Серендипность

- Итак, Стефан, - строго произнесла Джемма Фарли, глядя на своего одиннадцатилетнего брата, - слушай меня очень внимательно и запоминай. Мальчик насуплено кивнул, но вслух ничего высказывать не стал: ему, конечно, очень не нравилось, когда сестра начинала читать свои невероятно нудные (и такие же невероятно скучные) лекции, но получить от неё оплеуху за возмущение юному Стефану тоже совсем не хотелось, ведь рука у Джеммы была тяжёлая. Он мельком глянул в окно, за которым быстро мелькали пейзажи, сменяя друг друга ежесекундно, а затем вновь перевёл взгляд на сестру. Она сидела напротив, осанка её, как и всегда, была идеально прямой, руки лежали на коленях – словно она сидела не в купе поезда а, как минимум, на приёме для знатных особ. Непослушные светло-каштановые волосы, с которыми девушка боролась каждое утро, прямыми линиями спадали на плечи, из-за чего лицо и шея казались немного вытянутыми. Видя, что внимание мальчика приковано к ней, девушка продолжила: - Очень важно произвести хорошее впечатление на будущих сокурсников. Ты должен уметь держать себя на публике, а также вести себя подобающим образом в обществе. Нашей семье не нужно неодобрение со стороны других чистокровных. Стефан молчал и иногда кивал, делая вид, что слушает. На самом деле он думал о том, что если будет вести себя как сестра, то почти наверняка не сможет найти друзей, потому что с заносчивыми и чересчур гордыми людьми никто не любит водиться. Ему хотелось найти общий язык с кем-нибудь, пусть даже с полукровкой или маглорожденным, и ему было абсолютно всё равно на утверждения Джеммы о том, что Стефан – аристократ, и должен тщательно выбирать окружение. Сестрёнка, сколько он себя помнил, всегда была такой, но в последнее время все её убеждения и принципы стали слишком навязчивыми, и всё потому, что около полугода назад их семью – семью Фарли – официально признали чистокровными. Какой-то старый архивариус изучал древние свитки, и в одном из них нашёл доказательство тому, что и по материнской, и по отцовской линии все были потомственными магами, происходившими от древних родов неких Ягнуса Стери Томаса и Какого-То-Там-Ещё Стретча, а после этого родители как с цепи сорвались. Чуть ли не каждый день бегали в Министерство, требовали проследить всё генеалогическое древо… - … и ни в коем разе не затевай дружбы с разными типами низкого происхождения – это совершенно не престижно, - продолжала тем временем свой монолог девушка. – Очень многие дети из чистокровных семей попадают на Слизерин – с ними не враждуй. И учиться ты должен хорошо, уж за этим я обязательно прослежу… Джемма едва успела договорить, как в дверь их купе постучали, и в проёме показались две рыжие шевелюры. - Извините, можно нам сюда? – спросил один из мальчиков, приветливо улыбаясь. - А то все другие места уже заняты, - тут же сказал второй, и Стефан, наконец, заметил, что эти двое были похожи как две капли воды: оба рыжеволосые, с абсолютно неотличимыми лицами, усеянными веснушками. Он заметил, как оба незнакомца взглянули на него, и слегка неуверенно улыбнулся в ответ. И правда, здесь остались два свободных места у двери, а эти мальчики, наверное, сели на поезд в последний момент, поэтому с самого отъезда Хогвартс-экспресса бродили по всему вагону. - Да, конечно, - ответила Фарли-младшая таким тоном, что Стефану мгновенно стало плохо. Сестре явно не нравилось чужое общество, а заметив на ребятах не новые, уже несколько потёртые робы, в которые те сейчас были одеты, и вовсе помрачнела, но выгнать их, наверное, не позволила воспитанность. – Только попрошу вас вести себя тише, я собираюсь читать. В подтверждение своих слов девушка достала из лежащей на столике под окном сумки тонкую книжку в твёрдом переплёте, демонстрируя обложку. На ней крупными золотыми буквами было написано: «Джейд Ростин «Гордыня и предупреждение». Близнецы, уже успевшие занять места друг напротив друга, словно по команде переглянулись и неприязненно скривили носы, когда Джемма уткнулась носом в книгу и не могла их видеть. - Такие книжки обожает наша мама, - прошептал на ухо Стефану один из братьев (мальчик не мог сомневаться в том, что они братья), а второй, хоть сидел в отдалении и вряд ли что-нибудь услышал, согласно кивнул. – Жуткая