Lost Girl: World on Fire

POV Кейт По закону подлости, спиртного дома не должно было быть, но нет, недопитая бутылка водки ждала меня в старом серванте, который я давно собиралась выкинуть. Честное слово, этого монстра я вообще не собиралась брать, когда переезжала, но порой я бываю излишне сентиментальна. Как видите, иногда это большой плюс. Я сделала большой глоток прямо из горлышка и тут же поперхнулась. Не знаю, что там с моей смертностью и божественностью, но на спиртное я реагировала по- старому – слаще водка не стала! Включив телефон, я обнаружила, что меня не было всего-то пару недель. Я совершенно не представляла, что делать дальше, поэтому сидела, поджав под себя ноги, и переключала каналы, стараясь отключить голову. Наверное, мне надо было бы составлять какой-то план действий, или обратиться к врачу – терапевт или психиатр на выбор, однако мой разум по-прежнему выставлял прочный барьер, не позволяя мне сорваться в пропасть безумия. Я проспала почти сутки после того, как эпично вернулась из Асгарда. За окном снова была холодная зимняя ночь, я сидела на диване, обложившись подушками и накинув на плечи яркий флисовый плед. Я отсалютовала малышке Майли, которая раскачивалась на огромном шаре, и попыталась хоть немного упорядочить свои мысли. Для начала, я снова дома. Следующим пунктом, шло мое новое физическое состояние, та легкость, с которой я вышибла дверь в торговом центре, означала, что я стала куда сильнее, чем была раньше. Хотя, раньше я была откровенным задохликом, и тут даже полгода в зале с личным тренером бы исправили ситуацию, а мы говорим про божественное вмешательство! Наверное, имело смысл узнать рамки этой силы, но я пока не могла придумать ситуации, где мне бы это удалось. Вопросы о том, как скоро затянутся мои потенциальные раны, и выживу ли я, если прыгну с десятого этажа – я решила пока отложить. Если уж такая возможность возникнет, то буду импровизировать. Должна же остаться хоть какая-то интрига! Мне нужно было сделать что-то нормальное, что-то привычное для моей смертной жизни, чтобы мой разум хоть немного пришел в норму. Хэллгарр занимал все мои мысли, но я запрещала себе о нем думать больше двух секунд. Его образ чудился мне везде, даже БиБиСишный Шерлок, которого я так мечтала посмотреть весь последний год, казался подозрительно знакомым. Разве, что Хэллгарр куда выше и шире… Так, стоп! Мне нужно отвлечься, ведь все хорошие идеи, все решения проблем приходили ко мне именно тогда, когда я позволяла себе переключить внимание. Снова мысль о Хэллгарре. Маг наблюдал всю мою жизнь, и всегда был рядом, как ангел-хранитель. Ну, конечно, он мало похож на ангела, но так и я не святая. Мы провели так мало времени вместе, но я была уже достаточно большой кисой, чтобы понимать - назвать любовью то, что произошло между нами нельзя. Острая смесь из вожделения, благодарности и потаенного страха. Смотреть в глаза Хэллгарра - как смотреть в Бездну, никогда не знаешь, кто явится к тебе в следующую секунду. Звуковой сигнал возвестил меня о новом сообщении. Я лениво потянулась к телефону, хмыкнула. Алекс, как всегда вовремя, как всегда восторжен. Мне нельзя сидеть дома, если я ничего не буду делать – то ничего и не произойдет. Я согласилась на завтрашний поход в бар, затребовав, чтобы бы Билл тоже пришел. В конце концов, смешнее одного юного поклонника, могут быть только два соперника. Я допила водку и отправилась на кухню искать сигареты. Пачка нашлась быстро, а вот зажигалки нигде не было. Внезапно мне в голову пришла глупая мысль, а что если?... Я тихо щелкнула пальцами, так, как это всегда делал Локи, и заворожено уставилась на мягкий огонь, вспыхнувший на моих пальцах. От изумления я даже не сразу сообразила, что зажимаю губами сигарету, а когда прикурила, то рассмеялась. - Такая сила, - усмехнулась я. - На зависть Одину, и все ради того, чтобы не таскать с собой зажигалки! Я громко