Секс не по работе.

На новом рабочем месте Арина адаптировалась быстро. Работа была не сложная, хоть и совмещать учёбу с работу создавало определённые неудобства, Арина справлялась. С Вадимом отношения резко изменились: стали тёплыми и, даже, в какой-то мере, близким – теперь парень часто разговаривал с Ариной, спрашивал о работе и не только, несколько раз звал девушку на вечеринки. И пару раз Арина даже пошла. Правда, из этого не вышло ничего хорошего – она чувствовала себя не в своей тарелке, даже находясь рядом с Вадимом. Пыталась краситься, но получалось несуразно, размашисто и некрасиво: Арина бросила эту затею, одевалась под стать «золотой молодежи»; однако, жалкие попытки не увенчались успехом – несмотря на работу, денег на дорогие бренды и салоны всё равно не хватало. Однажды, об этом, усмехаясь, намекнула Вера. Мерзко, так. И тогда Арина пообещала себя – это последний раз, когда она идёт куда-либо в обществе друзей Вадима. В тот день Арина впервые приехала вместе с Вадимом наедине: обычно в машине находились ещё и друзья Вадима, имён которых девушка не успевала запоминать. Всё было как обычно: со смехом и в приподнятом настроении ребята доехали до ночного клуба «Спейс». Перспектива ночного похождения напрягала Арину, но она почему-то согласилась пойти. Они добрались до клуба около полуночи, когда страсти начали накаляться. Прокуренное помещение, децибелы танцевальной музыки, усиленные судорожным дёрганьем потных тел. Арина пробиралась сквозь клубы дыма к длинной, освещенной неоновыми лампами, барной стойке, где хлопотали бармены в черных кожаных жилетках. Там и находилась Вера со своим персональным фотографом радушно встречающая своих университетских друзей. — Пойдёмте туда! Вера слегка наклонилась к Артёму, что бы перекричать музыку и кивком указала в сторону дальней стены, через танцпол, где располагались столики. Компания комфортно расположилась за одним из столов и, когда несколько парней, в том числе и Вадим, пошли за коктейлями, Вера решила познакомить всех со своим другом. — Ребят, это Тони. Он недавно приехал из Сиднея, работает там, но вдруг, на моё счастье, решил сотрудничать с нашим агентством… Тони был невысокий, темноволосый, с самой непримечательной внешностью. Он широко улыбнулся и по очереди со всеми обменялся рукопожатием. Когда дело дошло до Арины, мужчина загадочно улыбнулся и спросил: — Мы с вами не знакомы? Арина отрицательно мотнула головой. Тони откинулся на мягкое сидение и усмехнулся: — Вы кажитесь мне такой знакомой… — Боже, Тони, откуда она может быть тебе знакомой? Вера залилась смехом таким, которым обычно заливается после фразы «Разве ты - модель?». И этот смех может означать только одно – вы ущербны и ничтожны в моих глазах. Тони вскидывает бровь и, закурив, произносит: — Мне кажется, я фотографировал её для портфолио по просьбе Ирэн. Ты ведь знаешь Ирэн? Вера продолжает смеяться и к ней подключается даже Артём, сидящий рядом. Арина одаривает их взглядом, полным презрения, и спокойно отвечает фотографу: — Я не знаю никакой Ирэн. И да, я не модель. На лице Тони отображается удивления: он явно не ожидал такого ответа, а Арина с каждой минутой всё чаще задумывается, почему Вадим так надолго ушёл за коктейлями – в его присутствии Вера не вела бы себя так унизительно. — У тебя очень красивый, крупный план, думаю, тебе нужно было бы заняться модельным бизнесом… — Тони, перестань! Вера чуть не стукнувшись о стол, смеётся и, своей бурной реакцией на ничем не обидную фразу, вызывает множество заинтересованных взглядов с соседних столиков. Она запрокидывает голову назад, демонстрируя этим, что не хочет испортить макияж слезами от так развеселившей её фразы, и, улыбаясь, продолжает: — Тони, она полновата для модели… Арина продолжает смотреть на Веру немигающим взором. — Низковата… — И вообще… Тони, заметив то, что разговор утекает не в то русло, в котором должен течь резко сменяет тему. — А чем ты занимаешься, Арина? Арина встряхивает головой, отрывает взгляд от Веры и отвечает любопытному фотографу: — Работаю секретарём, учусь… — Кстати, на работу её устроил Вадим, как он подойдёт — я тебе обязательно его покажу… Арина с раздражением посмотрела на однокурсницу. Какого черта? Почему каждую секунду она должна прерывать их разговор с Тони своими никому ненужными репликами? Решая, что