Не дай мне сгореть

Отсутствие физических ощущений стало вполне привычным за последние месяцы. Отчасти привычным. Кол упорно не желал мириться со своей ролью, но чем чаще он раздумывал над способами выбраться с этой стороны, тем чаще терпел крах. Смерть отобрала у него половину органов чувств, а остальные превратила в незримые потоки, которые пронизывали его бесплотное тело насквозь. Невозможно было смириться с тем, что теперь все запахи просачивались сквозь него, давая лишь отдалённое представление о себе, звуки доносились до его восприятия, словно из динамиков его любимой музыкальной гарнитуры, ещё острее давая ощутить его отдалённость от реальности. И лишь картинка оставалась яркой и чёткой, непоколебимой и словно насмехающейся над тем, что ему не дано даже воспрепятствовать дуновению лёгкого ветерка или вызвать рябь на уличной луже. — Тебе бы не помешало немного солнца. — Насмешливый голос вампира не достиг адресата, однако он не обращал на это внимания, продолжая лишь наблюдать. Девушка была юной, обычный тинейджер с желанием выделиться и заявить о себе с помощью несуразной броской внешности. Её лазурные волосы, одежда в стиле «Трэш» и характерный макияж, сошедший на нет от слёз — ни один взгляд не прошёл бы мимо. Но вместе с тем она была какой-то погасшей, и даже яркие линзы не могли утаить отсутствия блеска в её глазах, делая их ещё более искусственными. Встретив синевласку на улице, Майклсон не сразу решил выбрать именно её героиней своих наблюдений, но факт, что она оказалась наиболее приближённой к тому времени, когда он был жив, подтолкнул его последовать за ней. Жизни людей были такими скучными, поэтому он не сомневался, что оставит эту девочку через пару-тройку дней и, возможно, навестит своих давних приятелей. Благо, духи могут перемещаться в любую точку планеты за долю секунды, и для этого им нужно лишь представить то место, в которое они хотят попасть. Или человека, рядом с которым хотят оказаться. Только эта телепортация и скрашивала пребывание в тени реальности, пусть и недостаточно. Девушка спешными движениями смыла размазанную тушь с лица и кровь с руки, порезы на которой тут же скрыла под рукавом кофты. Взглянув в немытое зеркало, висевшее над старой раковиной, она поправила волосы и сделала несколько глубоких вздохов, чтобы успокоить сердцебиение. Кол невесело ухмыльнулся самому себе, замечая, что он хоть и стоит позади неё, но его отражения заметно не было. — Если бы ты знала, какой привлекательный вампир стоит рядом с тобой, то не была бы такой замороженной, — произнёс он, гадая о её возможной реакции и ловя себя на мысли о том, что готов вновь перенести боль сожжения, лишь бы услышать ответ от незнакомой девчонки. Хотя, и то, и другое было бы для него подарком. Когда синевласка покидала захудалую забегаловку, Майклсон следовал за ней, попутно впитывая в себя ночной воздух Денвера и не оставляя без внимания ни одного прохожего. — Интересно, как часто ты ходишь одна по таким районам? — Он обогнал её и развернулся, продолжив идти спиной вперёд. — Ты ведь даже не замечаешь, как вон те парни с пивом поглядывают на тебя. Обидно будет, если ты вляпаешься в проблемы раньше, чем убьёшь мою скуку. Ответа, естественно, и ждать не следовало, но постоянное молчание действовало раздражающе. Кол остановился прямо перед девушкой, зная, что от этого ничего не изменится, но в тайне продолжая надеяться на это. И в этот раз ему не суждено было стать препятствием: она без заминок прошла сквозь него, ничего не почувствовав и не вызвав в нём никаких ощущений. Но её запах он воспринял отчётливо: жжённый сахар, сигареты и кровь. — И как моя мать не сошла с ума? — вздохнул вампир, тут же отгоняя любую мысль о своей семье. Потеряв всякое желание вести монолог, весь оставшийся путь Кол