Let's be alone together

Я был в бешенстве. Все, чего мне хотелось, это поскорее добраться до дома, но, естественно, этому не суждено было сбыться. Выбежав со студии, я слышал, что Курт звал меня, но я не стал возвращаться только потому, что боялся, что могу сказать что-нибудь неосторожное ему, а между нами только-только все стало налаживаться. Дождь нещадно хлестал по лицу, заставляя щуриться от сильных и частых капель. Когда в Нью-Йорке последний раз была такая погода? Я промок, пока добирался до метро, и когда забежал в полупустой вагон, у меня зуб на зуб не попадал. Оглядевшись, я понял, что плохоосвещенный вагон полон таких же промокших бедолаг, как я и высокомерных снобов, брезгливо стряхивающих капли воды со своих зонтов и кейсов. Один из таких, мужчина лет сорока пяти, в дорогом костюме и с сединой на висках, которую он еще видимо не успел покрасить, демонстративно пихнул задремавшего рядом с ним на сидении молодого мальчишку и что-то ему сказал. Парень виновато опустил голову, кивнул и встал, а позже вообще отошел от мужчины подальше. Не будь я в таком настроении, вряд ли я бы осмелился сделать что-либо подобное, но увидев несчастное лицо парня я подошел к мужчине и слегка наклонился. А дальше было то, от чего вагон разразился кто восторженными, а кто возмущенными возгласами. Мои волосы, за последний месяц прилично отросшие, были полностью мокрыми и я не нашел ничего другого кроме как подойти к мужчине и со всей силы потрясти головой, наблюдая как на его сером костюме появляются темные мокрые пятна. Он тут же вскочил, но ни сказать ни сделать ничего не успел: поезд остановился и я выскочил из него, замечая, что мое настроение заметно улучшилось. По крайней мере поднялось с "дайте мне убить каждого в этой Вселенной" до "я смогу добраться до дома никого не тронув". Так и произошло. Я действительно добрался до дома никого не тронув, но ливень на улице был все такой же сильный и с каждой секундой жажда крови усиливалась. Я забежал в подъезд, выжимая рубашку прямо на кафельный пол, под осуждающее ворчание миссис Ловетт, старушки с первого этажа. Не обратив на нее никакого внимания, я поднялся по лестнице и наконец зашел в квартиру. Из ботинок вылилось Каспийское море, но я не спешил его убирать, это было ничто, по сравнению с тем, что моя одежда впитала как минимум запас всей пресной воды на Земле. Я стащил с себя одежду, насухо вытираясь полотенцем. Внезапно я почувствовал себя не очень хорошо и зашелся кашлем. - Ну да, конечно, мне осталось только заболеть бронхитом и сдохнуть. Кашель еле остановился. Я, все также растираясь полотенцем, поставил чайник, считая, что болеть мне точно нельзя. В дверь позвонили и, замотав полотенцем бедра, я пошел открывать. На пороге передо мной стоял Курт. Ну, по крайней мере, он был сухой. - Так, так, Блейн. Я смотрю, ты не оглох, да? - Курт сощурил глаза, уперев руки в проем двери. - Прости, что? - я не совсем понимал, о чем говорит Курт и зачем он здесь, но выглядел парень немного устрашающе. Шатен выдохнул, возвращаясь в привычное спокойствие. Относительное: - Будем считать, что я спросил "Что произошло в клубе, Блейн?". А, ну да, конечно. Клуб. Волна ярости снова застилила глаза, когда я вспомнил свой спор с Сантаной. - А что, я обидел твою подружку, которая так мило наехала на меня из-за выбора песни? - Я ухмыльнулся, а Курт поднял брови в удивлении. Да, Хаммел, я тоже могу быть стервой. - О, наехала? Действительно, Блейн? То есть ты совсем не понял, почему она наговорила тебе этого? - Курт сощурился, смерив меня взглядом. - Э... Нет, - в подъезде было холодно и то что я был мокрый и в одном полотенце было не очень хорошо. Я хотел ответить Курту, но снова зашелся в кашле. - Дело было не в том, что ты выбрал ужасную или сопливую песню, Блейн, - вдруг устало проговорил Курт, сделав шаг назад, - песня прекрасная. Но ты был зол, раздражен и это была неправильная песня. Даже я это понял, а ведь я даже не в зале сидел. Ты ошибся с песней, ты выражал ей не то, что у тебя в душе в момент исполнения. И это глубоко оскорбило Сантану. И огорчило меня, к слову. - Шатен повернулся на каблуках, в мгновение ока пересек лестничную площадку и закрыл дверь. Я даже почему-то даже не пытался что-то сказать. *** - Неправильную песню я выбрал... А может ты просто нихрена не знаешь, что у меня внутри? - я крикнул в пустоту, но слова предназначались определенному человеку. Вряд ли он меня сечас слышит. Хотя, так даже лучше. Когда за Куртом захлопнулась дверь его квартиры, я лишь молча зашел к себе и решил, что согреваться от озноба я буду точно не чаем. Дорогой коньяк, стоявший для какой-нибудь вечеринки, явно намекал, что пора его открыть и я не смог устоять. А теперь сидел на своем любимом месте - на полу возле холодильника - прижавшись горящим лбом к белому