Шоу с переодеваниями

      Отключился тогда Жан очень быстро, и, конечно же, утро его началось с этого самого банального вопроса, заданного самому себе: «Что вчера было?». Парень хлопнул себя по лбу. В мыслях не укладывалось, как всё это могло произойти. Что ему делать? Как вообще теперь вести себя с Армином. Он ясно понимал, что разговора не избежать, и чем дольше он будет оттягивать, тем дольше продлятся его мучения. А может быть и мучения Армина. Надо было придумать хотя бы первую фразу для такого диалога.       Однако жизнь разведчика задаёт свой темп. В коридоре послышался шум, дежурные забарабанили во все двери, созывая отряд на утреннее построение. Жан вскочил с кровати, быстро натянул форму и не очень туго, исключительно для вида, закрепил ремни. Тело плохо ему подчинялось. Оно ещё помнило всё, что случилось, каждое движение и прикосновение, и тот вихрь ощущений, что тогда пронизывал насквозь. Жан разогнал лишние мысли, успокоился ( что – что, а за время, службы в разведкорпусе он научился брать себя в руки, когда это необходимо) и вышел из комнаты.       На построении, а затем и в столовой за завтраком Жан незаметно пытался наблюдать за Армином. Тот не выглядел спокойным, хотя и старался таким казаться. Видно было, как он отговаривается на вопросы Эрена, что с ним случилось. Как всегда мило улыбается. Как всегда что-то увлечённо рассказывает, постоянно меняя выражение лица. Но периодически запинается, кидает взгляд в сторону Жана, забывается, начинает смотреть в одну точку. Завтрак всегда подходил к концу слишком быстро. Сегодня, как показалось Кирштайну, он пролетел ещё быстрее. И всё потому, что он ещё не придумал, с чего ему начать разговор. Даже не придумал повода подойти к Армину. Жан рассчитывал, что на сегодня у них запланировано очередное собрание, во время которого можно будет мысленно вставить в глаза спички и сосредоточиться на своём, пока капрал что-то объясняет.       Однако никакого собрания не было и не должно было быть. Вместо этого бойцов ждала дикая тренировка, на которой мыслительные процессы вообще отключались, заставляя работать только тело. После обеда же капрал направил Жана вместе с Конни в город по некоторым личным поручениям. А в компании этого паренька сконцентрироваться на каких-то раздумьях было просто невозможно. Он тараторил почти без остановки, но между делом постоянно что-то спрашивал. Причём вопросы он задавал ну совершенно невероятные и неожиданные. Жану даже показалось, что у него от такого количества информации вообще и из головы-то вылетели события вчерашней ночи.       Вернувшись в штаб и отчитавшись перед капралом, Жан неторопливо зашагал к себе в комнату. Спать ему даже после такого тяжёлого дня ни капли не хотелось. Он остановился у маленького окошка в коридоре и стал смотреть на простирающийся ночной пейзаж, который где-то вдалеке резко обрубался огромной стеной. Жан пытался думать, как-то отвлечённо водя пальцем по подоконнику и уставившись в одну точку. Ничего путного в голову не лезло. Становилось только хуже от накативших страхов и предрассудков. Он услышал шаги: кто-то шёл по коридору, а ведь уже стемнело. До этого момента Кирштайн думал, что ему одному в эту ночь не спится. Он повернул голову и увидел Армина, который уже стоял перед ним. В этот момент захотелось провалиться сквозь землю. Что сейчас нужно сказать этому парню, который тоже в этот момент пытается перебороть себя? Ведь ещё завернув за угол, он мог видеть стоящего у окна Жана и тут же отступить. Но он пошёл вперёд, и сейчас стоит, опустив глаза в пол, и тоже выжидающе молчит. - Армин… ты… ты почему не спишь? - Я шёл в библиотеку. – Отрезал он, и, похоже, не врал.       Обмен первыми фразами заставил Жана продолжить говорить хоть что-нибудь. - Прости. Вчера я ушёл и даже… - Ничего, - а вот тут он явно был неискренен: в его глазах прочиталась лёгкая обида. - Армин, я должен тебя спросить…можно?       