Ледяное сердце

Полтора месяца в коттедже прошло незаметно. Каждый день Мастер Зелий узнавал что-то новое, беседовал с эльфами и совершенствовал своё владение холодным оружием. И хотя до уровня того же Кая ему было ещё очень далеко, зельевар без сомнения мог собой гордиться. Всего за пару недель приучить своё тело к каждодневным нагрузкам и новому для него распорядку сможет далеко не каждый. Несколько часов в неделю Снейп посвящал своим любимым зельям, пробуя приготовить ранее неизвестные составы и пытаясь создать новые, с учетом полученных знаний. Получалось далеко не всегда. Вот и сегодня случился взрыв. В комнату тут же вбежал обеспокоенный Мир. Увидев бессознательного Северуса, он с обречённым стоном принялся приводить в сознание неугомонного декана Слизерина. Такие «неудачные эксперименты» происходили часто, и теперь на библиотечном столике мужа Снежного Короля постоянно находилось общеукрепляющее зелье, которое быстро возвращало пострадавшего в относительно хорошее состояние. Отвар подействовал мгновенно. Веки тут же затрепетали, а чёрные глаза резко распахнулись. — Опять? — послышался хрипловатый голос. — Как обычно. Тебе не надоело постоянно падать в обморок? Может лучше откажешься от рискованных экспериментов? Мне надоело постоянно таскать тебя на себе. И действительно. Нередко Миримору приходилось нести слабого Мастера Зелий и поить его собственными отварами, так как упрямый мужчина напрочь отказывался использовать чужие «которые неизвестно как и в каких условиях были приготовлены». — Отрицательный результат — тоже результат. Наверняка так подействовала кровянка. Стабилизатор оказался слишком слабый и не смог уберечь остальные ингредиенты от взаимодействия с ней, вследствие чего и произошел взрыв. В следующий раз надо будет попробовать рассчитать уравнение не с учетом мощности… — речь зельевара скатилась в невнятное бормотание. — Всё, хватит! Отдохни хоть немного от своих отваров. Иначе вконец себя загонишь. — Но это же… — Никаких но! Хотя бы на несколько дней перестань думать о своих расчетах. Вот полежишь часик в кровати, а потом делай что хочешь. Всё кроме зелий. Читай книги, тренируйся с Каем, помогай Лисану, в конце концов, просто прогуляйся! — Хорошо. — сквозь зубы процедил тот. Зелья были его главным увлечением и без возможности заниматься ими он чувствовал себя неуютно. Однако Снейп прекрасно понимал, что в словах эльфа была доля правды. Поэтому и согласился с таким решением. С помощью Мира, добравшись до ближайшей кровати, он выпил несколько зелий и устало повалился на кровать. Слабость не прошла до сих пор, но по личному опыту Северус знал, что в скором времени его сморит сон. Так и случилось. Примерно через час он проснулся и чувствовал себя хорошо отдохнувшим. Сначала он хотел снова сесть за расчеты, но вспомнив недавний разговор, недовольно скривился и нехотя отказался от этой затеи, вместо этого решив пораньше прийти на тренировку. Зайдя в пустой зал зельевар огляделся. Конечно, с прошлого раза ничего не изменилось, но видеть это помещение с точки зрения более-менее хорошего фехтовальщика, а не простого посетителя, которым он был не так давно было приятно. Тогда он ещё даже не представлял, что в его стенах находятся многочисленные приспособления для тренировки, как например движущиеся ледяные манекены или механизм, основанный на эльфийской магии, который с огромной скоростью выпускал парализующие заклятия, увернуться от которых было довольно сложно, даже несмотря на хорошую реакцию. Обычно в декана Слизерина они попадали уже на второй минуте, в то время как Кай мог продержаться семь. Мастер Зелий взял уже привычный двуручник, и, включив механизм, встал в стойку. Тут же со всех сторон посыпались красные лучи, но пока что ни один из них не попал по беспрерывно двигающемуся магу. Шаг вперёд, немного отклониться вбок, чуть сместиться влево, подставляя меч под луч заклинания и тут же увернуться от следующего… Удерживать подобный темп становилось всё сложнее и сложнее, и вскоре Снейп был парализован. Обстрел тут же прекратился, и он уже хотел мысленно произнести отменяющую форму, как уже был освобожден. Изумленно повернувшись в сторону двери, Северус встретился с ледяными глазами Снежного Принца. — Неплохо. — прокомментировал он. — Ты делаешь успехи. На эти слова мужчина улыбнулся. Это была не обычная для него усмешка или ухмылка, а самая настоящая улыбка. За время, проведённое в этом коттедже зельевар всё больше раскрывался, показывая свои эмоции, и эльфы отплачивали ему тем же. Но Кай… Он всегда оставался безразличен. Даже зная причину этого, Мастер Зелий не торопился принимать судьбоносное решение. Слишком мало информации, слишком непонятное действие артефакта. — Три минуты и двадцать секунд. — вдруг сказал вошедший. Сначала зельевар не понял сути этого предложения, но через мгновение его глаза расширились в удивлении. Он продержался целых три минуты? Желая убедиться, он лично посмотрел на секундомер, который включался после первого же заклинания и его улыбка стала ещё шире. Он действительно стал лучше двигаться. — Но твои результаты всё равно лучше. — Конечно. Ведь я занимался практически с самого детства. Но раз твоя скорость и маневренность стала лучше, то и тренировки будут более сложными. — после этих слов Снейп