просто шёл следом за синевлаской и молчал. За своими размышлениями он даже не замечал, куда именно они направляются. Сомнительная многоэтажка, зажатая между двух таких же неприглядных, старых и словно забытых всеми нормами санитарии зданий, «глядела» на прохожих редкими целыми окнами, из коих лился дешёвый желтоватый свет. Первородный с брезгливостью оглядывал грязные коридоры и лестницы, на которые его спутница абсолютно не обращала внимания. Имевшимся у неё ключом она открыла обшарпанную дверь и зашла внутрь, игнорируя ругань и грохот, доносившиеся из соседней квартиры. Взору предстали две маленькие комнатки, довольно сносные для проживания людей, по крайней мере на первый взгляд. Минуя скромную спальню, девушка проходит в комнату, которая являлась в каком-то смысле гостиной, судя по сломанному телевизору и потрёпанному жизнью дивану. Здесь темно — заколоченные окна препятствуют малейшему блику света с улицы, — и лишь пара светильников не позволяла встретиться лбом со стеной. Синевласка поморщилась, бросив взгляд на разложенные на деревянном столике свечи и неглубокую чашку в которой что-то зловонно дымилось, после чего хмуро посмотрела на темноволосую девушку, которая химичила над всем этим, подсыпая в полученное месиво подозрительные порошки и увлечённо листая потёртую тетрадь, лежащую рядом. — Очень надеюсь, что это не наш сегодняшний ужин. Услышав знакомый голос, шатенка подняла голову и просияла открытой улыбкой. — Нет, это — мой эксперимент, — ответила она, обрадованная ещё одному зрителю. — Выиграла у одной колдуньи все эти штучки и теперь хочу попробовать вызвать духа. Это должно быть интересно! — Пресвятые угодники, — закатила глаза синевласка. — Ты готова играть на любую дрянь, лишь бы тебе дали в руки карты. Игнорируя передразнивающее «бе-бе-бе», она достала сигарету и, зажав её между губ, начала проверять свои карманы на наличие зажигалки. — Не будь так категорична к Эфи. — В поле бокового зрения вспыхнул огонёк, и она повернулась, посмотрев на молчавшего до этого парня. Он откинулся на спинку дивана, продолжая держать горящую зажигалку в руке, и усмехнулся. — По-моему, это неплохое начало для фильма ужасов. Девушка хмыкнула и подошла к нему, чтобы закурить, после чего прихватила пепельницу и молча села в кресло напротив. Кол остановился рядом, игнорируя пронимающий его сигаретный дым, и не без интереса осмотрел обитателей этой конуры. Девчушке, что азартно возилась с псевдомагическими примочками, было не больше пятнадцати лет на первый взгляд. Тёмные кудряшки делали её лицо ещё более детским, не давая кому-либо усомниться в её наивности, однако в светло-медных глазах можно было заметить ту искорку хитрости, что обличала способность своей обладательницы пользоваться доверчивостью людей. Сидевший же на диване парень был на порядок старше обеих девушек и создавал впечатление независимого бэд боя и повесы, по неясным причинам скрывающего свою серьёзность. Свободная одежда делала его ещё более худощавым, из-под ворота толстовки чёрными тонкими лепестками тянулась татуировка, охватывавшая часть шеи и касавшаяся короткого ёжика волос на голове. И первородный не мог не заметить того, как он смотрит на синевласку. За теми взглядами, что эти двое бросали друг на друга, явно скрывалась своя история. — Необходима кровь ведьмы! — Звонкое заявление Эфи привлекло внимание всех присутствующих в комнате. — Алекс, ты мне нужна. — Причём здесь я? — непонимающе спросила девушка, позволяя мутно-серому облачку скользнуть по своим губам и через мгновение раствориться в воздухе. — Ты сама говорила, что после того случая с тобой творятся странные вещи. Что тебе стоит проверить? Вдруг сработает? Посмотрев на Алекс, Майклсон удивлённо вскинул брови, а затем приблизился к шатенке и поверх её плеча