Хронос и Деймос

Хронос подарил им две наполненных солнцем и счастьем недели. Северус немного загорел, и глубокие лиловые тени, залегшие под его глазами, исчезли без следа. Он таскал своего «неотесанного балбеса» по музеям и театрам, а один раз даже согласился пойти с ним в ночной клуб. Правда, уговорить его снова облачиться в рваные джинсы Деймос не смог, но в обычных, темно-синих, он тоже неплохо смотрелся. Они бродили по белоснежному песку, держась за руки, и, пожалуй, впервые просто говорили обо всем на свете: о книгах, зельях, общих знакомых, родовой магии и квиддиче. Мутная горечь, осевшая на самом дне их душ, понемногу размывалась лазурными ласковыми волнами, будто Судьба пыталась убедить своих заблудившихся детей в том, что в жизни не все еще потеряно. Что все еще впереди. Будто показывая, каким может быть будущее, до которого осталось совсем немного. Северус будто оттаивал, распускался, как бутон после дождя, даже стал улыбаться без того, чтобы, спохватившись, сразу же нахмуриться. - Я буду очень спешить, - Деймос целовал мужа, игнорируя слабые пока вибрации Хроноса. – Я люблю тебя. Помни об этом. Скоро ты заснешь, а проснешься уже в моих объятиях. - Два года. - Знаю. Рецепт я запомнил, я все сделаю так, как нужно. Я тебя не подведу. - Ты же Поттер. - Да. А потому я все проверю триста раз, если уж совсем никак нельзя без этой комы. - Нельзя, потому что в будущем она есть. Заодно и тест на людях. - Глупость какая. Деймос зарылся лицом в его волосы, жадно вдыхая их запах и чувствуя, что не в силах оторваться. - Обещай мне, - наконец, попросил он. - Что? - Что не передумаешь. Что доведешь все до конца, что дашь мне шанс стать Деймосом. Стать собой. Быть твоим. - Обещаю. - Помни меня. Помни, Северус. Не смей забывать, как сильно я тебя люблю. Я замкну круг, я все исправлю. Еще долгих полминуты он целовал супруга, а потом медленно, будто нехотя, растаял в теплом вечернем воздухе. Северус остался один. Вместо тоски и горя им овладело теперь нетерпеливое предвкушение. Так ребенок никак не может уснуть в Сочельник, мечтая скорее добраться до подарков, которых ждал целый год. Тоскливое ожидание, обычно омрачаемое осознанием того, как долго еще ему быть в одиночестве, уступило место нетерпению. Мысленно решив не искать больше встреч с Поттером, чтобы ничего не испортить, Северус сжал портключ, и уже через мгновение был в Робийяр-мэноре. *** В настоящем Гарри медленно подошел к кровати, на которой мирно спал его верный, терпеливый, безумно дорогой сердцу супруг. - Вот все и закончилось, Северус, - сказал он, отбрасывая легкое одеяло и нежно проводя ладонью по бледной узкой спине. – Мои губы еще помнят наш последний поцелуй, а ты… как ты пережил эти самые длинные два года? Я спрошу у тебя, очень скоро – всего через неделю. Я знаю, ты слышишь меня, и я хочу, чтобы ты знал – я приму любое твое решение. Если к моменту пробуждения ты… ничего ко мне не будешь чувствовать… Договорить он не успел. Вокруг Северуса воздух сгустился, и в следующий момент руки Гарри будто коснулось невесомое, едва ощутимое дыхание. - Прости, не хотел сомневаться в тебе. От души отлегло, и подавляемый долгое время страх не справиться вдруг исчез. Не может не получиться. Гарри быстро сбросил с себя короткие белые шорты, кроссовки и футболку, скинул белье и забрался к мужу под одеяло. - Мы всю ночь занимались любовью, - поделился он с блестящими волосами Северуса, закрывшими ухо и шею. – Мне тоже не восемнадцать, а потому все буду решать, когда высплюсь. Дел – навалом. Да и на Хроносе горит последний огонек. Я знаю, куда он меня перенесет в последний раз. И мне тем более нужно восстановить силы перед последним рывком. Он подгреб мужа к себе, наслаждаясь тем, как родная магия привычно ластится к нему, сплетается, сливается в одно с его силой. - Все будет хорошо, - тихо пообещал он, засыпая. – Но завещание я тоже составлю. Не хочу и не стану жить без тебя. *** Проснувшись на следующее утро, Гарри первое время не понял, что он в настоящем – слишком редко он бывал здесь, слишком много времени проводил в прошлом, с Северусом. А потому, поглаживая гладкие ягодицы собственного мужа, вдыхая запах его волос, обхватывая ладонью бодро отреагировавший на это безобразие член, он был уверен, что сейчас услышит в ответ сонное: - Отвали, Блэк. Дай выспаться в кои-то веки, маньяк озабоченный. Но Северус даже не пошевелился, что немного удивило. Обычно он просыпался моментально, стоило заворочаться рядом. - Сев… хочу тебя… ммм… о, черт! Прости. Ты в коме, а тут я со своим утренним стояком. Северус приоткрыл губы и тихо, едва слышно застонал. - Я сейчас. Мерлин, не повезло тебе с