Жизнь повторится

Напряжённую тишину между мужчинами нарушил робкий стук в дверь. - Войдите, - упавшим голосом разрешил директор школы-интерната, задумавшись на пару секунд. Дверь медленно открылась, впуская в помещение мужчину примерно сорока лет. Гостя можно было бы назвать обычным, если бы не одно обстоятельство - полнейшее отсутствие волос на голове, что делало его весьма запоминающимся. - Здравствуйте, извините за неожиданный визит, но дело теперь не требует отлагательств, - голос мужчины был мягким, а лицо имело простые и приятные черты. – Но для начала, я бы хотел попросить вас выйти, Ниими-сан и Саннан-сан. Хиджиката, что до этого сохранял спокойствие, слегка нахмурился. Мужчину несколько настораживал тот факт, что незнакомец знал, как звали Кейске друзья. Посетитель, конечно, мог бы быть другом Саннан-сана, но если это так, то зачем просить последнего выйти? Слегка озадаченный Кондо лишь махнул рукой в сторону двери, прося подчинённых выполнить просьбу незваного гостя. И, как только кабинет покинули слегка удивлённый Саннан-сан и очень недовольный Ниими, мужчина заговорил. - Меня зовут Юкимура Кодо, я отец Каору, - представился незнакомец, вглядываясь в лицо Кондо. - О чём вы хотели поговорить? – удивлённо спросил директор, слегка расслабляясь в кресле. Всё же, это был всего лишь отец одного из новеньких. Но Хиджиката явно его настроения не поддержал, ведь именно Юкимура Каору вызывал у него раздражающую растерянность, совершенно не собираясь покидать мысли заместителя директора. Саридзава внешне не выражал никакой заинтересованности, изредка обмахиваясь веером. - Кроме сына, поступившего в вашу школу, у меня есть ещё и дочь, её зовут Чизуру. Дело в том, что Чизуру и Каору близнецы, и на данный момент в вашей школе учится моя дочь. В голове ошеломлённого Хиджикаты всё встало на свои места, огромное количество вопросов нашли свой логический ответ: перед ним были два совершенно разных человека. - Что, простите? - спросил Кондо, видимо, не поверив своим ушам. Определённо сегодня у директора этого интерната был не самый лучший день в плане новостей.

***

Стянув с черноволосой макушки Юкимуры ярко жёлтую перчатку, я с тяжёлым вздохом поднялся на ноги. Девушка с затравленным видом внимательно следила за каждым моим движением, невольно вздрагивая от слишком резких. Я ещё раз тяжело вздохнул, на что несчастная побелела словно полотно. «Неужели я такой страшный?» Невольно задался я вопросом, кажется, слегка нахмурившись. Девушка приняла это на свой счёт и неуклюже отползла назад. Будь бы на месте девчушки один из моих раздолбаев, я бы не сомневался в своих словах и действиях, отчитав неуклюжую неумёху так, чтобы он даже смотреть на меня боялся. Но девушка! Как же нужно поступать с девушками, я определённо не знал. - Хиджиката-сан, простите меня! – очнулась от шока Юкимура, молниеносно принимая вертикальное положение тела. – Это больше не повторится! Не дождавшись от меня никакой реакции, она поспешила поклониться, не торопясь обратно поднимать лицо. Я же впервые для себя обнаружил, что совершенно не знаю, что делать. В этой ситуации мог бы всё исправить Кондо-сан, у которого была замечательная жена и две прекрасные дочки. Но не я, привыкший жить с ленивым и наглым Соджи. - Ничего, - выдавил я, чтобы девушка хотя бы перестала бояться. Где-то за углом что-то упало, издав глухой звук. Забытый Соджи с ярко розовым ведром снова вспомнился, и я представил себе улыбающееся лицо парня. Так дело продолжаться не могло. - Юкимура, наказание своё ты получишь чуть позже, - стараясь сделать свой тон голоса максимально строгим, сказал я. – С тобой срочно хочет поговорить Кондо-сан. Пошли. Лицо девушки удивлённо вытянулось, а тёмно-карие глаза стали ещё больше. Но задавать вопросов она не стала, бросив кроткое «Хай», девушка, молча, последовала за мной.