заглянул в тетрадь, где был расписан данный ритуал. Процесс заклинания в виде транскрипции на современном английском подавался довольно коряво, однако нечто похожее он уже видел в рукописях своей матери, что не могло не вызвать любопытства. — В прошлый раз ты окрестила меня демоном и при любом удобном случае читала на меня свои дурацкие молитвы, сейчас ты требуешь мою кровь, а потом что? Заставишь убить девственницу? — парировала синевласка с недовольством. — Просто забудь об этом. Эфи обиженно надула губы, будто девочка, которой мама отказала в покупке красивой куклы, и вновь уткнулась в содержание тетради. Видимо, она знала, что присущее ей беспечное очарование не действует на её подругу. — Кстати, версия с демоном была весьма правдоподобной, — протянул татуированный брюнет, не скрывая насмешки в голосе, на что Алекс наигранно улыбнулась и одними губами, но вполне читабельно произнесла: «Пошёл к чёрту». Со стороны входной двери раздался громкий стук, и Кол не успел отойти, как шатенка прошла сквозь него, насыщая его эфирное тело ароматом лёгких фруктовых духов. — Стивен, пойдём со мной. — А в чём дело? — поинтересовался парень, посылая ей еле заметную улыбку. — Кто-то раскусил твои аферы с картами и пришёл за должком? — Я никогда не мухлюю с картами!.. Почти. Но неважно, просто ты живёшь в таком районе, что и разносчик пиццы может оказаться похлеще какого-то там Потрошителя. — Просто признайся, что тебе нечем заплатить, — усмехнулся Стивен, поднимаясь на ноги и следуя за Эфи в коридор. Алекс проводила их нетерпеливым взглядом и сделала глубокую затяжку, переключая внимание на «рабочий стол» юной картёжницы. Едва уловимая тень задумчивости отразилась на её лице, заменяясь безмолвной борьбой «за и против» и после переходя в некую решимость а-ля «попытка — не пытка». Наблюдать за ней было увлекательно, ибо она немало менялась, оставаясь наедине с собой. Кол смотрел, как девушка тушит сигарету, отмахиваясь от всплывшего перед лицом дыма, и подходит к столу, тут же пробегая глазами по тексту в тетради. — И что же толкает тебя на такие интересные мысли, милая? — полюбопытствовал вампир, вставая с противоположной стороны. Магия всегда привлекала его, ведь, по сути, он должен был унаследовать её от матери, как и остальные её дети. Он интересовался этим как до, так и после обращения, потому и обладал некоторыми знаниями в данной области. Из коридора был слышен смех Эфи и неторопливый голос Стивена, что заставило синевласку поспешить со своим маленьким трюком. Она не без труда выжала из пропитанного кровью рукава бордовую каплю прямо в чашку, на что её содержимое отозвалось глухим шипением, и произнесла: — Gaudete, et in caliginem. — Древний готов был поклясться, что её сердцебиение в этот момент было бойче, чем у испуганного кролика. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, и Алекс даже дыхание задержала, с ожиданием оглядываясь по сторонам, а первородный уже не в силах был сдержать смех от её ужасного произношения и напряжённой позы. — Это было захватывающе, — сказал он, с улыбкой качая головой и отходя от стола. — Что-то мне подсказывает, что я задержусь в твоей компании. Заглядывая в коридор и смотря, как Эфи и Стивен разговаривают с хилым пареньком в фирменной одежде доставщика пиццы, Кол слышал позади себя чертыхания и прочие непристойные словечки, после чего окончательные слова заклинания прозвучали ещё раз, более чётко и правильно, хотя, по его мнению, недостаточно. — У гласных должна быть бóльшая протяжность, — поучительно заметил он, подняв вверх указательный палец, но не оборачиваясь при этом. — Какая из тебя ведьма, если ты даже двух слов на латыни сказать не можешь? — А ты прямо-таки профессор Хогвартса. В какое-то мгновение насмешливая улыбка исчезла с его лица. Вампир