дребедень. Стефан не сдержал смешка, поэтому тут же осёкся и опасливо покосился на сестру, но та читала очень увлечённо и, судя по всему, не собиралась отрываться от своего занятия до самого Хогвартса. Так что мальчик вновь развернулся к рыжим паренькам. - Полностью согласен, - таким же тихим голосом ответил Фарли. – Однажды я спросил, о чём сестра всё время читает, так она мне чуть ли не дословно содержание пересказала. Я тогда впервые заснул прямо за столом, носом в тарелке. Братья дружно усмехнулись – Стефан не успел заметить, в какой момент они втроём оказались на одном сиденье - и каждый по очереди протянул первокурснику руку для знакомства. - Я Джордж, - сказал тот, что был ближе к Фарли-младшему. - А я Фред, – Стефан пожал руку и ему (для этого Джорджу пришлось прижаться к спинке). - Я Стефан. Приятно познакомиться, – мальчик, припомнив нравоучения не только сестры, но и матери, решил последовать их словам и соблюдать правила приличия. Тем более что в этот момент он заметил взгляд холодных тёмно-зелёных глаз, направленный на него поверх книги. - Ты выглядишь нашим ровесником. Поступил на первый курс? - Да. А вы, значит, тоже? - Ага, - непринуждённо отозвались близнецы хором, причём сделали это настолько синхронно, что Стефану показалось, будто у него зарябило в глазах. - Но мы совсем не волнуемся… - …потому что у нас три старших брата… - …и они успели разболтать нам абсолютно всё. Стефан не мог не улыбнуться, отмечая, насколько ловко эти двое продолжают фразы друг за дружкой: это выглядело довольно забавно и по-шутовски игриво. Он даже подметил, что близнецы и сами веселятся от подобного баловства, если судить по широким улыбкам на их веснушчатых лицах. Наверное, они специально в этом практиковались, чтобы добиться идеальных результатов – а, может, и вовсе не тренировались, наслаждаясь своим талантом понимать один другого с полуслова. - Наверное, классно иметь трёх старших братьев, - пробурчал Стефан, косясь в сторону сестры. – А то у меня только вот это. Близнецы снова усмехнулись, переглядываясь между собой, и принялись рассказывать о своей семье. Как выяснилось, тоже чистокровной, небогатой, но вполне дружной. - Исключая Перси, конечно, он уже на третьем курсе, - жаловался Джордж (или Фред?). – Постоянно ищет, перед кем бы поумничать и с кем бы поспорить. Ребята ещё очень долго обсуждали родственников. Оказалось, у близнецов были ещё младшие брат и сестра – девяти и восьми лет, которые тоже были «с характером», за что Фред и Джордж любили над ними подшутить. Над старшими («исключая Перси») мальчики шутить не смели, ведь за это можно и оплеуху получить (как Стефан в этот момент их понимал), но на самом деле Билла и Чарли, самых старших детей семьи Уизли, ребята любили. - Чарли научил нас летать на метле, - радостно поделился рыжеволосый. – А Билл всегда играл с нами и развлекал, если нас наказывали. Дальнейшее повествование прервала полная женщина с копной подёрнутых сединой волос, проходящая мимо их купе с тележкой, наполненной разными сладостями и вкусностями, и ребята, прикупив немного, прервались на перекус. Пока Джордж и Стефан пытались выловить сбежавшую шоколадную лягушку, Фред умудрился угостить Джемму, которая упрямо отнекивалась, знаменитыми конфетами Берти Боттс и, судя по заслезившимся глазам и покрасневшему лицу, ей попалась со вкусом чили. Стефан от души посмеялся вместе с братьями, но по сжатым в тонкую полоску губам сестры понял, что это ему ещё аукнется. Уже поздним вечером, когда поезд остановился на станции Хогсмид, мальчики успели рассказать о своих семьях если не большую часть, то половину точно. Так что теперь двое проказников не упускали случая посмеяться над историей о Фарли-младшей, где она случайно зачаровала саму себя, и теперь над её головой появлялось дождевое облако каждый раз, стоило ей сказать фразу «глупые маглы». Бедная-бедная Джемма, притворно вздыхал Стефан, никто из учителей так и не смог её расколдовать. Но стенания по поводу бедняжки Джеммы лишь приводили братьев Уизли в ещё больший восторг.

