A brilliant plan

- Мы пьяны - спустя секунду категорично заявляет Джэхван, хмуря брови. Даже несмотря на шальные мысли о том, что он действительно этого хочет, что-то подсказывало Кену, что секс в пьяном виде - это не самое правильное решение для этого вечера. - Да, - смеётся Хонбин. - Хотя.. ведь совсем чуть-чуть? - Но ты.. ээ.. - Джэхван проглатывает неоконченную фразу. - Я не думаю, что это хорошая идея. - Всё в порядке. Я думал об этом не раз. И очень долго хотел.. Хонбин опускает глаза, бросая на Кена застенчивый взгляд из-под опущенных ресниц. Тени красиво ложатся на его лицо, очерчивая скулы, и в этот момент Джэхван думает только о том, что это, безусловно, нечестная игра. Он не может винить своего друга за его непреодолимое желание заняться сексом, так как прекрасно понимает сам, что без этого сам сошёл бы с ума или взорвался. От подобного воздержания Хонбин видится ему святым, не иначе. Внезапная мысль пронзает сознание: интересно, о ком думает Бин в те моменты, когда тело жаждет разрядки. Первым, как ни странно, на ум приходит Пак Хёшин, и Кену хочется досадливо рассмеяться от обжигающего чувства ревности где-то в груди. - О ком ты обычно думаешь? - вырывается прежде, чем он успевает задуматься над разумностью своего вопроса. - Пак Хёшин-хён? Хонбин от неожиданности замирает, его лицо заливает краска. - Я.. нет.. боже, почему ты об этом говоришь.. - бормочет он. - Я никогда не... ох. Он торопливо закрывает лицо руками, оставляя на виду лишь покрасневшие уши, что Джэхван находит безумно умилительным. Но ревность не даёт ему покоя. - А кто тогда? - с нажимом спрашивает Кен. - Эн-хён? Лео-Хён? Может быть, Рави? О нет, только не говори, что Хёк. Или это вообще не из нашей группы ребята? Погоди, погоди.. неужели, это менеджер-хён?.. - Замолчи! - смеётся всё ещё красный Хонбин, шутливо ударяя вокалиста в плечо. - Я.. ладно, в основном, я думаю о тебе. Теперь ты доволен? Да, теперь Джэхван определённо доволен. Он даже может назвать это чувство счастьем, в порыве которого так хочется сгрести Хонбина в охапку и крепко обнять. Покуда смысл сказанного полностью не доходит до опалённого алкоголем сознания Кена, а воздух не перестаёт циркулировать в лёгких. - Значит.. ты трогал себя? - Я.. Да... Я также.. - Хонбин застенчиво закусывает губу и делает глубокий вдох - я также помогал себе пальцами.. Прекрасное джэхвановское воображение тут же любезно подкидывает ему чудесные образы лежащего на спине Хонбина с разведёнными в стороны ногами, с собственными пальцами внутри себя, в сладкой истоме запрокидывающего голову и кусающего губы так, что сохранить спокойствие... Чёрт. Хонбин оказывается опрокинутым на спину слишком неожиданно для него самого, глухо ударяясь головой об пол и ойкая. Но у него не хватает времени подумать о боли в затылке, потому что в этот момент он уже улыбается Джэхвану, чьё лицо находится в нескольких сантиметрах от его собственного. Взгляд Хонбина задерживается на таких близких, пухлых и желанных губах, что заставляет Кена поддаться на эту провокацию и впиться в парня жадным поцелуем. Через несколько секунд он отстраняется, чтобы запечатлеть в памяти представший перед ним образ - Хонбин безумно красив с этим ярким румянцем на щеках и сияющими от возбуждения глазами. - Поцелуй меня ещё, - невесомым шёпотом выдыхает он в губы вокалиста, и Кена не нужно просить дважды. Он проскальзывает языком в тёплый рот Хонбина сквозь приоткрытые губы, и тот, не сдерживая судорожного вздоха, отдалённо напоминающего тихий скулёж, чуть прогибается в спине, сильнее прижимаясь к Джэхвану , словно стремясь стереть любое расстояние между ними. - Чего ты хочешь? - хрипло спрашивает обезумевший Джэхван, тяжело дыша вблизи вкусных губ, от которых ему на мгновение удаётся оторваться. - Я хочу.. чтобы ты сделал это со мной, - еле слышно выдыхает Хонбин, и он кажется всё ещё застенчивым, но в то же время уверенным в принятом решении. Игриво укусив Кена за нижнюю губу, он заглядывает в бездонный омут тёмных глаз. - Пожалуйста?