обернулся, став вдруг мрачнее грозовой тучи при мысли, что сумасшествие, всё же, не обошло его стороной. И невозможно было описать словами охватившее его оцепенение, когда он встретил испытующий взгляд ярких глаз. Дурная шутка всё ещё живого воображения? Маленькая ересь из раздела «будьте осторожнее со своими желаниями»?.. Что ему думать? Как действовать? — Хэй, я прозрачная что ли? — Синевласка демонстративно пощёлкала пальцами перед собой, думая, наверное, что это сможет помочь вывести из ступора незваного гостя. — Ты клиент Стивена? Кол с изумлением посмотрел на вещицы, лежащие на столе, после чего взглянул на девушку и выдохнул: — Да ладно... — Он сделал шаг в сторону, замечая, как её взгляд ловит каждое его движение, а не проходит насквозь, что было для него, мало сказать, непривычно. Определиться с направлением мыслей ему удалось не сразу, но первородный, хоть и не смог сдержать улыбки, вовремя сообразил, что повод для радости ему достался довольно условный. Ведь нужно было что-то ответить ей и при этом не спугнуть. Как-то объяснить, что она смогла увидеть его, призрака, благодаря фокусу с сомнительным набором «юный маг». — А вот и пицца! — Эфи вприпрыжку вошла в комнату, по определению не замечая древнего на своём пути. Она остановилась, не понимая, почему её подруга вдруг замерла, поражённо глядя в одну точку позади неё. — Ты чего? Кол лишь закатил глаза, подумав, что более мягко объяснить уже ничего не удастся. — Как говорится, лучше один раз увидеть, — произнёс он. — Я надеюсь, что с нервной системой у тебя всё... — Эфи, обернись, — поспешно прервала его Алекс, стремительно бледнея, — ты видишь кого-нибудь? Шатенка нахмурилась и оглянулась. Она была ниже вампира на две головы, совсем ребёнок, и если бы могла видеть его, то сейчас чуть ли не носом наткнулась на его грудь. — Меня можешь видеть только ты, гений. — Конечно, вижу, — внезапно объявила картёжница, обращая внимание первородного на себя. — Вон, Мадонна ползает по стене и поёт «Call Me Maybe»! Хихикнув и посмотрев на синевласку, которой было совсем не до шуток, она сказала: — А я говорила, что брать сигареты у Эмета чревато. Мало ли, что он туда добавляет. Майклсон усмехнулся и вовремя заметил, что его «ведьма» по стеночке пробирается к двери и продолжает опасливо пялиться на него. Нет, ему нельзя было упускать такую возможность связаться с реальным миром. — Только без паники, — проговорил он, выставляя ладони перед собой и осторожно приближаясь, — я смогу помочь тебе разобраться с тем, что с тобой творится. Видимо, даже эта небольшая благотворительность не смогла подкупить до ужаса напуганную девушку, которая уже стремительно выбежала в коридор, оттолкнув мешавшегося в дверях брюнета. Кол рванул было следом, но, к своему удивлению, натолкнулся на незримый барьер, не позволивший ему пересечь границу комнаты. — Да ладно, — простонал вампир, смотря, как входная дверь прощально захлопывается в нескольких шагах от него. Он тут же начал торопливо проверять гостиную по периметру, надеясь, что у барьера есть хоть какая-то лазейка, ведь меньше всего ему хотелось застрять в этой халупе в качестве домашнего привидения. — Не мог я так сильно нагрешить! — в сердцах воскликнул первородный, с полной уверенностью думая, что всё это подстроено неким шутником, которому скучно наблюдать за делами своих глупых творений. Он рухнул в кресло и устало посмотрел на двух молодых людей, которые с недоумением переговаривались между собой, попутно разрезая ароматную пиццу на равные части. На фоне их болтовни Кол понемногу остывал, приходя к мысли, что вечность в этих обшарпанных стенах ему не грозит. Ведь не сможет же эта девчонка вот так просто забыть случившееся: любопытство и желание разобраться не оставят её. Она должна будет вернуться...