больше в разговоре она принимать участия не будет, Арина откидывается в кресле и смотрит в сторону танцующих: может присоединиться к ним? Вера весело смеётся и разговаривает о чём-то своём: о съёмках, фотосессиях, новых поклонниках… Когда с её уст вылетает фраза, адресованная Тони «Ну я же такая незаметная!» с очередным приступом вызывающего смеха, Арина не выдерживает и, мило улыбаясь, откровенно хамит: — Угу. Как проститутка. В монастыре. На некоторое время Вера перестаёт смеяться и вполне адекватно поддерживает беседу до того момента, как Тони решил поинтересоваться: сколько же получает секретарь в престижной фирме? Арина безразлично спокойно отвечает цифрой, а Вера, изобразив на лице печаль и сочувствие, понизив голос, говорит Тони: — Ну, я поэтому и говорю… Она на этот доход живёт одна, без чей-либо помощи ну и не хватает на салон, фитнес и все дела. А ты говоришь про модель – она неухоженная и задница у девчонки чересчур толстая, какая нафиг… Скорее всего, именно это и послужило последней каплей. Со слезами на глазах, собрав последние крупицы собственного достоинства, растоптанного настолько, насколько можно, Арина встаёт, хватает сумку и выплёвывает Вере в лицо: — Про свою химико-искусственную ухоженность можешь и промолчать, знаток женской красоты ты наш, а моя задница меня устраивает гораздо больше, чем твоя! Арина разворачивается и, выхватив у, наконец подходящего к столику, Вадима, один из коктейлей, выплескивает содержимое на Веру со словами: — А своё важное мнение можешь засунуть в свою очаровательную задницу, которой ты так активно перед всеми виляешь! Арина развернулась к Вадиму, смерила тяжёлым взглядом и прошипела сквозь зубы: — Я ухожу. Арина с трудом стала пробираться сквозь толпу. За спиной раздались крики Тони: — Ариандра, стой! Оставь свой контактный номер, я хочу тебя пофотографировать, Ариандра… — Я – Арина, недоумок, — с ненавистью распихивая танцующие тела, сказала девушка. – А-ри-на. К счастью, этому тупице – Тони не удалось догнать Арину. Она почти выбежала из дверей клуба и с наслаждением окунулась в ночную прохладу, вдохнув свежий воздух. Промозглый ветер принёс небывалое облегчение. Девушка уже собиралась направиться домой, как вспомнила – ей не на чем ехать. Выругавшись, Арина начала размышлять о том, стоит ли её ловить такси, и решила, что не стоит: денег у неё нет. Да и за всё время пока она стояла на улице, мимо не проехала ни одна машина. Разочарованно, девушка развернулась, намереваясь посидеть на ступеньках и обдумать план дальнейших действий, и наткнулась взглядом на Вадима. Парень подпирал стенку у входа и докуривал сигарету, наблюдая за действиями Арина. — Держи, тут холодно. Вадим кинул девушке свою куртку. Арина надела её и продолжала смотреть на парня. С невозмутимом видом на красивом лице, он, докурив сигарету и бросив окурок, подошёл к девушке вплотную и спросил: — Ну и что ты собираешься делать теперь? Арина безразлично пожала плечами. Она действительно не знала, что ей делать. Единственное, что она знала точно – она больше не вернётся в этот клуб. Ни за что. — Мне холодно, Вадим. Арина зябко ёжится, и Вадим обнимает девушку. Та благодарно утыкается носом в его грудь, чувствуя запах дорогого парфюма. Парень задумчиво проводит рукой по позвоночнику девушки, чувствуя под лёгким платьем, не подходящим для зимы абсолютно, каждый позвонок. — Подними голову, Арина. Посмотри мне в глаза. Арина неуверенно поднимает взгляд на Вадима. Она вздрагивает, когда теплые, мягкие губы касаются её подбородка, иногда попадая в уголки пухлого рта. Арина не отвечает на поцелуй, но и не сопротивляется, когда Вадим целует её губы невесомо так, легко, нежно. Будто длится вечность. Вадим отстраняется, ближе прижимает к себе девушку и спрашивает: — Куда поедем? — Я хочу домой. Вадим молча отводит девушку к машине и, улыбаясь, произносит: — Домой, так – домой. Это был, возможно, решающий день в их жизни. В эту ночь, около ночного клуба «Спейс», Вадим перешагнул за черту. За черту дружбы. И никто не был против. Со службой «Секс по телефону» было всё покончено, рабочий телефон с номером был сдан, и Арина могла спокойно спать ночью. Даже таинственный шантажист перестал звонить и угрожать, по мнению Арины, либо потому, что не знал личного номера, либо потому, что надоело. В принципе, всё