Глава 1
18 января 2014 г., 01:01
Тот, кто мстит, иногда жалеет о совершенном; тот, кто прощает, никогда не жалеет об этом. А. Дюма
- Ты можешь жить самостоятельно. Может однажды всё изменится и мы сможем увидеться. Я не скажу, почему я ушёл и куда направляюсь. Не ищи меня, я этого не хочу. Господь свидетель, жизнь в Убежище не идеальна, но здесь ты по крайней мере в безопасности. Мне достаточно просто знать это, чтобы жить дальше… Пальцы сами вытащили голодиск из Пип – Боя, прежде чем закончилась запись. Слишком больно было слышать продолжение. Слишком свежи были раны. Два дорогих человека, чьи голоса запечатлело это устройство, были мертвы. Один погиб в Убежище, другой в Мемориале Джефферсона. О смерти одного услышала из уст подруги, смерть же второго произошла прямо на глазах. Смерть первого было отомщена сполна, смерть второго до сих пор была открытым вопросом. Август Отем – враг номер один и цель для вендетты. Человек, который буквально часы назад пытал и мучил, чтобы узнать код доступа. Человек, который так трусливо сбежал из разрушающейся базы Анклава, тем самым вновь избежав смерти. Человек, способный пойти на всё, лишь бы достигнуть своих целей. Человек, являющийся, тем самым «открытым вопросом». Человек, по вине которого умер Джеймс. Джеймс… Отец… Папа... Папочка... Голодиск падает на песок. Пальцы зарываются в волосы. В глазах стоят слёзы. Он погиб. Умер. Отдал свою жизнь, чтобы спасти остальных. Выиграл немного времени для учёных и своей дочери. Его не стало, а Отем выжил. Не справедливо и не правильно. Всё должно было быть наоборот! Август Отем должен был сдохнуть в той комнате, а Джеймс остаться в живых! Это было бы честно! Увы, Столичная Пустошь никогда не бывает справедливой. Столичная Пустошь никогда ни с кем честна. Столичная Пустошь относиться к каждому с одинаковой жестокостью. Глубокий вдох и выдох. Пальцы отпускают волосы. Джеймс всегда говорил, что: «Месть - это иллюзия справедливости». Что нельзя падать столь низко и кусать того, кто укусил тебя. Что мщение – это признание во всеуслышание о том, что тебе больно. Что месть никогда не погасит пламя ненависти в душе, а будет лишь подливать масло в огонь. Что самой сладкой местью является прощение. Столичная Пустошь же говорит: «Месть - это блюдо, которое подается в холодном виде!» И это блюдо надо смаковать, наслаждаться его вкусом и послевкусием, медленно жевать, чтобы уловить все нотки столь изысканной «пищи». О, месть за Джеймса будет сладка, прекрасна и неспешна. Август Отем пожалеет, что не умер раньше. Рука ловко достаёт голодиск из песка. Эта запись… Последнее, что осталось от отца. Весточка, которую он успел сделать до того, как покинул Убежище. До того, как пошёл в Убежище 112. До того, как отправился в Мемориал Джефферсона. До того, как перезагрузил реактор. До всего этого кошмара. Отем забрал жизнь Джеймса. И теперь пора ему самому попрощаться со своей… Треск сухой ветки отвлекает от бессмысленного занятия. Прекратив делать записи в своём дневнике, я перевожу заинтересованный взгляд в сторону костра. Он получился небольшим и даже скромным. Конечно, мы достаточно далеко ушли от Рэйвен – Рока, но всё же не хотелось быть легкой мишенью для Анклава. Если Отем не глупец, то он пошлёт людей на руины ранее секретной базы, чтобы догнать меня. Если мыслить логически и здраво, то такая слабая и хрупкая девушка, как я, неспособна тащить пятикилограммовый ГЭКК через всю Пустошь. Если смотреть на вещи реально, то догнать и убить меня было бы слишком просто. Но на этот раз Столичная Пустошь всё же решила мне помочь. Да, Август мог просчитать все варианты и все дороги, которыми я могу пойти. Мог приказать своим солдатам прочёсывать окрестности Рэйвен – Рока. Мог проверить все ближайшие пещеры, заброшенные заводы или дома, кишащие радтараканами. И всё же полковник Отем не смог учесть