Тот лишь молча вопросительно посмотрел на Жана. - Вчера у меня получилась хорошая игра? Ты почувствовал то, что должен был? Оно тебе хоть как-то помогло? Армин испуганно дёрнулся, огляделся по сторонам и сказал: - Мы не должны говорить об этом здесь!       Жан почувствовал, как маленькая, но сильная рука резко сжала его запястье. Рывок. И они уже бегут через коридоры по направлению к комнате Арлерта. Он тащит Жана за собой, отпирает дверь, буквально запихивает его внутрь, залетает сам и щёлкает замком. - Армин, ты чего? Прости, я не… - Нет! – Он отчаянно замотал головой, - это был ты! Вчера здесь, со мной был ты. Возможно, у меня совсем не работает фантазия, но никого другого я представить не смог. - Извини. Наверное, я… - Жан! – Армин не давал ему закончить фразы, - а ты сам как? Наверное, с моей стороны этот маскарад был неуместен, но, если хочешь, я и сейчас это сделаю? Если тебе так будет проще общаться со мной… – Весь его вид говорил о том, что его это волнует, и сильно. Но Кирштайн не умел врать. Самому себе уж точно. - Нет. Не надо. К чёрту всё! Я не буду ничего скрывать. Мне было хорошо с тобой, Армин, и я тоже видел, что передо мной именно ты. И мне абсолютно не важно, что ты вовсе не милая девушка. Уж прости, что из меня не получилось хорошего Эрена, но… - Да и не нужно. – Улыбнулся тот. - Ты знаешь, вы действительно ведь совсем разные. - Ты прям утешил, - усмехнулся Жан.       Он хотел сказать ещё что-то, но не успел. Руки Армина внезапно сомкнулись у него на шее. Он уткнулся носом Жану в плечо и сильно прижался к нему всем телом. Рука Кирштайна сама собой потянулась к мягким светлым волосам. - Армин, - он перешёл на шёпот, который как-то больше вписывался в обстановку тёмной комнаты ночью, - чего ты хочешь?       Он поднял глаза на Жана и тут же отвёл их в сторону. - Ты… ты знаешь, - совсем тихо ответил он.       Жан помотал головой: - Мне совсем трудно тебя понять в последнее время. Ты всё-таки любишь Эре… - Забудь! Пожалуйста, не говори этого больше! Я не знаю, что со мной происходит, - он слегка занервничал, но всё ещё не желал отпускать Жана, - я правда уже ничего не понимаю.       Кирштайн немного отстранился и взглянул Армину в глаза. - Я всегда это говорю: проблема решается просто. Сам для себя ответь на вопрос: чего ты хочешь? Сейчас тебе ничего не мешает быть честным с собой и поступать так, как ты сам того желаешь. - Если так, тогда я просто хотел бы хоть минуту не думать о причинах моих желаний. Я хочу…- Он не стал договаривать фразу, вместо этого потянулся к губам Жана и начал медленный и тягучий поцелуй.       Он провел по верхней губе Жана языком, надавил на шею большими пальцами и прильнул к парню всем телом. Своим губам сейчас он позволял такое, на что не решился бы еще пару дней назад. Он укусил Жана за подбородок, за скулу, а следом сразу же покрыл места укусов поцелуем. Горячими припухшими губами Арлерт накрыл губы Кирштайна, а руками начал стаскивать с него одежду, практически разрывая рубашку. Ему хотелось прямо сейчас немедленно зацеловать Жана целиком, без остатка, почувствовать вкус его кожи, ощутить какая она на ощупь. Жан, сбитый с толку таким напором стоял и не сопротивлялся. В нем взыграло любопытство, как далеко сможет зайти Арлерт, поэтому он просто стащил с себя рубашку через голову и отшвырнул её в сторону. - Спасибо, - чуть виновато прошептал Армин.       А потом резко припечатал Жана к двери, схватил его руки и настойчиво сжал их на своей заднице, и когда Жан крепче сомкнул пальцы, Арлерт томно застонал ему прямо в губы, выдыхая какие-то слова, смысл которых разобрать было уже невозможно.       Армин целовал Жана в губы, целовал в шею, в ключицу и в оголенное плечо. Запах у Жана был немного резкий, и от этого голова кружилась сильней. Он слизывал капельки пота с груди парня, оставляя на коже влажные следы от языка, а потом, чуть прикусив, принялся ласкать сосок на левой груди Кирштайна. Жан застонал и сильней сжал руки на заднице Армина, от чего у блондина моментально затвердел член и стал упираться в мешающие штаны. Он чуть приподнялся на носках и стал тереться о бедро Жана, всхлипывая и выгибая шею, а потом схватил Кирштайна за руку и потащил к кровати.       