Marry me.

Чанель очень суровый и дико нервозный, как начальник и лидер; требует от подчиненных самой лучшей работы, а порой даже и невозможного. Но так его учили: если постараться, все станет возможным. Чанель на работе и вне её – два разных человека. На работе он суровый начальник. Вне – он душка, который готов ради капризов своей невесты пойти на край света и дальше. Забудьте про Ли Су. У Чанеля самая красивая невеста – Бен Бекхен. Подготовка проходит успешно. Амстердам встречает золотой осенью, как в голливудских фильмах, прекрасным настроением и совершенно новыми людьми. Бекхен верит: эта страна подарит ему счастье. Чанель только молча перехватывает его руку и ведет к автомобилю – шикарному BMW. Здесь им позволено целоваться, обниматься и просто держаться за руки, прогуливаясь по красивым аллеям города и паркам. Чанель усердно работает, чтобы сделать идеальный день еще более идеальным, ведь так хочет человек, которого он любит. От смазливой влюбленности, которой болеют обычно в первые несколько дней, нет и следа: они уже давно прошли конфетно-букетный период. Чанель изменился. Чанель слишком сильно любит. - Чанель, мне нужны еще деньги, - Бекхен появляется на пороге офиса в самый разгар рабочего дня, когда Пак материт по телефону всех родственников главного бухгалтера. И не просто так, а за ужасный квартальный отчет, больше похожий на квартальный отчет практиканта, а не работника с трехгодовым стажем совместной работы. Чанель резко прекращает разговор, обращая внимания на будущего мужа, сдержанно прощается в трубку и смотрит на Бена. Только совсем недавно Бекхен взял у него деньги, и вот сейчас снова? - Бекхенни, ты же знаешь, я могу дать тебе денег, но куда? Ты их ешь? Если правда ешь, давай сходим в нормальный ресторан! – Бекхен хмурится, явно не оценив шутки: - Это на свадебный подарок. Директор нахмурился: ему никто никогда не дарил подарков; что уж говорить о свадебном, когда Ли Су все деньги потратила на шмотки и косметику, запасаясь на супружескую жизнь, которая закончилась в ту чертову секунду, когда началась брачная ночь. Чанель выкинул её мгновенно, заночевав в номере один. Ему срочно нужно было развестись, только эти мысли были в голове. А сейчас его «невеста» смотрит на него таким серьезным взглядом, будто будет дарить не автомобиль, а целый завод. А действительно? - Хорошо. Подарок так подарок. Что ты хочешь? - Оплати Кенсу билет и проживание. Чанель закатывает глаза: - Бекхенни, тебе не нравится тот дизайнер, которого я предложил? Кенсу ведь сам не захотел шить нам костюмы… - Чанель. Просто сделай это. Спорить бесполезно. Чанель получает поцелуй в краешек губ, легкую улыбку и благодарность, которую Бек шепчет ему одними губами. Кенсу приезжает через три дня. И Чанель даже забывает, как выглядит его будущий муж, потому что тот не появляется на глаза вплоть до самой свадьбы. Чанель немного раздражен этим фактом: Бекхен уходит раньше, чем Пак просыпается, а приходит тогда, когда старший, уставший от работы, не может даже пошевелиться. Младший только целует его в уголок губы и прижимается всем телом, мгновенно засыпая. Все возмущения испаряются в одно мгновение, когда Чанель видит Бекхена в коридоре, чтобы им вместе подойти к алтарю и дать клятву на долгие года. Бекхен смущенно улыбается: белый костюм донельзя идет ему. Чанель двух слов связать не может, вырывается лишь: - Какой же ты красивый… Старший только тянется, чтобы поцеловать парня, но Бек не позволяет. Они заходят в скромно, но несомненно со вкусом украшенный зал. Гостей совсем немного, из родственников только няня Чанеля и мачеха Бекхена, которую парень любит, как родную мать. Чанеля трясет: больше всего он хочет, чтобы брачная ночь была как можно скорее. Избавить своего Бекхенни, который теперь официально его, от ненужной одежды, раздвинуть ножки и вдалбливаться в тело до рассвета. Но стоит им исчезнуть от надоедливой толпы ближе к полуночи, как Бекхен пропадает. Чанель остается в гордом одиночестве в номере-люкс с бутылкой шампанского. Через несколько минут томящего ожидания в коридоре слышится стук каблуков, от чего Пак бесится и готов высказать все, что думает, администратору, но на его удивление в комнату заходит Бекхен. Бекхен, от вида которого член Пака в штанах заинтересованно дергается, хотя его муж стоит перед ним не больше двух секунд. Бекхен смущается. На нем узкий белый корсет, не скрывающий груди, небольшая коротенькая юбочка, которая топорщится спереди, из-за того самого под ней, сзади переходящая в более длинный по колено подол. На сексуальных бедрах виднеются подтяжки чулков, сами чулки в мелкую сетку и огромные каблуки, сантиметров