Одна ночь

Джиро страшно волновался, так как именно сегодня должна была приехать Нанами. Он сто раз обошел весь храм, внимательно осмотрел все углы на наличие пыли и мусора, тэнгу-поварам пришлось вежливо, но чуть ли не силой выпихивать его из кухни, так как он умудрялся везде засунуть свой нос, проверяя правильность приготовления блюд и красоту их оформления. Все были в курсе его весьма тёплых чувств к человеческой богине, и давно уже перестали по-тихому шутить над этим. Особенно учитывая то, что это чувство ни коем образом не мешало Джиро выполнять свои обязанности на священной горе. Но в дни предшествующие её приезду он становился настолько невыносим, что тэнгу дружно начинали проклинать любовь к женщинам вообще, и к богиням в частности. Но только шепотом и про себя, что бы Джиро этого не услышал, так как жить хотелось всем. Когда в ворота постучали, извещая о прибытии Нанами, Джиро стрелой рванул к ним, на ходу поправляя свою одежду и приглаживая волосы. Сердце отстукивало бешеный ритм, а мысли хаотично мелькали в голове... Нанами вышла из кареты, держась за руку Курамы и улыбаясь встречающим. На ней было изящное кимоно с узором из голубых вьюнков, волосы были убраны сзади в простой, но аккуратный пучок, удерживаемый красивой заколкой. Она плавно подошла к Джиро и вежливо поклонилась, приветствуя его. Он еле сдержался, что бы не поправить выбившийся из её прически локон. -Мы рады принимать богиню земли на священной горе Курама, и просим её разделить с нами сегодняшний праздник, - сказав ставшую ритуальной фразу, и не обращая внимания на тихое фырканье Курамы, Джиро вместе с Нанами пошел внутрь храма. -Позволь спросить тебя, Нанами. Почему тебя сопровождает только Курама? Где же твои супруг и второй хранитель? - поинтересовался он, ведя её уже по коридорам здания. -Томоэ уехал по делам, да и не любит он почему-то это место, а Мидзуки остался приглядывать за малышом, - с улыбкой ответила Нанами. -Да, кстати! И как поживает твой сын? Уже ходит? -Скорее, уже бегает! Если не приглядывать за ним, то можно обнаружить его в самых неожиданных местах, хорошо, что хоть на крышу ещё залезать не умеет... Но уже пытается! - смеясь рассказала она. Джиро чувствовал, как от звучания её голоса в груди разливается приятное тепло, а её улыбка пробуждает в нём искреннее желание смеяться в ответ. Проводя Нанами до специально приготовленной для неё комнаты, чтобы она могла отдохнуть с дороги и освежиться, Джиро (еле сдерживаясь, что бы не начать пританцовывать на ходу) стремительно направился в сад, где уже вовсю накрывали праздничные столики с угощением. В этом году праздник удался на славу! Опьяневшие от небесного сакэ Мидзуки, тэнгу начали танцевать под песни Курамы в его же личном исполнении, а особенный успех имел танец с веерами, исполняемый Сиро, и сильно напомнивший Нанами, увиденный ею однажды, танец стриптизерши в одном из фильмов про Америку 30-х годов. Только у той стриптизерши веера были очень большими и сделанными из страусиных перьев, а сама она была голой. Оставалось только гадать от куда об этом танце прознал тэнгу. Убедившись, что на этой стадии окружающим уже нет ни какого дела до всего происходящего вне танца Сиро, Джиро шепнул Нанами на ухо: -Мне надо серьёзно поговорить с тобой. Можем ли мы уединиться? Нанами удивленно взглянула на Джиро, но утвердительно кивнула в ответ. Тогда он подхватил её на руки и улетел в сторону священной сакуры. Сегодня он, наконец, решился высказать ей свою просьбу...