смеюсь, я хохочу как безумная, пока сигарета не выпадает из внезапно ослабших пальцев, и я не опускаюсь на пол, а смех не превращается в слезы. Ну вот, опять! *** Иногда у меня было желание сказать Алексу, что ему не хватает гомосексуального опыта. Нет, серьезно! Молодой парень, который последние двадцать минут рассказывает мне, как ему хочется секса и какой он на самом деле чудесный любовник, а девушки его просто не могут оценить, просто обязан почувствовать хороший член в своей заднице, чтобы, наконец, перестать ныть. Надеюсь, он не пытается меня соблазнить таким образом? Я лениво выдохнула дым ему в лицо. - Может, тебе попробовать мужика? – я все-таки озвучила то, о чем думала. - Что? – Алекс хмурится, наверное, думает, что ему послышалось. - Я говорю, может тебе с мужчиной попробовать? А то ты все время ноешь, что с этой не то, с этой не так, тут груди нет, тут слишком костлявая, - я хмыкаю, Алекс сам мог бы отлично скосплеить скелет. – То, что ты ярый гомофоб, говорит только о том, что тебе на самом деле это интересно. Я отсалютовала его ошалевшим глазам, и от очередной речи на тему «Я не гей!» меня спас подошедший Билл. - Привет, Кейт! Я закатила глаза. Боже, Леонард Хофстедер собственной персоной! С тех пор, как я перекрасилась в блондинку, уверена, что между мной и Пенни он провел еще больше аналогий. Но мне это было надо, порция привычного обожания моей персоны поможет собраться с мыслями, оставаться сейчас одной для меня небезопасно. Я не переживала на счет лишних вопросов, Локи сказал мне, что всем находившимся в тот день в торговом центре подтерли память, кажется, это и было условием, что нас не тронут. Я усмехнулась, если память меня не подводит, бог сам это предложил той мерзкой девке, так что они лишь воспользовались любезностью Асгарда. Асгард… Я снова вздрогнула, и Алекс положил мне руку на плечо. В эту секунду что-то произошло, что-то внутри меня – темное и дикое подняло голову и посмотрело на него. Хвала богам, в баре было довольно темно, потому что я могла поклясться своей коллекцией аниме, что глаза у меня начинали светиться. - А ты так надолго пропала, - Билл, кажется, наконец обрел дар речи. - Я уезжала всего на две недели! - В отпуск? - У безработных каждый день – отпуск, - заметила я, подзывая официанта. Приятный парень был или очень смышленым, или очень рассчитывал на большие чаевые. Он почти моментально повторил наши заказы, и, когда я отпила свой виски-кола, то отметила, что виски налито несколько больше, чем предполагала цена коктейля. Я благодарно кивнула парнишке, а тот лишь покачал головой и с улыбкой посмотрел на моих спутников, одновременно закатив глаза. Этот короткий контакт вернул мне хорошее настроение, и темнота внутри меня отступила. *** Мы ходим по барам целую неделю. Я заливаю свой мозг всеми известными мне видами спиртного, а утром страдаю от такого привычного похмелья. Телефон разрывается, мне звонят, кажется, все те, кто когда-либо спал со мной или мечтает об этом. Мне звонит даже Алан, и я борюсь с желанием согласиться на встречу только ради того, чтобы поджечь его. Я сплю до часу дня, но даже это не уменьшает моих синяков под глазами и раздражения. Почти весь день я провожу в своей квартире, слоняясь без дела, прикуривая от пальцев сигареты и щелкая каналы. Бесцельное существование. Я смотрю на яркое зимнее небо и щурюсь. Небо никогда не врет. Осенью оно выцветает, как старая простыня, которую жалко выкинуть. Зимой оно морозное и яркое, но на него можно смотреть, не боясь обжечь глаза. Весной все замирает в предвкушении, и небо становится выше и глубже. Лето же топит нас в красках и в лазурной высоте и яркости, от которой почему-то болит сердце. С самого детства мне казалось, что я особенная, я замечала те вещи, на которые другие дети просто не смотрели. Я могла часами любоваться отражением луны в луже, или с восторгом наступать босыми ногами на грязевую корку, что