я знаю кто ты, детектив

У всех бывают такие дни, когда все “подозрительно” хорошо: на работе нет завала, коллеги приветливо улыбаются, птички поют, солнышко светит. Всего-то и остается, что наслаждаться происходящим. Но не получается, ибо тут же приходит осознание, что затишье бывает только перед сильной бурей, сметающей все на своем пути. И после этого начинаешь сидеть и ждать, когда все пойдет не так и удача повернется к тебе своей пятой точкой. Сегодня у Марка Хоффмана был именно такой день: не нужно было никуда ехать, выбивать двери, рассматривать трупы, спасать мир от преступности. В такие моменты он мог спокойно посидеть в своем кабинете, поработать с бумагами, подумать о делах насущных. Например, о новых пытках для мерзких людишек, которые абсолютно не ценили свою жизнь. В последнее время ему нравилось находиться со своими мыслями наедине. Шумные компании утомляли детектива, как и пустые разговоры с неинтересными людьми, каких было огромное множество вокруг. Его жизнь – его личное пространство. И он старался наполнить ее лишь важными и нужными вещами. Но на работе он, скрипя зубами, должен был строить из себя доброго и приветливого копа, чтобы не возникло никаких подозрений. Это безумно раздражало. День у Хоффмана начался на хорошей ноте, но уже в полдень что-то пошло не так: мужчина не хотел находиться в четырех стенах своего серого кабинета. И если бы Хоффман верил в паранормальное, он мог бы смело утверждать, что сама злодейка судьба звала его голосом сладкоголосой нимфы. Но он в такую чушь не верил, поэтому просто решил спуститься вниз за кофе. В тот день он увидел ее впервые. Она, в прямом сером платье, напоминающим тунику, сидела в камере, рядом с ней находился молодой паренек, который что-то увлеченно рассказывал девушке с широкой улыбкой. Иногда незнакомка опускала взгляд, скучающе рассматривая свои коленки, но на ее губах всегда оставалась улыбка. Со стороны могло показаться, что она совершенно не слушала парня, но тот видимо так не считал и продолжал говорить. А может быть она и слушала, просто не стремилась поддерживать зрительный контакт, как полагалось при нормальном и вежливом разговоре. Эти двое слишком нелепо смотрелись за толстой решеткой и явно не подходили для этого места. Уж слишком они выделялись на фоне серых стен и угрюмых черно-белых лиц преступников на стендах. Но за все время своей работы детектив многое повидал, и его это уже не удивляло. Даже самые послушные детишки могут совершить что-то ужасное. В основном Хоффман часто видел здесь наркоманов, алкашей, проституток. И это уже было нормой. В последнее время он даже не обращал внимания на решетки и тех, кто сидел за ними. Для детектива эти люди были лишь мерзкими ничтожествами, не ценившими свою жизнь, бессмысленно прожигавшими ее. И все они заслуживали если не смерти, то жестокого испытания. Но в этот раз он остановился и засмотрелся. У девушки, которая привлекла его внимание, были короткие темно-красные волосы, косая челка, небрежно откинутая набок. Глаза ее были светлыми, хотя Марк не смог понять с такого дальнего расстояния, какого они цвета: голубого или серого. Но интуитивно он склонялся к первому варианту. Она сидела, вытянув ноги вперед. Ее платье было коротким, но она абсолютно не обращала на это внимания, словно и не знала, что такое стыд. Но назвать ее вульгарной у Марка бы язык не повернулся. Было в ней что-то такое необычное, не подающееся объяснению. Марк вздрогнул, когда раздался звонкий смех, так редко звучащий в этом месте. Он повернул голову и увидел, как незнакомка, широко улыбаясь, треплет парня по темным волосам. -Заткнитесь там, - выкрикнул суровый коп, находившийся за столом напротив. Он читал газету, на первой странице которой была полуголая женщина, а заголовок кричал о двойном убийстве. -А то что? – вдруг с вызовом произнесла незнакомка. Марк удивился ее ровному мелодичному голосу, который он уже где-то слышал. Или же ему показалось, что бывало редко. Она чуть прищурила глаза, ожидая ответ. Хитрая улыбка так и не сошла с ее губ. -Заткни свою пасть, - грубо ответил охранник, даже не оторвав взгляда от газеты. Впрочем, так он всегда вел себя с теми, кто находился за