Аватиф

POV Аватиф Раннее утро. Самая небезопасная пора для убийц. Улицы полупусты и смешаться с пресной толпой людей не выйдет. Лучи солнца пробивались в комнату, играя своими переливами и разгоняя остатки ночной тьмы и холода. Проснулась я из-за странного скрежета. В бюро было холодно, воздух не успел еще достаточно прогреться. Развалившись на подушках блаженно потягиваюсь и тут же осознаю, что рядом никого. Но ведь еще слишком рано, неужели уже ушел? Только и успела я подумать, как до ушей снова донесся странный скрежущий звук. Одевшись поднимаюсь и подхожу к двери. Тихонько приоткрыв оглядываюсь. Малика еще нет, но что тогда является источником шума? Выхожу из комнаты и направляюсь в зону отдыха, куда вчера уложили спать главу бюро. Однако вместо Малика на подушках в одних штанах, капюшоне, да сапогах восседал Альтаир, начищая оружие. - Доброе утро. Ты чего так рано встала? - Просто кое-кому не спится и он решил разбудить меня за компанию. - Прости. Прохожу к фонтанчику и умываюсь. Продолжаешь заниматься своим делом. Разворачиваюсь и подхожу к тебе. Нагнувшись беру с подушки один метательный нож. - Это не игрушка, Аватиф. - Тоже самое могу сказать тебе. Смотришь на меня. Ухмыляюсь и, отвернувшись, использую нож в качестве зеркала. За спиной вновь раздается тихое лязганье и мою талию обвивают крепкие руки, прижимая к себе. Кончиком носа касаешься моей шеи. Рефлекторно откидываю голову тебе на плечо. Жаркий шепот на ухо. - Не играй с огнем. Если ты берешь в руки оружие, то оно рано или поздно поразит цель. Изымаешь у меня нож и, положив его к остальным, снова садишься на подушки. - Если ты не хочешь, то никого не убьешь. - Я опытнее в данном деле, так что не спорь со мной. Если обычному нормальному человеку дать в руки оружие, ты не представляешь, что он натворит... Когда тебе в руки попадает оружие, разум затмевается. Ты чувствуешь власть над чужими жизнями и тебе не хочется останавливаться. Со временем твоя душа чернеет и в ней не остается места ни для чего другого, кроме как для злобы, ненависти и алчного желания большей власти. При всем этом, человек может даже не понять, что случилось. У оружия дьявольская сила. Смотришь в пол. Такое ощущение, будто ты все это знаешь по собственному опыту. Присаживаюсь напротив тебя. Поднимаешь на меня взгляд изредка посматривая на мои губы. Если так хочешь, почему не коснешься их? Сильнее натягиваю капюшон тебе на лицо, закрывая тем самым глаза. Мимолетно касаюсь твоих губ. Слегка вздрагиваешь. Вновь целую тебя, подразнивая. Притягиваешь меня к себе, углубляя поцелуй. Скольжу руками по твоей груди. Интересно, сколько всего шрамов на твоем теле? Спускаюсь ниже, нащупав очередной шрам на накаченном теле. Этот шрам не похож на другие. Казалось, он источал энергию смерти, но мне могло и показаться. Провожу пальцами по шраму. Снова вздрагиваешь и напрягаешься. Больно. От греха подальше убираю руки, но ты перехватываешь их, вновь прижимая к своей груди. Чувствую, как бьется твое сердце и как учащается твое дыхание. Наш поцелуй переходит в страстный танец, который не хочется прекращать. Твои руки во всю блуждают у меня под рубахой, нежно поглаживая спину. От твоих ласк по телу прокатывается волна удовольствия, вырывающаяся из моей груди сладостным стоном. Чувствую слабую дрожь твоего тела. Разрываешь поцелуй и утыкаешься мне в плечо, обдавая горячим дыханием. Тихий шепот. - Господи, что же ты делаешь со мной? Ты хоть понимаешь, что подталкиваешь меня на грех? - А ты не греши. - Не могу. Если продолжишь в том же духе, то... впервые в жизни я не знаю, что делать... Нежно касаешься моих рук, освобождая капюшон. Почти невесомо касаюсь шрама на твоих припухших от поцелуя губах. В ответ прикасаешься к оставленному собой шраму на моих. Приближаешься ко мне и прижимаешься своим лбом к моему, прикрывая глаза. - Когда-нибудь я все тебе рассажу. - Очень надеюсь, что это произойдет до того, как работорговец заполучит меня. - Не заполучит. Если надо будет я сделаю тебя своей, я прокричу это на весь мир, я умру и заберу его с собой в ад, но не отдам тебя ему. На глаза наворачиваются слезы. Кладу голову тебе на плечо, начиная тихо плакать. - Зачем ты это говоришь? - Жизнь ассасина, как правило, коротка. Мы редко доживаем до старости. - Я не об этом. Почему ты не хочешь забрать меня с собой? Прикрываешь глаза, тяжело вздыхая. Отстраняешь меня от себя, нежно касаясь моих щек руками. Наши взгляды встречаются. Наклоняешься к моему уху, тихо, словно боясь спугнуть, шепчешь. - Потому что я люблю тебя. Сердце пропускает удар. Кажется, что оно вот-вот оборвется и упадет в живот. Смотрю на тебя заплаканными глазами, пытаясь найти на твоем лице хоть долю шутки, но ее нет. Ты абсолютно серьезен. - Я люблю тебя. И я не могу лишить тебя шанса на счастливую жизнь. К тому же, зачем тебе нужен такой злюка, как я? Тебе будет куда спокойнее там, где меня нет. - Альтаир, я понимаю твою заботу, но позволь мне самой решить, что для меня лучше. Ведь там, где тебя нет, мне будет плохо и одиноко... потому что... потому что это взаимно... я тоже люблю тебя, злюка ты капюшоноголовая... Твои глаза моментально расширяются от удивления и в следующий же момент сгребаешь меня в крепкие объятия. - Аватиф. Если ты этого хочешь, то только скажи и я тебя ни за что не отпущу. - Я хочу остаться с тобой. Навсегда. Крепче обнимаешь меня. Глаза щиплет от слез. Слез счастья. - Аватиф... моя Аватиф... - Только твоя. Шепчу в ответ прежде чем утонуть в твоей нежности. Стрессы, усталость и недосып дали о себе знать. Тихо усыпаю в твоих объятиях.