Эскрима

от автора: глава не получилось сильно эмоциональной, наверное, потому что у самой меня нет на данный момент эмоций. Ни положительных, ни отрицательных, никаких короче. Отдельное спасибо моей бете^^. Приятного вам прочтения) Хичоль, оказавшись на улице, помчался в неизвестном направлении. От резких движений тело заныло, а волосы слиплись на лбу. Кажется, у него поднялась температура. Но это неважно. Парень выбежал и резко закрыл глаза, а потом осторожно приоткрыл их. Хичоль перешел в Верхний мир, где все было ярким и пестрым даже ночью. Хи оглянулся назад и посмотрел на переулок, из которого выбежал: старые коробки, грязь, разрисованные черной краской стены, вонь. Мужчина вздохнул, развернулся и шагнул обратно, переступая грань. Ему не место среди всех этих людей, которые идут по красивой улице и беспечно улыбаются. Так было раньше, так есть сейчас, и так будет всегда. Почему-то ему вновь вспомнился учитель и те дни, когда он еще не остался один на один сам с собой. Хичоль помнил старый склад, который они называли домом, стоящий на берегу реки. Их тогда было десять парней, включая Хи, и три девчонки. Хичоль примкнул к банде последним. Ему тогда было всего двенадцать. Грязные всклоченные до лопаток волосы, испачканное лицо, порванная штанина и заляпанная майка, и лишь глаза сверкали из-под челки, озлобленно и недоверчиво глядя на мир. Наверное, именно этим парень и привлек Джона Сторесса, бывшего военного, он же и привел Хичоля в новую семью. Девчонок миловидный парень покорил сразу, но не парней. Они упорно не хотели его признавать, постоянно подставляли, когда выходили на дело, недодавали еду и вообще вели себя не как дети, а как жестокие твари. Но Хичоль не был бы Хичолем если бы не плюнул этим выскочкам в лицо. И парень начал тренироваться, чтобы стать сильнее. Каждый день, с утра до поздней ночи, разбивая руки в кровь, стирая кожу ног, он пытался стать сильнее. Джон видел жалкие попытки мальчика и решил помочь ему. Сторесс начал обучать Хи искусству дантэ, искусству выживания. Это были жестокие пять лет. Сторесс учил парня на живом примере, стравливая ребенка с взрослыми мужиками. Хичолю приходилось быстро и точно выполнять все указание учителя, если он хотел выжить, а с помощью инстинкта самосохранения, все данное усваивалось быстрее. В конце концов, за пять лет Хичоль научился не только навыкам убийцы, но и воспитал в себе ярость, которая стала уже скорее привычкой, нежели каким-то чувством. Движущий механизм, да и только. Хи было семнадцать, когда учитель покинул этот мир, и покинул он его красиво, одержав великолепную победу над своим врагом, а потом скончался от прогрессирующей болезни. Тогда Джон сказал Релле: -Я сделал все, что мог, чтобы ты чувствовал себя защищенным, я сделал в этой жизни все, что запланировал. Однако есть то, о чем до сих пор жалею, это… Он не успел сказать самое главное, глаза Сторесса медленно закрылись. Почему он вспомнил это? Ах, да, ему еще рано сдаваться, он пока ничего не добился в этой жизни, чтобы уходить на покой. Становится тяжелее дышать, а грудь ужасно жжет, горячее дыхание царапает горло. Хичоль понимал, что его состояние стремительно ухудшается, но сделать ничего не мог. Он шел, стараясь не держаться за грязные стены, просто двигался вперед из-за отсутствия другого выхода. Хи делал так всегда, он просто шел. Просто в никуда. Парень присел на лавочку, которая стояла перед круглосуточным магазином под развесистым дубом. Хичоль уткнулся лицом в ладони, пытаясь утихомирить болезнь. Вдруг кто-то сел рядом с ним на лавочку, и чужая рука сжала его колено. - Сколько за раз? – спросил мужской голос. Хи скосился и увидел мужчину лет сорока, с легкой сединой на волосах, он жадно облизывался. Возможно, в другой раз Релла и согласился бы, но сейчас не тот случай. Красноволосый отвел свою левую руку к правому уху, сжал кулак и со всего размаху врезал домогателю по лицу так, что тот упал спиной назад с лавочки и ударился головой. Парень встал, и, шатаясь, побрел дальше. С его лица стекал холодный пот. Время близилось к рассвету. *** Учитель, вы