решеткой. Ему не было дела до чувств оскорбленных. Жизнь его особо не баловала, и он не считал нужным проявлять уважение к другим. -Фу, как грубо, - отозвалась девушка, отворачиваясь от мужчины. С ее лица резко исчезла улыбка. Она поджала губы, видимо почувствовав укол обиды от таких слов. А возможно, это было лишь привычкой. Она не выглядела обиженной. -Не смей ее так называть! – парень, что до этого сидел на скамейке, резко встал и подошел к клетке, схватив прутья руками. Маленький смелый защитник, готовый спасти свою принцессу. Хоффман ухмыльнулся. Когда-то он тоже был готов вот так защищать свою сестру от всяких ублюдков. Но не смог. Теперь детективу удалось лучше рассмотреть паренька. Скорее всего, это был младший брат девушки. Уж слишком сильно у них были похожи глаза и губы. А профессиональный взгляд редко обманывал Хоффмана. -Прекрати Джордж, нас скоро выпустят, - девушка вздохнула и закрыла глаза, откинув голову назад. Она едва заметно покачивала ногой в такт мелодии, которая в данный момент играла у нее в голове. Неожиданно незнакомка открыла глаза, почувствовав на себе внимательный взгляд, и посмотрела на Марка, который находился в другой части помещения. На ее губах тут же появилась приветливая улыбка. Но она сразу же опустила голову и снова начала рассматривать носки своих ботинок, потеряв интерес к пристальному взгляду мужчины. К клеткам подошел Ричард, главный охранник, который всегда работал с заключенными. Он без слов вытащил ключи, выбрал нужный и быстро открыл клетку. -Залог внесен, - спокойно сказал мужчина. – Можете быть свободны, хитрые нарушители порядка. Надеюсь, в следующий раз мы сможем обойтись без столь жестких наказаний. Понял меня, Джордж? Еще раз замечу с баллончиком, заставлю красить стены. -Я вообще надеюсь, что следующего раза не будет, - сказала девушка, поднявшись. Джордж выбежал первым, схватил со стола полицейского свой мобильный и направился прочь быстрым шагом. Хоффман мог предположить, что парень был здесь уже не первый раз: уж слишком уверенно он шел к выходу, который редко кто находил с первого раза. -Мне очень стыдно, что я нагрубила вам. И не только я, - сказала девушка тихим голосом Ричарду, но и Марк ее услышал. – У него проблемы с одноклассниками. Пытается выразить себя. Переходный возраст и все такое… -Ничего, - мужчина устало улыбнулся. – Каждый может сорваться. Я тоже не в самой лучшей форме. Нервы на пределе с этим идиотским делом Пилы. Люди постоянно звонят и говорят, что им угрожают. Это утомляет. Хоффман прислонился к стене, делая незаинтересованный вид. Он снова встретился взглядом с незнакомкой, но в этот раз она не ответила ему улыбкой. Теперь ее взгляд был оценивающим и настороженным. -И то правда, - девушка шумно выдохнула. -Если будут проблемы, можешь смело ко мне обращаться. Я всегда буду рад тебе помочь. Удачной недели, Эбигейл! Эбигейл. Хоффману понравилось ее имя. Девушка уже шла к выходу, как поняла, что оставила свой рюкзак там, у полицейского на столе. Вздохнув, она развернулась и пошла обратно. Но уже на лестнице встретилась с мужчиной, что внимательно наблюдал за ней. Она поправила рукой челку и приветливо улыбнулась. Хоффман заметил, что глаза у девушки серые. Они невероятно сильно выделялись на фоне темных волос, а ее легкая улыбка никак не сочеталась с серьезным взглядом. Эбигейл смотрела прямо, почти не моргая. Человеку с шаткой психикой было бы довольно трудно поддерживать зрительный контакт с ней. Но только не детективу, ведь он и сам умел пользоваться такими хитрыми приемами. И она, как показалось Хоффману, испытала некоторый восторг от того, что он не отвел взгляда. -Вы, кажется, забыли, - сказал Марк с улыбкой, протягивая рюкзак девушке. – Я не мог вас раньше здесь видеть? -Маловероятно. Спасибо, - она взяла свой рюкзак и попутно коснулась руки мужчины. Будь эта любая другая особа, Хоффман бы пропустил этот нелепый жест очаровательной соблазнительницы. Но здесь его передернуло от прикосновения, словно током ударили. Он испытал гамму эмоций, которые раньше пытался подавить в себе. Во всяком случае, он всегда относился к женщинам хладнокровно. Получив свой рюкзак, Эбигейл развернулась и пошла вниз. Она