Свон и ее мужчины

Август Бут был удивлен, узнав что Эмма по прежнему любит и ждет Бэлфайра. Он ведь сделал все, чтобы девчонка возненавидела своего возлюбленного. Чушь, что он хотел вернуть Эмму ее семье. Вранье, что он хотел разрушить проклятье. Прошло слишком много времени, он уже почти ничего не помнил о детстве. Но он всегда помнил Эмму. Он приезжал понаблюдать за ней иногда. Тайно, конечно. Девочка с милыми светлыми косичками и ясными зелеными глазами выросла и превратилось в ошеломляюще красивую девушку, и он хотел ее. Он хотел ее в своей постели. Чтобы она стонала, извивалась и выкрикивала его имя. Его, не Бэлфайра. Чтобы она тонула в волнах оргазма от его ласк, чтобы кончала вместе с ним, для него. Но он не мог быть с ней. У него своя жизнь, интересная, и, временами, опасная. Ей нет места рядом с ним. Но желание обладать ею перечеркнуло его оставшиеся моральные принципы. Она не должна любить этого недоноска. Не должна ждать его, не должна вспоминать ночи, проведенные с ним. Он и так отдал этому парню слишком много. Ведь он мог стать ее первым мужчиной. Он мог научить ее всему. Он мог удивлять ее каждый день. Но глупышка Эмма отдалась молодому пареньку-вору, который даже не хотел бороться за нее. С Эваном Ротманом он был знаком с шестнадцати лет. Они вместе прожили год в Сан-Франциско, проводя время в барах и снимая девчонок. Но их дороги разошлись пять лет назад. Эван встретил миниатюрную шатенку - ангелочка Лизу, и потерял голову от любви, а Август решил посмотреть мир, и улетел в Европу. Но два месяца назад он снова встретился со старым другом. Его удивлению не было предела, когда Эван показал ему фотографию дочери с ее крестной матерью. Это же его Эмма! Стараясь не выдать интереса, он ненавязчиво расспрашивал Эвана о девушке. Друг рассказал, что она живет в Талахаси уже почти два года. И Август сразу же догадался - она ждет Бэлфайра. Конечно же, ждет и любит. Ведь именно там они хотели осесть и создать семью. Ну уж нет! Не бывать этому! Пора окончательно выбить дурь из глупой девчонки, показать ей настоящую жизнь. Август приехал в Талахаси поздним вечером и сразу же направился в бар, где работала Эмма. Разумеется, он уже знал, где она работала, жила, завтракала и даже делала маникюр. Он зашел в бар и сразу же увидел ее. Эмма, смеясь, разливала текилу и общалась с посетителями. Светлые волосы были зачесаны в конский хвост, а черная форменная футболка облегала красивые плечи и высокую грудь. Она была прекрасна, как и раньше. Он, стараясь не привлекать к себе внимания, присел за барную стойку и заказал себе бурбон. Эмма не казалась несчастной или грустной. Она спокойно разговаривала с другим барменом и улыбалась. Парень не сводил с нее плотоядного взгляда, но девушка как будто этого не замечала. Зато заметил Август. Он подавил желание стереть эту дурацкую улыбку с его лица парой ударов в нос и решил просто понаблюдать. Совсем не кстати к нему подсела раздражающая блондинка в черном платье с откровенным вырезом, открывающим взгляду полную, округлую грудь. Возможно, в другой раз он бы поддался девушке и у них была бы веселая ночь, но всего в какой-то паре метров от него находилась его мечта. Он отвернулся от назойливой блондинки и встретился взглядом с Эммой. - Эй, Вэйн. Подойди-ка сюда. Эмма что-то пробормотала на ухо девушке, и та, понурившись, отправилась искать другую компанию. Август решил, что пора завязать разговор. - Как мне вас благодарить? Признаюсь, мне еще не приходилось отшивать женщин, тем более таких настойчивых. - тут он не соврал, он никогда не сторонился внимания женщин, но ни одна из них не могла сравниться с Эммой. - О, не стоит благодарности. Аманда бывает навязчива