***

Сгущались сумерки. Выйдя из поезда, Стефан и Фред с Джорджем стали с интересом осматриваться. Они стояли посреди длинной платформы, впереди над железной дорогой аркой возвышался красивый мостик с красными перилами, а за зданием вокзала темнели деревья и кустарники. Мимо быстро проходили старшекурсники – они явно уже знали, куда им следует идти, а в это время новички рассеяно мешались у них под ногами. - Первокурсники! – раздался громкий голос, и ребята увидели огромного высокого мужчину с лохматыми волосами и бородой. Он могучей скалой возвышался над всеми учениками, и некоторые даже оробели при виде него. В руках он держал зажжённую масляную лампу. – Первокурсники, все сюда! Подойдите ко мне! Так как толпа очень скоро поредела, новенькие спокойно смогли собраться возле великана, и через несколько минут их уже вели по узкой тропинке, уходящей куда-то вниз. Земля была влажной – наверняка только недавно прошёл дождь, и все периодически поскальзывались, но никто так и не упал; изредка кто-то спотыкался. - Ещё немного, и вы увидите Хогвартс! – пробасил своим звучным голосом великан. И действительно, когда все первокурсники остановились на берегу озера, чьи воды казались чёрными в ночи, на другой стороне все увидели гигантский замок. Даже на ночном небе отлично просматривались очертания башен и бойниц, а окна яркими пятнами светились во мраке. Дети восхищённо рассматривали здание, когда великан сказал: - Все садитесь в лодки, по четыре человека в каждую! Множество маленьких лодочек стояло у берега; дети расселись, как и было сказано. Лодки заскользили по озеру, приближая их к замку. В одной лодке со Стефаном сидели близнецы, с которыми мальчик всю дорогу продолжал обсуждать, что же такого они увидят в школе, когда приплывут. Четвёртым среди них оказался тихий паренёк с худым лицом и длинным горбатым носом, но он вёл себя довольно тихо и неприметно, поэтому никто не обратил на него внимания. - Сначала нас будут разделять по факультетам, - заявил Фред, и Джордж еле заметно кивнул, подтверждая этот факт. – Честно, я бы не хотел оказаться в Слизерине, даже Пуффендуй лучше… У нас вся семья училась в Гриффиндоре, довольно популярный факультет. Стефан уже знал о том, что всех будущих учеников разделяют на четыре факультета. Джемма поделилась с ним практически всем, что знала сама: во-первых, то, куда тебя определят, зависело только от личных качеств каждого будущего ученика, ведь предметы для изучения оставались одни и те же. Во-вторых, делать это будут на глазах у всей школы, и каждого новичка в их компании ученики определённого факультета встречают бурными овациями. Сам же Фарли не знал, куда бы ему хотелось попасть больше всего, поэтому он сразу сказал близнецам, что оставляет это на тех, кто проведёт отбор. Лодки приблизились к утёсу, на котором стоял замок, потом проскользнули через заросли, а после – плыли по тёмному туннелю, заканчивающемуся, судя по всему, прямо под Хогвартсом, и вскоре причалили к подземной пристани. В этот момент девочка, сидящая в соседней лодке, запуталась в полах собственной робы и со звучным всплеском свалилась в воду. Благо, они уже были у берега, и великан сразу вернул её на твёрдую землю, после чего завернул в своё, порядком потрёпанное, старое пальто, которое, к тому же, было велико бедной девочке так, что она в нём просто утонула. Пока они поднимались вверх по каменной лестнице, девочка несколько раз запнулась. Это вызывало смешки у близнецов Уизли, и каждый раз они получали в свой адрес неодобрительные взгляды промокшей с ног до головы ведьмы. Дойдя до конца лестницы, дети очутились на лужайке прямо перед замком. Еще один лестничный пролет — и теперь они стояли перед огромной дубовой дверью. - Все здесь? – мужчина оглядел стоявших перед ним ребят. – Отлично. Он поднял руку и три раза постучал в дверь школы. Она распахнулась, и в проёме возникла женщина в тёмно-зелёной мантии и высокой остроконечной шляпе. У неё было строгое вытянутое лицо с небольшими морщинками, заметными в свете лампы великана и факелов, горящих внутри. Интуиция подсказывала Стефану, что с ней лучше не спорить лишний раз, и его рыжеволосые знакомые, судя по тому, как долго они бросали взгляды друг на друга, тоже об этом подумали. - Профессор МакГонагалл, я тут… э-э-э… первокурсников привёл, - промямлил мужчина, словно ему было неловко в обществе этой женщины, или же он просто чего-то стеснялся. - Спасибо, Хагрид, – строгое лицо МакГонагалл тронула лёгкая