Полет ворона

       В день Второго Испытания - холодно. Хотя нет, не так - ХОЛОДНО. Ветер пронизывает до костей. А нас вдобавок заставляют раздеться. Парни стоят в одних плавках, я и Флер - в купальниках. Хорошо, что захватила его с собой.        Какой-то блондинистый мужичок толкает речь. Длинную речь.        Г...нюк.        Когда мое желание убивать начинает превышать разумные пределы, плюю на все, выщелкиваю палочку и накладываю Согревающие чары. Сразу становится легче.        Хе-хе. Смотрю на изумленные лица других участников, которые не догадались до такой простой вещи. Спустя пару секунд палочкой взмахивает Гарри Поттер, затем Флер и Седрик.        -- Ну, что ж, наши участники готовы ко второму испытанию. Начнём по моему свистку. За час они должны найти то, что у них отобрали. Итак, на счёт три: раз... два... три! - наконец-то провозглашает г...нюк.        Флер и Седрик одновременно наколдовывают себе головные пузыри, а Гарри запихивает в рот порошок из жаброслей, который мы с вечера отмерили. Точнее, отмерила я. В лаборатории профессора Снейпа. Тот очень сильно на меня косился, но весами воспользоваться разрешил. Вообще я отправляла туда Гарри, но тот слезно умолил меня - оказывается, профессор Снейп его ненавидит. Интересно, если бы он знал, что это для Гарри?        Раз, два, три... три шлепка о воду. Ну, теперь твоя очередь, Врана.        Сосредотачиваюсь и прыгаю вперед. Вперед и немного вверх, чтобы максимально долго пробыть в воздухе и войти в воду уже полностью в анимагической форме. Не хочется завершать превращение под водой - очень неприятные ощущения, особенно в холодной воде.        Ныряю и тут же выныриваю, чтобы вдохнуть.        Дельфины водой не дышат, увы.        Минут пять плаваю по поверхности, дыша и красуясь. Если в человеческом виде я страшная, то в анимагической форме - очень даже и красивая. Как и любой дельфин. И, как любой дельфин, собираю целую кучу восторженных ахов и вздохов.        Анимагию мы факультативно проходили в десятом классе, правда, полноценных анимагов, которым разрешили зарегистрироваться, у нас всего девять в целой параллели. Я - дельфин, Крам - акула. Еще есть пара кошачьих - гепард и обычный домашний кот, пара собак, воробей... Могло быть и больше, только некоторые, рассчитав свои формы, не стали продолжать изучать превращение - например, у Андреева анимагической формой выходила сухопутная черепаха, а у Ильвеса - курица. Точнее, петух.        Ныряю под воду и наталкиваюсь на гриндилоу.        Фу, ненавижу тварей. Мерзкие и противные водяные чудища. С нашими русалками у них одно общее - язык. Но наши русалки на людей похожи, а эти... Бе-е-е.        Гриндилоу пучат глаза, пытаются напасть. Ага. Учитывая, что дельфины - это очень быстрые существа, у них ничего не получается. Весело махнув им на прощание хвостом, уплываю.        Где-то вдалеке раздаются слова песни из яйца:        "...На поиски даём мы тебе один лишь час..."        Да и ладно. Найдем. Плыву в глубь озера, по пути перехватываю пару блестящих рыбин. Вкусно.        А вот и Гарри. Трясет запутавшейся в водорослях ногой, попутно обстреливая струями кипятка приставших к нему недорусалок. Делаю кружок вокруг, давая распознать свой вид, а то некоторые умудряются за акулу принять.        И Гарри тоже умудряется. Мне едва удается увернуться от струи кипятка, которую он выпускает невербальным Релассио.        Черт. Идиот. Балбес.        Какой-то гриндилоу пытается ткнуть меня копьем. Зря. Я и так уже злая.        Разворачиваюсь и откусываю твари голову. Пока остальные пытаются разобраться в ситуации, я успеваю погрызть еще штук пять гриндилоу. Дельфины - хищники, между прочим.        Воду тут же заволакивает противным вкусом крови недорусалок. Они дружно кидаются на меня, но я успеваю перекусить водоросли, удерживающие Гарри, и рвусь вверх, к поверхности, чтобы вдохнуть. Увы, я не могу сидеть под водой час - минут пять-десять максимум. В крайнем случае - пятнадцать, но это действительно именно "в крайнем случае".        Выпрыгиваю из воды в туче брызг, погружаюсь в воду, снова выныриваю.        А вода все-таки холодная. Хорошо, я успела немного веса набрать, который сейчас распределился жировой прослойкой, удерживающей тепло. Хоть и мало, но все же...        Надышавшись, ныряю обратно.        Площадку посреди деревни гриндилоу нахожу после второго круга по озеру. Там снова обнаруживаю Гарри. Похвально. Справился даже быстрее меня. Вокруг Гарри - толпа гриндилоу. А на площадке - четыре столба. На четырех столбах - четыре человека. Если бы еще распознать, кто это... Наверное, нужно кого-то из них освободить...        Подплываю ближе и еще раз убеждаюсь, что Гарри - идиот. Он опять пуляет в меня кипятком.        Чеееерт. Колдовать в анимагической форме даже Мерлин не умел.        Ладно. Надеюсь, получится...        Делаю кувырок в воде и превращаюсь обратно в человека.        Уххххх... водичка-то холодная...        Взмах палочкой, и у меня на лице - воздушный пузырь. Гриндилоу, обнаружив, что я не дельфин, а волшебница, тут же отплывают на приличное расстояние.        - Гарри, ты идиот, - говорю ошеломленному мальчику. Получается, конечно, не совсем разборчиво, но он понимает.        - Буль... - смущенно отвечает он мне.        - Буль, буль... - бурчу и подплываю поближе, вглядываюсь в привязанных к столбам людей. Узнаю только двоих - Гермиону Грейнджер и Джорджа Уизли. Еще двух девушек я не знаю.        И кто из них "моё"? Скорее всего, Джордж...        - Буль! - тычет пальцем в привязанных Гарри. - Буль! Буль! БУЛЬ!        Ладно бы в кого-то одного, так во всех четверых по очереди...        Думать некогда. Температура воды не располагает к долгим размышлениям. Взмахом палочки разрезаю веревки на Гермионе и Джордже.        - Бери и плыви! - говорю Гарри, но тот мотает головой.        Я что, не того освободила?        Гриндилоу опасливо подбираются поближе.        - Только один пленник! - трещит один из них.        Вместо ответа показываю неприличный жест и следом волшебную палочку. Недорусалки отплывают подальше, и я, ощущая, как тело уже немеет от холода, освобождаю остальных простым Секо. Пусть сам разбирается. Мне некогда.        Кувырок - и я снова дельфин. Ух, хорошо!        Так. А вот теперь идиотка тут - я. Потому что как я поволоку бессознательного Джорджа Уизли наверх в форме дельфина? Зубами за ногу? Ага, щас. Вот откусить чего-то моими зубами, типа чужой гриндилоучьей башки - это запросто. А вот уволочь... Хотя... Он же в одежде.        Гарри выписывает в воздухе непонятные символы. В облике дельфина едва их различаю. Но мальчик не оставляет попыток.        "Н.Е.Л.Ь.З.Я.О.С.Т.А.В.И.Т.Ь", - наконец разбираю.        Дважды идиот. Да не случится с ними ничего. Вряд ли организаторы готовы рисковать жизнями этих ребят. Вот жизнями чемпионов...        Обратно в человека я уже не превращусь - холодно. По-хорошему, мне бы сейчас поесть чего-нибудь, той же рыбы наловить. Дельфины едят много, а я сейчас дельфин. К тому же перед Испытанием я ничего не ела, поскольку еда в желудке осталась бы прежней, а мне еще не хватало несварения в дельфиньей же форме от того, что у меня в животе - пирожное с кремом.        Делаю круг возле Гарри, распугивая гриндилоу. Поплыли наверх?        Мальчик мотает головой, понимая мой невысказанный вопрос.        Нехорошо. Очень нехорошо. Скоро закончится действие жаброслей. И мне придется тащить наружу три тушки - Джорджа, Гермионы и того же Гарри. А это, увы, вне моих дельфиньих сил.        Ладно. Черт с тобой, золотая рыбка, точнее, Золотой Мальчик.        Цепляю Джорджа за куртку зубами и плыву вверх. Едва голова рыжика оказывается над поверхностью, как он приходит в себя.        - Что? Где? - отплевывается он от воды.        Убью, точно. Не тебя, Джордж. Я убью организаторов. Как вот теперь мне тебя тащить до берега? Был бы ты без сознания, домчала бы легко и быстро. А сейчас? Ты еще испугайся моей зубастой пасти.        Но мне везет. Джордж Уизли хлопает глазами и радостно восклицает:        - Ух ты, дельфин! Настоящий!        Настолько радостно, насколько это возможно в ледяной воде.        Какое-то время замираю, позволяя Джорджу вцепиться мне в плавник, а затем максимально осторожно плыву к помосту.        Как только я оказываюсь рядом, Джорджа тут же выхватывает из воды его близнец Фред.        - Братишка!        Отлично. А мне придется вернуться к Гарри, ибо тут же, трясясь от холода в махровом полотенце, сидит Флер. При том, что пленников все еще четыре.        Разворачиваюсь и опять плыву в озеро, перехватывая по пути еще пару рыбин. Хорошее озеро. Рыбы много, хоть и гриндилоу водятся. Что странно - может быть, они не рыбу едят?        По пути встречаю плывущего Седрика. Увидев меня, он шарахается в сторону, едва не выпустив из рук девушку.        Так. Этот доплывет сам. Слава Мерлину.        Гарри Поттера перехватываю на полпути к поверхности. Он мужественно волочет за собой Гермиону и оставшуюся девочку, предназначавшуюся Флер. А вокруг вьются гриндилоу, мешая мальчику.        Вот же твари...        Мое появление заставляет кинуться их врассыпную, но я успеваю цапнуть нескольких из них. Гарри благодарно кивает, но я вижу, как ему перестает хватать воздуха.        Подныриваю под мальчика и пихаю его мордой наверх...        Уффф...        Наворачиваю круги вокруг трех отплевывающихся детей. Гермиона вначале тоже пугается, но потом, видимо, распознав во мне дельфина, перестает беспокоиться. Вторая же девочка начинает реветь.        - Тс, не плачь, - стуча зубами, говорит ей моя английская подруга. - Смотри, дельфин...        Точно.        - Это Врана, - произносит Гарри, пытаясь выгрести в нужную сторону.        - Врана?! - изумляется Гермиона, придерживая плачущую девочку.        - Д-да...        Кое-как доставляю уже начинающих синеть детей к помосту. Их тут же вытаскивают из озера, суют в руки кружки с чем-то горячим. А я выпрыгиваю из воды и шлепаюсь на деревянную поверхность, в воздухе обращаясь обратно в человека.        Меня теребят, что-то говорят, но я слышу все это сквозь вату. Эти полтора часа под водой вымотали меня посильнее, чем трехчасовая тренировка. Я превращалась четыре раза, к тому же два из них - в холодной воде, а это отнимает очень много сил.        Вздыхаю и теряю сознание.

