Краски и Игры в Пазл

- Может порежем её пополам? - А обратно скотчем? - Логично. Даже не знаю в какой момент идея распилить кровать, что бы получилось две, показалась мне приемлемой. С этим человеком я нахожу нормальным и привычным даже выкладывание семечек по спирали, посреди комнаты, что бы потом с самым умным и независимым выражением лица, наблюдать, как домашняя крыса их подбирает, ровно так, как они лежат. У самой Крысы выражение морды не менее сосредоточенное. «Крыса» с большой буквы, потому что так его зовут. Да, домашнего крыса зовут Крыса. Просто не спрашивайте. Крис (всегда ржу от созвучности с именем нашего питомца) любит быть умным. А ещё независимым, серьёзным, уверенным, глубокомысленным – если, конечно, последнее слово можно использовать как описание к человеку. Всё это у него выходит прекрасно, изумительно, превосходно, на все двести процентов. Но только в те минуты, пока он просто стоит и ничего не делает. Даже когда он молча в ванной, сонный и небритый, с умным видом выдавливает зубную пасту на щётку – модель, модель от Бога. Хочется сфотографировать его на плакат и продавать, выдавая за айдола. Но вот он разворачивается, заметив меня с телефоном, желает доброго утра, замечает, что паста с щетки свалилась, матерится и выдавливает необходимое количество прямо себе в рот, затем принимаясь к чистке зубов. Фейспалм. Только у меня такой «айдол». Мы вместе уже два года и один месяц. До сих пор помню, как отмечали нашу дату. Которую мы, кстати, не помним и просто придумали новую. Я своими супер-умелыми руками готовил типа семейный праздничный ужин. Я мастер готовить повседневные блюда, но когда настаёт пора экспериментов и кулинарных изысканий – мы стонем оба. Это ужасно. Сам процесс готовки отвратителен и приравнивается нами к гестаповской пытке, серьёзно. Была даже идея завести женщину в доме. Так вот, я психовал как мог. Произвести на свет удалось только гарнир, курица скоропостижно скончалась еще в духовке. В итоге мы заказали еду в ресторане, как делаем это всегда в таких случаях. Пора перестать лелеять надежды о внезапном просвещении в кулинарные мастера, и каждый раз сразу звонить в наш любимый ресторан европейской кухни. Поели, поцеловались, признались, что всё здорово в отношениях, хоть и лоб мой болит от количества фейспалмов за день. И тут нас посещает идея сделать что-нибудь необычное и грандиозное. Успех отношений гарантирован, если их как-то «закрепить» - страничка в интернете от 15-летнего блоггера Пака не может не врать. Я не стал сразу сыпать колкостями, а решил выслушать, что выдаст этот совершенный мозг моего парня. Первой идеей стала покупка двух рыбок, которых можно назвать нашими именами. Правда я сперва от души поржал, предлагая называть их «Рыбка» и «Рыбка». Или «Новая рыбка» и «Новая рыбка 2», мы же программисты, в конце концов. Но идея про рыбок отпала не из-за моего ржача, а из-за возможности смерти этих существ. А если рыбка Крис умрёт, то что делать рыбке Лухану и, главное, человеку Крису? Ведь, о Боже, это будет обозначать что-то плохое. В общем, я наржался от души. Второй идеей были тату. О да, слямзил с того самого блога Пака, как не стыдно. Тату сделать обоим, парные, значимые друг для друга. На минуту, пока я слушал эти вдохновлённые рассказы о возможностях тату-салонов, мне показалось, что я встречаюсь с тёлкой. То ли Крис услышал сам себя, то ли моё лицо его надоумило, но он тоже почувствовал себя тёлкой, скривился, сделал вид, что блеванул и об идее забыли. Третья идея была из разряда «давай возьмёмся за руки и убежим в закат». Заключалась она в том, что бы поездить по миру, понаделать кучу фото, а после всего, как завершающий этап, признаться во всех грехах нашим родителям. Идея красивая. Для какой-нибудь романтичной дорамы, что бы девочки поплакали. Я