улыбка, и великан немного посторонился, чтобы дать детям пройти. Трудно сказать, улыбнулся ли он в ответ, так как его кустистая борода скрывала почти половину лица. - Следуйте за мной, – профессор быстро скрылась внутри, и дети поспешили за ней. Она провела их через огромный холл вверх по мраморной лестнице. На стенах горели факелы, навевая ощущение некой древней сказки о средневековых рыцарях и приключениях, и Стефан не мог налюбоваться открывшимся перед ним зрелищем. Он, конечно же, знал немного о Хогвартсе, ведь его старшая сестра в этом году перешла уже на пятый курс и успела поделиться с мальчиком некоторыми впечатлениями, но увидеть всё собственными глазами оказалось во сто крат лучше и интереснее. Они свернули в коридор; здесь сквозь топот пары десятков ног можно было услышать гул голосов, доносящийся за массивной дверью справа, но заходить туда МакГонагалл не разрешила. - Для начала я хочу сказать вам - добро пожаловать в Хогвартс, - произнесла женщина. – Наверняка все вы знаете, что, прежде чем начать обучение, вас всех разделят на факультеты: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. Возможно, что и слава этих факультетов успела долететь до вас, но уверяю – все они хороши, у каждого богатая история, в каждом учились выдающиеся колдуны и ведьмы. Вам предстоит отбор, и куда бы вас ни определили, уважайте это решение. Ваш факультет – от первого дня и до самого окончания школы - будет вашим вторым домом. Также хочу сообщить, что за ваши заслуги вашему факультету будут зачисляться баллы, а за нарушение школьных правил или неподобающее поведение они будут, соответственно, вычитаться. По традиции, в конце года будет определён факультет-победитель, набравший больше всего баллов - это огромная честь. Церемония отбора скоро начнётся, а пока стойте здесь, я вернусь за вами через несколько минут. С этими словами профессор исчезла дальше по коридору, а дети, словно почувствовав долгожданную свободу, стали с интересом осматриваться (хотя в данном коридорчике ничего примечательного не было и в помине), переговариваться между собой и разглядывать однокурсников. Стефан заметил стоявшую в паре шагов от него девочку, которая недавно упала в воду, едва они успели доплыть до пристани. Пальто она уже успела вернуть законному владельцу, когда все вошли в замок, но ещё не обсохла и не отогрелась, поэтому дрожала от холода, по-прежнему сырая одежда висела на ней мешком, а сосульки чёрных волос залепили лицо, не давая рассмотреть его как следует. Кроме неё здесь было ещё четверо или пятеро девушек, практически все они успели сбиться в стайки и охотно знакомились друг с другом. Рядом ошивался симпатичный мальчишка с тёмно-русыми волосами, почти без умолку болтая со всеми подряд. В стороне обнаружился и молчаливый парень с горбатым носом, он сонно смотрел куда-то в стену, и его большие глаза навыкате казались особенно печальными, когда свет от ближайшего факела блеском отражался в радужке. Пока ребята общались (в большинстве своём), к ним незаметно подошла МакГонагалл, в её руках была небольшая деревянная табуретка с тремя ножками, а на табуретке – старая потёртая остроконечная шляпа, вся перешитая заплатами. Никто не знал, для чего нужны эти вещи (кроме, разве что, табурета), и дети начали нешуточно волноваться. - Что ж, пойдёмте, - произнесла колдунья, и словно по мановению волшебной палочки, дверь перед ними легко распахнулась. Это был огромный зал, освещённый тысячами плавающих в воздухе свечей, с массивными стенами и высоким зачарованным потолком, который сейчас показывал тёмное звёздное небо. Вдоль всего зала стояли четыре длинных стола, за которыми уже сидели старшие ученики, такой же длинный стол находился и в конце зала у стены, за ним сидели преподаватели во главе с директором (Стефан видел его колдографию в какой-то газете). Над профессорским столом висели огромные гобелены с изображениями гербов каждого из факультетов: золотого льва, серебряной змеи, бронзового орла и чёрного барсука. Профессор МакГонагалл подвела детей к учительскому столу и построила в шеренгу лицом к старшекурсникам. Табурет она поставила рядом и вытащила из-под мантии длинный свиток. Стефан подумал, что профессор сейчас станет зачитывать какой-нибудь список, или что