послушал свою интуицию, буквально кричащую об опасности и встал в стойку. Как оказалось, решение было верным. Кинжал Принца плавно рассек воздух, но был отражен ударом двуручника. Безэмоциональность Кая отражалась и на тренировках. Там, где обычный человек или маг остановился бы, пожалел своего соперника, поддался усталости или просто на миг расслабился, Принц действовал по-другому. Он не уставал, не отвлекался и никогда не жалел своего «ученика». Не сказать, что это было плохо, но и приятного тоже мало. Через час Кай оставил Северуса отрабатывать новые удары, а сам ушёл в неизвестном направлении. А по прошествии ещё полутора часов уставший, но довольный мужчина решил посетить кабинет Лисаниэля. Однако его планам не суждено было сбыться, так как в комнате присутствовал не только Король, но и его сын. Шпионское прошлое тут же дало о себе знать, и декан Слизерина приник к приоткрытой двери, в щели которой виднелись две сидевшие на диване фигуры. — … всё усиливается? — спросил Лисан. — Да. Я даже не могу вспомнить каково это — чувствовать… — Потерпи пожалуйста… Потерпи ещё немного… Скоро всё будет хорошо… — Король притянул своего сына в объятия. — Ты не понимаешь. — прозвучал спокойный голос, но Мастер Зелий с удивлением обнаружил в нем нотки тепла. — И никто не понимает. Я не чувствую ничего. Ни интереса, ни увлечения, ни желания что-либо делать. Совсем ничего. Каждый день для меня как пытка. И уже не раз меня посещали мысли о самоубийстве. — Даже я больше не могу ничем помочь? — горечь чувствовалась в каждом слове, сказанном Лисаниэлем. Здесь и сейчас он был любящим отцом, а не правителем целого народа. — Рядом с тобой кольцо немного ослабляет свое действие, однако и этого хватает ненадолго. Да и рядом с Северусом я чувствую то же самое, только в ослабленной форме. — Это… Из-за того, что он твой Партнёр? — Да, наверное… — голос Принца стал немного теплее, а он сам ещё сильнее прижался к отцу. Зельевару даже стало немного неловко от того, что он стал свидетелем этой, безусловно личной и не предназначенной для чужих глаз, сцены. Но также было и неверие. Партнёр. Они назвали его Партнёром Кая? Из прочитанных книг декан Слизерина прекрасно знал, что означает это слово. И даже слегка завидовал тем счастливчикам, которые оказывались ими, но даже и не думал, что сам окажется одним из них. Отрицательных чувств это известие не вызывало, так что он вроде бы и не против, но… Какие отношения сложатся у них с Принцем? Дружеские или любовные? Он не так уж и молод… Хотя сейчас не время об этом думать. Гораздо важнее было другое. Он только сейчас осознал, что чувствует, или вернее будет сказать не чувствует его «учитель» по фехтованию. В раздумьях он отошел от двери и направился в библиотеку. Ему срочно было нужно поговорить с Миримором и выяснить некоторые детали. Застав того на обычном месте, Снейп подсел к нему и вежливо кашлянул, показывая свое присутствие. — Что? А, это ты.– тут же отвлёкся муж Снежного Короля. — Спрашивай. — сказал он после непродолжительного осмотра сидящего напротив мага. — Ммм? — Я же по глазам вижу, что ты хочешь что-то спросить. И это что-то очень важное. Иначе ты бы не стал мешкаться. — На самом деле я хотел бы узнать подробнее о проклятии Кая. — тихо произнес Мастер Зелий. Взгляд Мира тут же потяжелел, а улыбка спала с лица. Сразу стало видно, что тема разговора ему как минимум неприятна. Нахмуренные брови означали, что их владелец будет говорить очень неохотно. — Кольцо… — Что? — «Ледяной сапфир». Это кольцо, которые ты наверняка часто видел у него на пальце. Тот самый артефакт из-за которого всё и произошло. — Как оно действует? — Когда мы искали способ снять проклятие, то нашли такую информацию. Кольцо заключает часть души в непроницаемый купол, который не позволяет эмоциям пробиться наружу. На остальные аспекты жизни это не влияет, но… Убрать этот барьер может только то зелье. Зельевар был потрясен. Тёмный Лорд разделил свою душу — об этом знали все из внутреннего круга, но даже у него оставалась связь между кусочками его души. Как же может чувствовать себя человек, когда нет даже призрачных нитей связи? — Как же он жил все эти годы? — Не жил. Он существовал. — горький смешок. — Только рядом с Лисаном он мог ощущать некое подобие чувств, но вскоре и этот эффект пошёл на спад. С каждым днем кольцо только усиливало свое действие, и только с ним Кай немного «оттаивал». Видеть его таким невероятно больно, но знать, что помочь ты не можешь ещё больнее. Мы ведь очень старались. Почти всё время проводили в библиотеке, лишь изредка занимаясь чем-то другим. Видеть его каждый день и не знать — наступит ли тот миг, когда он снова сожмет нас в объятиях, а на лице будет сиять радостная улыбка… Это просто невыносимо. Даже сейчас остаются сомнения: а вдруг зелье не поможет? Ты… попытаешься помочь ему? — неожиданно спросил Миримор. И сделал он это с такой надеждой и отчаянием, что зельевару стало неловко. Эльф напряжённо ждал ответа, но сидящий напротив него человек молчал. Прошла секунда, две, три… И каждая из них казалось вечностью. Вскоре маг посмотрел на своего собеседника неожиданно твёрдым взглядом. И сказал то, от чего у мужа Снежного Короля внутри всё перевернулось, а в душе расцвела надежда. — Я помогу. По крайней мере, попробую.