1+1

      Лиам повез Гарри в кофейню, в которой они частенько бывают. Гарри почти что вечность уговаривал Лиама разрешить Луи сводить его в парк. Но Лиам упрямился, причитая, что «он безответственный и не сможет позаботиться о Гарри», поэтому пришлось искать компромисс: Лиам отвезет Гарри до парка, попьют кофе, а потом Луи прогуляется с ним в парке.       Гарри был взволнован. Он уже давно не выходил за пределы дома. Лишь иногда Найл брал его куда-то с собой, или Джемма брала его с собой в кино на фильм, который, как она думала, ему нравится, но по факту нет, вообще нет. Он лишь чувствовал себя еще более недееспособным, чем до этого. Да, он слышал музыку, но он понятия не имел, что происходило на экране, и Гарри ненавидел это.       И каким-то образом Луи понял, что именно ему нужно. В парке он мог чувствовать запахи, слышать и просто чувствовать все вокруг, он мог просто быть Гарри. Луи одел его довольно-таки тепло, потому что он сказал, что на улице снег. Гарри понятия не имел, что это такое. Он никогда не брал снег в руки, только как-то раз слышал, как Найл говорил про снеговика, но никогда не интересовался, что это такое.       Гарри улыбнулся. Он не знал, почему взял Луи на работу. Мальчик ничего о нем не знал, постоянно забывал, что Гарри — слепой. Но Луи почему-то всегда знал, чего именно хотел Гарри. Он был весельчаком, и никогда не воспринимал все всерьез. Именно это Гарри в нем и нравилось. Ему нужен был тот, кто будет относиться ко всему с улыбкой на лице — таким Луи и был. Каким-то образом Луи всегда разговаривал на такие темы, в которых Гарри не чувствовал себя обделенным. Найла тоже можно было назвать человеком беззаботным, но Гарри никогда не показывал, что бездумно брошенное им «видел бы ты» ранило его сердце. Но Луи другой. Он рассказывал ему про, казалось, бесконечные жанры музыки, словно это самое важное в жизни. И именно этого Гарри не хватало: то, о чем он мог поговорить. Конечно, им нравились разные жанры музыки, но Гарри нравилось делиться своей музыкой с Луи. Нельзя сказать, что Луи она нравилась, но он отпускал разные шутки, от которых Гарри всегда смеялся. И он так сильно надеялся, что через месяц Луи не сбежит от него. – О чем думаешь?       Лиам выдернул Гарри из раздумий. Младший лишь пожал плечами. Он не мог сказать ему, что думал о Луи, потому что Лиам подумает, что у него есть к нему какие-то чувства. Гарри даже и не думал о Луи в таком ключе. Он лишь раз или два в своей жизни испытывал чувства к женскому полу, но до серьезных отношений так и не дошло. Люди никогда не задерживаются в его жизни надолго. Им с ним скучно. Именно поэтому он благодарен всевышнему, что каждое утро может слышать голоса Зейна, Лиама и Найла. Хотя услышать голос Зейна своего рода лотерея, потому что он достаточно-таки молчаливый человек, но Гарри достаточно услышать звон сковородок по утрам, чтобы знать, что он еще с здесь, все еще с ним.       Лиам фыркнул. – Ни о чем? А по тебе так не скажешь: кажется, что в твоей кудрявой голове целый рой мыслей. Ну же, расскажи мне!       Гарри улыбнулся. – Просто думал о том, что Зейн почти всегда молчит. – Это уж точно, кажется, будто он не хочет открываться людям уж слишком сильно. В смысле, я не так много о нем знаю. А ты? – Гарри кивнул. – Я знаю его с пяти лет и знаю, что случилось. Просто он не хочет об этом говорить. – Не рассказать мне? – Гарри почувствовал, как Лиам остановил машину: видимо, они приехали. Гарри покачал головой. – Придет время, и Зейн расскажет тебе все, что ты хочешь знать. Наберись терпения.       Лиам не ответил, вместо этого покидая автомобиль и доставая коляску Гарри. Гарри терпеливо ждал, пока Лиам усадит его в нее. Лиам закрыл машину и толкнул коляску вперед. – Так, уже пол второго, значит, Луи будет здесь через полчаса, да?       