Let's be alone together

То, как он смотри на меня, что это? Он разочарован? Он впечатлен? Когда же я смогу считывать его эмоции? Никогда, наверное. Океан невозможно покорить, как и Курта. Струны под пальцами издают знакомую мелодию, а изо рта сами вырываются слова, как же хочется сказать, сказать кому, зачем, когда, но он не поймет. Я не могу спугнуть его, не тогда, когда он только открылся мне, хотя бы чуть-чуть. Но мелодия вместе с песней медленно подходят к концу и пару минут я просто бездумно перебираю струны, затем откладываю гитару и смотрю на Курта, его лицо так же непроницаемо, даже когда он немного пьян и щеки покрывает легкий румянец. Ну же, откройся мне еще совсем немного. Мне это необходимо. - Как то так, - язык слегка заплетается из-за алкоголя. И как я только песню спел нормально? - Ты... Это потрясающе, - тихо выдает парень, впервые глядя на меня открыто. Впервые Курт не смотрит на меня Тебе-Не-Светит-Взглядом, впервые он... Услышал меня. Возможно, я совершаю ошибку. Возможно, сейчас я навсегда оттолкну его. Возможно, он не простит мне этого, но я должен. Он сидит так близко, что протягивая руку, я легко дотягиваюсь до его лица, кладу руку на его затылок, запутываясь пальцами в шелковистых волосах и притягиваю его к себе. Курт не сопротивляется, чем вселяет в меня уверенность. Может я не один хочу этого? Может... Все мысли вылетают из головы когда я касаюсь своими губами его губ. Курт шумно вдыхает и я слегка улыбаюсь. Он не отталкивает меня. Сначала я просто ласкаю его губы своими, сминаю их, они такие податливые и нежные. Я не знаю, что это было, наверное алкоголь, но я становлюсь смелее. Вот уже две мои руки обнимают Курта, а язык жадно врывается в рот моего личного океана, моей пропасти. Едва уловив слабое движение губ напротив, я становлюсь еще напористее. Наверное, не было никого, кого бы я желал так сильно. Но я был готов быть на его губах вечно, постоянно находя что-то новое и снова идеальное. А потом Курт протрезвел. Неожиданно сильные руки ухватили меня за плечи, отодвигая на безопасное расстояние. Я боялся открыть глаза - глупо и по-детски, но боялся. Голос шатена, понизившись на пару тонов, с целым букетом эмоций произносит: - Не надо. Я знал, ожидал, что он оттолкнет меня, но даже не надеялся, что все будет так спокойно. Он не кричал на меня, просто отстранил. Значит, шанс еще есть. Шанс на нас. - Чтож, - я потер руками штаны, ладони вспотели от волнения, - Может посмотрим кино? Может он решит, что я сдался, что я забуду этот поцелуй и он тоже смело сможет вычеркнуть его из головы, но нет. Я никогда не забуду этого трепета, вызванного простым движением губ. Я думал, что бабочки в животе это бред. Ну, может в моем животе и не бабочки, но что-то точно приносило мне удовольствие. Курт удивленно вскидывает брови, но молчит. Кино отменяется? - Я думаю, что... Нет, не стоит. Я думаю, мне нужно пойти домой, - спешка эмоций, промелькнувших на его лице - незаметно, но все же - поражала. Внезапно я горько понял, что он спешит закрыться обратно. - К тому же, Блейн. Кажется, тебе нужен душ. Шатен поднялся, явно намереваясь уйти. - Нет, стой, прости меня. Я поторопился. Только не уходи, - я готов был упасть на колени, что я бы и сделал, если бы встал с дивана. Я успел схватить Курта за рукав, - Не уходи. Я действительно облажался. А если учесть, что все мои влюбленности заканчивались ужасно, то я бы не удивился. Но Курт, тихо выдохнув, сел обратно на диван. Его лицо было отрешенным, словно он был где-то не здесь. - Ты обещаешь, что не будешь больше делать этого? - Я... Да. - я постараюсь. Вопрос удастся ли мне? Я подошел телевизору и включил выбранный ранее диск. Стоит ли говорить, что я лишь для прикрытия смотрел на экран пару раз а все остальное время пялился на Курта. Изучал его. Не смотря на то, что эта была довольно забавная комедия, Курт не смеялся, даже не улыбался. Он кивал, на что-то очень смешное, а еще широко распахнул глаза, когда на экране появилась обнаженная Аманда Пит. Как же тяжело не прикасаться к нему. Весь фильм он сидел, положив ногу на ногу и руки по обеим сторонам. Под маты Брюса Уиллиса на экране и звуки выстрелов, я осторожно приблизился к Курту и сразу же заметил, как он заерзал. Наклонившись вплотную и почти прикасаясь губами к его покрасневшему ушку. я словно в бреду зашептал: - Я не могу. Курт, прости меня. Ты не представляешь как это сложно, не касаться тебя, - в доказательство своих слов я провел пальцами по его обнаженной руке и переплел наши пальцы. - Ты невероятный, волшебный, есть еще миллионы синонимов, чтобы описать, какой ты прекрасный, и я бы все их тебе сказал, только если ты позволишь. Я знаю, мы почти незнакомы, но ты полностью завладел моими мыслями. Я не могу спать, есть, я сутками пишу чертовы песни про тебя и ты не представляешь, как это больно, - без сил я уткнулся ему лбом в изгиб шеи, продолжая шептать. - Ты не представляешь, как мне больно. Пожалуйста, умоляю, не отталкивай меня. Ты лишаешь меня возможности дышать. - Блейн, послушай, - шатен повернулся ко мне, неожиданно обхватив холодными пальцами мое лицо. Мои личные океаны разлились прямо передо мной, всего в нескольких сантиметрах, - ты очень, очень хороший. Милый, честный и открытый настолько, что я иногда боюсь за тебя. Ты много пережил и ты, несомненно, достоин счастья. Но я... Блейн, я - обычная сломанная игрушка. От сломанных игрушек нет проку, им ничего не светит. Понимаешь? Я просто... Хочу сказать, что не хотел бы делать тебе больно. Убивать тебя каждый день, словно отрезая по кусочку от ноги, которую нужно ампутировать. Прости, но я... Я не могу. - Пальцы отпускают меня, а я медленно выдыхаю. Я злюсь. Никто не может говорить так о Курте, даже он сам. Шатен медленно встает с дивана и идет к выходу. У меня просто нет сил бежать за ним. Больно. - Знаешь, лучше каждый день лишаться куска ноги, руки или чего угодно, но быть счастливым, пока до смерти не истечешь кровью, чем за пару секунд лишиться сердца и сдохнуть, так и не познав счастья, - Хаммел на секунду остановился и посмотрел на меня, но я не мог вернуть ему этот взгляд, даже голову поднять было трудно, я тупо пялился на ноги Курта, когда тот одевал ботинки, - Я починю тебя. Клянусь. Дверь хлопнула. Хлопнула так сильно, что что-то внутри меня щелкнуло. Я вскочил с дивана с непонятными даже мне криками. Бил все вокруг, крушил. Руки были сожраны в кровь, пара рамок с фотографиями разбиты, вещи разбросаны, а в деревянной двери трещина. Я кричал. Долго. Пока не сорвал голос и не перешел на хрип. Больно. Физически, но самое страшное, больно внутри, словно я горю, а мой океан не спешит меня спасать. Стучу в стену, не зная, услышит он меня или нет. Просто мне очень больно. Обессиленно сползаю по стене вниз и последнее, что могу прошептать сорванным голосом: - Я починю тебя, Курт. Клянусь. Свет. Занавес. Актеры устали.