там ещё может быть написано на этом пергаменте, но со стороны шляпы вдруг донеслась пара неясных «хмыков», после чего она, к удивлению всех присутствующих первокурсников, начала петь. Песня её была недолгой, но довольно содержательной: в ней она рассказала, что когда-то её зачаровали четыре основателя школы Хогвартс, Годрик Гриффиндор, Пенелопа Пуффедуй, Кандида Когтевран и Салазар Слизерин, и что каждый передал ей свой разум, дабы шляпа могла распределять учеников по факультетам после их ухода. Рассказала также, какие качества присущи выходцам любого из четырёх факультетов, например, гриффиндорцы славились своей храбростью и даже некоторой бравадой, слизеринцы – хитростью и смекалкой, пуффендуйцы – трудолюбием и упорством, а когтевранцы – умом и, как ни странно, чувством юмора. Когда же шляпа закончила петь, зал взорвался аплодисментами, но они быстро стихли. МакГонагалл аккуратно развернула свиток, находящийся у неё в руках. - Когда я назову ваше имя, вы наденете шляпу и сядете на табурет, - пояснила женщина взволнованным ребятам. – Начнём. Андерс, Роза! Из шеренги, немного неуверенно, с заплетающимися ногами, вышла та самая неуклюжая ведьма, упавшая в воду. Её лицо по-прежнему было залеплено волосами и, пока шла, она старательно пыталась придать им более приличный вид, но ничего не получалось. Она, громко вздохнув, взяла шляпу в руки и надела на голову. Шляпа, как и пальто Хагрида, была ей велика и сползла почти до носа. Несколько секунд прошли в молчаливом ожидании, и вдруг громогласный голос крикнул на весь зал: - ПУФФЕНДУЙ! Со стороны крайнего правого стола послышались неизменные аплодисменты. Роза стянула с себя Волшебную шляпу и потрусила к этому столу. - Бергамот, Шарлотта! Раздалось несколько смешков, возможно, все со стороны стола «змей». Едва Шарлотта, маленькая низенькая девочка с короткими кудряшками, которые делали её похожей на овечку, надела шляпу, как та вынесла очередной вердикт: - ГРИФФИНДОР! И снова зал наполнился ликованием. «Ало-золотые» ни капельки не пытались сдерживаться, и после их оглушительного рёва радостные восклицания пуффендуйцев, к которым к этому моменту присоединился Седрик Диггори, казались совсем вялыми. - Дорс, Дениэл! - КОГТЕВРАН! - Дюрсо, Эрик! - СЛИЗЕРИН! Вот оно, подумал Стефан, сейчас наверняка будет моя очередь. Ему правда было интересно узнать, для какого факультета он подходит, ведь, как ни крути, он понимал, что особой храбростью или умом не отличался, да и трудолюбие ему малознакомо. - Фарли, Стефан! Стефан сделал шаг вперёд, успев заметить, как близнецы демонстративно скрестили пальцы, чтобы его подбодрить. Фарли-младший сел на табурет, надел на себя старую заплатанную шляпу, которая мгновенно закрыла собой весь обзор, и стал ждать. «Интересно… - прозвучал голос в его голове, и мальчик понял, что шляпа может общаться с ним мысленно. – Не храбрец, и не шибко умён, значит… - Стефану показалось, будто шляпа повторяла его недавние мысли, словно сама обдумывала их вместе с мальчиком. – Рискну поспорить, в твоём возрасте многое ещё предстоит узнать об окружающем мире. И о себе самом. Поэтому…» - СЛИЗЕРИН! Мальчик вздрогнул от неожиданности. Что там шляпа пела о слизеринцах? «Хитры и смекалисты»? Всё-таки, Волшебной шляпе наверняка лучше знать, да и Стефан сам доверил свою судьбу чужим рукам. Тот факт, что рук у шляпы не было, значения не имел. Он стянул с себя головной убор и посмотрел в сторону стола Слизерина. Старшекурсники более или менее приветливо улыбались, хлопая в ладоши, и выглядело это очень сдержано, в отличие от Гриффиндора, но так же искренне. Стефан поднялся на ноги, метнул взгляд в сторону близнецов и тут же поразился тому, насколько те побледнели – даже веснушки проступили на лицах в несколько раз чётче. Точно, припомнил Стефан, они ведь, мягко говоря, не любят Слизерин. Эта мысль расстроила мальчика, но, тем не менее, он пожал руку нескольким теперь уже товарищам по колледжу с ответной улыбкой на губах и сел на свободное место. Шеренга очень быстро редела по мере того, как список подходил к концу. Фьюз, Гиллер, Купера и Мёрдока направили в Когтевран. Ещё нескольких девушек определили в Пуффендуй, ну а в Гриффиндор направились Ли Джордан, Оливер Вуд, Анджелина Джонсон и Алисия Спиннет. В