супругом. Я… сейчас. Перевернув спящего на спину, он удобно устроил его среди подушек и жадно вобрал его член в рот. Северус не пошевелился, но задышал чаще, так, что опутывавшие его диагностические чары запищали, вспыхнули красным, показывая, что пациент явно нестабилен. Пока Гарри доводил до оргазма мужа, да и себя заодно, камин вспыхнул, и из него выпал Сметвик, одетый в наспех застегнутый халат. Обычно гладко зачесанные седые волосы его торчали во все стороны, а пенсне болталось на длинной цепочке где-то в районе большого кожаного саквояжа. - Что… - начал он, глядя, как второе лицо государства сыто облизывается и вытирает испачканные в сперме руки о подлетевшее белоснежное полотенце, ничуть не стесняясь собственной загорелой наготы. Северус был прикрыт одеялом. - Ричард, - не обещающим ничего хорошего голосом протянул Поттер. – Ты-то мне и нужен, мистер двойное дно. «Даже не знаю, как вам сказать, господин Главный Аврор», - передразнил он колдомедика, - «Но ваш магический хм… супруг…» - Гарри… - Ты знал, знал все это время. - Мистер Снейп взял с меня обет, да и ты… - Как натурально сыграл, а? – Гарри поднялся, даже не думая прикрыться, и двинулся к пятящемуся от него доктору. – И растерянность, и осуждение. И впарил мне собственного мужа на домашнее лечение очень ловко. Не думал о карьере дипломата, Ричард? - Гарри, прекрати! – Сметвик обошел опасного, как мантикора, Поттера, и направился к кровати. – Уверен, что ничего страшного не произошло, но диагностика нам не помешает. Где твоя палочка? - В жопе, - огрызнулся Гарри, снова превращаясь в известного своим хамством Главного. Его нежности хватало только на мужа. - Так вытаскивай, - Сметвик уже пришел в себя и отступать не собирался. – Давай, в темпе, мистер Поттер. И надень что-нибудь, я не Северус, который часами мог тебя разглядывать. Кстати, - он потрогал шрамы на его голом плече и скуле, - это что-то новенькое? - Попал под некролуч. - Кхм. Ладно, если Северус до сих пор не восстал из мертвых и не принялся носиться вокруг тебя со своими склянками, значит, непосредственной угрозы твоей драгоценной жизни нет. Гарри сгреб его за грудки и, сверкая остекленевшими от бешенства глазами, прорычал: - Северус не умер, слышишь? И не умрет! Не смей даже говорить так, ты понял? - Понял, - Сметвик осторожно, как у буйнопомешанного, высвободил свой многострадальный халат из стальной хватки, - понял. Успокоительное дать? Северус варил. - Забей его себе в… - Гарри! Поттер натянул штаны, сел, закрыв лицо ладонями, и несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул, успокаиваясь. - Прости, Ричард. Проснулся сегодня, обнял его, а он едва слышно дышит, не реагирует. Не сразу даже понял, где я. У меня всего неделя, чтобы сварить сложнейшее зелье, а зельевар из меня еще тот, сам знаешь. Прости, друг, ты тут ни при чем. Просто если он умрет… - Этого не будет, - мягко уверил его Сметвик. – Поверь, Северус все предусмотрел. Он слишком долго не имел возможности открыто заботиться о тебе, чтобы вот так взять и умереть от собственного варева. - Это я? - Что ты? - Я его… ввел в кому? - Увидишь. Хватит рычать, лучше помоги мне, я хочу узнать, как обстоят дела. Гарри поднялся, призвал из-под кровати палочку и наложил диагностирующее. - Все в порядке, - заверил его колдомедик пятнадцать минут спустя. – Я пойду, у меня еще прорва дел. А ты… держи себя в руках. Северус всегда говорил, что для кропотливой работы с зельями нужна холодная голова. Поттер кивнул и проводил его до камина. У него тоже была прорва дел. *** Золотой котел полетел в стену, а Поттер грязно, длинно выматерился и закурил, усевшись прямо на лабораторный стол, покрытый разноцветными разводами. Основа не получалась. Она взрывалась радужным фонтаном всякий раз, как он добавлял в нее сперму Северуса, собранную и законсервированную во время их отдыха на Ривьере. Снейп, издеваясь, позволял собирать еще теплое семя со своего живота, предлагая Деймосу запастись впрок, потому как у того «даже Перечное не получится с первого раза». Как же он был прав! Четвертая попытка за сутки, времени оставалось все меньше, паника сжимала сердце в ледяном кулаке, а доверить что-то столь интимное, как приготовление зелья на основе… очень личных компонентов кому-то чужому, даже Регу, он не мог. - Мерлиновы грабли! – Гарри взглянул на свои грубые, неловкие руки и вспомнил тонкие, почти музыкальные пальцы Северуса. Прикурил еще одну сигарету, с тоской подумав, что глотнуть виски нельзя – как бы хуже не вышло. – Да почему у меня не получается-то? Он в пятнадцатый раз перечитал рецепт, в двадцатый переложил ингредиенты на столе и в пятидесятый проверил