один фактор, благодаря которому я смогла удалиться на достаточно большое расстояние от базы Анклава. Этот «фактор» имел рост почти три с половиной метра, обладал недюжей силой и был на редкость доброжелательным. Слегка усмехнувшись, я подкинула в костёр ещё пару сухих веток. Признаться честно, моя первая встреча с этой ходячей горой мышц как – то не особо сложилась. С самого начала, когда услышала голос из вечно шипящего интеркома, я думала, что общаюсь с очередным пленником, вроде того, что был заперт в другом изоляторе. Согласившись помочь этому бедолаге, который в отличие от последнего не пытался меня задушить, едва открылась дверь его камеры, я не особо обратила внимание на одну важную деталь – окно изолятора. Оно было почти черным от накопившегося слоя пыли и за ним еле – еле угадывалась обстановка комнаты и силуэт собеседника. Меня должно было это смутить или хотя бы насторожить, но опьянённый столь радостной находкой, как здравомыслящее существо в этом Аду, мозг проигнорировал эту мелочь. Выманить двух супермутантов из комнаты с пожарным пультом было проще простого. Незаметно проскользнуть мимо них было задачей посложнее, но всё же не невыполнимой. С пультом тоже не возникло проблем, как и справиться с обманутыми хозяевами этого места. Разобравшись с супермутантами и зарядив револьвер последними тремя пулями, я старалась выключить пожарную тревогу. Мне не хотелось, чтобы все обитатели Убежища 87 сбежались в лабораторию в поисках нарушителя гнетущей и гробовой тишины. Добившись желаемого результата, я потратила пару бесценных минут на то, что глупо смотрела на мигающую красным цветом лампочку, вещавшую о лже – пожаре, но никаких звуков больше не наблюдалось. Довольная собой, я поправила висевшую на спине снайперскую винтовку и, повернувшись… - Что ты пишешь? – я вздрогнула, моментально выходя из собственных воспоминаний, и взглянула на Фокса. - Да, так. Записи, воспоминания, наблюдения, - пробормотала, закрывая дневник и пряча его в сумку вместе с карандашом. – Кое – какие рисунки и психологические портреты некоторых людей. Никогда в своей жизни я не думала, что буду рада супермутанту с Гатлинг-лазером в руках, который расстреливает людей, пускай даже и сторонников Анклава. Но тогда, раненная, уставшая и тянущая не только ГЭКК, но ещё и своё маленькое тельце, которое пытали один черт знает сколько времени, мне было всё равно кого лицезреть. Готова поспорить, что встреться мне голодный яо – гай, я бы тоже была счастлива его видеть. Выбравшись из обвалившегося туннеля, усталость взяла свое, и я упала в беспамятство. Очнулась уже на почтенном расстоянии от Рэйвен – Рока, висящей на чьём – то огромном плечище. Мой новый друг помог выбраться из разрушающейся и превращающейся в руины базы Анклава, попутно умудряясь нести свою новую «игрушку» и ГЭКК. Даже не смотря на тот инцидент в Убежище, он всё равно решил оказать мне помощь. Это было как – то непривычно и неправильно. Наверное, привыкла, что помогать – это сугубо моя прерогатива, с которой я уже смирилась. Но, чёрт побери, как же это было приятно. Недовольное урчание моего живота, отвлекло от грёз. Покопавшись в сумке, я достала оттуда пакетик с чипсами. Немного повозившись, открыла свой поздний ужин. По вкусу они были так себе, но выбирать не приходиться. Сглотнув накопившуюся во рту слюну, чисто из вежливости, протянула пакетик Фоксу, и предложила: - Ты будешь есть? Супермутанту стало интересно, что я ему предлагаю, и потому не отказался от жмени чипсов. К моему, превеликому сожалению эта самая «жменька» была размером с пакет. С грустью наблюдая, как мой ужин постепенно исчезает, мысленно проклинаю свою вежливость и вдолбленные с самого детства правила этикета. Чтобы окончательно не захлебнуться слюной, я подкинула в костёр ещё пару сухих веток и поискала в рюкзаке ещё что – нибудь