Любовь спустя три года

Дорогие мои, простите меня за такую большую задержку, знаю, это не простительно. Но у меня огромный завал с учебой, пишу, когда могу, когда есть время и есть вдохновение. А эти два критерия совпадают очень редко. Я и так не пишу что-то еще, кроме этой работы, пока что. Хочу закончить ее. Постараюсь написать еще парочку глав в ближайшее время, потому что во время сессии я писать не смогу и продолжать буду только в конце января на каникулах. Спасибо вам за то, что ждете. Я вас очень люблю! Знаю, что давно не отвечала на комментарии, но это не значит, что я их не читаю. Я еще как читаю, и они меня очень радуют. Отвечу на все. Обещаю! Чтобы эту главу читать было легче, пройдитесь глазами по прошлой. Спасибо вам, и удачи, милые:*

      Я не могла быть беременна, я не могла забеременеть, и я не верила в это. Подняла глаза и снова посмотрела на свое отражение в зеркале: прямо в глаза, а они уже были полны слез. Воспоминания ранили. Это всегда было и есть правдой, они всегда задевали именно то, что ты так отчаянно пытался забыть, то, что ты пытался вырвать из своей памяти.       Никогда не любила плохие воспоминания. Никогда не любила вспоминать то, что так хотелось забыть, избавиться, стереть, зачеркнуть и просто уничтожить из своей памяти. Никогда не любила вспоминать тот день, день, когда Зейн впервые бросил меня, когда он растоптал всю меня в нашу же годовщину. Никогда не любила и не люблю. Но смотря на этот тест, я вспомнила то, что еще должна была сказать в тот вечер, то, что еще в тот вечер разрушил Зейн Малик. Он разрушил жизнь. И это была не только моя жизнь.       Я отошла от зеркала, слезы начали течь из глаз, я села на край ванны и закрыла лицо руками. Я не хотела вспоминать это все, но картинки того вечера сами появлялись у меня в голове.       В тот день, когда еще существовала та старая, маленькая и милая Дженисис, когда она еще верила в светлый мир со счастливым концом, со счастливой семьей и с радугой. В тот день, когда я хотела, чтобы наш с Зейном вечер прошел безупречно, чтобы в конце того дня я сказала ему кое-что важное, кое-что, что должно было все изменить. То, чего не произошло. А произошло совсем другое.       Я была беременна тогда. В тот самый день три года назад я должна была сказать Малику, что он станет отцом. В тот день, когда это не случилось, тогда, когда он все разрушил. Я была так рада тому, что была беременна, была счастлива. И я действительно верила в то, что все будет хорошо. Что он обрадуется, скажет, как любит меня, поднимет на руки, закружит в воздухе, поставит на пол и, наклонившись, поцелует мой еще не выпирающий животик. Но вместо этого он сказал, что не любит меня, что я не для него, и просто ушел...       Вместо того, чтобы радоваться, вместо того, чтобы обсуждать то, каким будет наш будущий ребенок, я проплакала весь вечер, разбила всю посуду в доме, несколько раз порезалась, несколько раз попыталась вскрыть себе вены, но останавливалась только из-за того, что все же понимала: он того не стоил, и я должна была ему это доказать.       Жаль, жаль, что я тогда сделала это. Я ненавижу себя за это, я жалею об этом поступке, но тогда другого выхода у меня не было. Я была еще слишком мала и глупа, чтобы мыслить здраво. Да и к тому же: мне тогда было слишком больно после слов Малика, я так его ненавидела, мне так хотелось сделать что-то такое, чтобы он пожалел об этом, пожалел о своих словах. Но в итоге жалела только я.       Аборт. Никогда не думала, что когда-нибудь опущусь до такого, что я когда-нибудь сделаю аборт. Я сделала его в слишком молодом возрасте. Тогда я не просто лишила себя ребенка, но и лишила последующего шанса иметь детей. Врач сказал, что если я сделаю аборт, то потом я не смогу больше родить. Я согласилась на это и спустя пару лет даже смирилась.       Я не смогла бы оставить этого ребенка, я бы не сказала об этом родителям, тогда бы я и их лишилась.       Но что я вижу сейчас? Я беременна? Как такое может быть? Как я могла снова залететь от этого сукина сына? Возможно ли это? Все, что меня мучило, съедало меня изнутри. - Он просто так меня не оставит, - со всхлипом произнесла я.       Встав с бортика ванны, я подошла к умывальнику и включила холодную воду. Подставив под нее руки, я ахнула от неожиданности: меня словно пронзили тысяча маленьких колючих иголок, но я не отошла: наоборот, набрала воды в ладошки и, согнувшись, плеснула в лицо. Это немного взбодрило меня. Я понятия не имела, что мне делать дальше.       Беременная певица в моем возрасте, да еще и без мужа не предвещала ничего хорошего. Что по этому поводу скажет мой менеджер, я даже не представляла. А что мне делать тем более. Но я оставлю этого ребенка: только потому, что это, возможно, мой последний шанс на то, чтобы вообще иметь детей. Второй раз играть с судьбой не стоит.       Выйдя из ванной, я направилась на кухню. Налив стакан воды, я села за стол и выпила его залпом. Столько мыслей в голове, но ни одного решения. Просидев так почти час на кухне и смотря в окно, я не пришла ни к каким выводам. Я решила выйти на улицу и проветриться, к тому же мне нужен новый телефон.       Вытащив сим-карту из старого мобильника и переодевшись в более менее нормальную и чистую одежду, а точнее надев просто черный спортивный костюм, я отправилась в магазин. Хорошо, что такие магазины, как продуктовые и с разной техникой находились очень близко, и мне не нужно было даже брать машину.       Журналисты и фанаты были даже здесь, на первых я не обращала внимания. Но вот с фанатами пообщалась и даже сделала пару фотографий, но попросила сильно их не распространять, на что они согласились. Все-таки они очень даже милые. Я поболтала с ними, на вопросы о Малике я отмалчивалась и говорила, что это отдельная тема.       После этого я все-таки купила телефон и, только включив его, получила кучу сообщений о звонках. Большинство от Малика и Тима. Первому я звонить не собиралась, а вот второму нужно было. Набрав Тима, я почти сразу услышала крик в свою сторону из трубки. - Какого черта? - Тим, не кричи, - только успела сказать я. - Не кричать? Ты издеваешься? Мне нужно, чтобы ты была у меня через сорок минут и выступила у одного влиятельного человека, - кричал он в трубку. - Я говорила тебе, что я не выступаю на таких вечеринках - для парочки потных и толстых мужиков, - скривилась я, почти подходя к дому.       Поднявшись по лестнице, я открыла дверь в квартиру и продолжала слушать вопли Тима, это начало меня злить. У меня свои проблемы, которые нужно решить. - Нет, у меня проблемы, и мне не до этого. Пока, - сказав это, я бросила трубку.       Мне нужно с кем-то поговорить, но я не знаю, с кем можно поделиться таким сокровенным. Нужен такой человек, который выслушает и поможет. Возможно, я знала одного. Набрав номер человека, которого я давно не видела, я почувствовала, что мне даже как-то полегчало из-за того, что я звоню именно ей. - Да? - услышала я в трубке. - Привет, Барбара, - произнесла я с улыбкой. - Не хочешь встретиться?