временами. Не хотелось бы, чтобы она отпугнула клиентов. - Первый раз слышу, чтобы доступная женщина могла кого-то отпугнуть. - Ну, здесь все друг друга знают. И большинство посетителей - женатые люди. Сами понимаете, скандалы и разбитая посуда нам не нужны. Свон, радеющая о спокойствии семейной жизни. Добрая девочка, но это не на пользу. - А как же ваш парень? Я бы ни за что не позволил своей девушке работать в баре, среди пьяных мужчин, Особенно если бы она была настолько красива. "Давай же, Эмма, скажи, что у тебя нет парня. Скажи, что ты свободна, и я подарю тебе страстную ночь. Ты ведь тоже этого хочешь. Уверен, у тебя никого не было после Нила." - Мой парень доверяет мне. И знает, что я могу постоять за себя. - отрезала она, и Август чуть не выдал себя, чувствуя, как закипает злость. "Чертова девка! У тебя никого нет. Он бросил тебя и не вернется. Он сейчас в Ванкувере, развлекается в компании шведских близняшек!" - Возможно вы правы. Но я бы на его месте призадумался, Эмма. Он видел изумление на лице девушки. - Вы знаете мое имя? "Конечно, знаю. Я знаю о тебе даже больше, чем ты сама." - Я хоть и недавно в городе, но уже успел завести несколько знакомств. И у вас бейджик с именем. Эмма инстинктивно посмотрела вниз и Август улыбнулся. Милая, невинная девочка. Теперь он точно знал, что делать. Он заставит ее если не забыть, то возненавидеть Нила Кэссиди. Ему несказанно повезло - жена Эвана улетела к родственникам. Теперь он просто обязан был попросить Эмму пойти с ним на мнимый день рождения Августа. Теперь он мог подобраться ближе. Небольшая компания сначала произнесла несколько тостов, а потом разбрелась по бару в поисках уединения. Эмма сидела за барной стойкой, и он пошел к ней. Виски... Она опять пьет виски. - Мне то же, что и даме. Эмма оглянулась и окинула таким взглядом, что ему стало не по себе. - Ты не против моей кампании? - Нет-нет. Но разве ты не должен напиваться в кругу друзей и той томной дамочки? Неужели она ревновала? Нет, он даже не смел на это надеяться. Она не знает его. И она по-прежнему любит Нила. Он обернулся, окинул оценивающим взглядом Аманду Вейн - девушка улыбнулась ему - и повернулся к Эмме. "Боже мой, девочка. Какая Аманда Вейн? Ты сидишь тут, беззащитная, манящая, безусловно, привлекательная. И через пару часов будешь полностью в моей власти." - Бог знает, почему эта Аманда решила, что я должен поддаться ее чарам. Клянусь, с первого дня знакомства я опасаюсь этой женщины. И, - он пододвинул к ней бокал виски. Никто и не заметил, как он достал из кармана пакетик с белым порошком, и подсыпал щепотку в бокал. - я хотел попросить у тебя защиты. Эмма хохотнула и сделала глоток. - О времена, о нравы...Раньше женщины нуждались в покровительстве, теперь мужчина просит защиты у хрупкой девушки. Извини, я не гожусь на роль спасителя. Август только пожал плечами. "О, Эмма, если бы только ты знала правду." Он заказал еще виски и оглянулся на Эвана. Друг полностью был увлечен бильярдом, и вряд ли бы заметил исчезновение Эммы. Но все равно, нужно быть осторожнее. Он и Эмма сидели и общались еще около часа. Он рассказывал ей про книги, которые планирует написать, о местах, в которых побывал, все это время поглядывая на Эвана. Август ждал, когда наркотик, который он подсыпал в бокал Эммы, окончательно захватит ее разум, и она окажется в его руках, такая нежная и беззащитная. Наконец, ее взгляд стал затуманенным, и Август решил, что пора переходить к более решительным действиям. Но Эмма сама резко встала, и тут же упала в его объятия. Он зарылся носом в ее волосы и обхватил за талию. - Все в порядке, милая? - прошептал он ей на ухо предательски хриплым голосом. Его тело уже