***

Хиджиката-сан явно нервничал, о чём-то усиленно думая. И, когда он куда-то меня потащил, я решила не сопротивляться. Мало ли что! - Проходи, - он кивком указал на дверь в кабинет Кондо-сана. Встретившись с его изучающим взглядом, я, густо покраснев, поспешила войти в кабинет. - А, Юкимура К… кун, наконец-то ты пришёл! – слишком радостно воскликнул Кондо-сан, запнувшись на моём имени. – Знакомься это Саридзава Камо, один из создателей интерната. - Здравствуйте, приятно познакомиться, Саридзава-сан, - не совсем понимая причины своего присутствия в кабинете, неуверенно сказала я. - Думаю, тебе лучше присесть, - учтиво предложил директор. Скромно усевшись на самый край стула, я принялась слушать. Впрочем, жаль, что я так не устойчиво уселась на предложенный стул. Тяжело вздохнув, Кондо-сан взглянул на меня затравленным взглядом, а серые глаза Саридзавы Камо с явным наслаждением следили за выражением моего лица. «Чизуру-тян» - именно с этого слова Исами Кондо решил начать свою речь, и этого слова хватило, чтобы от шока я свалилась со стула. Жгучая обида никак не хотела покидать меня. Мой отец был здесь! Был и, ничего мне не сказав, ушёл. И ладно бы только это. Ещё несколько дней назад именно он строго настрого наказал, никому и ни под каким предлогом себя не выдавать. Но какой целью руководствовался отец, рассказав всё про меня этим мужчинам? К сожалению, Кодо-сан решил оставить меня не только в полнейшем неведении, но и ещё совсем одну. Ведь что-то уверенно мне шептало, что и с Каору я не увижусь до полнолуния, до которого, к слову, ещё осталось добрые две недели. И что же мне делать? Видимо, столь простой вопрос высветился на моём лице, так как поток бессвязных мыслей прервал Хиджиката, молчавший до этого момента. - Жить дальше в одной комнате с Тодо ты не можешь, так что через пару дней мы переселим тебя в другую комнату… - Вы собираетесь меня оставить? – удивлённо спросила я, ожидая совершенно других слов. - Юкимура-кун, твой отец всё нам объяснил. Причина оказалась достаточно серьёзной, а выход из ситуации, найденный твоим отцом, самым приемлемым. Да, ты остаёшься, - Кондо-сан дружелюбно улыбнулся, впрочем, от его улыбки легче мне не стало. Что за причина? Из-за чего всё это происходит? Вопрос так и остался не заданным, если отец ничего мне не сказал, то они этого не сделают точно. - Вы не можете оставить её без присмотра, - тяжёлый и явно очень дорогой веер с шумом сложился в руках Саридзавы, а строгий взгляд серых глаз переместился чуть выше моей головы – на Хиджикату. Не дождавшись от обоих мужчин никакой реакции, Саридзава продолжил. - Хиджиката, кого ты видел на экзамене? – простота в обращении к Хиджикате меня слегка удивила, но брюнет на это никак не отреагировал. - Парня. - Её умения проверялись? – получив в ответ кивок, Саридзава Камо продолжил. – И как? - В их роду явно был талантливый самурай - талант есть, но не хватает опыта и умения, - совершенно не замечая меня, ответил заместитель директора. Директор лишь, молча, слушал, задумчиво кивая головой и соглашаясь с чем-то. - Тогда бери её к себе на обучение. От удивления я открыла рот, красочно представляя этого строго мужчину в роли своего учителя. - Но… Попытался возразить Хиджиката, но был тут же прерван этим странным мужчиной. - Это самый лучший выход, ты будешь иметь повод всегда быть рядом с ней, и это отгородит её от ваших излишне любопытных подопечных, о которых говорят очень интересные вещи. Кто были эти подопечные, и что за интересные вещи о них говорили, мне не посчастливилось услышать, так как о моём скромном существовании всё-таки вспомнили, прервав разговор на самом интересном месте. - Тоши, мне кажется, это самый лучший выход, - поставил решающую точку в разговоре Кондо, виновато посмотрев на Хиджикату. Последний раздражённо вздохнул, но всё же кивнул, пусть хоть и обречённо. Чувствую, меня ожидают очень интересные полгода жизни. Больше никто ничего говорить мне не спешил, видимо, считая, что сказанной информации будет более чем достаточно. Но разве это было так? Раздражающие вопросы продолжали роиться в моей голове, мешая сосредоточиться. - Где мой отец? Это был единственный вопрос, который я осмелилась им задать. Кондо-сан лишь смущённо отвел взгляд, давая понять, что ответа на этот простой вопрос не будет. - Тоши, отведи Юкимура-куна в учебную комнату, занятия скоро начнутся, - после минуты раздумья сказал Кондо-сан. – Чизуру-тян, с этого момента мы будем помогать тебе во всём, обращайся, если что-нибудь случится. - Спасибо, Кондо-сан.