***

       В себя прихожу в Больничном Крыле. Рядом сидит дядя Игорь. Когда я начинаю ерзать, он вскидывает голову и смотрит мне в глаза.        Смотрю на него.        Крестный судорожно вдыхает, словно хочет что-то сказать, но вместо этого отводит взгляд, встает со стула и быстро покидает палату.        - Мисс Перунович? - возле меня оказывается мадам Помфри. - Как вы?        - Прекрасно, - честно отвечаю.        - Вам поставили пятьдесят баллов, - улыбается колдомедичка. - Высший балл. У Гарри Поттера - сорок пять, у Седрика Диггори - тридцать девять, а у Флер Делакур - двадцать пять.        - Прекрасно, - повторяю, принимая из рук женщины склянку.        - Спите, мисс Перунович, - кивает она. - Завтра будете в полном порядке.

***

       Но завтра не получается. Я валяюсь в Больничном Крыле два дня. За это время ко мне наведывается Дамблдор и рассказывает, что высший балл мне присудили за то, что я проявила благородство, вернувшись за Гарри. А Гарри дали дополнительные баллы за то, что он не оставил Габриэль Делакур, которая была целью для своей старшей сестры Флер. Седрик же опоздал на пять минут, и теперь я поднялась сразу на второе место.        Но мне до баллов нет дела. Пока я поправлялась, я наконец-то поняла кое-что. Кое-что важное.        Выпускают меня утром.        - Вы еще успеете на завтрак, - улыбается колдомедичка.        Благодарно киваю, шагаю в Большой Зал.        Хогвартс действительно намного больше Дурмстранга. В нем почти половина классов стоят пустыми. Эх, поменять бы нас местами... А то в нашей школе мы иногда в столовой учились.        Сажусь за стол Гриффиндора. Ученики красно-золотого факультета приветствуют меня сдержанно. Я, хоть и помогла их чемпиону, очков заработала все равно больше него. Бросаю короткий взгляд на преподавательский стол.        Дядя Игорь похож на свою бледную тень. Седины прибавилось и в волосах, лицо обрело нездоровый цвет.        Кощеевы яйца...        Днем, однако, мне размышлять о крестном и о том, что я собираюсь сделать, не удается. Учительница по Трансфигурации объясняет новый материал, учитель по Чарам совместно с колдомедичкой разбирает целебные заклятья, затем мы сами сидим с алгеброй...        На корабль возвращаюсь после ужина и сразу иду к каюте крестного. Стучусь.        Дядя Игорь открывает дверь молча. Секунду смотрит на меня, словно на воплощенную Смерть, но сторонится, пуская меня внутрь.        Но внутрь я не прохожу. Я делаю шаг к крестному и крепко обнимаю опешившего мужчину.        - Простите меня.        Дядя Игорь несмело обнимает меня в ответ.        - Уже простил, родная.        - Я вас люблю, - тихо шепчу. - Очень-очень люблю.        - И я тебя...        Стою, не желая разжимать руки.        - Я дурная, да... - говорю тихо. - Ворона - она и в Англии ворона.        - Нет, Врана, - терпеливо говорит дядя Игорь. - Я... Я понимаю тебя... Ты была бы права, если...        - Нет, не была бы, - перебиваю крестного. - Я была бы совсем идиоткой, если бы позволила себе потерять еще и вас.        - После всего...        - Именно, что после всего. После всего, что вы сделали для меня. Вам доверял мой отец. И... Да плевать на все. Вас могут ненавидеть другие. Но не я.        - Спасибо, Вранка... - шепотом говорит дядя Игорь. - Ты... Если бы ты знала, что ты значишь для меня...        - Знаю, - разжимаю руки и гляжу в блестящие от слез глаза крестного. - Как и вы для меня.