образовывалась на загородной дороге после дождя. Но нет созданий более жестоких, чем дети, они способны уничтожать своих сверстников словом и взглядом, даже не замечая это, разбивая надежды и разрушая радужные мосты. Впервые я влюбилась в одиннадцать лет, мальчишка жил в загородном доме напротив, и у него был старший брат-красавчик, по которому сходили с ума все девчонки. Однако, я была влюблена в младшего, и зачем-то поделилась этим чувством с девочкой, с которой тогда, как мне казалось, дружила. Надо ли говорить, что к вечеру о моем секрете знали все? Они смеялись, показывали на меня пальцами, а мне казалось, что внутри меня что-то загорается, я лежала на узкой кровати напротив окна, и не сводила глаз с восходящей луны. Мое маленькое сердце жаждало мести, расправы над обидчиками, но что могла сделать одиннадцатилетняя девочка, что была ниже и меньше всех? Странно, но с тех пор я почти всегда ошибалась в тех, кому доверяла свои секреты. Но, как говорила Анита Блейк, если бы мир сходил со своей оси, только потому, что у тебя плохой день – мы бы все давно болтались в открытом космосе. Я должна быть сильной, хотя я таковой и не являюсь. Больше всего мне хотелось сейчас одного – избавиться от своего комплекса жертвы. Локи был слишком похож на Алана, а Алан был похож на Дэвида, и между всеми этими тремя мужчинами было только одно общее качество – их доминирование было агрессивным и показным. Я не любила принимать решения, и поэтому с удовольствием перекладывала эту обязанность на других, мне было проще подчиниться, чем нести ответственность. Хэллгарр был другим, и он дал мне это понять в ту единственную ночь, что мы провели вместе. Было ли мне этого достаточно? Я не знала... Алекс ненавидел клубы, но я очень настаивала. Согласился он не без помощи Билла, которому ужасно хотелось посмотреть, как я танцую. К тому моменту, как мы вышли из такси, меня откровенно развезло от выпитого ранее в баре, стресс все-таки дал о себе знать. Я с трудом удерживала себя от соблазна пощелкать пальцами, дабы высечь пару искр, или перепрыгнуть огромный сугроб, и не потому что боялась привлечь к себе ненужное внимание, а потому что боялась не долететь. Перспектива оказаться распластанной в снегу не казалась мне сильно заманчивой. Мы прошли в клуб, я скинула пальто в гардеробе, и администратор повела нас к дальнему столику. Ее можно было понять – сажать такую сомнительную компанию по центру я бы тоже не стала. Руки Билла было контролировать очень просто, он все еще восторженно замирал при взгляде на меня, а вот Алекс иногда пытался приблизиться ко мне чуть ближе, чем это вообще было возможно, за что сразу получал тычок в грудь. Как хорошо с юными друзьями, их можно удержать на расстоянии! Некстати я вспоминаю еще одну ночь в клубе, когда меня чуть не трахнул какой-то верзила, а потом начатое с успехом завершил Локи. Наверное, я должна была бы испытать трепет, но испытываю лишь подобие отвращения. Женщина не должна позволять себе подобное, просто не должна. Хватит строить из себя жертву, хватит бояться ответственности, позволяя всяким козлам делать выбор за меня! Интересно, это говорю я или клюквенная «Финляндия»? То, что сделал Локи – это насилие. Вся его жизнь, каждое его действие наполнено этим чувством. В насилии нет ничего привлекательного, несмотря на всю романтику, которой писательницы фанфикшена сдабривают это действие. Это чужой человек, вторгающийся в твой мир, забирающий часть тебя, ломающий тебя. Да, этот секс может быть обалденным, он запоминается, но после него тебе хочется перекатиться на другой конец кровати и сжаться в комочек. Это не обмен энергией и чувствами, это лишь грабеж. Я мрачно думаю обо всем этом, пока Алекс и Билл спорят о чем-то, разгоряченные своими напитками. Я смотрела на них и в очередной раз ловила себя на мысли, что в моей жизни не может быть ничего нормального, просто потому, что я сама