другу. Осознание того, что, возможно - только возможно - я сам был неправ, переодически посещало мою голову. В один из таких "приходов" я, слегка покачнувшись, поднялся и, забыв одеть какую-либо обувь, направился по знакомому маршруту. *** Я звонил несколько минут, пока дверь наконец не открыли, и, отодвинув от прохода появившегося в нем хозяина, вошел в квартиру. Курт явно этого не ожидал, поэтому молча смотрел, как я вытираю босые ноги о коврик в его квартире. - Я не уверен, что хочу знать, что сейчас происходит, - начал он, - но все же. - А ничего не происходит, малыш. Можно я буду так тебя называть? - Курт отрицательно помотал головой, но он же не имел этого в виду, верно? - Дело в том, что я ненавижу ссориться с тобой ровно настолько, насколько ненавижу быть неправым. Но когда все-таки я оказываюсь неправым, что, заметь, случается крайне редко, я извиняюсь. Поэтому ты, наверняка сделав логические выводы из вышесказанного, уже понял, зачем я тут. Прости меня. Курт сдвинул очки для работы за компьютером - боги, кому-то еще настолько идут очки? - на кончик носа и приподнял бровь, руками обняв себя за плечи: - Ты всегда настолько разговорчив, когда пьян? Причем ни одной запинки. Я даже завидую. - Я не пьян. Кто сказал, что я пьян, - я огляделся, - У тебя тут мило. Но ты еще не сказал, ты простишь меня? Я действительно очень, очень сожалею. - То есть, ты не пьян? - Курт сощурил глаза, усмехнувшись. - Нет, нет, конечно нет! - по-моему я чересчур сильно махал руками и он мне не поверил, но я, максимально прямо удерживаясь на ногах, продолжил, - Возможно, я выпил микстуру. Пару ложек микстуры от кашля. Курт вытянул вперед руку и громко щелкнул длинными пальцами около много носа, от чего я пошатнулся и навалился на дверь. - О, конечно ты не пьян, Блейн, - хмыкнул Курт, развернувшись в сторону одной из комнат, - проходи. - Ха, а в комнате у тебя еще милее, чем в коридоре, - я плюхнулся на кровать, так как стоять было уже тяжеловато. Видимо, алкоголь полностью захватил мое тело. - Прости за наглость, но ты не сваришь мне чашку кофе? Или рстворимый? Можно его даже кипятком из-под крана залить, я не возражаю. Курт сгреб в кучу какие-то бумаги на диване, закрыл ноутбук, который лежал на полу и сел прямо на мягкий даже по виду ковер. - Обернись и сфокусируйся на кружке рядом, Блейн. Там кофе. Я не успел сделать ни глотка. - О, отличненько, - сфокусироваться на кружке стало тяжелой задачей, но сама мысль о тем, что я могу получить кофе, несомненно, радовала. Рука никак не хотела хватать ручку и Курт, вздохнув, встал и всучил куржку мне в руку, вместе со мной аккуратно поднося её к моим губам и следя за тем, чтобы я не разлил ни капли. Горячая жидкость наконец-то попала мне в рот и я с удовольствием тихо причмокнул губами. - Обжегся. - прошептал я, всматриваясь в лазурные глаза Курта. Я попытался приблизиться и поцеловать его, но он отвернул голову, поэтому мои губы угодили ему в уголок губ. - Я все еще хочу знать, что случилось, Блейн, - шатен чуть отсел, держа холодные пальцы поверх моих на кружке. Кажется, он даже не замечал этого. - Я... это глупо, знаешь. - Не убедил. - Это все моя семья, - я вздохнул, говорить о них действительно не хотелось, - Мой брат женится и он позвал меня на свадьбу, но кое-что омрачило это приглашение. - Что именно. - Ты знаешь, мы с моим отцом не очень ладим. Он, ха, не совсем смирился с тем, что я... Не... Нормальный. Что я - его разочарование. До восемнадцати лет он постоянно напоминал мне об этом и я... Я просто... Я просто так хотел, чтобы он подошел ко мне и сказал: "Все нормально. Я все еще люблю тебя. Ты все еще мой сын", но с моим совершеннолетием он просто вышвырнул меня, да и я не особо хотел оставаться. - от воспоминаний в глазах защипало и по щекам потекли слезы обиды, - Так, когда Купер позвонил и пригласил меня, папа, судя по всему, был там и он ясно дал понять, что "не хочет видеть в своем доме задницу этого выродка". А я... Я так разозлился и я сказал Куперу, что обязательно приеду, но теперь мне так страшно, Курт. Отец уничтожит меня. - Я уже не мог сдерживать рыданий и поставил чашку на пол, боясь пролить её содержимое на кровать. - Почему он не может просто принять меня? Разве я не заслуживаю быть любимым? Я ведь его сын. Я почувствовал, как в сердце что-то кольнуло, когда Курт неожиданно прижал меня к себе. И как бы мне не хотелось производить на него только хорошее впечатление, я все равно ревел ему в плечо, окончательно портя рубашку. Видимо, не суждено мне хоть на секунду стать таким, чтобы я мог понравиться Курту. Видимо, это не мое. А Курт просто перебирал пальцами мои волосы, пока я совсем не растаял. Наверное, это совсем неправильно, что я вот так выпрашиваю ласку Курта. Наверное, я жуткий эгоист, потому что мне кроме Курта никто не нужен.