Без тебя

20 сентября.       Это был обычный день, в ФЭС так же кипела работа, туда-сюда сновали лаборанты, Галина Николаевна просматривала документы для доклада в Министерстве, Майский и Данилов только что уехали на очередной адрес. Круглов заглянул в кабинет полковника, поинтересоваться, нужно ли ей помочь. Но тут же, получив отрицательный ответ, скрылся в буфете.       Сегодня утром он вернулся из недельного отпуска, и столкнулся с отчуждением со стороны любимой женщины. Николай, сделав себе кофе, ломал голову, что могло произойти. Каких-то грешков за собой он припомнить не мог, и даже на работе всё было нормально. Конечно, не смотря на то, что Галина была главой лучшего подразделения МВД, полковником, реакции у нее были иногда типично женские. Возможно, что и сейчас случилось нечто подобное.       В коридоре показалась статная фигура главы ФЭС, она остановилась на мгновение у ресепшен и направилась к выходу. Часы, висевшие в буфете, показывали ровно 16.30 – по полковнику можно было сверять часы, и Круглову нравилась эта точность, всегда. Раньше бы Галя обязательно заглянула к заместителю, этот эпизод озадачил и без того замороченного Николая Петровича. Рогозина никогда не смешивала личную жизнь и работу.       Допив разом ставший горьким кофе, майор запустил пятерню в волосы и задумался. Ему казалось, что как раз сейчас у них с Галей стало всё налаживаться – она оставалась ночевать, позволяла заботиться о себе, просто быть рядом. Конечно, не всё устраивало Николая в таких непростых отношениях, но он её любил. Этого было достаточно.       На пороге буфета появились вечно голодные Холодов и Иван, и стали поглощать содержимое холодильника, что-то оживленно обсуждая. А Круглов, отделавшись от ребят парой дежурных фраз, решил узнать, что передала полковник, и поработать с отчетами. - Алл, Галина Николаевна что-то передавала? – майор кинул вопросительный взгляд на как всегда яркую блондинку Аллочку. - Нет, Николай Петрович. Сказала, что после совещания сразу же сюда, - Семенчук отложившая было пилочку для ногтей, снова занялась маникюром, а Николай прошел в кабинет.       Стараясь не думать о проблемах, майор погрузился в работу, проверяя многострадальные отчеты Власовой, Майского и Шустова. Будучи оперативником, Круглов понимал ребят в том смысле, что бумажная работа не идет ни в какое сравнение с выездами и прочим. Когда в коридоре послышались шаги Рогозиной, майор отложил последний лист, и вышел из кабинета. - Всё нормально прошло? – казалось бы, дежурный вопрос, но в глазах Николая Петровича легкое беспокойство, как всегда. - Всё в порядке, - Галина расстегнула верхние пуговицы плаща, строго посмотрела на заместителя, и прошла дальше по коридору, к общей раздевалке.       Майор же пошел в тир, чтобы потренироваться, а заодно выпустить пар. Лет десять назад, а может чуть больше, они с Галей поругались, на эмоциях наговорили много лишнего, а в итоге – расставание, потраченные впустую годы и глухая обида. Мужчина шел по коридору, погрузившись в раздумья, но из минорного настроение майора быстро вывел Иван.       Компьютерный гений несся по одному ему известной траектории, и, не успев затормозить, налетел на Петровича. Удар получился не столько сильным, сколько неожиданным, и Тихонов отлетая в сторону, сделал привычные в таких случаях испуганные глаза. - Вань, осторожнее надо, - проворчал Николай, поднимая сидящего на полу Ивана. - Николай Петрович, извините, - залепетал начальник компьютерного отдела. Но получив кивок, что всё нормально, понесся в сторону лаборатории на той же скорости.       Усмехнувшись, Круглов подумал, что Иван, в сущности, еще ребенок, которого допустили к взрослым игрушкам. Майор точно знал, что и Рогозина относится к программисту так же, но тут же себя одернул – это не правильно думать о человеке двадцать четыре часа в сутки, в его-то возрасте.       В тире, как всегда ПМ, девять миллимметров, и около полутора часов на то, чтобы привести мысли в порядок. Когда зам. начальника ФЭС вышел из помещения, большая часть сотрудников разошлась по домам.       Свет горел только в лаборатории и кабинете Галины Николаевны. Обида всё ещё не давала Круглову рассуждать хладнокровно, но не настолько, чтобы не зайти, и не узнать, как дела. Но прежде чем заглянуть к начальнице, и наткнуться на очередное «все нормально», Николай прошел в буфет, налил кофе, и с чашкой в руках прошел в кабинет. Полковник выглядела уставшей и чем-то расстроенной, но по своему обыкновению, не желала говорить на эту тему.       Задавшись в очередной раз вопросом, будет ли беречь себя Рогозина, Николай вздохнул, даже не начиная разговор на тему отдыха. Галя сидела за столом, зарывшись в материалы дела, и не сразу заметила присутствия майора.       Николай Петрович же, поставил кофе перед любимым полковником и её взгляд тут же смягчился. Всё же забота была приятной, даже такой «железной» и несгибаемой как Рогозина Г.Н. - Спасибо, Коль, - женщина едва улыбнулась, посмотрев на майора, и сделала первый глоток. Кофе они любили одинаковый – черный, чуть сладкий, или же вовсе без сахара.       Спустя пару минут они обсуждали рабочие вопросы, решая, как лучше подступиться к новому делу.       Около одиннадцати вечера Галя решительно отодвинула от себя папку с документами, и устало потерла переносицу. - Коль, предлагаю продолжить завтра, - с этими словами полковник стала наводить порядок на столе. - Давай, конечно. Я тебя провожу, - Круглов ослабил узел галстука, и стал терпеливо ждать, пока женщина соберется.       На все про все ушло четверть часа – полковник заглянула к Ивану, закрыла кабинет и сдала ключи. Пожелав охраннику спокойного дежурства, полковник с майором вышли из офиса.