Гарри кивнул. – Лиам... – Гарри закусил губу. Он никогда не спрашивал, как все выглядит вокруг, но Луи с таким энтузиазмом рассказывал ему про снег, так что он просто обязан был спросить. – Да? – Как выглядит снег? – Гарри услышал знакомый звук колокольчиков над головой, когда Лиам открыл дверь в кафе. – Снег? – Лиам подкатил Гарри к столу, и младший уже сам разместился поудобнее, вытягивая руки перед собой и пытаясь найти стол, и внимательно прислушивался, убеждаясь, что Лиам сел напротив него. – Да, снег. Я знаю, что снег идет зимой, когда становится холодно, знаю, как он образуется, но на что это похоже? Как выглядит снег? – Гарри услышал, что возле стола кто-то остановился, и сделал заказ. – Я буду капучино. – Два капучино. Почему ты так зациклился на этом? – в голосе Лиама слышалось явное непонимание его заинтересованности, и Гарри пожал плечами. – Не знаю. Луи рассказывал об этом.       Лиам вздохнул. – Гарри, я как раз хотел поговорить с тобой насчет Луи, – Гарри закрыл глаза и потер виски. Разговор будет явно долгим, особенно, если его инициатором выступает Лиам. – Хорошо, давай поговорим, – он вздохнул.       Лиам прочистил горло. – Гарри, ну, во-первых, что ты знаешь о Луи? – Ему двадцать один, живет с нами по меньшей мере месяц. У него четыре сестры и мама, с которыми он когда-то жил, но сейчас даже не навещает. У него есть друг, Стэн, и ему нравится музыка, – Гарри больше не смог ничего вспомнить. Вообще, о личной жизни они почти не разговаривали: у них есть более интересы темы для разговора.       Лиам вздохнул. – Вот видишь? Ты вообще знаешь, где он раньше работал? Он же постоянно ошивался на улице. А вдруг он наркоман?       Лиам замолчал, давая тишине окутать их, и Гарри мог ответить ему на это, но вместо этого он лишь покачал головой. Он чувствовал себя беспомощным. Он хотел защитить Луи, но все, что он мог сделать, — смотреть в темноту и слушать Лиама. Он молился, чтобы Луи поскорее пришел. Не было никакого желания продолжать этот разговор. Он вздохнул, сдаваясь. – Продолжай. – У меня есть знакомые в полиции, и я навел несколько справок. И знаешь что? У него статья за кражу ювелирных украшений. Он три месяца был в тюрьме, – Гарри уже не слушал его. Он злился. Очень, очень злился. А Лиам только усугублял все. – Он беспризорник, Гарри. У таких людей нет сочувствия.       Гарри больше не мог терпеть и яростно ударил ладонью по столу. – Именно такой человек мне и нужен, Лиам. Мне не нужно сочувствие. Я устал, что все постоянно нянчатся со мной. Я просто хочу почувствовать себя нормальным человеком хотя бы раз в жизни! И с Луи я таким себя и чувствую. Поэтому он остается, Лиам. Я знаю, что он тебе не нравится, но тебе придется свыкнуться с мыслью о том, что по окончании испытательного срока он будет официально устроен.       В такие моменты Гарри ненавидит свое положение. Ему так хотелось встать и уйти, а позже посмеяться из-за всей этой ситуации, но он не может. В глазах стояли слезы. Он так сильно хотел уйти. Гарри надеялся, что Луи совсем скоро придет и уведет его подальше отсюда.       Он неожиданно почувствовал знакомое прикосновение к плечу. Повернув голову, он услышал знакомый голос. – Хэй, мне показалось, ты чем-то расстроен. Что-то случилось? – Гарри хотелось обнять Луи в этот момент: он появился как раз вовремя. – Пойдем отсюда, Луи, – холодно сказал он. Луи, кажется, сразу понял, что к чему, и развернул Гарри в сторону выхода. – Лиам, увидимся за ужином, – Гарри кивнул, и Луи направился к выходу. Он слышал, что Лиам сказал о том, что он забыл кофе, и попросил быть осторожнее. Честно говоря, Гарри даже не слушал его, потому что Луи рассказывал ему о том, как прошел его день.

