Проверка на порочность

Ильмарин постепенно наполнялся золотистым светом заката. Таникветиль покрывалась алыми отблесками. Небо на горизонте покрыла пелена облаков, серебристое на горизонте, оно плавно перетекало в бархатное синее над самим чертогом. Варда уже зажгла на нём первые звёзды. Могучие орлы Манвэ кружили вокруг вершины, расправив крылья в свободном полёте. Воздух был холодным и свежим. Сам хозяин чертога стоял на огромной террасе, всматриваясь в окутанную золотистым сиянием даль. Лёгкий ветер играл в струях длинных белых волос. Тяжелая серебристая ткань плаща слегка колыхалась; кольца, что украшали пальцы владыки Арды, блестели в последних лучах угасающего светила. Было тихо. Но что-то в этой тишине тревожило душу Манвэ. Тьма и угроза зашевелились в сознании владыки. Стройная фигура в белом одеянии бесшумно скользнула за спиной Манвэ. Затаившись за одной из колонн, майя стал наблюдать за каждым движением валы. Он пришёл, потому что оттягивать задуманный разговор уже больше не было мочи. Но стоило ему взглянуть на владыку, как мысли путались, слова никак не желали складываться в связную речь. Всё, что осталось делать - облокотиться на холодный мрамор, привести в порядок мысли, вдохнуть - выдохнуть. Но как, чёрт побери?! Как спокойно смотреть Манвэ в глаза, объясняя, что его брат лезет в чужие сны и не скрывая вожделения, откровенно предлагает Майрону чуть ли не положить к его ногам всю Арду?! Нет, он даже слушать не станет. А небо уже совсем потемнело. Манвэ так же неподвижно стоял посреди террасы, всматриваясь в багровую полосу горизонта. Вдруг тихий, спокойный голос владыки нарушил повисшую тишину. - Ты всю ночь собираешься прятаться, Майрон? - вала медленно повернул голову в сторону колоннады, за которой прятался майя. Майрон опустил голову, выходя из-за колонны на свет. - Простите, владыка. Я хотел поговорить с вами. Это касается Мелькора. При упоминании о брате Манвэ заметно помрачнел. - Он снова тревожит тебя? - Да. Он закрался в моё сознание. И я больше не могу отличить собственные сны от видений, что внушает мне он. - Что же он внушает тебе? Что говорит? - Он говорит, что я сильный. Он твердит о разрушении Арды, о всепоглощающем мраке. - Он давно твердит об этом. Ты не первый, кому он грозится уничтожить сотворённое нами. Но зачем ему нужен ты? Майрон опустил глаза. Сказать всё не хватало духу. - Я не знаю, владыка. Я не знаю. - Что же, от Мелькора можно ожидать чего угодно. Ты сильный, а ему нужны сильные союзники. Помни об этом. - Я помню, владыка. Манвэ отвернулся от Майрона и снова с нескрываемой тревогой начал вглядываться в багровеющий горизонт. - Владыка? - Подойди, Майрон. Посмотри вперёд. Что ты видишь? Майя устремил взор в пылающую даль. - Огни. Всё небо озарено какими-то огнями. Что это? - Вот и я не могу понять, что это. Майрон внимательно всмотрелся в горизонт. Облака, некогда казавшиеся золотистыми от заката, сейчас почернели и покрылись огненными отблесками. Глаза майара в ужасе распахнулись. - Владыка, это не огни. Манвэ вопросительно посмотрел на юношу. - Что же это? - Пожар. Западный лес горит! - Майрон запаниковал. Это был тот самый лес, который он так любил. - Манвэ, я должен быть там! Я должен помочь Ауле и Йаванне. - Майрон вскочил на мраморный парапет. - Стой! Что, если это Мелькор? - Вне всякого сомнения, это он. - С этими словами Майрон сорвался с парапета и, обернувшись золотым фениксом, устремился на запад к уже вовсю горевшему лесу. *** Лес полыхал яростным багровым пламенем. Огонь охватил густые кроны деревьев, бушуя с небом наравне. По округе разносился гул и громкий треск падающих стволов. То тут, то там из огня вырывались стаи перепуганных птиц. К небу устремлялись столбы черного густого дыма, заполонившего всё вокруг. Где-то вдали слышались знакомые голоса. Ауле и ещё несколько майя пытались потушить пламя. Тщетно. Где-то внизу, совсем рядом, среди деревьев промелькнул Оромэ на своём коне, выискивая виновника пожара. Тщетно. Майрон с высоты вглядывался в темноту. Он знал, для кого был устроен этот трюк. Так же он знал, что Тёмный ждёт его. Иначе вся затея не имела бы смысла. Но где же он? Вдруг Майрона осенило. Он начал постепенно снижаться, растворяясь в рыжем пламени. Вот показалась знакомая поляна. Вокруг всё было охвачено огнём, трава под ногами обратилась в пепел. Он не ошибся. Не зря Мелькор в его снах показывал ему эту поляну. Мелькнула яркая вспышка света, и огненная птица вновь приняла облик златовласого юноши. - Где ты?! Ну же, Мелькор! Ты хотел видеть меня?! Вот он я, здесь! Я явился, останови это безумие! За спиной раздался ледяной, зловещий смех. - Я заждался тебя, Артано. Мне стало скучно, вот я и решил немного развлечься. Нравится? Как же громко меня проклинает твой учитель. Это слышно, наверное, даже на Таникветиль. М? Неужели сам Артано снизошел с небес, дабы спасти этот никчемный клочок земли. - Этот лес был создан Йаванной и рос на протяжении не одного столетия. Если ты сейчас же не