реагировало на случайные прикосновения девушки, и он отпустил ее, чтобы не сорваться, и не овладеть ею прямо здесь и сейчас. У них впереди вся ночь, и будь он проклят, если позволит кому-то или чему-то разрушить его планы. - Где Эван? - слабо спросила она. - Он ушел около получаса назад. - соврал Август. - Мне, наверное, пора. "Нам пора, детка." - Я отвезу тебя. - Нет, не... - Эмма - отрезал он, взяв ее двумя пальцами за подбородок. - Ты пьяна. Позволь мне помочь тебе. Она слабо кивнула, казалось, даже не понимая, с каким вожделением он смотрит на нее. Он придерживал ее, пока она, шатаясь из стороны в сторону, искала свою машину. - Та самая машина! - почему-то изумился Август, когда они, наконец, нашли ее в темном переулке. - Которую тебе оставил Нил. Она стояла к нему спиной, но он все равно понял, что она догадалась. - Что ты мне подсыпал в виски? - спросила она, поворачиваясь к нему, но он просто прижал ее к себе и поцеловал. Ее слабые попытки вырваться сразу же были пресечены; он схватил ее запястья и завел их за спину. Он настойчиво укусил ее губу, и она, наконец сдалась. Она разжала губы, и его язык сразу проскользнул в ее рот. Она протестующе замычала и задергалась в его руках, что только ухудшило ее положение, ведь каждое движение он чувствовал всем своим телом. Август чувствовал, что скоро не сможет себя контролировать, а брать девушку на улице в грязном переулке у бара было не в его стиле. Тем более, что это была не просто какая-то девушка, а Эмма Свон! Он подхватил ее на руки и усадил в машину. Ее волосы разметались по спинке сидения. - Кто ты? Чего ты от меня хочешь? - слабо спросила Эмма, не открывая глаз. Ее сознание затуманилось, она даже почти не чувствовала страха. - Я - Август Бут, помнишь? И я думаю, ты знаешь, чего я хочу. - улыбнулся Август. - Ты... Ты убьешь меня? - Боже, милая, конечно нет. Я просто собираюсь подарить тебе лучшую ночь в твоей жизни. - Откуда ты знаешь о Ниле? Даже в таком состоянии она произносила его имя с теплотой в голосе. - Мы познакомились почти три года назад. Как раз тогда, когда он бросил тебя, и ты оказалась в тюрьме. - издевательски выплюнул Август. - Он не бросал меня... Я...я не верю в это...- отчаянно замотала головой девушка. - Боги, Эмма, да очнись уже! Он не вернется! - воскликнул он. - Если тебе любопытно, то последний раз я видел его в Канаде, в окружении двух пышногрудых близняшек. И он казался довольным жизнью. - Нет... Я не... - Эмма, посмотри на меня. - он припарковался и повернул ее голову к себе. Она смотрела на него еле осмысленным взглядом, из глаз текли слезы. - Он. Не. Вернется. - уже мягче произнес он. Она просто отвернулась и посмотрела в окно. - Это же мой дом. - Именно, принцесса. И сейчас мы поднимемся к тебе в квартиру. Постарайся не шуметь, соседей разбудишь. - Ты... Ты с ума сошел? - ее глаза расширились от ужаса происходящего и от того, каким будничным тоном он это произнес. - Я не... Но Август уже поднял ее на руки. От свежего ночного воздуха ее голова кружилась еще сильнее. Она хотела вырваться, но ее тело почти не слушалось. - Просто пообещай, что будешь молчать... По крайней мере до тех пор, пока я не войду глубоко внутрь тебя, доводя тебя до пика удовольствия. Иначе мне придется тебя связать. - хрипло прошептал он, прикусывая мочку уха. В любой другой ситуации Эмма бы ударила его так сильно, как только могла. Но тело, находящееся под воздействием наркотика, предавало ее. Она понимала весь ужас этой ситуации, но было в этом что-то эротичное. Кроме того, у нее так давно не было мужчины, и она не могла отрицать, что ее привлекал Август Бут. Она согласно кивнула, и Август пересек два лестничных пролета, открыл дверь в