складывалось как нельзя хорошо, если бы не… — Арин, ну что ты стоишь, иди уже, опаздываем! — Марина тянула за руку застывшую девушку. Художество, ожидавшее на стенах учебного заведения, лишило Арину дара речи. В паре метров от кабинета прикладной математики, достаточно высоко, красовалась надпись, с жирно очерченными буквами, выполненными ярко-красной краской. «Ярославцева — шлюха!» — И кто это так? — Замерла Марина, находясь не в меньшем ужасе, чем Арина. — Без понятия! — заорала Арина, пытаясь стащить мерзкий баннер со стены. Вадим со своей компанией наблюдал за происходящим в паре метров. Парень бросил взгляд на Веру, которая сидела на подоконнике в окружении нескольких подруг, с довольной ухмылкой смотрела вслед уходящей Арине. Вадим понял, кто и почему разукрашивает стены университета. Слишком очевидно всё было. — Верочка, нам поговорить надо. — Вадим подошёл к кучке девчонок и, взяв Веру под локоть, отвёл в свободную аудиторию рядом. Говорить ему хотелось тет-а-тет. Без лишних свидетелей. — Тебе не кажется, что это низко? — закричал Вадим, едва закрыв дверь. — Что именно? — Безразлично пропела рыжая. Вера хотела казаться равнодушной и удивлённой, однако у неё это плохо получалось: румянец, не свойственный её бесстыдному лицу, пальчик, отчаянно теребивший рыжие локоны, дыхание чересчур частое для спокойного состояния. Плохая актриса. — Твоё художество под потолком! — Ты так уверен, что это я? Вера склонила голову набок и посмотрела в глаза Вадиму. Он был зол. Очень зол. Но зачем? Неужели ему не безразлична эта серая мышь с не менее серым именем «Арина»? — У меня нет проблем со зрением, я видел банку с краской у тебя в сумке, — задумчиво протянул Вадим. — Но я подумать не мог, что ты опустишься до такой низости и подлости! Что тебе сделала Арина? Вера вздохнула и села на ближайший стол напротив Вадима. Зелёные глазки растерянно начали бегать под накрашенными ресницами. Даже не подозревая, что именно сейчас за дверью стоит Арина и слышит каждое её слово, девушка начала говорить, выплёскивая эмоции, свои откровения Вадиму: — А что тебе она сделала, Вадим? Что ты с ней носишься так? Мало её учителя все на руках носят, мол, сиротка, занятия не пропускает, каждое слово записывает, воспитанная, рисуют оценки, так теперь и ты! Нашёл ей работу, частенько подвозишь её, улыбаешься так, будто самый близкий и родной тебе человек! — Девушка соскочила со стола и ткнула пальцем Вадиму в грудь. — Ты, ты, ты! А она наглеет теперь! Думает — весь мир ей должен, отличница, блин, нарисованная. Теперь она наверняка думает, что ты втрескался в неё по самое не могу, не знает же, что ты из-за жалости или… Вадим покачал головой. Он знал, что Вера недалеко ушла по развитию от малолетней школьницы, но не до такой степени. — Я не из жалости, Вера, ты не права. — Вадим засмеялся, над заморочками своей поклонницы. Глаза Веры постепенно округлялись, и она, тыча пальцем то на дверь, то на Вадима, прохрипела: — Это, это невозможно… Этот урод жизни и ты… Ты хоть понимаешь какой это позор? Вадим нахмурился. Кто-то, а Вера не имеет права рассуждать по поводу того, что позорно, а что нет. Сейчас ему было всё равно, что и кто скажет со стороны на его привязанность к бедной, замкнутой однокурснице. Сейчас ему было важно одно: чувствует ли Арина тоже самое? Вера продолжала болтать что-то невразумительное, периодически распахивая глаза больше прежнего и тыча пальцем то на дверь, то на Вадима. — Ты предатель… Вера шепчет бессвязно, на её глазах застывают слёзы. Она не ожидала, что её променяют на детдомовскую девочку. Только не на Арину. Вадим, чувствуя, что разговор вскоре перейдёт на личности и больше не имеет смысла, покачал головой. Какие же жалкие эти люди! Неуверенные, закомплексованные. Думают, что могут возвыситься, унижая других. — Пошла вон! — чеканит Вадим, широко распахнув дверь у Веры перед носом. К счастью, Арина успела отойти и удивлённая, растерянная подошла к Марине. — Мы обязательно узнаем, кто написал это. — Обняв за плечи, заверила Марина девушку. — Обязательно… — Прошептала Арина. Когда занятия кончились, Арина последней вышла из аудитории. Девушка проследила, чтобы все ушли: ей больше не хотелось попадаться на глаза взбесившейся Вере. Прежде чем уйти, Арина решила подняться в уборную, дабы привести себя в порядок. Холодная