Любовь спустя три года

POV Дженисис После репетиции я сразу поехала к нам домой. «Наш дом». Меня передергивает от этой фразы. Я мечтала, что я буду жить с Зейном. Тогда, когда была влюблена в него по уши и не замечала того, каким мудаком он был. Но прошло время, у меня появилось чистое видение на окружающий мир, и мои розовые очки упали после того, как он бросил меня. Как странно, люди не замечают, когда влюблены. Ничего не видят вокруг себя. Для них весь мир прекрасен, и люди идеальны, но в то же время для влюблённых и нет этого мира. Они наслаждаются друг другом, не замечая никого и ничего. Также они и не замечают того, какой их партнер на самом деле. Как делала это я. Не замечала того, какой был Зейн, да, в принципе, каким он и остался. Эгоистом, которому ничего не нужно, кроме своих потребностей, который будет делать тебе больно, при этом заглаживая все красивыми словами. Такие люди отвратительны тем, что они не заботятся о чувствах других. Я снова рассуждала обо всем по дороге домой. Приехав, я припарковала машину и прошла в квартиру, его не было. Я не стала обращать на это внимание и, пройдя в свою комнату, переоделась. Приготовив себе перекусить, решила посмотреть телевизор. Удобно устроившись на большом и мягком диване, я включила комедию и полностью погрузилась в фильм. Только мне было не смешно, вся голова была забита Маликом. Он так и не пришел домой, хотя уже вечер, где он может быть? Как по заказу, я слышу щелчок двери и топот ног. Зейн проходит в гостиную и садится рядом со мной. Я даже не смотрю в его сторону, дальше продолжая пялиться в экран. Он тяжело вздыхает и тихо шепчет: - Прости. Перевожу на него взгляд, мои глаза округляются. Я чертовски злюсь: - Что? - Прости, я переборщил что-то, - говорит он, смотря на меня. - Да ты издеваешься! - кричу я, вскакивая с дивана и поворачиваясь корпусом к нему. - Что? - Что? Ты смеешь сначала накричать на меня, уйти, а потом прийти и сказать это твое тухлое «прости», и что мне с ним сделать? На диктофон записать и перед сном каждый день прослушивать? Ведь сам Зейн Малик, сказал мне "прости", - возмущалась я, жестикулируя руками. - Нет, - ответил он. - Что "нет"? Ты вообще за что сказал это "прости?" За сегодня? Или сразу за все? За все удары, за всю боль и мучения. За что это? – продолжала я кричать. - Я говорю прости, значит, ты должна понять и выслушать меня, - начал уже кричать он. Мой рот поздоровался с полом. Я изумленно смотрю на него. Как у него язык поворачивается говорить такое? - Что? Я должна выслушать тебя? – спрашиваю я, истерически смеясь. - Да, должна, - отвечает он грубо, вставая с дивана и подходя ко мне. Он встает прямо передо мной и смотрит сверху вниз. Испепеляет своим взглядом, словно пытается зажечь взглядом костер. А я дрова, которые не поддаются, тупое сравнение, но у меня именно такое чувство. - Я ничего тебе не должна, - отчеканила я каждое слово. Зейн с размаху хватает меня за руки и тащит назад, пока я не соприкасаюсь спиной с холодной стеной. Малик ставит свои руки по бокам от моей головы. Глаза его горят, рот приоткрыт, дыхание прерывистое - он злой. И его повод злиться снова является в моем лице. Это снова я. - Как же меня раздражает то, какой стал у тебя поганый ротик, так и хочется его почистить, - шипит он мне в лицо. - Пошел к черту, - отвечаю я, смотря в его горящие глаза. Это только больше разогревает его. - Я тебе уже тысячу раз говорил не грубить мне, тебе мало? Хочешь, чтобы я сделал больно? – спросил он. - Ты всю жизнь делаешь мне больно. Я привыкла. И знаешь, что? Твои угрозы в мой адрес больше не действуют, - произнесла я. - Да? И чем же я делаю тебе больно? – спросил он. - Своим присутствием в моей жизни, - грубо ответила я. Его глаза тут же меняются, он отходит от меня, словно я обожгла его. Он отходит все дальше от меня, а я отталкиваюсь руками от стены и смотрю на него. Такое чувство, будто мои слова задели его. Словно они задели его чувства. Только о каких чувствах может идти речь? - Тебе действительно причиняет боль мое присутствие? – спросил он тихим голосом. Я не узнаю его. Он смотрит на меня, и его взгляд... В нем что-то меняется. Что-то не так. Я задела его. Только чем? Он ведь ничего не чувствует ко мне. - В последнее время, да, - сказала я, - но это ты виноват. - Да, я понял, - проговорил он. - Ты в порядке? - Тебе не наплевать ли? Займись своими делами, Ди, - ответил он снова в грубой форме. Развернувшись, Зейн ушел. Снова хлопнула входная дверь. А я даже не почувствовала, как слеза скатывается по щеке. Как же я устала от этого. Когда это все кончится? Не понимаю, что с ним? Его поведение такое странное: то он грубый, то в его глазах я вижу доброту и нежность ко мне. Но эта доброта быстро исчезает, прячась за маской безразличия. Он словно портится. Только от чего? Или от кого? Я в слезах упала на диван и проревела оставшийся вечер. Мне нужна перезагрузка. Я устала от этих наездов с его стороны. Он давит на меня, он убивает меня. Морально. И я уже готова, чтобы убил и физически. Так мучить может только он. На протяжении всех лет я мучаюсь от его рук, слов, действий. От него. Сначала он любил меня так, как я хотела. Когда бросил, я мучилась три года, не видя его, намучилась, и вот он снова тут. И он снова добивается того, чтобы сломать меня, растоптать и унизить. Он словно питается моей болью, как вампир или голодный волк. Мне это надоедает, но я уже не смогу без него. Я должна, но не могу. Спустя три часа моих слез, которые продолжали литься из мох глаз, у меня зазвенел мобильник. На экране высветилось «Гарри». Уже два ночи, что так поздно? - Алло? - Ох, Дженни, привет, это я, - начал тараторить Стайлс. - Я поняла, Гарри, - ответила я. - Тут такое дело, ты не могла бы приехать в клуб и забрать Зейна? - как-то смутившись, попросил он. В его голосе я слышала неуверенность. - Эм… А почему я? – я спросила как-то неуверенно. - Он больше никого не слушает, все время кричит твое имя, он ужасно пьян и ничего не соображает. Пожалуйста, ты можешь приехать? – спросил он. Я задумалась, а нужно ли мне ехать? Он накричал на меня. Снова. И вот я должна ехать к нему, раз с ним что-то случилось. Не слишком ли много чести для Малика? Столько вопросов крутилось в моей голове. Но Гарри сказал, что он говорит только обо мне, и раз его не могут успокоить друзья, то я должна поехать и посмотреть, что там. Тяжело вздохнув, я все же ответила: - Хорошо, Гарри, я приеду. - Отлично, спасибо, Дженни, я буду ждать, адрес скину смс, - сказал Гарри и повесил трубку. Я встала с дивана и пошла умываться, мои глаза ужасно опухли от слез, надену очки, подальше от папарацци. Умывшись и переодевшись, я все же поехала в этот клуб.