ее квартиру и снова впился в ее губы. В этот раз он целовал ее жадно и страстно, кусая ее губы и нетерпеливо проталкивая язык еще глубже в ее рот. Эмма непроизвольно застонала, когда он оставил ее губы, чтобы целовать ее шею, спускаясь все ниже. Он резко повернул ее и она почувствовала задом, насколько он возбужден. Эмма поняла, что близости ей не избежать, и просто расслабилась в его руках, намереваясь попытаться получить удовольствие. Он провел языком от ее ключицы до уха, зарываясь носом в ее волосы. - О, Эмма, ты не имеешь понятия, сколько раз я представлял тебя такой мягкой и податливой. И моей. Сколько раз я мечтал о тебе, горячей, стонущей, извивающейся в моих руках. Свон удивилась, почувствовав влагу между ног. Как ей может это нравиться? Как она может хотеть этого? Как она может желать человека, который опоил ее, чтобы изнасиловать? Это неправильно! Это не справедливо! Она ведь все еще любит Нила! Но даже мысли о бывшем возлюбленном оставили ее, когда Август потянул вниз ее платье и крепко сжал ее груди. Она выгнула спину и потерлась о его бедра. Он с глухим рыком подхватил ее под ягодицы и понес на кухню. Он сдернул с нее платье и усадил на стол. Пробравшись пальцами под кружевные трусики, Август самодовольно усмехнулся. - Милая, я знал, что тебе понравится. И я знаю, как доставить тебе еще больше удовольствия. - сказал он, облизывая пальцы так, чтобы она это видела. - О, твой возлюбленный, Нил, много о тебе рассказывал. Я все о тебе знаю. Знаю, как ты любишь грубые прикосновения. - он еще раз сжал ее грудь. - Знаю, как любишь укусы. - он легонько прикусил ее нежную кожу на плече. - Знаю, как ты любишь, чтобы мужчина был сзади. Чтобы он толкался в тебя так быстро и глубоко, как только может. Но я не доставлю тебе такого удовольствия. Я хочу смотреть в твои глаза, когда ты кончишь для меня. Из глаз Эммы хлынули слезы. Неужели, Нил был такой сволочью и действительно делился такими интимными подробностями с каждым своим знакомым? Неужели, он и правда ее оставил? Навсегда. Неужели, он не придет и не спасет ее? Но когда Август снял с нее трусики и начал ласкать языком ее клитор, проникая двумя пальцами во влагалище и растягивая его, Эмма уже не могла думать о Ниле; Вместе со слезами исчезали все нежные чувства к этому человеку. Девушка могла думать только об унижении, которое она испытывала от того, что ей действительно нравилось то, что делает с ней ее насильник. Август говорил много, пока входил в нее жесткими толчками. Он говорил, что Нил - скотина. Рассказывал о его нынешней жизни, о том, как он рад, что оставил ее. Но когда он почувствовал, что конец близко, он начал говорить ей том, как она прекрасна сейчас, со сбившимся дыханием, раскрасневшимся лицом, невероятно яркими, заплаканными глазами. Он говорил, как ему приятно чувствовать себя в ней, как туго сжимают ее стенки его член, что бы он хотел еще с ней сделать. А Эмма смотрела ему в глаза и не издавала ни звука, пока оргазм не накрыл ее с головой и она протяжно застонала. Август последовал за ней, и кончив, он крепко обнял ее, поглаживая по волосам и оставаясь по-прежнему в ней. Такого отвратительного утра в жизни Эммы еще не было. Когда она проснулась и вспомнила, что произошло, она почувствовала сильную тошноту и отвращение к самой себе. Августа уже не было. Ее рвало долго и мучительно. Она сидела в ванной комнате, запуская пальцы в волосы и безудержно рыдая. Решение пришло к ней не сразу. Только через пару дней она встала с кровати, собрала вещи, и сев в машину, покинула город навсегда. Последний раз смотря на океан через лобовое стекло машины, Эмма уже не чувствовала ничего. Ни любви к Нилу, ни тоски по нему. Ни жалости к себе.