пятнадцать, на которых «невеста» Пака стоит более чем уверено. - Ты хотел, чтобы я был твоей невестой, - улыбается Бекхен, с громким стуком о паркет приближаясь к шикарной кровати. Чанелю кажется, что он выглядит, как зверь, готовый к прыжку: не дышит, стоит только жертве чуть отвлечься, вцепится в горло. О грубости не идет и речи, хотя Чанель очень хочет. Одним резким движением зафиксировать Бека в коленно-локтевой и… Но тогда он не разглядит все прелести наряда его «жены», а он на славу постарался со свадебным подарком. - Чанель-я, - приторно-ласково зовет Бекхен, а у самого чертята в глазах танцуют. – Ты так и будешь там стоять? Или, наконец, обратишь внимание на свою невесту. Я так старалась, Чанель-я… Бекхен облизывает губы, что действует, как красная тряпка на быка. Чанель стягивает рубашку – последний элемент верха в своем костюме и собирается уже избавить свою женушку от лишней юбки, которую и юбкой язык назвать не поворачивается, как элегантная ножка, впиваясь каблуком в кожу, останавливает его. Младший нажимает ногой Паку на грудь, отдаляя его от себя. Они ведь только начали. - Не так быстро, Чанелли ~~ Прояви терпение. Терпение и Чанель в данной ситуации – злейшие враги, Бек это знает и его это чертовски забавляет. Несколько лет назад Чанель издевался над младшим, как хотел, самое время получить ответ. Бекхен будет мучить старшего, прежде чем дать доступ к своему телу, от вида которого; от такого слишком сексуального вида, у парня стоит и видно даже сквозь плотную ткань брюк. Чанель решает за мгновенье: он будет подчиняться этим дурацким правилам, в конце концов, Бен сам не выдержит. Он превращается в ненасытную сучку, когда дело касается Чанеля, его члена и тела. Он грубо хватает ножку, что упирается ему в грудь, и целует нос закрытой лакированной туфли, от чего в глазах Бека загораются огоньки: он чувствует абсолютную власть. Чанель покрывает поцелуями туфлю, аккуратно снимая её с ноги, и та с тихим стуком опускается на пол рядом с кроватью. Старший обхватывает губами большой палец ноги и причмокивает, смачивая ткань чулок своей слюной. Бекхен завороженно наблюдает за тем, как Пак послушно выцеловывает стопу и проводит языком вдоль чулка, чуть прихватывая его зубами, от чего остаются дырочки и затяжки. К утру, думает Бен, от этих дорогих чулок, не останется и лоскуточка. Но ему не жалко. Чанель потратит все финансы своей компании, но купит Бекхену целый завод по производству нижнего белья. Он-то может, ведь ему нравится то, что сделал с собой Бекхен, превратив себя на одну ночь в настоящую «невесту». За свое подчинение Пак мстительно кусает острую коленку младшего, тут же получая ответ в виде пальцев, сжавших его идеальную укладку в кулак. - Киска, придержи свои коготки, - с издевкой тянет младший, откровенно балдея от злобного, голодного взгляда, которым одаривает его Пак. Ему не нравится подчиняться, но он делает это, наступая на гордость. И что-то внутри подсказывает, что это не последний раз. Острыми зубами Чанель тянет за подтяжку чулка, целуя кожу бедра возле, когда снимает туфлю со второй ноги, и та летит вслед за первой. Чанель только ласкает чужие ноги, уже неплохо подпортив красивое белье своими зубами. У старшего горят глаза, когда он стягивает ненужную и явно лишнюю юбку, открывая себе вид на полупрозрачные в чертовски мелкую сеточку трусики, которые не скрывают полувозбужденный член с блестящей от смазки головкой. - Возьми в ротик, - приказывает Бен, запуская ладошку в чужие волосы, и направляет Чанеля, заставляя смочить чужой пенис слюной сквозь ткань. Паку кажется, что у него связаны руки. Хотя это не так. Тогда какого черта он ласкает эрекцию своего мужа сквозь гребанную тряпку, когда может сорвать все и поиметь без прелюдий и ласк?! Но нет, черт подери. Он ощущает вкус мерзкой мокрой ткани во рту и вкус Бекхенни. Все это смешивается, даря непонятный кайф. - Сними их. Чанель только рад избавить свою крошку от лишней одежды: еще одним отточенным движением белые, как оказывается, стринги, летят на пол, к туфлям. На Бекхенни остается корсет, пояс для чулок и сами порванные чулки. Больше снимать нечего, считает Чанель, ну разве что свои собственные штаны, которые пачкаются смазкой изнутри, сдавливают член… Мерзкие ощущения. Бекхен пальцами ласкает собственные соски, закидывая одну ногу старшему на плечо, от чего открывается обзор на его дырочку. И Пак задыхается слюнями и воздухом: у его «невесты» анальная пробка, такая же абсолютно белая, как и все остальное. Постарался, чертёнок. - Вытащи, Чанель-а, - Бекхен направляет руку старшего своей для уверенности, но инстинктивно хватается за простынь, когда Ель