Вино и Кофе

~ Говорят, что сострадание появляется после того, как в сердце появляется любовь ~

Кроме аромата духов его матери, Курт вспомнил движения её пальцев, как все-таки было хорошо. Он вспомнил, как был восьмилетним мальчиком, с пухлыми щеками и любопытными глазами, ходившим за матерью хвостиком вокруг дома. Он наблюдал за тем, как она шьет, загипнотизированный тем, как её пальцы пропускают иглу сквозь ткань. Он любил то, как она играла на пианино, и её длинные пальцы летали над клавишами, словно бабочки. Это были те пальцы, которые гладили голову Курта, когда он лежал у нее ночью на груди. Прямо сейчас он ощущал её прикосновение снова, как будто она пыталась его успокоить, с того момента как поехал в Мемориальный госпиталь Лаймы. Курт не помнил, как он вышел из музыкального магазина, так ничего и не купив в нем, не помнил, как залез в машину и завел её. Все что он знал, это то, что он прямо сейчас ехал в больницу, в которую увезли Себастьяна. Больницы. Курт ненавидел их. Он ненавидел запах хлорки, которым пропитываются все больницы. Ненавидел, что всю эту белизну. Ненавидел за то, что здесь умирают люди. Курт вспомнил, как стоял там, чувствуя себя беспомощным, когда его отец лежал на больничной койке, его веки были неподвижными, как и тело. Курту было страшно от того, что он мог потерять и другого родителя. Он был в таком отчаянии, что даже молился тому, в кого не верил, думая при этом пожалуйстапожалуйстапожалуйста спаси моего папу, обожемойобожемой не дай ему умереть, проснисьпроснисьпроснись… Курт вздохнув, поставил машину на пустое место и заблокировал двери. Он направился к главному входу больницы и зашел внутрь. Больничный запах ударил ему в нос, от чего он сморщил его от отвращения. Хаммел покачал головой и подошел к стойке. Женщина, на вид молодая, со светло-русыми волосами и темно-карими глазами. Она была хорошенькой, парням бы понравилась с первого взгляда. Бейджик на форме гласил, что ее зовут Кларисса. - Здравствуйте, - сказал Курт. - Я ищу больного. - Имя? -Спросила Кларисса, вежливо улыбаясь. - Себастьян Смайт. Он попал в аварию…недавно. В глазах Клариссы появилось понимание: - О-о, мальчик из новостей, - её тон был пропитан жалостью. - Бедный мальчик потерял своих родителей. - Да…наверное, - ответил Курт медленно. Кларисса вздохнула, прежде чем сесть за компьютер и начать искать информацию о пациенте: - Он в палате 5021, пятый этаж. - Спасибо, - Курт ей кротко улыбнулся, прежде чем пойти к ближайшему лифту. Он тяжело дышал на протяжении всей поездки, его сердце бешено колотилось в груди. Почему он так нервничает? Он же всего лишь увидит Себастьяна, ради Бога. Это просто еще один парень, которого он знал. Парень, который ему не нравился, но все же. Но перспектива увидеть кого-то лежащего в больнице, заставляла голову Курта немного кружиться. Лифт остановился, и двери открылись с характерным «дзинь». Курт вышел из лифта и прошел по коридору, ведущему к палате Себастьяна. 5018, 5019, 5020…5021. Курт уставился на двери перед ним. Он слышал тихий звук от телевизора внутри помещения, что означало, что Себастьян мог не спать. Он колебался поднять руку, чтобы постучать. Следовало ли принести ему чего-нибудь? Цветы? Корзинку с фруктами? Хоть что-нибудь, просто из вежливости, в конце концов. Но с другой стороны…это же был Себастьян. Тот самый парень, который оскорблял его при каждой возможности, даже после того, как просил прощения перед Региональными. Курт вспомнил, что некоторые вещи никогда не меняются. Глубоко вздохнув, он постучал два раза в дверь. Хриплое «Уходи» послышалось с той стороны двери, и Курт не мог не улыбнуться. Значит, это точно была палата Себастьяна. Не обращая внимания на недоброжелательный ответ, он повернул ручку и открыл дверь. Курт автоматически развернулся в сторону кровати, от увиденной картины его глаза расширились. На кровати лежал Себастьян и выглядел