Слизерин, помимо тех, кто уже сидел вместе со Стефаном за столом, определили Эдриана Пьюси и Зоэ Харпер. На братьях Уизли, которые, как они и хотели, направились к компании гриффиндорцев, отбор закончился. МакГонагалл скатала свой свиток, сунула обратно под изумрудно-зелёную мантию и вынесла из зала табурет с Волшебной шляпой. Когда она вернулась и заняла место за учительским столом, все без исключения ученики успели проголодаться и ждали, когда же начнётся пир. Директор Дамблдор поднялся со своего места (как смог разглядеть Стефан, его стул больше напоминал трон) и приветливо улыбнулся всем ребятам в зале. На нём была светло-голубая мантия с изображениями солнц и лун; лучистые глаза поблёскивали за очками-полумесяцами. - Добро пожаловать в Хогвартс, дорогие мои! – произнёс он. – Прежде чем мы будем пировать, позвольте сказать кое о чём важном. Хочу напомнить всем учащимся, что Запретный лес не является территорией, открытой для вас, поэтому там нельзя находиться. Также не стоит заплывать слишком далеко в озере, поскольку местные обитатели не слишком приветливы и, чего доброго, утащат вас на дно. И последнее, мой личный вам совет: не дразните собаку, даже если её не боитесь. Никто из первокурсников явно ничего не понял, но директор выразительно глянул в сторону гриффиндорского стола, и оттуда послышался заливистый дружный смех. Надо будет спросить об этом Джемму или кого-нибудь из старших, решил Стефан. Дамблдор сел на свой трон, и в эту же секунду столы стали ломиться от блюд, появившихся словно из неоткуда. Положив себе немного жареной картошки и отбивных, Фарли принялся за еду. - Удивительно! – воскликнула Зоэ Харпер, худенькая девочка с заплетёнными в косу каштановыми волосами. – Я думала, нам предложат пройти какое-нибудь испытание, чтобы разбить на факультеты, или что нас будут отбирать деканы или сам директор, но чтобы шляпа! Интересно, с помощью какой магии Основатели сумели дать ей разум? - Вряд ли кто-то знает, - поделился своим мнением Стефан. – Возможно, они знали множество секретов создания магических артефактов, которые до наших дней не дошли. - Может и так, - с дружелюбной улыбкой согласилась Харпер. – Меня зовут… - Я знаю, Зоэ Харпер, – Стефан тоже ей улыбнулся. - А ты Стефан Фарли, да? Надеюсь, мы подружимся, - взволнованно пролепетала девочка. – Всегда волнуюсь в новой обстановке… Стефану новая знакомая понравилась, главным образом потому, что была не похожа на его сестру Джемму – вот уж кого он считал невыносимым человеком. Улыбка у неё была чуть смущённой, но радостной, было видно, что в Хогвартсе Зоэ нравилось, чем она поспешила поделиться с Фарли-младшим. Так или иначе, Стефан разделял её надежды, ведь завести друга в стенах родного колледжа было проще, чем из другого (тут мальчик думал конкретно о Гриффиндоре). Только он приступил к десерту, как прямо из стен, разговаривая и шушукаясь между собой, появились самые настоящие привидения! Стефан поначалу немного растерялся – он никогда не видел живое привидение и теперь с некоторой опаской наблюдал, как полупрозрачные образы некогда живых людей порхали над столами. Но они, казалось, не обращали никакого внимания на пристальные взгляды и вежливо отвечали на приветствия старших учеников, которые давно успели привыкнуть к такому соседству. Вдруг сидевший напротив Стефана Пьюси тихо вскрикнул: прямо сквозь него пролетело привидение. Эдриан зябко поёжился и чуть не выронил из дрогнувших рук вилку. - Когда сквозь тебя проходят эти ребята, ощущения далеко не из приятных, - объяснил ребятам незнакомый старшекурсник. – А это, - он показал на виновника его лекции, - Кровавый Барон, приведение нашего факультета. Он обитает в нашем подземелье. Стефан с интересом осмотрел Барона: он выглядел более пугающим, чем все остальные призраки, глаза его были пустыми и выпученными, вытянутое костлявое лицо напоминало череп, а одежда была забрызгана серебряной кровью. - Добрый вечер, Барон! – весело поздоровался с призраком этот старшекурсник. - Добрый, - во всех смыслах замогильным голосом ответил Кровавый Барон и присел за стол рядом с Зоэ Харпер, что сидела по левую руку от Фарли-младшего. Стефан едва сдержал смешок при виде того, как глаза Харпер выпучились от испуга на манер самого привидения. Когда