Под дождем. Часть вторая

День был в самом разгаре: от жары, заставляющей дрожать воздух, не убежать и не скрыться, а тут еще и центр мегаполиса. Раскаленный асфальт, запах пыли и теснота — ко всему этому Минако уже успела привыкнуть, но все-таки отчаянно, как, впрочем, и все вокруг, мечтала о прохладе. В офисе, в котором она стала работать с недавнего времени, были кондиционеры, и девушка зачастую включала их на полную катушку, потому что от телефонных звонков, документации и посетителей порой кипела голова. Время ползло не быстрее улитки, а тут еще и мистер Солхи со своими капризами: — Минако, — недовольно бубнил он, вытирая свою блестящую от пота лысину платочком, который каждый день ему вкладывала в карман тощая, носатая, похожая на единицу жена. — Где боржоми? Я давно просил принести охлажденную бутылку. И что там с миссис Партсон? Не звонила? И Минако приходилось терпеливо отвечать, что новая бутылка с водой уже в его кабинете, а миссис Партсон не звонила, так как еще несколько ближайших часов проведет в самолете. Нет, Мина любила свою работу. Просто в эту изнуряющую жару шевелиться не хотелось вообще. Айно так и не получила высшего образования. Закончив школу и с трудом сдав экзамены на сносные баллы (честно говоря, было как-то не до этого), она поступила в училище, где получила интегрированную профессию секретаря и администратора, а потом почти сразу устроилась в маленькую конторку, занимающуюся частными перевозками. Список ее обязанностей был совсем небольшим: отвечать на звонки, принимать редких посетителей, заполнять и распечатывать документы, иногда приносить боссу чай или кофе. Сейчас круг ее задач значительно расширился, и теперь Мина часто помогала организовывать собрания и конференции, беседовала с самыми разными людьми и по телефону, и в живую, вела кое-какую документацию, следила за почтой, составляла расписание и при этом посещала компьютерные курсы. За четыре года работы подобные задачи стали почти родными, что ли. Правда, иногда возникали и трудности. Все-таки Минако по-прежнему было тяжело схватывать все на лету и не уходить в собственные размышления. Характер есть характер. Однако она смирилась с выбранной стезей. Да и не сказать, что такая работа была ей в тягость. Наоборот, ее всегда окружали люди, которые заставляли общаться, переписываться, в общем, вертеться и крутиться, чего не хватало в повседневной жизни. Мина снимала маленькую двухкомнатную квартирку у черта на куличках, в которой жила одна. Она съехала от бабушки и мамы сразу после завершения учебы в училище, хотя все еще продолжала практически ежедневно созваниваться с ними и Адорой, так и не вышедшей замуж за своего любимого. Адора не делилась, Минако никогда и не спрашивала, почему. Просто так получилось. Личная жизнь Айно тоже как-то не клеилась. Случались какие-то романы, встречи, но они ничем не завершались, причем, Мина не особенно переживала на этот счет. Ее даже угораздило связаться с женатым мужчиной, который предпочел теплое место под каблуком у жены, но и это расставание оставило после себя лишь неприятный осадок и муки совести, нежели серьезные сердечные терзания. Иногда девушке казалось, что внутри нее постоянно срабатывает стоп-кран, обрывающий ее чувства, отрезвляющий, не позволяющий серьезно полюбить. Конечно, как и любая другая девушка, Минако желала семью, детей, надежного и любящего мужа, но ни один из тех нескольких мужчин, с которыми она встречалась, не заставил ее подумать, что это и есть он, тот самый, которого она ждет. Она встречалась с ними безнадежно, невольно понимая, что их ждет расставание. И это знание тоже не приносило какой-то горечи и сожаления. Всё переменилось. Старая жизнь, которая, кажется, была так давно и совсем недавно, осталась за горизонтом. Мысли о ней терзали, но чем реже звучали звонки «из прошлого мира», тем меньше они приносили боли. В последний раз (это было года три-два назад) звонил Сейя, чтобы поздравить с днем рождения. Им было не о чем говорить, но он искренне старался, избегая всяких упоминаний о Ятене. Он вообще был единственным, кто хоть как-то поддерживал с ней связь, которая все-таки оборвалась. Именно от него Мина когда-то узнала, что Орла застрелили через несколько дней после гонок, состряпали громкое дело, но замяли его, не найдя ни улик, ни тем более убийцу. Он же и сказал про то, что Ами и Тайки стали вместе жить, а сам он занялся собственным бизнесом, что, кажется, «слегка» шокировало Фрэнка. Все это было занятно и одновременно безразлично Минако. Воспоминания сладостно-горькими осколками впивались в душу и заставляли вспоминать совсем другое, то, что Мина зареклась никогда не доставать из памяти: поступок Ятена, последнюю встречу с Тони, гонки и то многое, что нельзя забыть по-настоящему. Поэтому когда Сейя не позвонил на ее день рождения, Мина даже легче вздохнула, но одновременно и растревожилась. Все-таки та самая тоненькая связь между прошлым и настоящим все-таки обрывалась… Но сейчас было не до этого: у Айно была куча работы. На столе — разномастные папки с документами, на носу — конференция. Девушка с трудом взялась за первую из папок и открыла ее, машинально пробегая глазами. Взгляд невольно зацепился за короткую подпись: Я. Коу. «Ну мало ли, — тут же подумала девушка. — Все-таки, за время моей работы мне сотню раз встречались Сейи, Тайки, Ятены и личности с фамилией Коу». Но даже когда девушка приступила к другой документации, она невольно думала о том Я. Коу и разглядывала его размашистую, уверенную подпись, ругая себя за паранойю. «Да и зачем Ятену газетное издательство? — продолжала думать Мина уже в кафетерии, ковыряя ложкой кусочек чизкейка. — Вот уж чушь несусветная! Мина, хватит уже вспоминать, хва-тит!» Но потом она поднялась к себе и снова взялась за те документы, снова перечитывала их, хотя в голове не откладывалось ни строчки. Какая-то скандальная телезвезда подала в суд на их газету за оскорбительную статейку. Даже странно, что босс отнесся к этому так пренебрежительно, потому что уже и день заседания назначен. Только вот Я. Коу тут причем? Черти что! Мина гневно захлопнула папку и демонстративно игнорировала ее до конца рабочего дня. Распрощавшись с коллегами, работающими в отдельной комнате, Минако поспешила к метро, снова нагруженная работой на дом. Не глядя по сторонам, она достигла душного и шумного метрополитена и спокойно доехала до своей станции. Ее день, как две капли похожий на предыдущий, заканчивался. Третий этаж, коричневая деревянная дверь, звон ключей и звук ударившейся о пол сумки. Бледно-розовая рубашка, скинутая на ходу прямо на диван, легкие балетки, черная юбка-трапеция и ненавистные капроновые колготки. Холодный душ, цветастый халат и телевизор. И еще булочки с корицей, купленные за углом. Одиночество. Жизнь определенно прекрасна.