не считала нужным больше общаться с детективом. Но вот он так не считал и медленно пошел следом за ней. Ее лицо неожиданно приобрело холодное безразличие, когда она спускалась вниз. Словно ничего и не было: ни взгляда, ни улыбки, ни прикосновения. -Постой! – Хоффман догнал ее только у двери. Она остановилась, медленно повернулась, посмотрела на него заинтересованным взглядом. Марку показалось, что она смотрит сквозь него. Но нет, ему лишь показалось. -Что-то хотели, детектив? – Эбигейл чуть приподняла брови. А потом неожиданно на ее губах появилась улыбка. И теперь перед ним стояла совершенно другая девушка. Не та, которую он видел минуту назад. Обманщица. Лгунья. Притворщица. -Да. Хотел бы увидеть вас еще раз. Теперь на ее красивом лице проскочило истинное удивление, которое трудно подделать. Как оказалось, она была способна на человеческие эмоции. -Правда? -Да. -Тогда найдите меня, детектив. Вам ведь это под силу. С улицы послышался громкий рык мотора. Хоффман заметил мотоцикл. Эбигейл чуть повернула голову в сторону прозрачных дверей, а потом снова посмотрела на мужчину. -Вы знаете, где меня искать, - сказала она, прежде чем открыть дверь и выскочить на улицу. Даже если бы Марк хотел, он не смог бы ее догнать: она в три быстрых шага дошла до мотоцикла, села позади парня в шлеме, что-то сказала ему. И без того короткое платье неприлично оголило ее ноги. Она бросила ему вызов. И Марк Хоффман его принял. *** Эбигейл Хоузер, 26 лет. Никаких проблем с законом. Окончила университет с отличием. Живет вместе со сводным братом. Отец, бывший военный, был убит на фронте. Мать живет в другом городе, работает тренером по фитнесу в элитном клубе. Этой информации было для Хоффмана достаточно, он и не хотел рыться глубже. Ему было интереснее самому все узнать от девушки лично, нежели читать ее дело и рассматривать медицинскую карту. Слишком скучно было узнавать людей по бумажкам. Тем более они никогда не передадут точного характера. В обычной жизни Хоффман не обратил бы внимания на Эбигейл. Нет, она была достаточно яркой натурой. Один только взгляд чего стоил. Но у нее был сильный характер, и не каждому мужчине была такая девушка по зубам. А Марку было не до таких личностей. Он привык получать все быстро и без лишних проблем. Пока Марк ехал в своей машине на уже заученный адрес, он пытался понять, что так его манило к этой девушке. К Эбигейл. Зачем он едет к ней? Неужели только для того, чтобы сказать, что он нашел ее адрес? Как глупо и нелепо. И пока Марк сидел в машине рядом с домом Эбигейл и пытался подобрать нужные слова, в его окно тихо постучали. Вздрогнув, мужчина повернул голову и увидел девушку, которая тут же помахала ему рукой. Сейчас на ней были тонкие лосины и свободная майка. Сверху всего этого была накинута серая толстовка. От той девушки в коротком платье мало что осталось, но она была так же обаятельна, даже в домашнем виде. Ее появление стало неожиданностью. Она словно ждала его приезда. А может просто заметила его в окне. Марк быстро вышел из машины. Ему, конечно, было бы проще, если бы девушка села к нему в салон, но что-то ему подсказывало, что она этого не сделает. Да и на улице было не так холодно, чтобы прятаться в машине. -Неужели решили приехать сюда, чтобы просидеть в машине? – на ее губах появилась улыбка. – У вас слишком шумный мотор. А может быть просто плохое масло. В темноте ее глаза казались темными, невероятно глубокими. -Вы бросили мне вызов, Эбигейл Хоузер. И я не мог ударить лицом в грязь. Только не знал, как лучше начать. -Я все испортила, да? – девушка поджала губы, пытаясь скрыть улыбку. – Мне казалось, что вы уедете. А я польщена таким вниманием, если честно. Поэтому хотела сказать спасибо. -Почему ты решила, что я уеду? – Хоффман сам для себя не заметил, как перешел на “ты”. -Допустим, это интуиция. А может и жизненный опыт. Она снова улыбнулась, скрестив руки на груди. -Я и не сомневалась в ваших способностях, детектив, - снова заговорила Эбигейл, спокойно втягивая воздух в легкие. -Откуда ты знаешь, что я детектив? И хотя она отвела взгляд (впервые за все их встречи), Хоффман заметил, что ее глаза заблестели, как у ребенка. А потом ее взгляд