A New Midnight

Harry’s POV Найл, Зейн и я сидели на диване, притворяясь, что смотрим какой-то боевик, выбранный Найлом; мы старались не обращать внимания на приглушенные крики, доносящиеся из комнаты Лиама и Зейна. Весь день Лиам и Луи посылали друг другу тревожные и яростные взгляды, и, наконец, после ужина они отправились в спальню. Уже целый час ребята орали друг на друга, закрывшись в комнате. Я забился в угол дивана, прижав колени к груди и пытаясь игнорировать тревожные спазмы в желудке. «Они не сердятся на тебя, ты здесь не при чем», - напоминал я себе. Они любят друг друга и никто сегодня не пострадает. И все-таки это не остановило меня, и я шепотом спросил у ребят, сколько еще времени будут продолжаться их разборки. Найл пожал плечами. Мне хотелось бы вести себя так же непринужденно, как он – преспокойно разлечься на диване и смотреть телевизор, как ни в чем не бывало. - Обычно все заканчивается, когда Луи просит прощения и обещает больше никогда так не делать, а Лиам не выдерживает и начинает рыдать. Зейн посмотрел на меня краем глаза и наверняка заметил, что я дрожу, потому что его голос был тихим и успокаивающим. - Все хорошо, Хаз, - произнес он и протянул руку, чтобы похлопать меня по плечу. – Ребята даже не злятся толком друг на друга, ведь они как братья. Я кивнул. - Просто не люблю, когда люди орут друг на друга, - пробормотал я вполголоса, почти радуясь тому, что никто этого не услышал. Но Зейн явно это услышал, потому что тут же подвинулся ближе ко мне и закинул руку на плечи. - Правда? Я тоже. Когда я был ребенком, мои родители могли часами ссориться после того, как приходили домой после работы. И это в каком-то смысле разрушало детство, скажи? – он не дождался ответа и притянул меня ближе к себе, закинув ноги на журнальный столик. Я улыбнулся и наклонил голову, отчего она оказалась на груди Зейна. Он был намного спокойнее, чем остальные, но это практически ни о чем не говорило, учитывая, какими ненормальными были те трое, но все же. - Не смей, Лиам! – крик Луи был настолько громким, что мы все подпрыгнули от неожиданности, а Зейн сжал мое плечо еще крепче. – Даже не смей поднимать этот вопрос, у тебя нет на это никакого права! - Нет на это права? – закричал в ответ Лиам настолько громко, что мы отчетливо слышали каждое слово. – Что значит «не имею права», блять? Кто заботился о тебе все эти годы, Луи? Когда все бросили тебя, кто был рядом с тобой? Я. Все гребанное время это был я, и я до сих пор это делаю, так что не указывай мне, о чем я могу разговаривать, а о чем нет! В пронзительном крике Луи слышались слезы. - Ты ничего не знаешь! Думаешь, ты все понимаешь? Да ты даже не пытаешься понять! - Тогда объясни мне! – проревел Лиам, и Зейн инстинктивно поднялся с места. – Объясни, блять, мне это, Луи! - Хватит, - пробормотал Зейн вполголоса. Он уже почти подошел к спальне, но внезапно дверь распахнулась у него перед носом. Появился Луи; он тяжело дышал, а его глаза были влажными от слез. Он посмотрел на нас и засмеялся. - Наслаждаетесь шоу? Идите вы все нахуй, - Луи покачал головой и, задержавшись, чтобы сорвать с вешалки пальто, выскочил из квартиры, со всей силы хлопнув дверью. - Я догоню его, - машинально выпалил я. Зейн и Найл удивленно на меня смотрели, пока я обувался. Из спальни послышался дрожащий голос Лиама, который звал своего парня. - Иди к Лиаму, я верну его. Они с сомнением посмотрели на меня, но ничего не сказали, когда я надел пальто, которое вчера купил мне Луи, и вышел. В здании его уже не было, но, к счастью, снаружи я заметил отдаляющийся силуэт. Я подбежал к нему и даже не удивился тому, что он все еще всхлипывал. - Лу? Луи засмеялся и повернулся ко мне лицом. - Зашибись. Ты. Они не могли прислать ни Зейна, ни Найла, ни даже Лиама, блять. Они отправили тебя. Я обогнал Луи и остановился прямо перед ним, чувствуя, что мое сердце опустилось от его слов. - Я лишь хотел убедиться, что ты в порядке, вот и все, - пробормотал я. Мне даже хотелось развернуться