съестное. Достав немного помятый и зачерствевший кекс, вздохнула и принялась жевать. Ели молча, следуя старой довоенной поговорке, которую любила цитировать миссис Палмер: «Когда я ем – я глух и нем». Изредка тишину нарушал треск веток в костре, хруст чипсов или моих зубов об окаменелую поверхность кекса. Когда с едой было покончено, я кинула злобный взгляд на «яблоко раздора». ГЭКК мирно лежал на земле и всем своим видом показывал невиновность во всём этом бедламе. Все проблемы из – за этого чемоданчика. В который раз, поймала себя на мысли разбить этот «Генератор Эдемских Кущ Компактный» о ближайший камень. Хруст чипсов прекратился, и пустой пакетик отправился прямо в костер. - Спасибо, - поблагодарил Фокс. - Не за что, - буркнула я, наблюдая как забавно искриться пакетик, пока его пожирает пламя. Ради интереса, я проверила сумку на наличие патронов и продовольствия. И результаты этой проверки мне не понравились. Провизии от силы хватало на два – три дня, но вот с боеприпасами было ещё хуже. Их почти не осталось, пара патронов для револьвера и всего одна обойма для снайперской винтовки. Шансы выжить в Пустоши таяли прямо на глазах. Тяжело вздохнув, я закрыла глаза. Требовалось составить план, в котором можно относительно безопасно пересечь всю Пустошь, при минимальных затратах патронов. Подобного маршрута не существовало, потому что вся земля кишела разными тварями начиная от кротокрысов и бешенных собак заканчивая рейдерами и супермутантами. К этому списку стоило ещё добавить и солдат Анклава, которые вряд ли от меня отстанут. Пока их бесстрашному полководцу не прострелят голову. От одной мысли лицезреть Августа Отема с немаленькой дырой в башке, я позволила себе улыбнуться. И тут же отдёрнула себя от этих мыслей. Нет, так просто полковник не отделается. Я заставлю его страдать, кричать, плакать и молить о пощаде. Смерть Джеймса будет отомщена. Если бы он мог услышать, какие мысли роятся в голове его дочери, то пришёл бы в ужас. Ранее милая, хрупкая и добропорядочная девочка, которая на протяжении двух лет в Убежище успешно работала психотерапевтом, теперь стала крайне озлобленной и жестокой. Но такова Пустошь. Она меняет человека, перекраивает его характер, извращает его разум, пока он не станет таким же, как и она сама. Жестоким и беспощадным. Но вернёмся к плану. Итак, нужно составить маршрут, во время путешествия которого меньше всего можно пострадать и при этом не попасться на глаза Анклаву. При этом, нужно пополнить припасы. Шанс, что им по пути попасться какой – нибудь караван, был очень мал. Тупик. Бросив короткий взгляд на Пип – Бой, до меня дошло. Я рассматриваю варианты маршрута на земле, но не под ней. Старые заброшенные станции метро – идеальный маршрут во все отношениях. Во – первых, можно почти незаметно тащить ГЭКК через Пустошь, не привлекая излишнего внимания. Во – вторых, туннели в последнее время стали чуть побезопаснее, за что большое спасибо Рейли. В – третьих, если проложить правильный путь, то можно добраться куда захочешь. Нервно покусав губы, я попыталась вспомнить станцию метро, рядом с которой было безопасное место, где можно купить патроны и еду. - Тенпенни – Тауэр, - вслух предположила я. Это место было практически неприступной крепостью. Там жили неплохие люди, и теперь ещё и гули, ради которых пришлось немного повздорить с некоторыми напыщенными болванами. К тому же, нужно было передать Дэшвуду небольшое напоминание о Рокополисе и сообщить о смерти Аргайла. Если, как следует поторговаться, то можно при минимальных затратах, цивильно пополнить запасы. Составив план, я решила подойти к следующей проблеме: как мне тащить ГЭКК через всю Пустошь в Цитадель? К великому сожалению, я не обладала развитой мускулатурой, делая большую ставку на ловкость, скрытность и свою харизму. Но здесь требовалась выносливость и сила, которой у