двигает игрушкой несколько раз, а потом с сопротивлением вытаскивает, с жадностью наблюдая за сжимающийся дырочкой, из которой выливаются остатки смазки. - Оближи. В другой бы момент, Чанель скривился и послал все нахуй, - для него уже унизительнее некуда, гордость наступает на горло. Но сейчас между его ног устроился Бен Бекхен, его мечта, его мальчик, сейчас больше смахивающий на девочку, его сексуальная фантазия в максимально развратной позе с полу расстёгнутым корсетом, поясом чулок, который уже испачкан белой смазкой, в чулках… И не повиноваться ему - кощунство. Чанель хочет трахнуть свою «невесту». Вылизанная пробка летит к трусикам и туфлям, а Чанель, наконец-то, облегченно вздыхает, когда Бекхен расстегивает ему штаны и чуть приспускает их. - Смотри внимательно, - Бек хитро улыбается – жест не сулит ничего хорошего. И Пак не ошибается. Младший смачивает слюной свои блядские, как миллион портовых шлюх, пальцы и вводит в себя сразу два, вздыхая. - Чанелли, тебе нравится, что ты видишь? В горле Сахара, Пак может только кивнуть, а затем нагнуться, чтобы лизнуть головку чужого члена и добавить к пальцам внутри Бена еще два своих. Маленький засранец готов принять в себя Пака-младшего, чья «скромность» не равняется с достоинством среднестатистического европейца, и далеко не в убыль первому. Для азиата член у Чанеля слишком большой и слишком толстый, от этого еще более желанный. Лучше Чанеля никого нет. Никого никогда в жизни однолюба Бен Бекхена не было. И как только в его голове когда-то могли быть мысли, что Пак достанется какой-то провинциалке? Только Бен Бекхену: считайте это судьбой или проклятьем. Бекхен похабно капает слюной на головку чужого члена и размазывает её по стволу, вызывая у Чанеля дрожь в теле: прекрасные пальцы давно так не касались его, он даже забыл это прекрасное ощущение, когда секс – это единение идеальных друг для друга тел по параметрам. Чанель падает на подушки, с силой вцепляясь в чужие бедра, от чего рвет чулки еще больше, но Бекхен лишь насаживается на его член с блаженным стоном. По телам обоих проходит электрический разряд. Слишком давно забытые чувства и эмоции. Чанель не может представить, как жил без этого, как ему вообще пришло в голову жениться на какой-то девушке, ведь по Земле все еще ходил Бен Бекхен. Это судьба. Это сумасшедшая любовь, пронесенная сквозь время. Начавшаяся, когда они были глупыми подростками, чьи тела переполняли адреналин и гормоны, и закончившаяся прямо сейчас, когда превратилась в больную зависимость и эгоистичное желание принадлежать и иметь власть. Бекки царапает своему мужу грудь, не замечая этого, потому что удовольствие бьет по мозгу с той же амплитудой, что и член Пака по простате, а сам Чанель срывает жалкие остатки корсета, отбрасывая его в сторону. Грубо хватая невесту под задницу, сминая ягодицы в своих широких ладонях, Пак меняет положение, усаживаясь, от чего член бьет под новым углом, и Бек задыхается именем своего партнера, обнимая за шею. Член младшего трется меж их телами, температура накаляется, Чанель рычит: он исполнил свое тайное желание – вдалбливает тело без жалости хоть и понимает, что за повтор своего унижения он, впервые, пожалуй, готов заплатить сам. Лишь бы еще доставить Бекхенни удовольствие на том же крышесносном уровне. Чувствуя приближение Бекхена к моменту оргазма, старший валит мужа на кровать, раздвигая ножки в разные стороны, успев при этом зацепиться зубами за чулок и снова оставить мерзкую затяжку. Первым кончает Бек, оставив несколько царапин на чужой накаченной заднице, а следом за ним - старший, пачкая спермой порванный чулок. Они медленно переводят дыхание. Чанель улыбается, наблюдая за лениво моргающим Беком, что никак не может прийти в себя, стягивает безвозвратно испорченные атрибуты приличной, но уже бывшей «невесты» и кидает их на пол. Вслед летит и пояс. Бекхенни полностью обнажен под ним, а от этого еще более прекрасен. И за свою прекрасность получает ленивый поцелуй в носик, немного неуместный после всего того, что произошло. Младший смеется, обхватывая Чанеля поперек груди, когда тот падает рядом. - Чанель, мы лежим, перетраханные, обмазанные спермой, а ты начинаешь выделываться романтикой, тебе нормально? - Слушай, это могла быть романтичная брачная ночь, но ты нарядился в бабское нижнее белье и просто вынудил меня трахнуть себя, как сучку. Кому из нас нормально? - Если я вынудил, то ты и целуй меня, как сучку. Бекхен успевает только пискнуть: туша Пака, слишком активная для только что кончившего, наваливается на него и целует грубо и совершенно отчаянно, будто в последний раз. В последний раз в ближайшие минут пять.