резко потух, словно она вспомнила что-то неприятное. Она нахмурилась, посмотрела на Марка, опустила взгляд. Такая последовательность удивила мужчину. -Не хочу вас больше задерживать, - ответила Эбигейл и развернулась, чтобы вернуться в дом. -Нет, - мужчина сделал шаг, схватил ее за плечи и повернул девушку к себе. -Просто из этого ничего хорошего не получится, – она не кричала, не повышала голос. Но звучало это резко, грубо. И слишком холодно. -Почему? -Это не имеет значения, - девушка тихо вздохнула и заглянула в глаза Марку. Мужчина заметил, что на лице Эбигейл пропали какие-либо эмоции. Как ей это удавалось? То она была обычной очаровательной девочкой, то снова становилась безэмоциональной куклой – холодной и безразличной. -Имеет, - холодно произнес Хоффман, пытаясь соответствовать ей. Девушка резко схватила мужчину за шею, тем самым притянув Марка к себе. Ее лицо оказалось прямо у его уха. -Я знаю о вас такое, детектив, чего остальные знать не могут, - прошептала она. Ее глаза смотрели вперед, в пустоту. Марк даже не успел возмутиться, настолько ловко и быстро она это проделала. И, к сожалению Хоффмана, девушка так же резко отпустила его и отошла назад на несколько шагов. -Прошу, не делайте того, о чем потом будете жалеть, детектив. -Меня зовут Марк. -Хоффман, - закончила она. – Я знаю. Теперь на ее лице снова появилось что-то, напоминающее эмоции живого человека. Она отпустила Марка и уже хотела развернуться, чтобы направиться в дом. -Уезжайте, - она явно не умела приказывать, потому что ее голос в данный момент был больше похож на мольбу. А Марк не мог так просто уехать, тем более, когда кто-то знал о нем слишком много. -Откуда ты меня знаешь? Почему ты говоришь загадками? Эбигейл, - он сделал к ней несколько шагов, но девушка не дрогнула, - я приехал сюда за той, которая мне понравилась. Приехал не для того, чтобы услышать отказ. Эбигейл вдруг улыбнулась. -Раз так, то можем съездить в ближайшее кафе. Но я от этого не в восторге. -Тогда залезай в машину, - и хотя Хоффман окончательно запутался, он улыбнулся, когда услышал такие слова. Он выиграл. Или же она позволила ему так думать? *** К удивлению Хоффмана, Эбигейл оказалась милой девушкой: смешной, в меру начитанной, мечтательной и довольно разговорчивой. Только вот она умудрялась легко надевать различные маски и быстро менять свой настрой. Это настораживало первые полчаса. А потом Хоффман привык и уже не считал это странностью. Марк решил разобраться со всеми загадками утром. Сейчас ему хотелось просто наслаждаться Эбигейл, которая согласилась провести с ним несколько часов. Он успел убедиться, что она была довольно серьезной. Могла долго говорить на высокие и скучные темы, но Марку это было сейчас не интересно, хотя ему это польстило, что девушка может говорить о политике и экономике так, словно занималась этим всю жизнь. Он привык к обществу пустышек, которые способны только глупо улыбаться и раздвигать ноги перед любым солидным мужчиной с толстым кошельком. Эбби говорила много, но ей удавалось ловко подбирать слова, говорить так, что никто бы и не заподозрил, что она сплетает ложь с правдой, делая это в благих намерениях. Она общалась с Хоффманом, но не была милой. Не пыталась выглядеть вежливой. Она была такой, какая есть. И если ей что-то не нравилось, она говорила об этом сразу. Джон научил Марка видеть людей насквозь, понимать их поступки, действия, угадывать черты характера. Но Эбигейл оставалась для него загадкой, хотя он должен был читать ее, как открытую книгу. Или же она читала его? А может все лежало на поверхности, а он этого не видел? Обратно он привез ее после полуночи. И встреча их закончилась так же странно, как и началась. -Вы мне не нравитесь, - спокойно произнесла Эбигейл, смотря на Марка. – И я не хочу, чтобы из-за меня у вас были неприятности. Точно так же как и у меня из-за вас. Давайте сделаем вид, что ничего не было. И продолжим жить своими жизнями. Спокойной ночи, детектив. А потом она невинно улыбнулась и направилась в дом. Когда девушка зашла во внутрь, свет на первом этаже не загорелся. Но Хоффману казалось, что она смотрит на него из окна. Смотрит своим прожигающим взглядом. И улыбается.