***
Кровные чары. Чудесно. Великолепно. И как, интересно, Гарри получит согласие Снейпа взяться с ним за руки, чтобы проверить, отец тот ему или нет? Не говоря уже о том, что еще кто-то должен присутствовать при этом, чтобы произнести заклинание. Он только и мечтал о таком свидетеле его унижения. Гарри поежился. Он вовсе не хотел говорить Снейпу то, что узнал от Дамблдора, тем более, что все это, скорее всего, было неправдой, и тогда зельевар счел бы его полным идиотом и выбрал бы объектом для очередных издевательств. Он надеялся, что сможет посоветоваться с Роном и Гермионой, не рассказывая им о письме, разумеется. Но он уже знал, что они могут сказать. Рон бы возмутился и согласился с Гарри, что все это — слабая попытка Дамблдора наладить отношения Гарри со Снейпом, а Гермиона сказала бы, что бывший директор никогда не врал Гарри, и тому надо просто признаться себе в этом раз и навсегда и убедиться наконец в истинности слов Дамблдора, иначе сомнения будут терзать его всю оставшуюся жизнь. Что ж, тут Гермиона была права. Гарри только об этом и думал.***
— Что вам нужно, Поттер? — ухмыльнулся Снейп с больничной койки. — Пришли злорадствовать над моей немощью? Или над моими воспоминаниями? Гарри стиснул зубы. Не важно, что там правда, а что нет, он просто НЕ хотел, чтобы Снейп был его отцом. Ему жутко захотелось что-нибудь разбить. — Нет, я просто пришел проведать вас. — Неужели, Поттер? Как-то верится с трудом. Неужто Дамблдор велел вам это сделать? «Снейп в своём репертуаре!» — отметил Гарри, а вслух спросил: — Когда вам разрешат покинуть лечебницу? — Когда я буду здоров. — Что вы будете делать после? — Гарри вертел в руках перо только для того, чтобы не встречаться взглядом с зельеваром. — Какое вам дело, Поттер? — прошипел Снейп. — Я… Вы… — Гарри на секунду закрыл глаза, а когда открыл, Снейп смотрел на него с недоверием и яростью. — Я просто хотел сказать спасибо за все, что вы сделали. — Приберегите вашу благодарность для тех, кому она нужна, Поттер. Гарри почувствовал, как гнев заполняет его душу. Прежде, чем он успел сообразить, он сказал: — Мне жаль вас, Снейп. Вас и вашу позицию превосходства над всеми. Не удивительно, что у вас нет друзей. И вышел из комнаты.***
— Мы можем оглушить его Ступефаем, — предложила Джинни. Гарри улыбнулся, чувствуя еще большую нежность к своей любимой за ее смелость и остроумие, не говоря уже о безоговорочной поддержке. — Джинни! — запротестовала Гермиона. — Он же профессор! Или был им, по крайней мере. — Я согласен с Джинни, — сказал Рон, набив рот пирожными. — Проклясть эту сволочь и покончить с ним. Тогда ты удостоверишься, что он не твой отец и успокоишься. — Может, подмешать ему сонное зелье? — предложил Гарри. Гермиона усмехнулась. — Он — Мастер зелий, Гарри. Думаешь, он не заметит? — Это был всего лишь вариант, — пробормотал он. Все четверо сидели в комнате Рона в Норе и размышляли. Гарри было нелегко довериться своим друзьям, но он очень обрадовался их возмущению письмом Дамблдора и поддержке. — А почему бы тебе не попросить у него самого разрешение на использование этого заклинания? — в очередной раз сказала Гермиона. — Ага, — фыркнул Рон, избавляя Гарри от необходимости отвечать. — Эй ты, сальноволосый ублюдок, Дамблдор думает, что ты можешь быть моим отцом. Не возражаешь, чувак, если мы возьмемся за руки и все выясним? Гермиона скрестила руки на груди. — Не вижу другого выхода. Снейп, знаете ли, не идиот. Не думаю, что у вас получится сделать это втайне от него. — Кажется, у меня есть идея, — сказала молчавшая до этого Джинни.***
Поздно ночью Луна провела их в Св. Мунго. Она работала волонтером в больнице, ухаживая за ранеными во время войны, и была счастлива помочь Гарри и Джинни, не задавая лишних вопросов. Она лучше всех знала прописанные бывшему профессору зелья: Снейп в тот вечер получил огромную дозу расслабляющего и зелья сна без сновидений и уснул примерно в десять вечера. Для полной безопасности они аппарировали в лечебницу в одиннадцать. Джинни, Гермиона и Рон не переставали практиковать сложные заклинания, поэтому любой из них мог присоединиться к Гарри в случае необходимости. Сначала было решено испытать, как чары сработают на Роне и Джинни. Брат и сестра взялись за руки, и Гермиона произнесла заклинание. Все в комнате ахнули, когда сноп красных искр озарил сплетение рук и обернулся вокруг них сверкающими кольцами, пульсирующими в ритме их сердец. Джинни охнула, Рон застыл. — Как будто муравьи выползают из моей кожи, — пробормотал Рон. — Не муравьи, — возразила Джинни. — Это больше похоже на червей. — Ты готов? — спросила Джинни, отвлекая Гарри от воспоминаний. — Думаю, да, — прошептал он в ответ. Гарри смотрел на лежащего на спине Снейпа. Тот был укутан простынями до самого подбородка, его руки лежали свободно вдоль тела. Даже в слабости он по-прежнему выглядел суровым. Гарри медленно подошел к постели, боясь, что звук его шагов или дыхания может разбудить профессора. Он осторожно коснулся его руки, затем смелее. Реакции не последовало. Гарри уверенно взял руку профессора. Луна стояла в дверях, мечтательно глядя на происходящее. Гарри спросил себя, знает ли она, зачем они здесь. Он встретился глазами с Джинни, прежде чем вернуться к Снейпу. Гарри сжал кулаки. Хотел ли он действительно сделать это? Хотел ли он на самом деле узнать правду? Джинни сделала шаг к нему и положила руку ему на плечо. — Пора, — выдохнул Гарри. Он глубоко вздохнул и снова положил ладонь на руку Снейпа. Ничего не произошло. Не грянул гром, не изменилось бледное лицо Снейпа. Пальцы Гарри переплелись с холодными пальцами Снейпа. Гарри затаил дыхание. Джинни слегка коснулась их рук волшебной палочкой, и мелодичный шепот девушки нарушил тишину. Древние заклинания наполнили комнату своей магией.