Моя девушка-кошка

Из девяносто восьмой квартиры вышла раздраженная старушка, на ходу застегивая красное пальто с высоким воротом, на краях которого были пуговицы в форме клыков, видимо, чтобы пристегивать воротник. Точно такие же пуговицы худые старушечьи пальцы сейчас продевали в петли. Завидно густые для такого возраста розовые волосы были собраны в пучок, две прядки обрамляли лицо. Старуха развернулась и сердито уставилась на вышедшего ее проводить длинноволосого брюнета. - Ну и что ты тут делаешь? Думаешь, я не могу найти дверь в твоей квартире? Иди и присматривай за этой девушкой! Надеюсь, ты ничего не забыл, потому что второй раз я сюда не приду! Оторвал меня от дел, влетел беспардонно и требует идти кого-то лечить! Вот нахал... Брюнет открыл рот, чтобы что-то ей ответить, но пожилая женщина лишь отмахнулась от него: - Да знаю я… Ты что, за сплетницу меня держишь? Не расскажу я никому про ее уши и хвост, - продолжая сварливо бормотать себе под нос, старушка стала спускаться. Сойдя вниз на один пролет, она вновь повернулась и закричала: - Не смей ко мне больше приходить! Ненавижу, когда меня беспокоят! - Спасибо вам, Полюшка! – крикнул ей в ответ хозяин квартиры, чему-то усмехаясь. - Иди уже! Несмотря на ужасный характер, Полюшка была превосходным хирургом в прошлом, а теперь, находясь на пенсии, занималась народной медициной. Пожарный ухмыльнулся и вернулся в квартиру, закрывая за собой замок. Ухмылка тут же слетела с его губ, и он устало потер переносицу, направляясь в спальню. Там на двуспальной кровати спала невысокая синеволосая девушка. Она тихо дышала, лежа на животе и хмурясь, ее кошачьи ушки иногда дергались. Постояв немного в дверном проеме, Гажил подошел и присел у кровати. Он до сих пор не верил в то, что эти кошачьи принадлежности были настоящими. Протянув руку, он коснулся маленького синего кошачьего уха. Оно оказалось мягким, шелковистым на ощупь и теплым. Парень еле заметно улыбнулся, поглаживая подрагивающее ушко, и запустил пальцы в волосы девушки-кошки, находя его основание. Ухо действительно присоединялось к голове, как самое обычное. Изумленно хмыкнув, пожарный убрал руку, напоследок погладив синеволосую макушку. Теперь он мог рассмотреть, что так долго делала с этой малышкой Полюшка. Ладони были перебинтованы, торчащий кончик хвоста тоже. Гажил не сомневался, что и ступни, и вся спина покрыты таким же ровным слоем белых бинтов. Девушка была чистой, волосы сострижены почти до подбородка, а в комнате сильно пахло противоожоговой мазью и еще какими-то лекарствами. Он бы еще долго сидел и смотрел на незнакомку, но несколько бессонных ночей давали о себе знать. А потому, он, захватив с собой запасное одеяло, отправился в гостиную, на диван. Надеясь на то, что сегодня ему ничего не помешает, он закрыл глаза и тут же провалился в крепкий сон.