меня не было. Но, зато, она была у кое – кого другого. Я перевела взгляд на Фокса. Если я его смогу уговорить донести ГЭКК хотя бы до башни Тенпенни, то это будет хорошо. Просто прекрасно будет, если мне помогут дотащить этот чемоданчик до Мегатонны. Вариант с полной доставкой до Цитадели, даже не рассматривался. Осталось только подключить всё своё красноречие, чтобы убедить Фокса помочь мне. - Фокс, - дождавшись, пока супермутант взглянет на меня, продолжила: - Я благодарна тебе за то, что ты вытащил меня из Рейвен – Рока. Спасибо тебе большое. - Я просто отдавал долг, - пояснил мутант, пожимая плечищами. – Ты освободила меня из той камеры, а я помог тебе. «Долг платежом красен», - провела я собственную ассоциацию со сказанного Фоксом, и кивнув продолжила: - И поэтому, мне неловко просить тебя помочь ещё раз. Судя по взгляду, которым меня наградили, то от меня не ожидали подобной просьбы. Не отводя взгляда, я решила прояснить ситуацию, в которую вляпалась: - У меня очень мало припасов и патронов. К тому же, не помешала бы помощь медика, - при этом я закатала рукав, демонстрируя рваную рану – «подарочек» от Августа Отема. - До ближайшего места, где могли бы помочь идти долго и одна я не справлюсь. Меня съедят либо яо – гаи, либо догонят солдаты Анклава и… Тут, я дала своему голосу дрогнуть и поспешно отвела взгляд в сторону. Что – что, а знание психологии, в купе с артистичность, харизмой и природной хрупкостью, которая делала меня больше похожей на довоенную фарфоровую статуэтку, давала мне иллюзию уязвимости. Этим не раз я пользовалась в стенах Убежища, и это не раз помогало на Пустоши. Ведь я такая беззащитная и слабая. Большинство рейдеров, что так думали, сейчас давно стали кормом для собак. Может внешне, я и кажусь хрупкой, но стоит мне раскрыть рот, то я могу даже компьютер убедить, что он неправ. В качестве доказательства, можно привести президента Джона Генри Эдема, которому я не только доказала, что он безумен, но и уговорила уничтожить самого себя и базу в придачу. Решив, что молчание затянулось, я вернула рукав на место, погладив рану, и, взглянув на костёр, тихо попросила: - Пожалуйста, помоги мне. Я… я одна не справлюсь. Мысленно поаплодировав собственной игре, я старалась не смотреть в сторону Фокса и не улыбнуться в этот момент. Сейчас, всё зависело от ответа мутанта. Если он пошлёт меня, то это будет справедливо. Ведь теперь мы квиты. Никто никому ничего не должен. И всё же, я надеялась на то, что он скажет «Да». Молчание затянулось и это начало беспокоить. Шанс на то, что Фокс согласиться становились всё меньше, а вариант об отказе становился всё реальнее. Закрыв глаза, я принялась считать до десяти, чтобы унять этот дурацкий озноб. Увы, но тот отказался отступать, и с каждой секундой рос, словно по какой – то прогрессии. - Хорошо. Я помогу тебе. Я буквально услышала, как с моей души упал камень. Озноб, обидевшись на такое заявление, оскорблено удалился. Сдержав радостный порыв, открыла глаза и с немой благодарностью взглянула на Фокса, при этом позволив себе слабо улыбнуться. - Спасибо, - прошептала я. Ещё немного посидев и поболтав, мы распределили вахту на эту ночь. Первым стеречь наше убежище согласился Фокс. Потому, поудобнее устроившись на твердой земле, чтобы не беспокоить «подарочки» от Отема, и положив под голову сумку, я прикрыла глаза, принялась строить планы на завтрашний день. Пока, он состоял из трёх пунктов: 1) добраться до станции метро; 2) дойти до башни Тенпенни; 3) при этом ещё и выжить. Думаю, я смогу убедить людей, что Фокс не опасен, а скорее наоборот, и они не будут пытаться его убить. С Ройем Филипсом и остальными гулями, долго говорить не придётся. Ведь именно благодаря мне, они теперь живут в башне. «Заодно и посмотрим, как они вместе уживаются», - решила я, погружаясь в царство Морфея, путём счёта овец.