***

Природа наградила меня неуклюжестью, и если бы не кровь демона, то синяки и ушибы были бы моими постоянными товарищами. Но демоническая кровь в моих жилах продолжала упорно меня защищать, лишая таких друзей. Вот и сейчас шестое чувство забило тревогу, заставляя отойти в сторону. Мимо пролетела небольшая мокрая тряпочка, с характерным звуком врезавшись в подбородок ошарашенного Хиджикаты-сана, стоящего позади меня. Повинуясь просьбе Кондо-сана, Хиджиката-сан, молча, повёл меня в класс. И чем ближе мы подходили к нужной комнате, тем громче становился шум, доносящийся оттуда. Ужасный грохот, сопровождаемый треском, заставил заместителя директора прибавить шаг, но, подойдя к классу, мужчина пропустил меня вперёд, видимо, решив поймать сорванцов за руку. Поймал, вот только неудачно для себя. Серая тряпочка, задержавшись на его лице, полетела вниз, шлёпнувшись об пол. Гробовая тишина, наступившая в комнате, позволила мне услышать то ли рык, то ли вздох Хиджикаты. Лица всех присутствующих застыли в немом шоке, постепенно бледнея. Заместитель директор закрыл глаза и набрал в лёгкие побольше воздуха. В этот момент довольный Соджи незаметно выскользнул из-за двери, бросая тряпочку в руках, куда подальше в коридор, Нагакура Шимпачи и Харада Саноскэ, прятавшие тряпочки за спинами, сделали то же самое, вот только последние полетели не в коридор, а в Хейске, который сидел на обломках парты. Не успела я и рта раскрыть, как оказалась в объятиях рыжеволосого наглеца. - Лучше, молчи, - тихонько шепнули мне, толкая к молчаливому брюнету. - Что здесь творится? – Хиджиката Тошидзо, справившийся со своим гневом, крикнул так, что даже Соджи перестал улыбаться, предпочитая не попадать под горячую руку. Затуманенный гневом взгляд оглядел комнату, остановившись на застывшем Хейске. - Тодо Хейске! И только сейчас мой сосед заметил тряпочки, лежащие у его рук.

***

- Сволочи! – оттирая ещё одну чёрную кляксу с пола актового зала, гневно проворчал Хейске. – Я им ещё припомню! Несчастное пятно неизвестного происхождения сдалось под напором раздражённого парня, исчезая с пола. - Хейске-кун, да ладно тебе, - неуверенно сказала я, безуспешно пытаясь успокоить шатена. - Так меня подставить! – гневно закричал он, швырнув щётку. Сказать, что Хейске досталось очень сильно, значит, ничего не сказать. На его лбу до сих пор горел фиолетовый синяк, говоря всем, что играть на нервах заместителя директора - не самая удачная идея. И ладно бы только это, удачно избежавшие наказания Соджи, Шимпачи и Харада целый день издевались над несчастным. - Хейске-кун, они же шутят. - Руки им оторвать за такие шутки! – уже спокойнее проворчал Хейске, ища брошенную щётку. Кое-как оттерев чёрную полоску с пола, я приступила к следующей. Меня наказали за утреннее столкновение с Хиджикатой. Но в этом столкновении были свои плюсы: ужасно довольный Соджи слегка потеплел ко мне, объяснив изменившееся поведение тем, что ещё никогда не видел на голове Хиджикаты розовое ведро. Щётка Хейске нашлась под креслом, об которое он приложился ушибленным лбом, пока доставал свою потерю. - Нет! Я им всё же отомщу!