искренне стукнул его по лбу за подобные розовые сопли. Просто елки-палки, когда-то мне завидовали, что я знаком с самым охеренным парнем универа. Ага, как же. Вот он, ваш крутой пафосный мужчина, сидит и мечтает сделать селку на фоне статуи Свободы. Фу блин. Тем более что он не видел в этой своей Америке. Прожил там почти всю жизнь и жалуется еще. После моего щелбана пришла именно эта идея – пожениться. ПОЖЕНИТЬСЯ МАТЬ ВАШУ! Или обручиться, обвенчаться, выйти замуж – как желаете. Суть одна: не выезжая в страны, где это дозволено, собрать близких друзей у себя дома, обменяться кольцами и подписать распечатанные на домашнем принтере дипломы о заключении брака. Всё понарошку. Я хотел уже начать ржать, как вдруг эти 187 см пафоса и гениальности опускаются передо мной на одно колено и произносят своим этим классным хриплым голосом: «Хань, выходи за меня?». Сказать, что я в шоке – это ничего не сказать. Моя челюсть не закрывалась все две минуты, пока он сидел там внизу, смотрел мне в глаза и медленно, очень медленно, доставал откуда-то сзади коробочку с кольцом. Я полагал, что предел охреневания был достигнут в наших отношениях уже давно. Фейлов полно. Но предложение руки и сердца побило все рекорды. Всё, что я смог мяукнуть, это «Нь». Наверно хотел сказать «Фань», мозг тогда падал с крыши. Но знаете, что самое великолепное во всём этом? Я согласился! Всё-таки мы же от чего-то вместе, а значит не один он идиот в этом доме. «Свадьба» напоминала обычную пьянку с нашими друзьями, которые, кстати, идею оценили, искренне поржали и поддержали. Мол, вы, дорки, созданы друг для друга. Прошел уже месяц, хотя кажется, что год. Кольцо на пальце носим оба, как полагается и на все вопросы – «да, я женат». Не знают только родители, вот досада, ихихи. Но им знать и не обязательно. Родня Криса живёт в Канаде, занимается бизнесом, и сын лишь бы жив был, остальное не важно, деньги пришлём. Мои все в Китае, водят хороводы вокруг своего храма. Очень уж религиозны они у меня. Геев создал Дьявол и ёжику понятно, поэтому пускай дальше водят свои хороводы и не травмируют психику лишними знаниями. Мы бы так и жили, не тужили, бед не знали и плясали, но… ко мне едет моя мать. В гости. Если быть точным, то она уже совсем рядом. Началось всё пару часов назад. Раннее утро субботы. Мы спим, наблюдая сладкие сны про выходные, в подсознании предвкушая, как будем заниматься ничем. Валяться на диване, играть в World of Tanks, ржать над нубами, которые не в состоянии немного подправить коды и читерить без возможности быть пойманным… По-сути это всё, чем мы занимаемся в выходные. Мы даже не одеваемся без надобности, оставаясь в одних трусах. Ох, эта сладкая свобода. Но звонит, сцука, телефон. Сотовый, мой. Который лежит где-то на полу со стороны Криса. Бурчу во сне, что бы он ответил или подал его мне, но Крис не реагирует и приходится самому лезть через него, свешиваться с кровати, доставать телефон и чуть ли не матерясь отвечать. В ответ мне слышится материнское китайское «доброе утро». Ну и собственно через пять минут разговор прекращается, я снова бурчу, что мама едет в гости и проваливаюсь в сон. Будит меня настойчивый, взволнованный и взъерошенный Крис. - В смысле в гости едет? И нам норм? Смазка пускай дальше стоит на тумбе, а эти пидорские свадебные открытки красуются на кухне? До меня доходит положение дел, и я пробуждаюсь в несколько раз быстрее. Этот парень выдаёт с утра умные вещи. Надо бы прибраться и спрятать всё подозрительное с глаз долой. Так вот. Кровать, которую хочется распилить. Мы спрятали презервативы, замаскировали смазку, свадебные открытки и подарочное парное бельё (хотя мы его и не распаковывали, но всё же), кольца сняли, фотки на ноутбуках скрыли. Больше ничего такого, что выдаёт в нас «нежных лам, небесного