***

Нос кошки уловил аромат лекарств, смешанный с запахом знакомого пожарного. Девушка с трудом приоткрыла глаза и увидела черное постельное белье. Все кошачье нутро вопило и рвалось, убеждая бежать куда подальше от больничного запаха и, на секунду поддавшись этому порыву, синеволосая резко оттолкнулась и дернулась назад, тут же вскрикнув от боли, когда обожженная спина врезалась в поверхность кровати. Сил для толчка было мало, поэтому нижняя часть туловища осталась на месте, лишь немного сдвинувшись, а верхняя свесилась вниз. Неудобная поза причиняла сильные страдания, но, когда девушка попыталась вновь пошевелится, даже маленькое движение вызвало острую боль, заставившую ее застонать, а слезы выступить в янтарно-желтых глазах с расширенным от боли зрачком. Она так и осталась висеть вниз головой, кусая губы. Из соседней комнаты послышались торопливые шаги и дверь распахнулась. Кто-то на мгновение замер, а затем бросился к ней. - Блин, дура, ты чего творишь? Тебе больно? - сильные руки осторожно обхватывают ее и приподнимают, укладывая обратно. - Свалилась тут на мою голову. Если с тобой что-то не то будет, меня же потом Полюшка пришибет, так что будь осторожнее, хорошо? Девушка медленно кивнула, во все глаза рассматривая своего спасителя. Пирсинг на лице и на руках, прямой нос, клыки, как у хищника, кроваво-алые глаза с вертикальным зрачком, длинные, лохматые волосы, сливающиеся с цветом простыни. По тому, как он пах, кошка быстро догадалась, что это тот самый пожарный. Затем в памяти всплыли и остальные воспоминания. Она испуганно сжалась и ойкнула, когда ожоги напомнили о себе. - Ты давай, поосторожнее, - грубоватым, но заботливым тоном, уже в который раз повторил брюнет. - Тебе сейчас постельный режим нужен. Неделю точно лежать будешь, так что даже не пытайся куда-то уйти. Хотя, все равно не сможешь. Я даже удивился, как ты смогла до моего дома дойти. От библиотеки до сюда кварталов пять, не меньше. И вообще, откуда ты знаешь, где я живу? Парня определенно очень интересовал этот вопрос, и он выжидающе уставился на больную. Та долго молчала, глядя на него широко распахнутыми глазами и слегка помахивая хвостом, а потом открыла рот и... мяукнула. Сама от такого сконфузившись, незнакомка покраснела и опустила глаза на свои перебинтованные руки. Затем, морщась от боли, подняла одну из них и ткнула пальцем в нос. - Ты что, по запаху шла? А зачем? Синеволосое чудо генетики осторожно помотало головой и задумалось, как бы все объяснить. В этот момент живот кольнуло, и девушка скривилась от боли. Точно. В последний раз она ела утром, предшествующему пожару. - Что с тобой? - забеспокоился хозяин квартиры. Синеволосая закусила губу и неуверенно на него посмотрела, оценивая свои возможности: - Ням, - в конце концов робко произнесла она, покрываясь румянцем. - Ням? - с удивленной иронией переспросил парень, начиная сомневаться в умственных способностях существа, которое он приютил. - Издеваешься, что ли? Незнакомка облизнула сухие губы и под звучное урчание желудка повторила: - Ням. Пожарный чертыхнулся, стукнув ладонью себя по лбу и встал. - Подожди, я сейчас. Он вышел из комнаты и загремел посудой на кухне, а девушка осталась одна с противно ноющим желудком. Воспользовавшись одиночеством, она, пугливо зыркнув на дверь, открыла рот и негромко мяукнула. Не обрадовавшись результату и нахмурившись, девушка-кошка издала что-то, отдаленно напоминающее звук "л", и снова мяукнула. Зрачки, на мгновение ставшие совсем как у человека, снова вернулись в непонятное состояние. В голове вытесняли друг друга кошачье и человеческое сознания. Вскоре с кухни почувствовался приятный запах разогретой пищи, и её рот сразу же наполнился слюной. В комнату вернулся брюнет, неся в руках тарелку супа. Поставив ее на тумбочку, он обратился к гостье: - Сесть можешь? Девушка попыталась встать, но тут же упала обратно, болезненно вскрикнув. Парень вздохнул и подхватил ее одной рукой за живот, а другой за плечи, легко усаживая. Посмотрев, как