Жан все больше и больше поражался тому, что вытворял этот скромный и стеснительный мальчишка сейчас. Скажи ему кто-то о том, что Арлерт может быть таким страстным и раскованным, Жан бы ни в жизнь не поверил. Армин забрался на кровать, сел на согнутые в коленях ноги и быстрыми четкими движениями освободился от одежды, затем притянул Жана за ремень на брюках и принялся расстегивать его ширинку. - Армин, ты уверен? – спросил сбитый с толку Жан. - Я еще никогда не был так уверен! – заявил Арлерт и сжал в руке затвердевший член парня.       Кирштайн издал долгий и протяжный выдох, прикрыл глаза и зарылся руками в волосах Армина. Тот неумело, но настойчиво ласкал Жана сначала руками, обхватывая его член одной, а второй чуть сжимая яички, а потом, чуть помедлив, наклонился и коснулся оголившейся головки губами. Жан вздрогнул и застонал. Губы у Армина были мягкими, жаркими и чуть шершавыми, от чего удовольствие от его касаний делалось только сильней. Арлерт заглотил член почти целиком, закашлялся, но не вынул его обратно, а продолжил ласкать своего любовника, двигая головой взад-вперед, иногда помогая себе руками. Потом чуть отстранился, глубоко вздохнул и облизал влажные испачканные слюной и смазкой губы. - Я все правильно делаю, Жан? – спросил он и поднял на Кирштайна огромные синие глаза, блестящие сейчас от нескрываемого удовольствия. - Д-да… - выдохнул парень. – Не останавливайся, пожалуйста…       Армин снова облизнулся и коснулся кончиком языка отверстия уретры, провел вокруг головки, спустился ниже к самому основанию и обхватил губами яйца Жана. Парень подался вперед, еле сдерживая стоны, и с силой потянул волосы Арлерта сжатыми в кулаки руками. - Господи… Ты, правда, делаешь это первый раз? – воскликнул изумленный Жан. - Угу, - быстро ответил Армин и снова обхватил член Жана рукой, присоединив следом и рот.       Армину нравилось то, что он сейчас делал. Нравилось ощущать во рту член Жана, нравился его вкус, нравилось то, как он пульсировал. Нравилось, как сжималось тело Жана от его касаний. Армину нравилось, как его тянут за волосы, нравилось слышать, как Кирштайн тихо стонет и громко вздыхает от его еще неумелых, но таких настойчивых ласк. Арлерт ускорил темп и потянулся свободной рукой к своему члену. Он обхватил его и принялся надрачивать в такт своим движениям. Горячая волна оргазма снова накрыла его почти мгновенно, заставляя мышцы сжаться в сладостной судороге и заглотить член Жана так глубоко, что его головка коснулась стенки горла Армина. Жан с громким возгласом кончил, и парень почувствовал, как во рту у него разливается горячая вязкая сперма, как она стекает с его губ и пачкает ему подбородок.       Жан выдохнул, отпустил голову Армина и, открыв глаза, посмотрел на него. Арлерт сидел на постели на согнутых ногах, совершено голый. Его лицо было перепачкано спермой, губы припухли, а на щеках играл яркий румянец. От этой картины захватило дух, Кирштайн наклонился и вытер капельку спермы с подбородка Армина большим пальцем. - Для первого раза ты был весьма недурен, - ухмыльнулся он.       Армин смутился и, покраснев еще больше, опустил глаза вниз, а потом заулыбался и произнес: - Ты же останешься сегодня здесь? Я имею в виду, со мной… в моей комнате… на всю ночь?       «Вот это поворот.» - подумал Жан и выгнул бровь. - Мне нужно сходить в душ… А потом, думаю, я зайду к тебе… - ответил парень и накинул свою рубашку. Армин кивнул. Сейчас ему было стыдно за то, как он себя повел. А вдруг такая напористость оттолкнет Жана? Вдруг он сейчас выйдет за дверь его комнаты и уже больше не переступит ее порог никогда? Нет, нет, нет! Армин этого не допустит.       Жан вернулся через полчаса. Он тихо постучал в дверь и когда услышал, что может войти, распахнул её. Армин лежал на кровати, укрывшись одеялом так, что из-под него торчал лишь его нос. - Как и обещал, я здесь. - Жан улыбнулся и начал раздеваться.       