прекратишь это безумие, он сгорит дотла! - Тебе так дорог этот лес? Майрон опустил голову и с силой сжал кулаки. Мелькор попал в яблочко. Этот лес действительно был дорог ему, но признавать это было сейчас равносильно признанию собственной слабости. А лес горел. Огонь почти полностью поглотил его. - Я не слышу ответа. - Да, - прошептал Майрон. - Я могу остановить пожар. Но у меня есть одно маленькое условие. - Мелькор подошел вплотную к Майрону, обнимая его за талию и резко, грубо прижимая к себе. - Я не отдамся тебе. Не мечтай. Мелькор снова засмеялся. - Тогда весь твой драгоценный лес и всё, что в нём жило и дышало, поглотит пламя. Майрон зажмурил глаза, полные слёз. Слёз гнева и бессилия. Он не успеет потушить пламя, он осознавал это. И Ауле не успеет. Да будь тут сам владыка морей Ульмо, он не смог бы. Времени было в обрез. С силой сжав кулаки, майя процедил сквозь зубы. - Если я отдамся тебе, ты потушишь пламя? - Потушу, обещаю. - Жизнь научила не верить твоим словам. Но сейчас это единственное, что мне остаётся делать. - Будь умницей, Артано. Холодные руки тяжело опустились на узкие плечи. Мелькор рывком сорвал плащ, и он белой дымкой слетел на землю. Резким движением он разворачивает Майрона лицом к себе, с первых мгновений втягивая его в ядовитый поцелуй. Руки сжимают ворот белого платья. Один рывок, и шифоновая ткань с треском рвётся, слетая и полностью обнажая стройное тело. Не отрываясь от губ Майрона, Мелькор начал раздеваться сам. Какие-то несколько секунд, и они оба стоят посреди горящего леса, подставив мраморно-белую кожу обнаженных тел под золотистые блики пламени и серебристый свет звёзд - безмолвных свидетелей столь позорной, откровенной, но в то же время сводящей с ума своим бесстыдством, сцены. От треска деревьев закладывает уши, а лёгкие уже вдыхают черный дым. Но вот холодные руки снова легли на плечи, Мелькор прижимает Майрона всё сильнее, в порыве вожделения целуя и кусая бархатную кожу на тонкой шее. - Ты такой красивый, Артано. - Молчи, умоляю. Заткнись, не слова больше. - Это было не учтиво. Мелькор толкнул Майрона на землю, нависая над ним. Их взгляды встретились. Это была настоящая борьба огня и мрака. Один пытался загасить другого. Наяву же обладатель огненных глаз покорно лежал на земле, подмятый под тёмного властелина. А тот с наслаждением наблюдал, как страх, стыд и гнев сменяют друг друга в этом взгляде, раздвигая тонкие стройные ноги. Так развратно, даже для Мелькора. Но это было в сто раз приятней и увлекательней, чем сжечь этот проклятый лес, вслушиваться в проклятья вала. В эти минуты сверху открывался такой захватывающий вид, что картины с высоты Таникветиль казались просто ничем. Вид на стройное, молодое тело, лежащее в столь развратной позе, что захватывало дух; на изящную шею, на приоткрытые припухшие губы, на распахнутые до размеров вселенной, горящие багровым пламенем, полные ужаса и гнева глаза; на длинные, отливающие золотом, локоны, что так ярко сияли на фоне серого пепла. От такого вида желание обладать этим покорным телом усилилось вдвое. Мелькор, не задумываясь ни на минуту, резко вошел в Майрона. От столь яркой вспышки боли майя выгнулся и издал душераздирающий крик. Мелькор лишь тихо посмеялся. Новый толчок - новая вспышка боли. Внутри было горячо и тесно, что доставляло некоторые болезненные ощущения. Но боль была для Мелькора одной из тех мелочей, которые он обычно растаптывал под собственным величием. Даже эти ощущения не могли заглушить наслаждение от обладания этим телом, власти над которым он так долго и навязчиво добивался. Крики Майрона ласкали слух. Мелькор наращивал темп, сильнее вжимая майа в землю, буквально разрывая его изнутри. Майрон как одержимый метался по обгоревшей траве, впивался руками в землю, хватал ртом воздух и с криками выгибался под Мелькором. Почувствовав приближение разрядки, Мелькор начал двигаться быстрее, входя как можно глубже. Через минуту он кончил, изливаясь прямо в Майрона. Брюнет чуть не рухнул на майя, вовремя оперевшись руками о землю по обе стороны от его головы. Мелькор заглянул в стеклянные глаза, из которых потекли слёзы. Майрон весь дрожал, задыхаясь. Мелькор осторожно поднялся и огляделся вокруг. Лес догорал. Валар прошептал пару слов на понятном лишь одному ему языке, и остатки пламени в миг исчезли. Остался лишь едкий, застилавший всё вокруг дым. Брюнет оделся и собрался было исчезнуть, но его взгляд упал на не помнящего себя от безумной боли Майрона. Безумная мысль скользнула в голове. Мелькор склонился над юношей и коснулся ладонью его щеки. - Ч-что ты делаешь? - запаниковал Майрон. Но Тёмный не обращал на него внимание, нашептывая ещё одно заклинание. Майя в последний раз распахнул полные ужаса глаза и без сознания распластался на земле. - Давно пора было. - с этими словами Мелькор завернул хрупкое тело в свой плащ, и с Майроном на руках растворился в ночной темноте. "Я потушил твой лес, как и обещал. Но вряд ли ты теперь вспомнишь про него, Артано."