и уйти, не обращая внимания на то, как сильно меня ранили его слова. А он пусть упивается моим горем. Луи выдыхал небольшие облачка пара, все быстрее и быстрее, и, наконец, он резко запустил руку в волосы. - Я никогда не бываю в порядке, Гарри. Понимаешь? То есть, я улыбаюсь и все такое, но… Я нихрена не в порядке. И мне так хочется сказать, что всем плевать и никто меня не понимает, но это также и моя вина, ведь я никому не скажу, что на самом деле со мной не так. - Ты можешь сказать мне. Луи засмеялся и покачал головой. - Из вас всех ты единственный, кому я никогда бы не признался. Такое чувство, будто меня ударили по лицу. Было похоже на то, что Луи пытался (и у него это прекрасно получалось) своими словами причинить мне максимум боли. Но на самом деле, это было вполне логично, ведь, по сути дела, кто я для Луи? Никто. Я не такой близкий друг, какими были для него ребята, которые всегда его поддерживали. Я просто Гарри. Глупый мальчишка, помешанный на… - Мне просто стыдно за себя. Вот и все, - произнес Луи, прерывая мои мысли. Я удивленно посмотрел на него, и парень лишь вздохнул. – Я мог бы рассказать кому угодно, но не тебе просто потому что… Это слишком. Это пиздец как слишком. Лиам считает, что должен знать все причины, по которым я пью, но это убьет его. А тебя это убьет еще в большей степени, Хаз, а я не хочу так с тобой поступать. Я уже хотел было облегченно вздохнуть, но каким-то образом подавил в себе это желание. - Луи, давай вернемся в квартиру. Пожалуйста. Луи отрицательно покачал головой. - Нет. Но если хочешь, можешь пойти со мной. На самом деле, ты должен пойти со мной. Сегодня я наверняка прилично набухаюсь. С этими словам он развернулся и пошел по улице. Закусив губу, я посмотрел сначала на Луи, потом на наш дом, и потом снова на Луи, прежде чем я решил пойти за ним. Парень ничего не сказал, когда я поравнялся с ним. Он просто кивнул головой и продолжал куда-то решительно шагать. К моему ужасу, мы оказались в пабе. Луи заказал нам обоим несколько бокалов пива, но по дороге к барному стулу он выпил мою часть. Парень тихонько сидел на стуле, периодически стуча пальцами по стакану и вздыхая. Я довольствовался тем, что просто наблюдал за ним; за его живыми голубыми глазами, равнодушно окидывающими взглядом паб; за его кадыком, который двигался вверх-вниз, когда он выпивал бокал за бокалом; за тем, как волосы ниспадали на его лицо, слегка касаясь скул. - Ты скучаешь по своей семье? – внезапно спросил Луи. На миг я задумался над ответом, после чего кивнул. - Иногда. А что? Луи лишь кивнул и допил свое шестое пиво, жестом показывая бармену налить еще, при этом он даже не казался пьяным. - Я скучаю по своим младшим сестрам больше, чем ты себе можешь представить, Гарри. Я бы сделал все, лишь бы вернуть их. Я закусил губу и опустил подбородок на сложенные на столе руки. - Разве ты не увидишься с ними на Рождество? – спросил я. Лу закинул голову и рассмеялся, что было первым признаком опьянения за весь вечер. Он протянул руку и пригладил мои волосы. - Какой же ты милый, Гарри. Пообещай мне, что будешь осторожен. Я в замешательстве нахмурился, и мои брови соединились. Что он вообще несет? Выпивка? Моя семья? «Будь э-э-э… осторожен?» - Угу, - улыбнулся Луи, и было очевидно, что для его затуманенного алкоголем сознания эти мысли имели смысл. Поэтому я лишь кивнул головой, соглашаясь. - Конечно, я буду осторожен. Луи расправился с последним бокалом пива, после чего заказал шоты, и бармен весьма неохотно выполнил его заказ. - Хочешь немного? – с улыбкой спросил Луи. Я даже не успел отказаться, когда он одну за другой опустошил рюмки, после чего вытер губы и произнес: - А хочешь знать, что самое худшее? Алкоголь уже даже не жжет внутри меня. Кажется, я становлюсь невосприимчивым к спиртному. Когда Луи решил заказать еще, бармен, наконец, понял, что тот не собирается останавливаться. - Ты присмотришь за ним? – спросил он, устало поглядывая на Луи, на лице которого тут же появилась