Уставшее Небо

- Ну и зачем тебе понадобился старый приставучий репетитор, который всегда сует нос не в свое дело и дает лишние советы? – удобно располагаясь в кресле напротив Десятого, ехидно протягивает Реборн. - Ты что, обиделся? – Савада деланно удивляется. - Конечно. Такой удар по моему самолюбию! – в тон ему возмущается мужчина, лукаво блестя глазами. Несколько секунд молчания – и громкий взрыв хохота. Они оба рады, что Небо, наконец, вернулось домой. - Выглядишь отдохнувшим, Тсуна, - отсмеявшись, заметил бывший Аркобалено. – А еще вдохновленным и решительным. - Есть от чего, - кивнул его ученик. – Реборн, как ты считаешь, насколько велик мой авторитет в Альянсе? - О чем ты? Вонгола всегда была вне конкуренции, - нахмурился мужчина, не понимая, к чему клонит шатен. - Я спрашиваю про мой, лично мой авторитет, а не Вонголы, - тот покачал головой. - Если в общих чертах, то тобой восхищаются, - ответил репетитор, с минуту подумав. – Особенно молодые наследники. В твоем возрасте обладать подобной властью – каждый из них многое отдал бы за такое. Однако, по этой же причине некоторые тебя, мягко говоря, не жалуют. И только страх помереть в самом расцвете сил останавливает их от решительных действий; все-таки, ты достаточно откровенно демонстрировал свою силу несколько последних лет, - он еще немного помолчал. – Тсуна, что ты задумал? Савада тяжело вздохнул и твердо посмотрел в глаза наставнику. - Я считаю, что ждал достаточно. С того дня, как прошел испытание предыдущих глав Вонголы, я ни на минуту не забывал о своих словах. Если Семья будет продолжать заниматься тем же, чем занималась раньше, то я ее уничтожу – вот что я сказал тогда, пообещав и им, и себе. И я собираюсь сдержать это обещание, Реборн. Если все так, как ты говоришь, то начинать менять мафию можно уже сейчас. Точнее, нужно. На то, чтобы утвердить себя в Альянсе, я потратил целых шесть лет. Пора пожинать плоды, какими бы они ни были. - Что ты собираешься делать? – бывший Аркобалено выглядел не на шутку заинтересованным. Похоже, ученик действительно подрос. Хотя, несомненно, его задумка могла обернуться для всей Вонголы огромными проблемами. - Пересмотреть все старые связи, пусть и зарекомендовавшие себя в прошлом: в Альянсе слишком много людей, чья политика меня не устраивает, и не всех мы держим в поле зрения. Заключить новые союзы: ты сам прекрасно знаешь, что есть семьи, которые достойны занимать место в Альянсе больше, чем некоторые из уже в него входящих. Реорганизовать саму Вонголу: мы закостенели, застряли в прошлом веке и не можем двигаться дальше. Преемственность традиций – это не есть отсутствие вносимых изменений. Та Вонгола, что существует сейчас, не сможет изменить преступный мир. И, наконец, я собираюсь пересмотреть Омерту и создать на ее основе полноценный кодекс, общий для всех и обязательный к исполнению. - Ну, планы у тебя, конечно, наполеоновские, - отмер Реборн, когда Десятый замолчал. – Вот только не много ли ты на себя берешь? Как ты думаешь, сколько недовольных найдется, когда ты только выскажешь хоть одно из своих предложений? Не только в Альянсе, но и в самой Вонголе. - Я ничем не могу помочь тем, кто будет против, - грустно покачал головой Тсунаеши. – Я готов даже к войне, если до нее дойдет. А с членами семьи… Они либо подчинятся моему решению, либо уйдут – согласно Омерте. - Ты ли это говоришь, мой ученик?! – изумленно вскинул брови мужчина. - Вот именно, что твой, - жестко усмехнулся Савада. – Я давно об этом думал, но постоянно казалось, что в моих размышлениях чего-то не хватает. Я хотел изменить мафию и ее принципы, но не до конца понимал, как это возможно. И только сегодня, когда я разгребал документы и бред, в них написанный, до меня дошло: всегда нужно начинать с себя. Прежде, чем менять людей, нужно изменить законы. И первое, до чего я доберусь, это, несомненно, Вонгола. Я