***

– Хочешь поговорить об этом? – спросил Луи, толкая коляску вперед. – Я к тому, что вы и минуты в кафе не просидели, как ты ударил по столу. Вообще-то это наша с Лиамом фишка, забыл? – Гарри рассмеялся. – Все нормально. Просто Лиам как всегда проявляет уж слишком много заботы, и я просто не выдержал. А ты что, просто стоял на улице и мерз? – Гарри услышал смешок Луи. – Подумал, что будет лучше, если я подожду на улице и не буду вам мешать. Да и вообще, я мог забрать тебя оттуда в любой момент. Не знаю, мне кажется, я поступил правильно, да? – Гарри улыбнулся и кивнул. – Ладно, я тебя сейчас повезу по траве. Поедем на двух колесах, так что держись, Стайлс! – Гарри вцепился в подлокотники коляски, и Луи начал обратный отсчет. – Пять, семь, два, один!       На «один» он поднял передние колеса коляски в воздух и толкнул вперед. Гарри смеялся. Он чувствовал себя свободным. Словно он мог летать. Словно Луи помог ему взлететь. Старший тяжело дышал ему в шею, и Гарри изо всех сил старался не думать об этом. Через некоторое время Луи опустил передние колеса на землю и прошел мимо него. Гарри слышал, что Луи что-то пытался взять, но что — Гарри не мог понять. – Ну что, кудряш, кажется, ты хотел узнать, что такое снег? – Гарри с энтузиазмом кивнул, ахая от неожиданности, когда в него прилетело что-то похоже на брызги воды. Он вскрикнул, вытирая воду с одежды и получая еще одну порцию в следующую секунду. – Знакомься, Гарри, это снег! Это своего рода очень легкое и водянистое вещество. Другими словами — замороженная вода. Если у тебя нормальная температура тела, то при попадании в тебя снега он тает, – для наглядного примера он кинул еще один снежок в него. Гарри рассмеялся и наклонился влево, чтобы тоже взять снег в руки и сделать снежок. Он знал, что снег лежал на земле, но насколько низко?       Луи подошел ближе, взял Гарри за руку и потянул ее еще ниже, чтобы младший мог схватить снег в руки. Гарри старался не закричать, но все же издал небольшой писк, когда схватил снег с земли. Он услышал, как Луи снова отошел от него, вставая напротив. – Бросай, кудряш! Возьми реванш, – Гарри улыбнулся, бросая снежок точно в лицо Луи. Луи выкрикнул «Гарри», и Гарри рассмеялся. – Вот так-то, Томлинсон. – Ах так, Стайлс.       И тут началась первая для Гарри борьба снежками. Гарри проживал лучший день в своей жизни, а Луи просто был Луи: заставлял Гарри чувствовать себя нормальным. Он слышал визги Луи, когда младший попадал в него снежком, слышал, как смеялся Луи, когда Гарри пытался скинуть снег с одежды. Он не знал наверняка, попадал ли он вообще в Луи. Старший мог притворяться, а Гарри даже об этом и не узнает. Но Гарри доверял Луи и надеялся, что тот его никогда не обманет. Ему нравился голос Луи. Он был очень похож на женский, но одновременно с этим был похож и на мужской. Каждый раз, когда он слышал его голос, Гарри чувствовал себя умиротворенным, и он знал почему. Всего этого для него было достаточно, чтобы понять. Рядом с Луи ему не нужно было ни зрение, ни способность ходить. Вполне хватало того, что есть.       Голоса Луи вполне хватало для него.

***

      После боя Луи пытался отдышаться, присев на корточки и оперевшись на инвалидную коляску Гарри. Гарри все еще смеялся, пытаясь вытащить снег из волос. Младший постучал Луи по голове. – Помоги мне, ты, ленивая задница. Я не вижу, где у меня до сих пор остался снег, – Луи встал с земли и запустил пальцы в кудряшки Гарри. Он начал вытаскивать оттуда частицы снега, бросая их на землю. Гарри закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями Луи к коже головы. Закончив с волосами, он также убрал остатки с одежды. – Спасибо, Лу, – Гарри улыбнулся. Улыбнулся искренне. Впервые за последние месяцы он действительно был счастлив. И он был рад разделить этот первый за долгие месяцы момент именно с Луи. – Всегда пожалуйста, кудряш. О, у тебя вот здесь еще снег, – Луи указал на нос Гарри, коснувшись его кончиком пальца. От этого прикосновения по всему телу Гарри поползли мурашки, и он старался не думать о том, что Луи стоит так близко. – Позволь мне позаботиться об этом, – прошептал он.       Гарри не знал, чего ждал. Он просто закрыл глаза и почувствовал, как что-то коснулось его носа. Он улыбнулся, когда это что-то начало двигаться слева направо, задевая его нос. Гарри хихикнул и потянулся к Луи. Он удивился, когда положил руки точно на щеки Луи, и Луи не убрал их, пока не отодвинулся сам. Гарри чувствовал витающее в воздухе напряжение после эскимосского поцелуя. Луи откашлялся первым. – Я, эм, очень проголодался. Думаю, нам стоит вернуться и что-нибудь поесть, согласен?       Гарри кивнул, позволяя Луи встать позади себя. Вскоре он почувствовал, как Луи снова поднял передние колеса коляски в воздух, и сердце Гарри в этот момент словно чечетку отбивало. Младший коснулся носа, но ощущения уже были другими, не такими, когда носа касался Луи. Гарри хотел прибить себя на месте. Если у него такая взволнованность после одного эскимосского поцелуя, то что будет потом, когда он найдет ту самую?       Но нужна ли ему все еще та самая? Вдруг он нашел того самого?