Полароид

- Чен? - поперхнулся Кай, когда увидел на пороге скомканного парня. - Привет, Кай, - Ким устало кивнул и уселся на свободное кресло. - Что ты здесь делаешь? - Вот именно! Что он здесь делает? - возмутился еще один. - И тебе привет, хён, - помахал ему ручкой гость. - У нас большие проблемы, - Лухан нервно выпил стакан воды, проигнорировав зависшие взгляды двух своих друзей. - Кёнсу. Он... - Что с ним? - изогнул бровь Ким. - Его похитили. - Лухан! - глаза Бэкхёна забегали по комнате. - Ты серьезно? - Как это?! - Чонин соскочил с дивана и собирался позвонить в полицию, но кто-то схватил его за запястье. - Кай, ты только не волнуйся, - стал успокаивать его Чондэ. - Я думаю, что Кенни в порядке. - Кенни? - Ну, уменьшительно-ласкательное? - криво улыбнулся шатен. - А ты-то его откуда знаешь? - Ой, а он что не в курсе? - Чен вопросительно посмотрел на Бекхёна, тот лишь уткнулся носом в колени и истерично грыз большой палец. - Мы же не знали, что вы друзья, - усмехнулся Лу. - А сам то не сказал? - Я думал он знает и ему просто неловко, - пожал плечами Ким. - О чем? - зашипел Кай. Ему не нравилось, что в этой комнате он, кажется, был единственным слепцом, который ничего не знает. - И что с Кёнсу? - Эх... Бедный Кай, - оттопырил губу Чен и безысходно пожал плечами. - Прости, что не успел. Видимо, мой хён очень быстрый. - Твой хён? - Да, - кивнул Чен. - Я уверен, что Кёнсу сейчас везут к нему. На моей, между прочим, машине! - К нему? - Чунмёни-хён~, - пропел ангельским голоском Чондэ. - Стой. Ты братишка этого... парня? - из уст Кая вылетел нервный смешок. - Ты не говорил. - Ты и не спрашивал, - невинно захлопал глазками Чен. - Скрывать больше нет смысла. - Эй-эй-эй!.. Притормози, - вмешался Бэкхён. - Ты сказал... Чунмён? Ты прикалываешься? Он же... - Точно, он ведь, - Кай нахмурился. - Мертв. - Оу! Вот и раскрылась тайна всей моей жизни, - показательно заревел Чен. - Какие вы недогадливые. Ну все... кроме Лухана-хёна? - Чен игриво подмигнул рыжеволосому. Лица парней исказились от ужаса и шока, а Лухан выпил еще один стакан воды. *** Темнота. Так темно. Все, что Кёнсу успел запомнить, так это то, как кто-то схватил его за волосы и накрыл нос платком с каким-то свойственным запахом, от которого у До закружилась голова и он потерял сознание. И вот теперь он здесь. Постойте-ка. А здесь - это где? Хотелось бы знать, но ясное дело, что его не на чай пригласили. Глаза было открывать страшно, но лучше уж так, чем лежать в неведении и бояться еще больше. Кёнсу потихоньку разлепил глаза и понял, что комната в которой он сейчас находится, знакома ему очень хорошо. Эти золотые занавески, треугольный стол из красного дерева, трехуровневый высокий потолок с цветной подсветкой и эта кровать, большая овальная кровать с белой простыней. Кёнсу никак не мог понять какого черта он находится здесь. Это ведь дом Чунмёна и Чондэ. Это какая-то шутка? Или может младшенький снова развлекается? У него всегда были кое-какие садистские наклонности. - Очнулся? - послышалось с порога. Дио вздрогнул. По телу пробежала дрожь, а на лбу выступили холодные капельки пота. Этот голос он узнает везде. Мягкий, плавный и несвойственно для парня высокий голос. Но как это возможно? Может быть, Кёнсу уже убили и теперь он встречает жителей этого-того мира? Кёнсу старался разглядеть человека, который к нему обратился, но веревки на руках не давали подняться, а полукруглая спинка кровати была слишком высокой. - Ты... кто такой? - рыкнул Дио. Конечно же, это не мог быть Чунмен. Ведь Чунмен, он... - Ты меня обижаешь, - послышался звонкий смех. Этот смех тоже был особенным для Дио. - Разве так встречают свою первую любовь? - улыбнулся блондин и подкатил инвалидную коляску к кровати так, чтобы Дио наконец мог увидеть лицо человека, которое так отчаянно старался стереть из памяти. - Ты... - Кёнсу затрясло. Его охватил озноб и глаза начали дергаться от внезапно скопившейся влаги. - Чу-чунмен... Ты - Чунмен? Это правда ты? Ты ведь, - голос брюнета стал подрагивать и в конце концов Дио не сумел сдержать слезу, которая мгновенно скатилась по виску. - Господи, ты... и правда Чунмен... Я не верю.. - Кёнсу, это я, - кивнул Сухо, одновременно развязывая тугие узлы. - Прости, что связал. Я боялся, что ты можешь сбежать и... оставить меня. Снова, - горько улыбнулся Сухо. Выбравшись из под оков, Кёнсу ни капельки не беспокоился о боли на запястьях или легком головокружении. Он мгновенно бросился к ногам Чунмена и обняв худые конечности, уложился на них головой. - Но... что с твоими ногами? Что с ними? И почему ты?.. Как это возможно? - Я сам виноват, - голос