Арлерт снова смутился, отвел в сторону глаза, но всё равно украдкой наблюдал, как Жан постепенно освобождается от одежды. Его взгляд скользил по рельефным мышцам, сильным рукам, упругим ягодицам Кирштайна. От вида обнажающегося парня к паху Армина снова прилила кровь, и нестерпимо захотелось еще раз прижаться к этому уже такому знакомому телу. - Подвинешься? – спросил Жан, забираясь к Армину под одеяло.       Арлерт отодвинулся к стенке, впуская Кирштайна, и как только парень улегся полностью, тут же обнял его и начал целовать. - А ты ненасытный! – заулыбался Жан. - Я просто безумно хочу тебя… Сам не понимаю, почему так… - ответил Армин и схватил Кирштайна за задницу. Он принялся целовать Жана и почувствовал, как тот тоже возбуждается, как его постепенно твердеющий член стал увеличиваться в размерах и ощутимо упираться в бедро Арлерту. Блондин не выдержал. Он облизал свои пальцы и ввел себе в задний проход, громко застонав Жану в губы. Он двигал пальцами внутри себя все быстрей, пока ему не стало совсем невмоготу терпеть. - Жан, пожалуйста… - всхлипнул Армин. – Войди в меня, я не могу больше…       От такого порыва Жана унесло. Он впился блондину в губы, обхватил его член рукой и, сильно сжав, пару раз провел рукой вверх-вниз, вызвав у Армина громкие стоны удовольствия. А потом резко подхватил его за талию и поставил на колени перед собой, одной рукой повелительно нажав на спину в районе поясницы, заставляя Арлерта прогнуться. Расставил его ноги чуть шире и, облизав губы, коснулся языком его заднего прохода. Армин вздрогнул и глубоко и часто задышал, прогибаясь еще сильней. Затем Жан ввел в него сразу два пальца и принялся его растягивать, параллельно лаская его второй рукой, поглаживая ему бедра, ягодицы, спину, иногда теребя и играя с его членом. Арлерт кусал подушку и всхлипывал все сильней. И когда Кирштайн почувствовал, что парень уже достаточно растянут, плавно и медленно начал входить в него. Внутри у Армина было влажно, жарко и безумно узко. От ощущений рвало крышу и уносило остатки сознания куда-то далеко-далеко. Жан двигался медленно, чтобы не травмировать Арлерта, он подавался бедрами вперед, отводил их назад, потом входил по самое основание и сжимал пальцами бедра Армина, оставляя на них красные следы. - Быстрее. Жан, прошу… - застонал тот.       Жан ускорился. Он стал двигаться резче, жестче, доводя их обоих до исступления. Ему хотелось войти в Армина так глубоко, как это было возможно. Арлерт стонал почти в полный голос, мял левой рукой простыню, а правой ласкал себя в такт движениям Жана.       Последние толчки Жан делал особенно сильно и быстро, а потом захлебнулся накрывшим его оргазмом, изливаясь внутрь Армина. Арлерт выпрямился, схватил рукой Жана за шею сзади и, простонав его имя, кончил себе в руку.       Кирштайн откинулся на спину и, тяжело дыша, уставился в потолок. Во всем теле царствовала лёгкая приятная истома и слабость, хотелось спать. Арлерт сидел рядом, улыбался и смотрел на Жана из-под полуприкрытых век. - Мне снова придется идти в душ, - сказал Жан. - Да и мне, как видишь, тоже, - улыбнулся Армин, демонстрируя на своих пальцах капли спермы. - Думаю, нам стоит сделать это по очереди, - предположил разумно Жан.       Армин не стал спорить. Знать о том, что они вместе, всем было еще слишком рано. Да и Армин не был уверен, стоит ли вообще хоть кого-то ставить об этом в известность.       Когда Жан застегивал последние пуговицы на рубашке, в душевую зашел Арлерт. - Ты не обидишься, если я все же останусь ночевать у себя? – спросил Кирштайн. - Нет, я всё понимаю, - кивнул Армин. – Нам нужно быть осторожными. - Мне правда очень хочется уснуть в одной с тобой кровати, - Жан подошел к парню совсем близко и приподнял его лицо за подбородок, - надеюсь, сегодня ты будешь спать сладко… - Обязательно, - Армин приподнялся на цыпочках и поцеловал Кирштайна в губы.