вода быстро освежила помутневшее сознание девушки. Арина уже собиралась бы уходить, но её остановил грубый женский голос: — Ярославцева, тормозни. Обмен любезностями начался. Арина развернулась и увидела перед собой Веронику Еременко в компании двух её подруг — Ксюши и Елены. — Что-то хотела? — Спокойно спросила Арина. Желание разговаривать с Верой и её свитой определённо не было. Не удивительно, поскольку, зная характер Веры, можно было твёрдо заявить: её "разговор" будет долгим, тяжёлым и бессмысленным. — Поговорить, радость моя. — Пропела девушка, встряхнув рыжей головой. — У меня нет никакого желания с тобой разговаривать. — Вздохнула Арина, намереваясь быстрее покинуть уборную, и с трудом представляя, к чему может привести этот «разговор». — Слушай ты, дрянь, всем глубоко похуй есть у тебя желание или нет! — Елена наотмашь ударяет Арину по лицу, оставляя явный отпечаток своей руки. Девушка теряет равновесие и падает, больно стукнувшись о край раковины. — Милая, а желание хвостом вилять перед моим парнем есть? — Склонилась к Арине Вера, намотав её тёмные волосы себе на кулак и больно оттягивая их назад. — А на жалость ему давить желание есть, шлюшка ты безмозглая? — Ты ещё меня плохо знаешь! Очень плохо! — Вера громко засмеялась, отпустив волосы Арины и плюнув ей в лицо. — Я тебя уничтожу. Ты никто и ничто, звать тебя «Никак», сука детдомовская… Перед глазами Арины мелькали ярко-красные, лакированные туфли Веры и её длинные, худые ноги. Собрав силы, Арина приподнялась и вцепилась ногтями в наглое лицо соперницы, оставив несколько царапин, но тут же получила удар по рёбрам от Ксюши. В ту же секунду в уборной раздавались истошные вопли Вероники, схватившейся за лицо. — Тварь! Что ты со мной сделала? Я ведь… Конченная уродка! Убью тебя, мне ведь тебя не жаль, шлюха! Только и умеешь, что ноги раздвигать… Вероника собиралась, видимо, схватить несчастную за волосы и ударить о кафель, но происходящему помешала пришедшая декан. — Что тут происходит? — Сказала Ирина Сергеевна гневным тоном. Женщина осуждающе посмотрела на девушек, её взгляд скользнул по растрёпанной Арине, лежавшей на полу, по рыдающей Вере и её озлобленным подружкам. — Эта расцарапала мне лицо! — Заплаканную и несчастную Вере удавалось играть лучше всего. — Так, обе в кабинет! Живо! — Громко произнесла женщина на выходе. Дальнейшие события напоминали до тошноты фальшивую игру актёров в дешёвой драме: Вера рыдает, повествуя о том, что позировать перед камерой не сможет полторы недели, Арине читала нотации декан, периодически хватаясь за сердце и грозясь исключить обеих. Спустя пятнадцатиминутной лжи вперемешку со всхлипами, Ирина Сергеевна отпустила Веру: — Еременко, можешь быть свободна. — Вера поднялась и пошла к двери с довольной ухмылкой на лице. Как только дверь за девушкой закрылась, декан внимательно посмотрела на Арину. — Это уму непостижимо! Как такое вообще возможно? Круглая отличница, такая умница, тихая и воспитанная девочка, неужели, ты так изменилась? Ирина Сергеевна с каждым словом повышала голос, пытаясь вложить в слова свой, определённый смыл. — Нет, я не затевала эту драку, и вы это знаете… — Произнесла Арина, но её оборвали. — Я не сомневаюсь, но ты знаешь её родителей. Ты понимаешь, что больше не сможешь здесь учиться, и это никак не зависит от меня? Как бы мы не закрыли глаза на то, что произошло, но её мать поднимет скандал… Ты понимаешь? — Понимаю, — кивнула Арина. Конечно понимает, что недолго задержится в ВУЗе теперь. Ирина Сергеевна замолкает, непонимающе смотрит на Арину, сняв очки, потирает глаза и произносит ровным голосом: — Хорошо, Ярославцева, ты свободна, можешь идти. Арина вышла из кабинета и отправилась домой. Теперь, она понимает выражение «на душе кошки скребут». Именно так, девушка могла описать своё состояние сейчас. Подавленное, потерянное. Неужели она все потеряет из-за некой Еременко? Ей было так тяжело поступить именно в этот ВУЗ, она так давно этого хотела. И теперь потеряет всё из-за этой стервы Веры и её родителей. Арина остановилась. Ей нужен кто-то. Кто-то, кто поддержит. Арина набрала номер Вадима. Слёзы стекали по щекам, оставляя влажную солёную дорожку. — Алло… Ты можешь за мной заехать? Дрожь в голосе так и не получалось унять. После секундного молчания Вадим ответил: — Сейчас приеду.