мне нравитесь. Учитель, вы мне нравитесь. Учитель, вы мне нравитесь. Хекдже перечитал эту строчку раз сороковой, он пытался вспомнить кто такой Ли Донхэ, но память услужливо ничего ему не подкидывала. Ну что же он спокойно узнает это на шестом уроке, когда этот класс вернется обратно. Однако, черт возьми, кто этот парень? В груди Хекдже зашевелилось странное чувство. Тем временем Донхэ летел, словно на крыльях, он признался, пусть и не в глаза, что Ынхек ему нравится, совсем не учитывая того, что, во-первых, что это отношения учителя и ученика, а во-вторых, отношения между парнями. Но разве окрыленному что-нибудь вдолбишь? Нет конечно, он и слушать не будет. Следующим уроком была двойная физкультура, Донхэ ее просто обожал. Не надо напрягать мозги, на свежем воздухе, а если повезет, то никаких нормативов сдавать не надо и можно будет погонять мяч. В раздевалку он зашел последним, там раздевался один из новеньких, Сонмин, кажется. Хэ не обратил бы на него и внимание, если бы не одно «но». По спине парня тянулось тело черного дракона со светло-голубыми бликами, а голова переходила на грудь. Мин заметил, как на него уставился Фиши и улыбнулся. - Нравится? - Очень красивая, - тихо проговорил Донхэ. Мин лишь хмыкнул и натянул черную майку, а затем вышел из раздевалки. Хэ быстро переоделся и вышел на стадион. Парни уже делились на команды для игры в футбол. Капитанами, как ни странно, были новенькие. Когда всех перераспределили, в команде Сонмина не хватало одного человека, поэтому Рыбка присоединился к ним. Через несколько минут, когда все встали на свои места, началась игра до первого гола. Хэ и Мин были нападающими и действовали в паре. «Он быстр. Очень быстр. Я едва за ним поспеваю. А эти ноги? Они невероятно мощные», - с восхищением подумал Рыбка, пасуя Сонмину. Препятствием их комбинации стал Кюхён, который перехватил их мяч. Хэ подумал, что ловить тут уже нечего и остановился, однако Сонмин побежал дальше, преследуя Кю. И тут на поле разразилась битва. Мин отбирал мяч у Кюхёна, а Кю у Сонмина, и в тот момент, когда Тыковка одержал вверх, соперник сделал ему подсечку. Это разозлило Сонмина, и он с пеленой ярости на глазах плечом толкнул парня, а ногой наступил на его ногу. Кюхен, не ожидавший такого нападения, затормозил, это стоило ему победы. Мужчина удивленно смотрел на Минни. Донхэ тоже уставился на него. Сонмин, дойдя до Рыбки, притормозил и произнес: -Если ты всегда будешь сдаваться на полпути, то никогда ничего не добьешься, да и то, что есть, отберут. Ты – слабак. Хэ посмотрел на удаляющуюся спину парня и горько вздохнул; ему было обидно. Хотя Фиши понимал, что парень прав, однако гордыня не давала ему это признать. Реук, попивая горячий кофе, наблюдал за этой ситуацией через окно медкабинета и улыбался. - Никакой конспирации, как дети. Ладно Кюхён, но Сонмин… не ожидал от него такой агрессии. Как считаешь? – обратился Вукки к Йесону, который лежал на животе на кушетке. В его спину были воткнуты медицинские иглы. Чонун что-то промычал, но ничего не сказал. Реук оторвался от окна и перевел взгляд на Черепашку, один взгляд на его спину и у парня начали подгибаться колени. Реук, как только увидел Йесона, сразу начал строить план по его порабощению. Вукки и сам не понимал, что его так зацепило, но это не меняло суть – Реук хотел Чонуна, и он его получит. Ким Реук – единственный человек из их команды, кто до сих пор, несмотря на свою работу убийцы, не потерял человечность. Он прожил всю свою сознательную жизнь в Китае при маленькой больнице со стариком, который в ней работал и который спас подростка от смерти. Уже тогда Вукки знал всю ценность жизни, может, поэтому он и пошел по стопам своего «отца», став доктором. Он видел, как рождается на свет маленькая хрупкая жизнь, он сам держал ее в руках и чувствовал, как в маленькой груди трепещет новорожденное сердце. Только это чувство уже заставляло его собственное сердце биться сильнее. Но судьба, как и с остальными, вновь сыграла против него. Месть. Это чувство идет с ним по жизни. Он живет ради нее, потому что ему есть за что мстить.