Добровольное заточение

Утром Бильбо проснулся от легкого гудения трубы. Судя по всему, он проспал непозволительно много, потому всполошившиеся гномы пытались хоть как-то до него достучаться. Он встал и потянулся. Кольцо, которое все это время лежало у него в руке, было убрано в карман с какой-то особой неприязнью и обидой. Он раскрыл вчерашнее письмо и прочитал следующее: «Господин Торбинс, дракон сегодня кружил вокруг горы. Перепуганные жители Эсгарота готовятся к обороне. Как вы?» Сегодняшнее добавляло: «Мы слышали, как гремели стены, пожалуйста, скажите что вы целы?» Бильбо собрался с мыслями и написал ответ: «Смауг знает, что вы здесь, будьте осторожны, вглубь Эребора ни в коем случае не спускайтесь». Бильбо зачерпнул воду руками и умыл лицо. Голова немного прояснилась. Что теперь делать со Смаугом он не знал. Помимо всего прочего, ему хотелось, с одной стороны, рвануть к гномам и поскорее убраться от Одинокой горы, вернуться в Шир и больше никогда не вспоминать о том, что тут случилось, а с другой, ему почему-то хотелось извиниться перед Смаугом, глупо было бы ожидать, что тот тоже так поступит, но что-то неприятно скреблось в душе. Он поймал себя на довольно смущающей мысли, что ему хочется подойти и прижаться к дракону и не отпускать. Бильбо ударил себя по лицу. От его действий сейчас зависит благополучие жителей Эсгарота и надежды гномов на возвращение Эребора, если он разозлит дракона, то все смерти произойдут по его вине. Как только он вышел, его обдало горячим воздухом. Смауг терпеливо ожидал его у самого входа. Хоббит испуганно отпрянул. -Написал своим друзьям письмо? – хищно оскалился дракон. -Погоди, Смауг, стой, давай поговорим, - примирительно поднял руки Бильбо. -Ну, давай поговорим, если тебе есть, что сказать. Бильбо решил, что раз уж от него так многое зависит, то не имеет смысла утаивать все, из-за чего он переживает. Возможно, Смауг поймет его. -Да, мне есть, что тебе сказать. Начнем с того, что я всегда был домоседом, потому, когда ко мне ворвались гномы, я и подумать не мог, что действительно отправлюсь за ними следом. И да, я действительно им помогал. За время странствий, они стали мне друзьями, и я полюбил каждого из них. И мне стало невыносимо тоскливо, что у них не было дома, потому что какой-то далекий и абстрактный дракон отнял его у них, - Бильбо тыкнул пальцем в Смауга, - Затем я повстречал Барда, и он показал, какой стала жизнь в Озерном городе, он рассказал, какой она была во времена расцвета Эребора, и мне стало еще тоскливее, ведь хоть у них и остался дом, но он им стал втяжесть. А что за дом такой, в который не стремишься возвращаться? Затем я попал в твои руки… точнее, лапы. И тогда я подумал, что и для меня потерян Шир, - он перевел дыхание, - Но я с этим немного смирился, я был рядом с тобой, и мне не так сильно хотелось домой. Но я все еще чувствовал, что на мне лежит ответственность за тех людей и гномов, которые хотят вернуться домой, но не могут. И тут я подумал, если бы ты напал на Шир, даже самый слабый и трусливый из нас – а ведь хоббиты не самые воинственные существа – встал бы на защиту своего дома. Мы скорее бы всего погибли, но я бы не жалел, что попытался отвоевать у тебя свой родной дом, который я так люблю. Поэтому я понимаю гномов, который хотят вернуть Эребор себе, и я понимаю людей, которые живут в постоянном страхе, и я нахожусь на их стороне, - все это время Смауг внимательно слушал, лишь сейчас он посмотрел на хоббита с досадой, - Но я не хочу, чтобы все закончилось битвой, или даже войной. Я не хочу, чтобы по моей вине погибли люди и гномы, но еще меньше я хочу, чтобы погиб ты. И я прошу прощения у тебя, ты мне стал дорог. Но я не могу остаться с тобой, потому что это не мое место, - Бильбо остановился и смущенно посмотрел на дракона, - Но и без тебя я не могу. Смауг молчал. Он молчал долго. Но ни на секунду не оторвал янтарных глаз от хоббита, которому было немного неуютно в установившейся тишине. -Хоббиты удивительные создания, судя по всему: начинают дорогу нехотя, а затем на себе тащат весь отряд. Я не разделяю твоей преданной любви к гномам, которые