ненормальная. Не я подчиняюсь событиям, а события следуют за мной – это закон хорошего сценария, гарантия того, что зритель заинтересуется. Так какие события я могу создать сейчас? Что я должна сделать? Я оставила недопитый бокал на столе, и отправилась на танцпол, не особо заботясь, присоединятся ребята ко мне или нет. Я танцевала одна, и совершенно уверена, что если кто-то ко мне приблизится, я его ударю, а там – будь что будет! Голова кружится от танцев, духоты и спиртного, и я почти потеряла сознание, мое тело пронзает такая острая боль, такое отчаяние, что я чувствую слезы на своих щеках. Это просто пьяная истерика, я проходила это тысячу раз, но сейчас все иначе. Я в толпе людей, и я одна, единственное воспоминание – это серые глаза Хэллгарра. Он остался там, в Асгарде, на милость Одина и Локи, и одной Бездне известно, жив ли он. Если бы я могла как-то помочь ему... - Где ты сейчас? – прошептала я, внезапно замирая посреди танцпола. – Ты слышишь меня? Ответ пришел в виде сильного толчка в спину, от чего я рухнула на колени. Мир вокруг чуть поплыл, словно в рапиде. - Эй, что встала, идиотка? – кричит высокая брюнетка с геометричной челкой. – Под кайфом что ли? В ушах звенит, а коленки саднят, мне больно не смотря на то, что я выпила. А брюнетка ржет за моей спиной. Внезапно мой позвоночник прошибает электрическим током, пальцы впиваются в пол, как если бы это были лапы зверя, в моем горле рождается утробный рык, который не может принадлежать человеку. - Что ты сказала, сука? – рычу я, поднимаясь на ноги. Я поворачиваюсь к ней и готова поклясться, что в моих глазах – Бездна. Она пятится назад, но зверь внутри меня не прощает оскорблений. Я кидаюсь на нее, валю на пол, впиваясь ногтями ей в лицо. Что-то внутри меня слабо протестует, но голос той Кейт слишком тихий. Вокруг нас собирается толпа, кто-то зовет охрану, и меня оттаскивают от девушки, заламывая руки. Я рычу и бьюсь в их руках, пока секьюрити не вытаскивает дубинку. - Вырубайте ее, она под кайфом! – кричит кто-то, и я мысленно прощаюсь со всеми. Но на небесах кто-то меня очень любит. Мужчина, лица которого я не вижу, хватает охранника за руку, одновременно вкладывая в его ладонь сложенные купюры. - Девушки не поделили парня, обе выпили, ничего особенного! Она, - мужчина, видимо, указывает на меня. – Моя подруга, и я отвезу ее домой. Нам не нужны проблемы. Видимо, сумма внушительна. Кто-то подхватывает меня под руки и тащит прочь. Я вяло отбрыкиваюсь, и, наконец, меня опускают на мягкий черный диван. Подняв глаза, мне кажется, что по голове я все-таки получила – иначе как объяснить, что у меня галлюцинации? Может, это побочные действия моей божественности? Напротив меня сидит Джейн Фостер, которую я не сразу узнала в обычной одежде. Девушка похудела, под глазами залегли тени, и мне кажется, что ее боль едва ли меньше моей собственной. Что она здесь делает? - Джейн, - шепчу я. – Это правда, ты? Астрофизик с тремя высшими образованиями и громовержцем в качестве возлюбленного открывает рот, чтобы мне что-то сказать, но ее прерывает низкий мужской голос. - Ну, привет, пропащая! А тебя найти не так просто, как я думал! Диван рядом со мной прогибается под чьим-то весом, и мои глаза фокусируются на взрослом мужчине, которому на вид уже под сорок. Он крупный, хорошо одет – я отмечаю его часы и кожаный ремень, борода аккуратно подстрижена, кажется, эта форма называется «якорь», и я совершенно не представляю, откуда могу это знать. Мужчина поджимает губы и изучает меня буквально пару секунд, в его темных глазах отражается работа мысли, уверена, что он оценивает меня. Затем его губы растягиваются в голливудской улыбке – яркой и пустой. - Джейн, представишь меня своей подруге? Не зря же мы столько времени убили на ее поиски! – он говорит быстро и четко, и, кажется, его трудно заткнуть. - Кейт, - Джейн изображает улыбку. – Познакомься с мистером Энтони Старком.