все ребята в зале покончили с десертом, остатки ужина исчезли с тарелок, и они вновь стали чистыми и блестящими, словно в них и не было никакой еды. Стефан почувствовал, что после такого плотного ужина его клонит в сон, поэтому спросил Мэттью Скотта (старшекурсника, рассказавшего им про Барона), когда они разойдутся по комнатам. - Скоро, сейчас Дамблдор ещё немного поболтает, и я отведу вас в нашу гостиную. В словах Мэттью скользнула лёгкая неприязнь и небрежность, но Стефан не обратил на это внимания, он сильно хотел спать. Дамблдор вновь поднялся со своего трона, и ученики замолчали, приготовившись его слушать. - Теперь, когда мы все сыты, хотелось бы добавить ещё кое-что к сказанному ранее. Наш завхоз мистер Филч будет внимательно следить за вашим поведением на переменах, также сразу скажу, что не стоит творить заклинания на переменах и, желательно, во внеурочное время. Для тех же, кто интересуется тренировками по квиддичу - они начнутся через неделю. Желающие записаться в школьные команды и постоять за честь своего колледжа в соревнованиях могут обратиться к мадам Трюк. - Пожалуйста, пожалуйста… - услышал Стефан сдавленный шёпот Скотта, и когда Дамблдор произнёс: «Давайте споём наш гимн», Мэттью так же тихо чертыхнулся. – Каждый год одно и то же. У меня этот его гимн в печёнках сидит. Директор взмахнул своей волшебной палочкой, и из неё вырвалась яркая жёлтая лента вместе со снопом искр, рассыпавшаяся на слова прямо над головами учеников. - Каждый поёт так, как ему нравится больше всего. Итак, начали! Весь зал наполнился хором голосов: Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдется, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести. Стефан старался петь со всеми, но видя, что слизеринцы лишь пропевают некоторые фразы просто для вида, а то и вовсе молчат, тоже перестал этим заниматься. Хор голосов постепенно стихал: все действительно пели так, как им самим нравилось, а потому многие продолжали петь, в то время как другие уже закончили. Стефан повернул голову в сторону гриффиндорского стола и отыскал две рыжие шевелюры. Близнецы, приобняв друг друга, заунывно и трагично тянули одну и ту же строчку о дохлых мухах в головах, чем вызывали смех у своих товарищей и сидящих близко пуффендуйцев. Настроение, которое поднялось во время ужина, снова стремительно падало. Стефан хотел и дальше общаться с Джорджем и Фредом, ему казалось, они бы могли стать хорошими друзьями, но будут ли теперь братья Уизли общаться с мальчиком, когда он попал в ненавистный для них Слизерин? Захотелось не столько спать, сколько просто укутаться в одеяло на кровати и побыть хотя бы в относительном одиночестве. Он вдруг понял, насколько быстро пролетел этот день, и мальчик был бы несказанно рад, если бы мог вернуть те несколько часов, что он и близнецы Уизли провели вместе. - О, музыка! – воскликнул между тем Дамблдор. Его глаза сверкали не то от слёз умиления, не то от веселья. – Вы знаете, юные колдуны и ведьмы, насколько величественней может быть магия музыки по сравнению с обычными заклинаниями? А теперь вам пора спать. Доброй ночи. - Фух! – Скотт быстро выскочил из-за стола. Он выглядел более чем довольным, и на его лице расцвела широкая улыбка. – Так, первокурсники, ко мне, сюда! Как я уже представился, меня зовут Мэттью Скотт, и я являюсь старостой. Это значит, что, пока вы ещё плохо ориентируетесь в школе, я буду ответственен за вас: если возникнут какие-то проблемы или вопросы, обращайтесь ко мне. Можете, конечно, и к Роуз Долз, тоже старосте, но она ленивая зануда, так что лучше ко мне. Я отведу вас в покои Слизерина, не теряйтесь, пожалуйста, и старайтесь запоминать дорогу. Они гуськом вышли из зала. Пока Скотт произносил свою речь, старшекурсники уже успели уйти, так что по пустым коридорам они шли впятером. Мэттью, спустя десять минут путешествия по коридорам, спуска с лестницы и хождения по подземельям, наконец остановился у ничем не примечательной стены, только с обеих сторон от ребят стояли пустые рыцарские доспехи. - Здесь вход в нашу обитель, - торжественно объявил он. – Чтобы попасть внутрь, надо лишь произнести нужный пароль, который из соображений безопасности меняется каждый день, и часть стены отъедет в сторону. Вот так, – он громко