***

- Хейске-кун, может не надо? – неуверенно спросила я парня. - Надо, ещё как надо! – даже не взглянув на меня, прошипел он. Пол в актовом зале мы отмывали целых три часа, и в девять часов вечера, ужасно уставшие, еле передвигая затёкшие ноги, мы плелись в свою комнату. Месть Хейске так бы и осталась всего лишь угрозой, если бы не Харада и Шимпачи, встретившиеся нам по пути. Синяк Хейске после встречи со спинкой кресла меньше не стал, что поспешил заметить Шимпачи в очень язвительной форме. Хейске загорелся словно спичка, под смех парней убегая в комнату. Шимпачи громко всхрапнул, заставив меня подскочить на месте. - Но вдруг они проснутся? – ещё тише прошептала я. - Чем быстрее закончим, тем быстрее уйдём, не нервничай! – активно что-то рисуя на лице спящего Харады, уже недовольно проворчал Хейске. - Давай стакан с водой! – закончив, позвал он меня. - Давай, хотя бы не будем этого делать! – протягивая требуемую вещь, попыталась я вразумить парня. Шимпачи снова всхрапнул и провёл по лицу рукой, размазывая на нём зелёнку и зубную пасту, правая рука парня, что свисала с кровати, была опущена в стакан с чернилами. - Баю баюшки баю, ммм, - тихонечко запел Хейске, отвлекая меня от созерцания спящего брюнета. Харада, которому пелась колыбельная, причмокнул губами и перевернулся на другой бок. Чернила, которыми мой сосед не жалея облил огненно-рыжие волосы спящего, теперь оказались и на его лице. - Этого хватит! – на этот раз я не запаниковала, мне просто стало жаль их, ведь чернила были не смываемыми. - Сейчас! – продолжая напевать, Хейске вытащил верёвку. Мне оставалось лишь поражённо наблюдать за тем, как Хейске, обвязав ногу Харады одним концом верёвки, подошёл к Шимпачи, привязывая другой конец к руке спящего брюнета. - Вот теперь всё! Пошли! «Завтра будет апокалипсис!» Невольно подумала я, выходя из 310 комнаты. Ужасно довольный собой Хейске, стягивал с рук резиновые перчатки, перемазанные в краске, чернилах, зубной пасте и ещё в чём-то не совсем понятном. Неожиданно парень застыл, и я врезалась в его спину, не успев затормозить. Удивлённо икнув, Хейске спрятал перчатки за спину, чуть не обмазав меня. Кого же он там увидел? - И что вы здесь делаете так поздно? – шумно зевнув, лениво поинтересовались у нас. Мы оба решили промолчать. - Язык проглотили? – сделав шаг навстречу, спросили нас, внимательно вглядываясь в наши руки. - Не совсем, - ответила я Соджи, не подумав. Потемневшие глаза парня, недовольно сузились, посмотрев за наши спины. Невольно и я обернулась. Вот же! На белоснежной ручке двери 310 комнаты ярко выделялся отпечаток руки Хейске. «Надо было дверь, мне закрыть». Запоздало подумала я. - Каору, беги! – шепнул Хейске, пробежав мимо ошарашенного Соджи. Дважды повторять мне не надо было, последний раз взглянув на удивлённое лицо Соджи, я побежала в противоположную сторону. «Завтра точно будет апокалипсис, мой с Хейске апокалипсис».>

***

- Два дебила – это сила! – раздражённо проворчал Соджи, с шумом поднимаясь на второй этаж. «А три дебила – это мощь!» - мысленно закончил я, проснувшись из-за шумного друга. А ведь я два часа пытался уснуть… - Убью завтра! – недовольно ворочаясь на кровати, продолжал ворчать Соджи. Если бы кровать не была двухъярусной, всё было бы не так плачевно. Я уже было подумал, что источник шума уснул, но стоило мне закрыть глаза, как он снова заговорил. - Додумались! Убежать от меня! Будто я их завтра не увижу! Недовольно посмотрев на верхний этаж кровати, я встал, хватая полотенце. Окита, наконец, меня заметил. - Хаджиме-кун, ты куда? – удивлённо спросил он. Его зелёные глаза легонько светились в темноте, внимательно всматриваясь в моё лицо. «Всё-таки кот, он похож на кота». - Пойду, освежусь. Я вспотел. Оставив своего удивлённого друга одного, я направился к душевым кабинкам на втором этаже. Мимо пробежал запыхавшийся Хейске, чуть не врезавшись в меня. Теперь понятно, кого завтра убивать будут. - Каору не видел? – спросили меня и, получив отрицательный ответ, убежали дальше. Дурдом! Вот и надо было Кондо-сану новеньких набирать. До душевых кабинок я дошёл вполне спокойно, но каково же было моё удивление, когда я обнаружил там ещё одного человека. Человека, который, по сути, должен был быть мужского пола.