она неуверенно покачивается, стараясь не упасть обратно, и поняв, что сил у нее совсем нет, он снова вздохнул и подложил ей за спину подушку. Придвинув к кровати стул, на котором сидел, пожарный взял тарелку и зачерпнул суп. Девушка, взглянув на него, покраснела, а в её глазах брюнет заметил промелькнувший испуг. - Чего краснеешь? Ты ведь даже ложку держать не в состоянии. Придется так кормить, - буркнул парень, поднося к маленькому и аккуратному женскому рту ложку. - И да, меня Гажил Редфокс зовут. Девушка проглотила горячую жидкость и кивнула, заинтересованно сверкнув на него глазами. - А как твое имя? Ты вообще говорить умеешь? - продолжал задавать вопросы Гажил, кормя новую жительницу, как маленького ребенка. Та вновь кивнула и приподняла ушки, которые раньше прижала к голове. - А чего тогда не говоришь? Девушка опять не ответила, но как-то значительно вытаращила на него глаза то ли с расширенным вертикальным кошачьим, то ли человеческим, но заостренным, зрачком, не забыв облизнуться после очередной порции. - Не хочешь и не надо, - скрывая легкую обиду, произнес Редфокс, не поняв, что ему пытались этим сказать. Когда суп закончился, парень отложил грязную посуду в сторону. - Отдыхай давай, - он снова осторожно ее приподнял, укладывая на кровать. Кошка благодарно мяукнула и, схватив его слабыми пальцами за подол футболки и повернув голову, потерлась о него носом. Пожарный опешил и поспешно встал. - Ты это... Я просто вынужден о тебе заботится... Вот, так что ничего себе не придумывай. Только выздоровеешь – проваливай, - грубо произнес он, стараясь скрыть предательский румянец. Гажил направился к двери, успев заметить, что девушка заметно погрустнела. Выйдя из комнаты под ее упорным взглядом, он сел на диван в гостинной и задумался. То, что это хвостатое чудо-юдо будет жить у него как минимум неделю означало глобальные проблемы. Она же даже говорить не умеет! И как к ней относиться? Как к человеку или как к животному? Животным ее назвать язык просто не поворачивался, но и для человека она была слишком другой. Пожарный локтями уперся о колени и положил подбородок на соединенные ладони. Перед глазами все еще стояло печальное и разочарованное лицо девушки-кошки. Она что, действительно думала что сможет остаться у него навсегда? Хотя, он сейчас и сам не совсем понимал того, что делал в последнее время. Не вызвал скорую и не отдал специалистам девушку, оставил ее у себя, смотрел, как она спит и гладил ее по голове, кормил ее с ложечки. Добровольно взвалил на себя все обязанности за уходом за этой девушкой-кошкой, доб-ро-воль-но! Словом, был сам на себя не похож. «Хрень, какая-то.. От недосыпа все. Вот высплюсь и стану обычным собой. И мне не будет дела ни до каких малявок», - неуверенно подумал парень и помотал головой, отгоняя тяжелые мысли. На часах было девять вечера, а он только недавно встал, проснувшись от крика новой жительницы. Недовольно поморщившись, Гажил потянулся к пульту от телевизора и расслышал тихие всхлипы. Он замер, прислушиваясь и убеждаясь, что ему не мерещится. В спальне точно плакали. Сдерживаясь изо всех сил, приглушенно, но все же плакали. Сразу стало еще хуже. «Ну вот, теперь она еще и плачет. Хотя, какое мне до нее дело", - Редфокс взял пульт и нервно покрутил его в руках. Рыдания за стеной резали слух. Не выдержав, парень вскочил и направился к двери, распахивая ее. Синеволосая лежала лицом в подушку и комкала наволочку. Услышав, как распахнулась дверь, она постаралась успокоиться, но у нее ничего не вышло. Изо всех сил сжав ткань подушки, она снова всхлипнула, затрясясь всем телом. До голубых волос дотронулась рука. - Ну-ну, перестань. Я не хотел тебя обидеть. Извини, - тихо произнес хриплый голос. Девушка вновь предприняла попытку успокоиться, но слезы новым потоком ринулись из глаз. Парень продолжал гладить ее по голове, придумывая, как можно успокоить эту истерику. После пяти минут громкие рыдания ему надоели, и он усадил девушку, которая продолжала прижимать к себе подушку. - Так, оставь