***

       Следующее испытание назначают аж на двадцать четвертое июня. Для дурмстранговцев это не очень приятная новость - мы не успеем вернуться в Дурмстранг до экзаменов. Выпускной бал, правда, мы не пропустим, он состоится после нашего возвращения, но с экзаменами выходит очень нехорошо. Почти все учебные заведения, куда собираются поступать наши мальчишки, принимают документы до первого июля.        На помощь приходит Дамблдор. Он обещает, что часть экзаменов мы сможем сдать в Хогвартсе - ту же Трансфигурацию, Травологию, Зелья, Чары; а часть экзаменов у нас примут в Министерстве Магии - главное, получить список вопросов и требований.        Дядя Игорь с каждым днем все больше и больше мрачнеет. Если раньше мне казалось, что это связано с нашей ссорой, то сейчас понимаю, что его беспокоит что-то другое, причем очень серьезное.        И мои подозрения еще больше укрепляются, когда Игорь Александрович заставляет всех нас выучить, как возвращать корабль в Дурмстранг. Хотя это запрещено правилами.        - Что происходит, дядя Игорь? - устраиваю крестному допрос в тот же вечер.        - Неважно, Врана, - пытается уйти он от ответа, но я накладываю на каюту Запирающие и Заглушающие чары.        - Опять предлагаете мне искать информацию из посторонних источников?! - зло интересуюсь.        Крестный вздрагивает.        - Нет, Врана... Поверь, ничего серьезного.        - Не верю, - скрещиваю руки на груди. - Дядя Игорь, я вас пятнадцать лет знаю. Выкладывайте.        - Послушай... Это тебя не касается, - опять говорит крестный.        - Это связано с Волдемортом? - наугад говорю.        Лицо крестного перекашивается, он судорожно прижимает к себе левую руку и раздраженно глядит на меня.        Черт. Угадала.        - Мне восемнадцать, дядя Игорь, - хмуро говорю. - Вы были на пару лет младше, когда связались с этим... Лордом. Давайте не будем, как в том анекдоте - "мне тогда было уже шестнадцать, а ей сейчас всего восемнадцать", ладно? Я ж упрямая, вы знаете. Я ж все равно выясню.        - Врана. Дай слово, что ты в это дерьмо не полезешь, - через какое-то время произносит крестный.        - Не полезу.        - Вообще не полезешь! Никаким боком!        - Не полезу. Вообще. Никаким боком, - терпеливо повторяю. - Честное слово. Меня этот маньяк не прельщает. Совершенно.        - Я не только про это... - дядя Игорь плюхается на сиденье, шумно вдыхает и вдруг произносит: - Метка оживает.        - В смысле? - не понимаю.        - Метка - не просто знак. Через нее Лорд мог связаться с любым из нас, как и мы с ним. Через нее мы получали вызовы к нему... Когда он умер, то Метка побледнела, стала едва заметной...        Медленно киваю. Я помню, каким светлым был рисунок на предплечье крестного, который я принимала за простую маггловскую татуировку.        - А сейчас... сейчас она вновь оживает, становится такой же яркой, как и раньше.        - Что это означает? - напряженно спрашиваю.        - Это может означать все, что угодно, - нервно говорит крестный. - Например, то, что он возвращается.        - Откуда, из Загробного Мира? - скептически фыркаю.        - Лорд говорил что-то о том, что не может умереть, - медленно произносит дядя Игорь. - Правда, никто в это не верил, кроме некоторых... Но... вдруг это на самом деле...        - Чушь все это, - обрываю. - Мертвые только в сказках возвращаются.        - Тогда как это объяснить?! - взрывается крестный и дергает рукав. - Как?!        Кошусь на его руку. Череп и змея очень отчетливо видны. Черные, словно только что нанесенные.        - Не знаю, - признаюсь. - Но что бы ни значило...        - Что бы ни значило, - поджимает губы крестный, пряча Метку, - Врана, береги себя. Обещай.        - Обещаю, - киваю.

***