качество лабораторной утвари. Критчер, сунувшись, было, чтобы убрать разгром, тут же исчез, стоило ему увидеть перекошенное лицо своего хозяина. В таком состоянии главу великого темного рода было безопаснее оставить в покое. Через несколько минут, когда Поттер-Блэк докуривал уже третью сигарету, долго пустовавшая картина, единственная висевшая в лаборатории Блэк-холла, ожила. - Деймос, что случилось? Вальбурга села в резное кресло, живописно разложив складки темно-синего бархатного платья, и посмотрела на своего потомка. - Не спешили вы появиться, моя леди. Я звал вас неоднократно. Еще тогда, когда искал рецепт. - Северус просил меня не вмешиваться, Деймос. Но я вижу, что ты на грани. Думаю, он переоценил твою выдержку… - … и умственные способности заодно. Мистер Поттер, как всегда, все испортил. Черт бы побрал эту тонкую науку, ненавижу зелья! - Но любишь Северуса. Гарри не снизошел до подтверждения. Уж кто-кто, а Вальбурга прекрасно знала, как они с Северусом друг к другу относятся. - Любишь, - продолжила леди Блэк. – А потому ты сейчас пойдешь, примешь душ, пообедаешь, проведешь малый очищающий ритуал и вернешься сюда. Ты все делаешь правильно, просто слишком нервничаешь. Зелья очень чувствительны к магии, а у тебя ее до неприличия много. Более того, сила твоя агрессивна, а для этого противоядия нужно быть спокойным, как лед. Не можешь себя контролировать – выпей успокоительное. - Поможет? Леди величественно пожала плечами и исчезла за резной рамой, оставляя ему выбор. Который был очевиден. *** Мерлин и Моргана сжалились над Гарри, а потому, пока он обедал, проводил Ритуал и пил зелья, его никто не беспокоил. Регулус куда-то ушел, наглухо закрыв камин, Критчер прислуживал молча, давая требуемое даже до того, как его просили, ничего не комментируя и не огрызаясь. Поттер почувствовал себя джинном, бутылку которого аккуратно чистят, стараясь не выпустить его оттуда, чтобы не нажить себе тридцать три неприятности на одно место. Известно, какое. Наконец, дождавшись, пока подействуют зелья, начинающий зельевар, от умений которого зависело катастрофически много, спустился в уже чисто выскобленную и подготовленную Критчером лабораторию. Привычно разведя огонь, он подкинул туда щепки из растрощенного супружеского ложа в Робийяр-мэноре («Пятнадцатый век!» – услышал он у себя в голове возмущенный голос Северуса, и поспешно усилил щиты), налил очищенный спирт в котел, отмерил семя, отсчитал лепестки жасмина… Ему ничего не нужно было толочь и нарезать, Северус не настолько сильно верил в него, чтобы обречь еще и на подготовку ингредиентов, а потому работа спорилась. Руки в пятый раз повторяли одни и те же действия, но не охваченный лихорадочным страхом не справиться мозг функционировал, как часы. Без сбоев. Вот настал тот самый момент, на котором все заканчивалось в предыдущие четыре раза. Бесславно заканчивалось, надо сказать. Вальбурга на своем портрете пошевелилась, и очень тихо сказала: - Не считай капли. Смотри по зелью. Как только начнет подниматься и кипеть, останавливайся. Гарри не стал спорить. В конце концов, он уже пробовал варить четко по рецепту. Четыре погнутых котла были тому молчаливыми свидетелями. Умных людей нужно слушать. Капли семени Северуса падали в котел, и зелье из прозрачного постепенно становилось темно-синим, густея на глазах. Вальбурга привстала из своего кресла, неотрывно следя за процессом, и когда капризное варево чуть шелохнулось, намереваясь взбунтоваться, скомандовала: - Внимательнее. Хватит! Гарри убрал специальную хрустальную пипетку, заворожено наблюдая, как поднявшаяся до самых краев основа будущего противоядия медленно оседает, темнея и густея до состояния мази. Быстро погасив огонь, Гарри завернул еще горячий котел в тонкую простыню, позаимствованную там же, в Робийяр-мэноре, и убрал его в заранее подготовленный ларец, машинально посмотрев на часы. Вальбурга одобрительно улыбнулась. - Вот видишь? Все не так страшно. Гарри сел, чуть подрагивающими руками стащил с волос повязку и расстегнул специальную плотную мантию. - Ну ее нафиг, такую нервотрепку, - севшим голосом заметил он, снова потянувшись за сигаретами. - Просто у тебя нет Дара, Деймос, - утешила его Вальбурга. - Каждому свое. - Вот уж точно, - согласился с ней Гарри. – Спасибо, моя леди. - Не за что, лорд Поттер-Блэк. Это такая мелочь по сравнению с тем, что вы сделали для рода. С вашего позволения, - Вальбурга кивнула ему и ушла, сочтя свою миссию выполненной, а Гарри еще какое-то время сидел, кляня свои дрожащие руки, но потом поднялся и решительно загасил сигарету. У него были и другие, не менее важные дела. Например, составление завещания.