не особо-то рвутся тебя спасать… -А может меня и не надо спасать, - перебил его Бильбо. Смауг удивленно взглянул на хоббита и продолжил: -Хорошо, не спасать… И честно говоря, я бы с радостью прямо сейчас вытащил Торина из той расщелины, в которой он сидит, и показательно испепелил бы. Я думаю, ты понимаешь, что меня никогда сильно не волновал вопрос, кого я только что убил, тем более, что убивал я сразу сотнями. И Эребор стал одним из многих городов, которые я уничтожил. Лишь золото меня интересовало, но громче всех меня звал Аркенстон – камень, который своей силой свел с ума наследников гномьего королевства, которые готовы были ради него потерять всех своих воинов. Люди же очень неудачное место выбрали для своего города, не зная, что алчность, запертая в Эреборе, постепенно тянется и к ним. Они пытались меня уничтожить, ведь видели во мне причину своих бед, хотя отчасти так и было. Они отчаянно сражались, не понимая, что меня невозможно уничтожить. И кровь, что по сей день алеет на земле, и жизнь, являющаяся для меня не более, чем мимолетным ветром, лишь в их глазах достойны уважения. Я же смотрю на вещи с другого ракурса. Но мне неожиданно приятно, что ты раскрылся передо мною. Я не помню никого, кроме своего хозяина – Моргота, кого я мог бы уважать, а это было очень и очень давно, но тебя мне приятно назвать своим другом, хотя твои взгляды на жизнь мне не дано понять. Бильбо чувствовал, каким мягким становится голос Смауга, и как (нежно?) он подбирает слова. Его глаза хитро прищурились и, улыбаясь, он продолжил: -Но, мой дорогой Бильбо, - впервые за долго время, дракон назвал его по имени, - Что ты мне предлагаешь сделать? Отдать гномам Аркенстон и оставить Эребор? Бильбо молчал. Это было именно то, чего ему хотелось бы, за исключением одной детали. Но озвучить такое казалось непозволительной наивностью. Все же, пересилив себя, он тихо произнес: -Да. Повисла тишина. Дракон обдумывал слова, и неожиданно улыбнулся. -Обмен, - хитрее, чем прежде, прищурился Смауг. Бильбо уставился на дракона во все глаза. Он был уверен, что его дурачат. -Обмен? – неуверенно спросил хоббит. -Тебе есть, что предложить взамен Эребора и Аркенстона? -Нечего, - неуверенно протянул Бильбо, думая о том, что серебряные вилки и бабушкин сервиз вряд ли заинтересуют дракона. -Вот прям совсем-совсем? – Смауг аккуратно подталкивал хоббита к нужному ответу. -Эм, с-себя? – Бильбо залился краской, уж очень двусмысленно говорил дракон. -Я уже боялся, что не предложишь, - Смауг приблизился вплотную к хоббиту, - Ты знаешь, что драконы очень ревностно относятся к своим сокровищам? -Я подозревал, - Бильбо кинуло в жар от того, как неожиданно близко к нему приблизился дракон. -Теперь узнаешь, каково это на самом деле. Смауг скользнул языком под одежду Бильбо – шершавый язык медленно двигался по нежной коже, дойдя до самого низа живота. Дракон аккуратно прижался мордой к телу Бильбо, шумно выдыхая горячий воздух, от которого бежали по коже мурашки. Кончик хвоста осторожно обхватил его член и начал медленно тереться о плоть. Хоббиту захотелось прижать к себе дракона, обхватить, насколько это возможно. Он почувствовал угрызение совести, что сам никак не может подарить ту же ласку, которую дарит ему Смауг. А дракон тем временем перевернул хоббита, и его язык аккуратно заскользил внутрь. Он дал ему немного привыкнуть, а затем начал двигаться внутри – быстро, но нежно. Бильбо выдыхал все громче и сильнее, выгибая спину дугой, навстречу Смаугу, и тяжело хватая воздух губами. Он неистово терся о чешуйки на морде дракона, желая почувствовать его всем телом, и тихо простонал, ощутив дрожь, волной пробегающую по всему телу. После он лишь без сил прижался к дракону, не в силах больше от него оторваться. -Аркенстон гномам отнесешь сам, а то испепелю случайно кого, - Смауг довольно заурчал, словно насытившийся кот. -Отнесу, - Бильбо сонно приоткрыл глаза, - а что потом? -Ну, это уже тебе решать, мой дорогой воришка, ты же бесцеремонно выгоняешь меня из Эребора. Бильбо улыбнулся: -Тогда я хочу показать тебе Шир. Смауг удовлетворенно кивнул и крепче прижал к себе хоббита.