блондина тоже стал немного другим. К горлу подступил комок и губы некрасиво скривились. - Я... был так глуп, когда решил... что больше не хочу жить... Я... Прости меня... - Нет, это ты прости меня, - рыдал Кёнсу, сжимая ноги Чунмена сильнее и оставляя на светлых джинсах соленые следы. - Прости, прости, прости... Пожалуйста... Я правда сожалею... Но как ты?... - А разве это важно? Посмотри на меня. Никчемный калека, - усмехнулся Сухо и запрокинул голову. - Не имеет значения. Это все не имеет значения. Главное, что ты здесь, - еле слышно прошептал Кёнсу и поцеловал Чунмена в колено. - А как же твой парень? - Ч-чонин? - Кёнсу замер. - Верно. Чонин. Ким Чонин, - Кёнсу не спросил откуда Чунмён знает Кая. Он был готов к этому. - Я... он... понимаешь... - Ты любишь его? - Люблю, - еле-еле прошептал До. - Что? - наигранно переспросил Чунмён. - Не слышу. Говори громче. - Люблю. - Что? - Люблю! - Пф, - фыркнул Чунмен. - А ты изменился. - Т-ты тоже, - вытер слезы Кёнсу. - Раньше из тебя и словечка нежности было невозможно вытянуть, - усмехнулся Сухо и подкатил коляску к окну. Кёнсу промолчал на это. Минут пятнадцать они сидели в тишине. Когда Кёнсу уже более или менее пришел в себя, он решил заговорить первым. - Скажи, - брюнет облокотился на кровать и обнял колени. - Как ты... То есть я был на твоей могиле. И все это. Ты можешь объяснить? - Что сказать? Вместо меня похоронили другого, - заметив ошеломленный взгляд Кёнсу Чунмен покачал головой. - Нет, мы его не убивали. Он умер сам. Это был ничтожный бомж и мы просто похоронили его. - Но почему? - Потому что все вышло совсем не так, как я думал, - блондин истерично засмеялся. - В итоге я потерял ноги. - Почему ты уехал? - Я не хотел предстать перед миром так, - парень коснулся своих неподвижных конечностей. - Я умолял отца. А еще я хотел, чтобы ты страдал и мучился. Кёнсу прижался подбородком к ногам. - Я страдал, - мягко произнес он и добавил. - И мучился. - Но видимо не настолько, раз нашел себе парня. - Он первый после тебя. Я вовсе не такой легкомысленный и ты это знаешь лучше, чем кто-либо. - Знаю. - Он хороший. Чонин напоминает мне себя. Такой же грубиян, который не может ясно выражать свои чувства, но потом очень жалеет, - брюнет прикусил губу. - Если вдруг обидит кого-то, - До грустно посмотрел на ноги Чунмена, а блондин лишь получше накрыл их пледом. - Ты действительно любишь его, - как подтверждение сказал Сухо. Кёнсу ничего не ответил. - Ты хотя бы рад меня видеть? - Конечно же, я рад! Черт возьми! - Кёнсу поднялся на ноги. - Не говори это так, словно я сам выкинул тебя из своей жизни. - Ты. Ты это сделал. Не я. - Я бы пришел к тебе, а ты просто решил... - Отомстить, - закончил Ким. - Отомстил? Чунмен развернулся. - Кёнсу, я люблю тебя. - Что? - Сколько ни пытался. Я все еще люблю тебя. Не бросай меня. - Чунмён, - Кёнсу присел рядом с коляской и стал поглаживать ладонь блондина. - Что ты такое говоришь? - Знаю. Столько времени прошло, - горько улыбнулся парень. - Но ты ведь все еще любишь меня? "Люблю, но эта любовь другая..." - Конечно. - Скажи это, - более серьезно сказал блондин. - Ты ведь любишь меня больше? "Но как я могу?" - Конечно же, я люблю тебя, - нежно улыбнулся До, сглатывая ком, что подкатил к горлу. "Но уже не так, как его..." - Ты ведь не бросишь меня? - Чунмен коснулся указательным пальцем кончика носа Кёнсу. Парень на секунду отключился от этого мира. В голове прокручивались множества воспоминаний, в том числе и Чонин. "Хён, я люблю тебя" Но это не единственное, что вертелось у парня в голове. "Если ты уйдешь, то я не смогу жить. Ты убил меня, Кёнсу." - Так ты... не бросишь меня, Кёнсу? - Чунмен был немного настойчивее. - Как я могу тебя бросить, - Кёнсу уткнулся лбом в ладонь Чунмёна и горько всхлипнул. Но почему? Он не должен плакать. Он ведь так хотел вернуть Чунмёна назад. Кёнсу отдал бы все за такой шанс и вот Сухо здесь. Прямо перед ним. Он должен сиять и благодарить Бога за такой дар, а не лить слезы. - Кёнсу-я, ты снова плачешь. - Это... от счастья, - Кёнсу старался быть сильным, но не мог сдержаться. Он понимал, что нет другого выбора. Он просто не может поступить сейчас так, как ему хочется. - Просто я так рад. До сих пор не могу поверить, что ты здесь. Кёнсу сжал кулаки и пожелал так сильно и отчаянно, чтобы слова, которые он больше не сможет произнести, которые он должен похоронить в своем сердце и чувства, которые он собирается спрятать под замок долетели до этого маленького шоколадного грубияна, который так здорово справлялся с ролью любовника Кёнсу. "Я люблю тебя, Чонин. Спасибо тебе за все и прощай."