столько лет следовал чужим правилам, что даже обидно. Мне надоело. Реборн смотрел во все глаза и не мог налюбоваться. Не играть по чужим правилам, а создавать собственные – главное желание любого мужчины, причина появления самой мафии. Вот он, тот момент, ради которого репетитор мучился долгие годы – Босс, Глава Семьи, Десятый Вонгола во всем своем великолепии. Теперь можно смело сказать, что учить Тсунаеши больше нечему. - Тогда карты в руки, бестолковый Тсуна, - бывший Аркобалено в последний раз позволил себе обратиться к шатену именно так. – Чем я могу помочь тебе? Вечером, как и обещал, Десятый собрал своих Хранителей в небольшой гостиной. Для огромного особняка это помещение было не совсем типичным, зато, несомненно, уютным и по-семейному теплым. Тсунаеши нравилась эта комната по той причине, что освещение в ней было только естественное. Утром и днем свет в гостиную попадал через три огромных окна, от потолка до пола, а вечером здесь горел камин, отбрасывая таинственные блики на нежно-оливковые стены. Да и вообще, дизайнеры в свое время постарались на славу. На шоколадном дубовом паркете в центре комнаты раскинулся большой пушистый ковер в тон стенам. На него водрузили чудесный мягкий диван, напротив которого стояла низенькая фигурная софа, а почти королевское кресло – с высокой спинкой и резными подлокотниками, - расположилось спиной к единственной двери, чтобы из него было удобно любоваться камином и легко видеть всю комнату. Еще четыре кресла разделили, поставив два по разные стороны от камина и два – под окнами, лицом к дивану. Они были пониже первого, но такие же мягкие и глубокие. Дополняли интерьер комнаты два невысоких деревянных журнальных столика – посередине комнаты, на ковре, и между креслами под окнами. Вся мебель была оформлена в бежевом и нежно-оливковом тонах с примесью шоколадного дерева. В гостиной всегда было удобно проводить время вместе: у каждого имелось свое особое, любимое место. Хаято и Такеши занимали диван, нередко обнимаясь прямо на глазах у остальных Хранителей. Те уже привыкли, к тому же – все свои. Рёхей и Ламбо садились к камину, там было тепло, и свет не слепил глаза. Мукуро вальяжно раскидывался на софе, нередко ловя недовольные взгляды Хибари и Реборна из кресел у него за спиной. Те, по своему обыкновению, устраивались подальше от остальной компании. А королевское кресло по праву занимал Тсунаеши. Вот и сейчас они все привычно расположились в комнате, обратив свои взгляды на босса. - Джудайме, так где Вы все-таки были? – не удержался от вопроса Гокудера. - У Дино-сана, - невинно улыбнулся Савада, заметив удивление друзей. - Но мы же пять раз проверяли!!! – Хранитель Урагана порывался вскочить на ноги, но Ямамото его удержал. - Ну, в курсе моего пребывания там были только сам Дино-сан и Ромарио, так что ничего странного нет в том, что меня не нашли, - пожал плечами Десятый. - А зачем ты вообще вернулся? – глядя на огонь, а не на Тсуну, поинтересовался Мукуро. – Неужели лентяйничать надоело? - Конечно, я соскучился по вам, - улыбка шатена стала до безобразия счастливой, такой, какой была когда-то давно, когда он улыбался искренне, не притворяясь, от всего сердца. Рокудо на эту искренность удивленно моргнул и даже сдержал ехидный комментарий, чтобы не погубить редкий момент. - Джудайме, мы тоже по Вам безумно скучали! Не убегайте так больше, мое сердце повтора не переживет! – Хаято покрепче прижался к Ямамото. Потом переглянулся со всеми присутствующими Хранителями. – Кстати, Вы что-то от нас хотели? - Я подумал, что вам узнать лучше сразу, чем потом, вместе со всеми остальными… - протянул Тсунаеши, кидая быстрый взгляд в сторону репетитора, словно ища поддержки. Все же, ему было сложно говорить с близкими людьми на такие серьезные темы. Он прикрыл глаза на мгновение, вдохнул поглубже и бросился в омут с головой…