он…ну…довольно ужасно. Его голова была перевязана бинтами, а лицо покрыто фиолетовыми синяками и порезами. Его левая рука была перебинтована. Так же можно было заметить бинты, выбивающиеся из-под его больничного халата. Себастьян выглядел так, как будто побывал на гангстерских разборках, а не страдал ‘лишь незначительной травмой головы и несколькими царапинами’. - Боже мой, - слова слетели с губ Курта прежде, чем он подумал о них. Себастьян поймал взгляд Курта, и от того как его глаза расширились, Курт понял, что Себастьян не ожидал его здесь увидеть. Как будто Курт сам этого ожидал. - Посмотрите, кого принесло, - сказал Себастьян, после минутного молчания, - это же принцесса Лаймы, штат Огайо. - Заткнись, - сказал Курт на автомате прежде, чем остановиться. Он покачал головой, в который раз за сегодня, и взглянул на Себастьяна, - ты…выглядишь ужасно. - Спасибо за комплимент, - ответил он с сарказмом. Но судя по тому, как дрожал его голос, было понятно, что он был вымученным. Себастьян отвернулся от Курта и уткнул свой взгляд в телевизор. Он показывал прошедшие новости; та же ведущая новостей, та же покореженная машина, та же фотография Себастьяна. Курт резко втянул в себя воздух прежде, чем, дрожа, его медленно выпустить. - Почему ты это смотришь? - Тихо спросил Курт. Себастьян не ответил. Он просто продолжал смотреть новости, как будто это был самый захватывающий фильм в мире. Его глаза, обычно светло-зеленые, кажется, были темнее сегодня. Когда выпуск новостей, наконец, закончился, Себастьян схватил пульт и со всей силы нажал на кнопку выключения. Он так и не посмотрел на Курта, переведя свой взгляд на окно. - Я просто хочу убедиться, что все это реально, - прошептал Себастьян, в конце концов. Курт не ответил на это. Он так и стоял с опущенными по швам руками. Он смотрел, как Себастьян выдохнул и, наконец, наконец, повернулся к Курту. Его взгляд был уставшим. Он не улыбался. На его лице не было каждодневной усмешки: - Что ты здесь делаешь, Курт? Курт медлил: - Ну, я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, - сказал он неожиданно тихим голосом. Себастьян вскинул брови: - Ну если ты считаешь, что три сломанных ребра, вывих плеча, и удар головы это порядок, то тогда все просто потрясающе. - Значит, редакторы новостей все-таки соврали о твоих повреждениях, а? - Выдавив улыбку, сказал Курт. Себастьян видел, что Курт старался сделать разговор более непринужденным, пусть даже и с помощью крошечной улыбки. Его лицо просветлело немного: - Думаю, что так и есть. Неловкая тишина началась снова. Курт решил осмотреть палату. Стены пастельных тонов, диван, стоящий спинкой к стене, рядом с кроватью Себастьяна, а также телевизор, находившийся в углу комнаты. Все как всегда. - Ты прав. Курт резко вскинул голову, когда он услышал Себастьяна. Он повернулся к мальчику, ища его глазами. - Ты о чем? - О том, что ты сказал на днях. На мгновенье Курт задумался, затем, его слова обрушились на него. Когда-нибудь, Себастьян, ты узнаешь, что такое потерять того, кем дорожишь. Оу. Курт почувствовал, как его тело сковывает. Он сказал эти слова в запале ссоры, и он никогда не хотел, чтобы такое произошло на самом деле. Просто ничего незначащие слова. Это все бессмысленно, бессмысленно, бессмысленно. Курту стало плохо от наполнившего его чувства вины. - Я…Себастьян…я… - Он умолк, не зная, что ответить. А что он мог сказать? - Забудь об этом, - сказал он отрывисто, - это называется кармой, Курт. Я встречался с этим раньше. - Я действительно не хотел этого говорить, Себастьян, - Курт уставился в пол, - мне очень жаль. Себастьян ничего не сказал. Он смотрел вниз, на свою белую кровать, а его руки сминали одеяло. Его взгляд был тяжелым и холодным. Почти непрощающим. Курт отвернулся, прикусив губу, чтобы она не дрожала. Он никогда в своей жизни не чувствовал себя так ужасно. Они говорят, будьте осторожны в своих