подушку в покое. Не надо ее соплями-слюнями измазывать, - с легкостью вырвав из слабых рук предмет, он сжал тонкие запястья, не замечая, что делает больно их обладательнице. - Прекрати реветь, слышишь? Губы синеволосой обиженно тряслись. Посмотрев на него красными от слез глазами, она наклонилась вперед, утыкаясь лицом в грудь парня, и зарыдала с новой силой и завывая громче прежнего. - Н-ну.. Ну… перестань! Перестань, слышишь? – произнес Гажил, совершенно растерявшись, и, поняв, что задевает ожоги, отпустил её руки. Девушка громко взвыла и ухватилась за его футболку. Пожарный неуверенно приобнял ее и снова погладил ее по голове. - Ну прости меня, прости. Пожалуйста, только перестань плакать, - жалобно попросил он, тихонько покачивая кошку. - Ну перестань, ну, пожалуйста… Редкий человек мог похвастаться тем, что видел растерянного Гажила Редфокса, по кличке Железный Дракон. Но именно таким был сейчас обычно храбрый и уверенный в себе парень, старающийся успокоить безутешно плачущую обладательницу шикарного хвоста и прелестных ушек. - Ну пожалуйста, ну Мелкая, ну перестань, ну не плачь, - продолжал он, лихорадочно придумывая, что делать. Кошка же обхватила парня за торс руками, не прекращая своего занятия. Домашняя футболка пожарного уже промокла от ее слез, а его хладнокровие помахало платочком и ушло в темные неизведанные недра разума. От безысходности парень готов был закричать, но это синее недоразумение мешало. Он же не хотел ее напугать еще больше, чтобы она вообще никогда не успокоилась. Поэтому Гажил продолжал так же поглаживать девушку по голове, осторожно обнимать ее и покачивать из стороны в сторону, шепча какую-то ерунду. Спустя какое-то время слезы кончились, и хвостатая продолжала рыдать уже в сухую. Вот тут Редфокс и вспомнил про такое чудо, как успокоительное. Подхватив девушку на руки, так как отлепить ее от себя без причинения боли было сложновато, он понесся на кухню. Придерживая проблемную жительницу одной рукой, второй он стал копаться в аптечке. Найдя нужные таблетки, брюнет трясущимися руками налил в стакан воды. Плюнув на все, Гажил посадил всхлипывающую особу на поверхность кухонного шкафчика и запихнул ей в рот желтую горошинку валерьянки, затем прислоняя к ее губам стакан. - Пей. Пей, я сказал. Расцепив руки, она ухватилась за стакан, словно утопающий за соломинку. Стукнувшись зубами о стекло, кошка сделала пару глотков, продолжая хлюпать носом. Парень наблюдал за ней, чувствуя, как нервно дергается его глаз. В последний раз всхлипнув, ушастая затихла, опухшими карими глазами смотря в лицо брюнета и не двигаясь. - Все? Успокоилась? – с надеждой спросил тот и облегченно выдохнул, когда хвостатая вполне осознанно наклонила голову набок и вполне спокойным взглядом уставилась на него. - Ну, тогда иди спать. Он снова взял ее на руки, замечая, что зрачок у девушки стал совсем узким, словно игла. Девушка-кошка обняла его за шею и положила голову ему на плечо, смотря назад. Гажил прошел в свою спальню и наклонился, стараясь снять с себя мерно махающую хвостом обладательницу синеньких ушек. Кошка лишь сильнее прижалась и тягуче мяукнула. - Имей совесть, пусти меня! - Мя-ау! - Пусти! - Мя-ау. - Пусти, я сказал. Я не буду с тобой спать! - Мя-ау. Поняв, что сопротивляться бесполезно, Редфокс обреченно вздохнул, укладывая на живот девушку и ложась рядом. Та положила голову ему на грудь, так и не расцепив рук и уставилась на него пронзительно-желтыми глазами. - Ну что, довольна? – мрачно поинтересовался Гажил, наблюдая, как пристроилась кошка, радостно помахивающая своим хвостом, и получил в ответ донельзя довольную рожицу. - Ну и чудо же мне досталось, - уже более миролюбиво добавил пожарный, осторожно попробовав почесать за кошачьим ушком. Чудо легонько улыбнулось и смешно сощурилось, через пару мгновений громко замурлыкав. Хмыкнув, Гажил закинул одну руку за голову, посматривая на занявшую почти всю кровать девушку. Не заметив как, он провалился в сон под ее счастливое мурлыканье.