого «господина». Тот медленно открыл свои глаза, которые сразу же устремил на Юмисаки. - Аято, ты очнулся! – улыбнулась робко синеглазая. Она присела к вампиру на кровать. – Что произошло с тобой и Райто? - Тетсуо повёл меня в подземелье, а там… Я не помню, - зажмурил глаза красноволосый. – Я помню, что я упал, потеряв сознание. - Ничего себе, - прошептала девушка. - Я помню лишь адскую боль… И вопль Райто, - сказал Аято, и медленно прикрыл свои глаза рукой. Он прошипел от боли, ведь движения для него были болезненными. - Тебе нужно переодеться, обработать раны, бинтами перевязать серьёзные ранения, а так же умыться от крови… Аято молчал. Он убрал свою руку и смотрел на жертвенную невесту, которая задумавшись, смотрела в пол. «Почему она печётся обо мне? Как можно быть добрым к тому, кто делает тебе больно?!» - размышлял про себя вампир. - Тебе помочь? – робко улыбнувшись, спросила Айя. Её слова вернули Сакамаки на землю, и он резко моргнул. Он не знал, что ему сказать, и просто лежал, наблюдая за девушкой. Шатенка же, вздохнув, встала, и пошла в ванную комнату. Через несколько минут она вышла оттуда с маленьким тазиком в руках и двумя маленькими полотенчиками, с аптечкой подмышку и в зубах она держала баночку спирта. Поставив все эти вещи на тумбочку рядом с кроватью, Юмисаки помогла присесть Аято. Тот, шипя от боли, кое-как сел, и Айя начала аккуратно снимать с него одежду, пока третий по старшинству Сакамаки не сидел перед ней лишь в штанах. Аято поражала девушка, её действия. Она была так заботлива с вампиром, не смотря на то, что он делал ей ужасно больно. Лёгкими и аккуратными движениями она смывала с тела Сакамаки его кровь намоченным тёплой водой полотенчиком. В некоторых местах парню было больно, и синеглазая извинялась по нескольку раз, продолжая свою работу. Когда вода в тазике окрасилась в красный свет, а полотенца из нежно-розовых превратились в коричневато-алые, Айя унесла это «добро» в ванную комнату. Когда Айя вернулась, она начала обрабатывать аккуратно раны. Аято держался как мог, чтобы не подать голос от боли, но на одной глубокой ране не сдержался, и рявкнул. Девушка, конечно, испугалась, но она продолжила своё занятие. Когда всё было обработано, оставалось последнее – обмотать бинтами раны. Так получилось, что грудь до торса и левое плечо нужно было замотать бинтами, так как они пострадали больше всего. - Совсем немного, потерпи, - сказала Айя, обматывая плечо. Когда же она стала обматывать грудь, Аято повернул голову к шатенке. Она не обратила на это внимания, так как была занята бинтами. Завязав бинты на спине узелком, Юмисаки отложила их на тумбочку. Сев обратно, она хотела было проверить качество своей работы медсестры, как Аято положил свою голову ей на плечо. Они сидели друг напротив друга, очень близко, и для него это было не проблемой. Девушка начала краснеть, а вампир, обхватив её руками, обнял, прижав к себе. - Ай… Аято, - заикнувшись, спросила красная синеглазая. – Ты не голоден? - Молчи, - прижался к Айее сильнее Сакамаки, а потом шёпотом прибавил: – Я не хочу, чтобы ты уходила… Эти слова заставили сердце бедной биться сильнее. Её руки начали холодеть, а она, краснея ещё, обняла вампира в ответ. Они просидели так несколько минут, пока Юмисаки, подняв голову к парню, и посмотрев в его лицо, резко не сказала робким голосом: - А может, ты хочешь крови? На, ты можешь укусить меня. Шатенка оголила плечо, а так же убрала волосы за спину. Она поднесла голову Аято к плечу, но тот не кусал её. - Что же ты не кусаешь? - подняла голову Аято Айя. Он смотрел в её сине-голубые глаза с каким-то странным взглядом, при этом всё так же обнимая её за талию. - Тебе нужно лежать, набираться сил, - сказала Юмисаки робко. Она выбралась из объятий Сакамаки, и, уложив его на подушки, взглянула на него. Он, закрыв глаза, сразу же уснул. Девушка, взглянув ещё раз на «больного», улыбнулась, и тихонько покинула комнату, направившись на кухню. Она не хотела мешать сну своего «господина». Даже не смотря на то, что он делал ей невыносимо больно, она уже как-то привыкла ко всему этому, и очень волновалась за Аято.