сказал «аспид», и небольшой участок стены, размером с дверной проём, словно вдавился в камень и отъехал куда-то вправо. – Прошу. Перед ними предстал проход, достаточно широкий, чтобы по нему могли пройти сразу два стоящих плечом к плечу человека, уводящий ещё глубже вниз за счёт недлинной лестницы. Ребята спустились вслед за Мэттью и принялись с жадностью осматриваться по сторонам. Они находились в гостиной, представляющей собой низкое длинное подземелье со стенами из дикого камня. Слева располагался камин с потрескивающим в нём огнём, украшенный искусной резьбой, а освещали помещение круглые зелёные лампы, свисавшие с потолка на тонких цепях. Рядом с камином стояло несколько низких диванов и кресел, тоже зелёных, а в углу примостился книжный шкаф высотой до самого потолка, весь заставленный различной литературой. - Так как сегодня уже слишком поздно, и вам действительно пора спать, я расскажу о нашем подземелье подробнее завтра, а сейчас, - староста показал рукой на два прохода, снова без дверей, на другом конце гостиной. – Правый коридор ведёт в спальни мальчиков, левый – в спальни девочек. Ваши чемоданы стоят возле кроватей, поэтому вы сможете разобраться, где чья постель. Хогвартс, если вы ещё не знаете, меняет количество и размер комнат в зависимости от количества учеников, а так как мисс Харпер – единственная представительница слабого пола среди первокурсников Слизерина, она получила в своё распоряжение отдельную спальню на одного человека. Она будет самой первой по коридору. Доброй ночи, - Скотт кивнул Зоэ, и та, тоже пожелав старосте доброй ночи, скрылась в левом проёме. – А вы трое будете жить в одной комнате, ваша спальня также первая по коридору. Пойдёмте. Мэттью проводил их до двери – серебряная ручка оказалась в форме головы змеи - и мальчики, распрощавшись со Скоттом, вошли внутрь. Обстановка в спальне, как и в гостиной, была минимальной, но всё же присутствовало ощущение уюта от мягких расцветок стен и мебели. Вдоль стены располагались три кровати с высокими тёмно-зелёными балдахинами; у изголовья каждой, как и говорил староста, стояли чемоданы. Под потолком порхал зачарованный светильник, похожий на огромный ярко-салатовый цветок. Стефану досталась кровать посередине, и он, недолго думая, принялся разбирать свои вещи. Сонливость, навалившаяся на него в зале, куда-то исчезла, и в голове мальчика царила полнейшая пустота. «Наверное, так и должно быть, когда ты оказываешься в новом для себя месте» - подумал он. Пьюси не стал утруждать себя чем-то кроме переодевания в пижаму и первым нырнул в постель. - Как хорошо, что я не попал в Гриффиндор, - сообщил он, закинув руки за голову и уставившись в потолок. – Там одни идиоты. Папа говорит, что гриффиндорцы только и умеют, что бахвалиться, да наживать себе неприятности. - Да уж, - поддакнул Дюрсо, складывавший учебники ровной стопкой на тумбочке, всего их было три на каждое постельное место. – Мои родители тоже будут рады, что я в Слизерине. Завтра же отправлю им письмо. Стефан закончил раскладывать вещи по полкам и плюхнулся на кровать. К нему тут же обратился Пьюси: - Ты же Фарли, да? Стефан Фарли? – Стефан утвердительно кивнул, говорить ему не очень хотелось. – Что думаешь о других первогодках? Лично я думаю, как минимум половина те ещё клоуны. Чего только стоят эти рыжие Уизли… Стефан неопределённо пожал плечами. - А Бергамот? – включился в разговор Эрик Дюрсо. – От одного имени колики в животе заработаешь! - И ещё этот пуффендуец, Диггори, кажется, вот это настоящая прилипала. Так и бегал повсюду не в состоянии заткнуться. - Лично меня это ни капельки не трогает, – Стефан, наконец, собрался с мыслями и решил высказать своё мнение, даже если его соседям по комнате оно не слишком придётся по нраву. – И было бы намного лучше сдружиться со всеми – я имею в виду не только Гриффиндор, потому что в этом году новичков оказалось очень мало, и первокурсники наверняка будут ходить на занятия вместе. А что до клоунады… ну и пусть, кому какое дело? Я не стану обращать внимания, пока меня это не касается, – видя, что Дюрсо и Пьюси хотят что-то сказать, Фарли взял свою пижаму и начал переодеваться. – Доброй ночи. На этом и закончился первый день Стефана Фарли в школе чародейства и волшебства Хогвартс.