Краски и Игры в Пазл

Tom Odell – Can't Pretend

***

Сигареты кончились, достаточно неожиданно. Вчера же пачку только… а, черт с ним. На один вечер можно и бросить. Если бы у меня была собака, мы пошли бы гулять, я бы завернул в ближайший супермаркет, купил сигарет, кофе, свежих кексов со сливочным кремом. Потом мы пришли бы домой, где ну может один и два соседа – друзья, вероятно, с кем я ещё снимал бы квартиру. Я бы провозгласил с порога о кексах, получив в ответ ироничное «ахуееть», только одно, потому что второй сосед спит в наушниках и не слышит происходящего в квартире. Но у меня нет собаки. И живу я один. Небо серое-серое, мутное, звёзд видно не будет. А утром, вероятно, дождь. Паршиво, когда в порыве страсти сбегая из дома, забываешь наушники. Зато плеер схватить успел. Что это? Капли? Дождь? Что уже сейчас? Хреновый из меня синоптик. Оттянуть рукава, зафиксировав их пальцами и поёжиться, скорей для проформы – вообще-то не так уж и холодно. Мимо проходит пара девочек-школьниц, лет восьми-девяти. Смотрят на меня, перешептываясь, подозревают, что я один из тех, с кем связываться нельзя. О таких обычно рассказывают мама с бабушкой. Вопрос только, откуда мама с бабушкой осведомлены о жизни наркоманов. Нет, что вы, я не наркоман, кроме никотина и пива из супермаркета ничего боле и не позволял себе. Жизнь, безусловно, одна и нужно кутить на всю катушку, только я предпочел оставить это тем, кому подобное действительно интересно. К тому же я конкретно подсел на вещи пострашнее героина. Толстовка намокает, пропитываясь холодными каплями дождя. Не раздражать это не может, как и не может согреть. Холодно, паршиво, обидно, грустно, скучно. Двигаюсь к краю скамейки, зажимаясь в угол, таким образом уверяя себя, что дождь не достанет. На самом деле тут растёт дерево, достаточно крутых размеров и масштабов, и его ветви отлично скрывали бы. Но только не сегодня. Сегодня погода решила в прямом смысле слова замочить меня. К подъезду подходит парочка молодых людей. Девушка живёт в квартире напротив, а парень частенько у неё ночует. Они целуются, она что-то шепчет ему в губы, вероятно предлагая подняться в гости. Но парень с сожалением отказывает и после долгих объятий уходит. Вот они – отношения двух любящих друг друга людей. Не жизненно. Стемнело уже совсем. Двадцать три ноль ноль. По моим расчетам, ибо ушел из дома я где-то полчаса назад. Надо завести собаку, однозначно. Что бы было о ком беспокоиться в такие минуты. Что бы было к кому возвращаться, полагая, что живое существо помрет без еды и воды, если вдруг я захочу сдохнуть под покровом ночи. Нет, вы не подумайте, я не суицидник какой-нибудь. Однако, когда сидишь на лавочке, мокрый и одинокий, как тот самый зайчик, которого бросила хозяйка, в голове, кроме мыслей о скоропостижном конце, ничего и нет. А вот и моя «хозяйка». Крис выходит из подъезда и не спеша направляется ко мне. Будто знал, что я сижу именно тут, что вот вообще на меня не так уж и похоже. Он не взял с собой зонт, только кепку, которую молча надевает мне на голову, оказываясь рядом. - Сразу видно, что с родителями проблем не было, - Крис садится рядом, протягивая мне еще и наушники. - Где связь? - Когда у подростков проблемы с родителями, то они не редко сбегают из дома, вот так, как ты сейчас. И у них вырабатывается привычка забирать с собой всё необходимое, что бы вот так же сидеть на лавочке и грустить. А необходимое - это наушники и плеер. Усмехаюсь его словам, одевая наушники и включая первый попавшийся трек в плеере. Крис сидит рядом, молчит, и по глазам видно, что ни о чем не думает. Просто сидит. А потом просто берёт мою руку и засовывает в свой карман толстовки, вместе со своими руками, естественно. Чувствую, как перебирает мои пальцы, гладит костяшки, перекатывает, играется. В отличие от меня, у него есть привычки. И эта одна из них. А еще есть очень глупая, но забавная привычка – кусать щетину зубной щетки, от чего она всегда выглядит, словно ею чистили унитаз. Иногда я себя ассоциирую с его зубной щеткой. Он пользуется мной, как по назначению, которое я же ему рекомендовал, так и по собственному усмотрению. Последний факт изрядно портит меня, мою жизнь, моё существование. Однако без Криса это существование не имеет смысла. Ровно через три песни Крис выдёргивает наушник из моего уха. - Всё, я уже весь мокрый и хочу домой. Я у тебя сегодня остался на ночь не для посиделок на улице под дождём. - Ты остался у меня, потому что мы давно не виделись. Однако что-то я не вижу жарких объятий и страстного секса, ты сел играть в танки. - Не веди себя как баба. - Ты даже не подготовился. - Прошлый раз у тебя оставалась целая упаковка презервативов, куда ты её дел? Ты живёшь, блять, один, даже собаки нет, которую можно было бы поиметь, в случае недотраха. - Фу, заткнись. Еще двадцать минут назад я думал завести её. - Отлично. В таком случае я не буду гадать, куда ты дел презервативы. - Да никуда я их не девал! Минсок убирался, и.. - Минсок! Наконец-то я услышал имя этой «собаки». - И это я веду себя, как баба? Крис фыркает. Однако руки моей не выпускает из своего кармана. И должен признать, руке там просто замечательно. Я бы не отказался залезть в его карман целиком. Судя по ощущениям руки там очень тепло, уютно, не тесно, и эти-шикарные-пальцы-Криса повсюду.

Yeah love I hope you know, How much my heart depends.

- Мы идём домой, или еще будем обижаться? - Идём, а то я скоро прирасту к этой лавке. Задница уже прямоугольная, – поднимаюсь, утягивая парня за собой. Ещё одна привычка Криса – засовывать руки в задние карманы моих джинс, пока мы стоя целуемся возле подъезда. Его длинные пальцы не вмещаются полностью, да и площадь моей задницы меньше, чем площадь его рук. - Она у тебя и без лавки прямоугольная. - Я бы возмутился, но ты её и такую любишь.