цвета» в доме не наблюдается. Да просто Боже упаси, мы нормальные парни, а не конченные педики. Просто любим друг друга, со всем прилагающимся к этому. Я хоть и отдаю предпочтение пассивной роли, баба из меня всё же никакая. Буквально за час до приезда матушки, на нас обрушивается проблема в лице кровати. Кровать-то блин небольшая – раз, и явно не двум парням на ней спать, будь она и большая – два. К тому же когда мы только въезжали, здесь был диван и одноместная кроватка, что подразумевалось для двоих, и моя мать вопросов не задавала. А сейчас что? Всё плохо! - А может сказать, что один из нас спит на полу? – а этот парень меня определённо радует сегодня. - Идея, но у нас нет матраса. - Он в химчистке. - Сомнительно. - Его покусал Крыса и он в ремонте. - Уже лучше, но всё-таки скудно. - Попросить у Сани? - Ты чего такой умный с утра пораньше? – ухмыляюсь я. – Завязывай с этим, а то я беспокоюсь. Крис улыбается и уже натягивает штаны, что бы дойти до нашей соседки Сани. Милая девушка, живущая над нами и тайно влюблённая в кого-то из нас. Я предполагаю, что в Криса, у него в принципе слишком много поклонников, она наверняка не исключение. Матрас нас спасает во всех смыслах. Ему даже место в нашей однокомнатной находится такое хитрое, будто там всегда и лежал. Мама приезжает, все счастливы, все накормлены (о, еда, приготовленная женщиной, я готов возводить в твою честь памятники!), все обняты и все рассказы рассказаны. Вот-вот настанет пора прощаться, но ах какое везение – мама желает остаться на одну ночь и уехать по-человечески утром. Мальчики же поспят один раз на одной постели? А то матушке неудобно спать со своим сыном, а уж с чужим парнем и подавно. Мальчик-то поспят, но что мальчикам придумать, что бы не обняться во сне неосознанно – вот в чем вопрос. А деваться, между прочим, некуда. Ложимся на одну постель, укрываемся разными одеялками, отворачиваемся, пиная друг друга по ногам, и засыпаем. - Ах, ты извращенец долговязый, ты что с моим сыном руки распускаешь? Мало вас таких Господь Бог наказывает, мало! «Какого блин хрена?» вертится в моей голове, пока я пытаюсь осознать происходящее посреди ночи. А происходящее просто фейл: Крис всё же обнял меня (ну ептъ – мы спим так уже два года), а мать это безобразие узрела. Понятия не имею, почему ей не спалось в три часа ночи. И тут мой почти двухметровый идиот уверенно и спокойно выдаёт: - Я привык, что если сплю с кем-то, то это моя девушка Сани, я её всегда обнимаю. Простите, что вам пришлось подумать о таком ужасе. Матушка быстро обдумывает полученную информацию, воспринимает её так, как нужно и спешно извиняется. А я думаю, что хоть это придурок и способен на сентиментальные речи про селки на фоне статуи Свободы, хоть он и выглядит, как полный лузер, когда пытается доказать, кто босс. Хоть он и проводит выходные в трусах, лежа на кровати, раскидав длиннющие волосатые ноги, с ноутом на пузе и выкрикивая периодичное «лах, сука, на те нуб, я таких как ты на своём стволе вертел». Хоть и зовёт крыса Крыса, учит его петь, раскрашивает фломастерами его хвост, а на яйцах рисует смайлики. Хоть он и не умеет ничерта, кроме работы с компьютерами. Хоть и всего подобного у него многое множество, от чего любая из поклонниц сбежала бы после первого совместного дня проживания. Я люблю его, блять, таким. Люблю, и наверно поэтому со всех его фейлов не истерю, как это делал бы наш друг Бекхен, не отчитываю, как это любит делать его напарник Чунмён и не считаю его странным, как думает наш бывший однокурсник Минсок. Я ржу как конь, от души и искренне. Крис скептично заявляет, что нет в моём смехе ни грамма этичности, а я лишь молча делаю гифки ржущего себя и отправляю ему по почте, на рабочий ноут. Люблю этого балбеса за то, что он терпит меня – такого же фейлового дорка.