желаниях… - Слушай, - Курт вздохнул, - у тебя есть какие-нибудь родственники, с которыми ты мог бы остаться? Себастьяна, очевидно, удивил внезапный вопрос, он оторвал свой взгляд от кровати, чтобы посмотреть на Курта вопросительно: - Зачем тебе это? Курт чувствовал себя неловко: - Просто…тебя выписывают через… - Он посмотрел на Себастьяна в поисках ответа, на что Себастьян лишь вздохнул. - Три дня. - Правильно, - продолжал Курт, - и тебе нужно найти место, где ты бы смог жить, потому что… - Он умолк. Но они оба знали, какими должны были быть его следующие слова. Не нужно быть гением, чтоб догадаться. Потому что твои родители умерли. - Нет. Курт удивленно смотрел на него. - Прости? - Ты спросил, нет ли у родственников, с которыми можно остаться, - сказал Себастьян с преувеличенным спокойствием, - я ответил - нет. Это…ну, Курт не ожидал этого. Он уставился на Себастьяна, которому явно было не комфортно под его взглядом. - Прекрати на меня палиться. Но если уж так хочется, то хотя бы делай это не так…открыто, - резко сказал Себастьян. Обычно, Курт бы уже ответил парой колких фразочек, но его мозг по прежнему обрабатывал ответ, который ему дал Себастьян. - Это невозможно, - сказал он, полностью игнорируя сказанный Себастьяном сарказм, - у тебя должны быть родственники живущие неподалеку. - Видимо нет. - Бабушки и дедушки? - В Париже. - Тети или дяди? - Аналогично. - Двоюродные братья или сестры? - Если ты хочешь, чтоб я полетел в Норвегию, то я не думаю, что это хорошая идея. - Хочешь сказать, что единственными Смайтами в штате Огайо, были ты и твои родители? - Спросил Курт раздраженно. Себастьян пожал здоровым плечом: - Выходит, что так. Несмотря на то, как все это грустно звучало, Курт не мог помочь, поэтому он просто размахивал руками от безысходности. Пока Себастьян не помогал ему в этом. Обнаружил он себя, расхаживающим по комнате, размышляющим над всем этим. Себастьян смотрел на него заинтересованными глазами. - Почему ты думаешь об этом? - Спросил Себастьян, - я же знаю, что ты этим не заинтересован. Курт остановился, когда слова Себастьяна дошли до него. Ведь, правда, это не должно его волновать. Почему ему не все равно? Себастьян был далеко не самым доброжелательным к нему человеком. Он мог просто уехать прямо сейчас. С другой стороны… Это твои слова как-то повлияли на сложившуюся ситуацию. Курт вздохнул и посмотрел на Себастьяна: - Потому что я человечнее тебя, вот почему. Видимо, Себастьяну было достаточно этого ответа: - Как скажешь, - ответил он и отвернулся. Может быть, это было разыгравшимся воображением Курта, но он увидел, как уголки губ Себастьяна чуть-чуть приподнялись. Курт мотнул головой, отгоняя эту картинку из головы. - И что же ты будешь делать, когда тебя выпишут из больницы? - Тихо спросил Курт. Себастьян опять ответил не сразу. Сначала он продолжал смотреть в окно, как будто вид на сад интересовал его больше всего остального. Казалось, прошла вечность прежде, чем Себастьян заговорил. - Думаю, что просто поживу дома один. Курта застиг врасплох его ответ: - Что? - Спросил он тупо. - Ты слышал, что я сказал, - Себастьян повернулся к Курту, его глаза снова потемнели. - Мои родители умерли, у меня нет поблизости родственников, и тебе показать список моих друзей? Он не очень-то длинный, не смотря на все мое очарование. Большинство Соловьев живет довольно далеко, - он сделал паузу, - я буду себя прекрасно чувствовать и в одиночестве. Я смогу позаботиться о себе! Курт уже собирался ответить, как медсестра заглянула в палату. Она была низенькая и пухленькая, и если бы она улыбнулась, то стала бы хоть немного симпатичнее: - Мне очень жаль, сэр, но время посещения почти закончилось. - Тебе лучше уйти, - устало проговорил Себастьян, откидываясь на подушки. Как только медсестра подвела Курта к двери, то он обратно повернулся к Себастьяну. - Никто не должен быть один, Себастьян. Даже ты.