дьявольская улыбка, и он хихикнул. - О да, Гарри за мной присмотрит. Еще как присмотрит. Бармен приподнял бровь и посмотрел на меня. Когда я уверенно кивнул, он вздохнул и ушел, поставив перед Луи еще три рюмки и стакан воды. Несколько минут спустя Луи принялся медленно попивать из стакана воду, поглядывая на меня краем глаза. - Эй, Гарри, - произнес, наконец, он. – Эй. Гарри, ты мне очень нравишься. - Ты мне тоже нравишься, Луи. Луи забавно захихикал и закивал головой. - Не так, как ты мне, - нараспев произнес Луи. Я закатил глаза и окинул взглядом практически безлюдный паб. - Наверное, это неправда, - пробормотал я. Луи еще несколько секунд смотрел на меня, а затем громко вздохнул и так же громко заявил: - Господи, какой же ты красивый, Хаз. Я так хочу поцеловать тебя. Хочу долго целовать твое лицо. Особенно в этом пальто, ты в нем просто идеален. Мое лицо побледнело, и я проглотил комок в горле. - Тогда почему ты этого не сделаешь? – я не хотел это говорить, но теперь дело сделано, и этот вопрос повис между нами в воздухе. Луи нахмурился и опустил глаза на стакан с водой, осмысливая сказанные мною слова. Затем он снова посмотрел на меня, его глаза возбужденно горели. - Я пока еще недостаточно пьян. Мне захотелось разрыдаться. Ясен пень, Луи должен быть пьян, чтобы захотеть меня поцеловать, вот что я думал. - Хорошо, - таков был мой ответ. Я больше не мог на него смотреть, поэтому отвернулся и взглянул на окрашенные окна паба, за которыми снова шел снег. Я вспомнил тот день, когда мы с Луи гуляли в парке и делали снежных ангелов. Я подумал о том, как он выглядел со снежинками на кончиках его ресниц и на челке; как он нежно мне улыбался, держа в руках чашку горячего шоколада. Я подумал о том, что все, чего я тогда хотел – это поцеловать его потрескавшиеся губы. Но я не сделал этого, ведь он казался таким счастливым, и я задумался над тем, что мне говорил Найл: может, и правда нам удастся получить то, что мы хотим, только если мы хорошо постараемся этого достичь? Какой же я идиот, черт возьми. - Гарри. Гарри, хочешь узнать… хочешь услышать забавную историю? – чуть ли не проорал Лу. Я обернулся и увидел, что он заказал себе еще один бокал пива. Я с интересом вскинул бровь, и парень продолжил. – Впервые я напился, когда мне было 13, - заговорщицки прошептал он. Его улыбка была блаженно-счастливой, но я заметил боль, скрывающуюся в ней. - Это очень рано, Луи, - осторожно произнес я. Он кивнул, и улыбка все еще не сходила с его лица. - Скажи? И знаешь что, Гарри? Это даже не самое интересное, потому что самое интересное – это то, что я впервые поцеловался как раз перед этим. - Это… - Да, я знаю. Он не особо хорошо целовался, да еще и ударил меня после этого, но потом снова поцеловал меня, так что мне было все равно. Но все же, - Луи не закончил свою мысль, он отрешенно уставился на свой бокал, поджав губы. Я протянул руку и нежно погладил его по спине. - Лу… - В 15 лет я переспал со своим учителем, - прервал он меня. Я немного отстранился и посмотрел на него расширенными глазами. Луи взглянул на меня, счастливо улыбаясь, словно он только что ни в чем не признался. - Луи… - Я тебе вчера о нем рассказывал, помнишь? Это он лишил меня девственности, - уже тише произнес Луи. Его глаза потемнели, и он вдруг словно помолодел на несколько лет. Я протянул руки, чтобы заключить его в объятия, но парень отстранился. - Его звали мистер Киллиан, ему было 32, и он преподавал историю. Мой учитель говорил мне, что любит меня, что я красивый. Он попросил, чтобы я сказал матери, что иду к Лиаму. Затем он попросил выпить с ним вина, а потом он сказал мне не шуметь и не плакать, и никому об этом не говорить. После этого он больше ни разу не сказал мне, что любит меня. Луи снова вернулся к своему бокалу и одним махом осушил его, а затем осторожно поставил его на стойку. Я смотрел на него в абсолютном неверии. Я не знал, что делать, что говорить, я не знал, как остановить слезы, хлынувшие из моих глаз, потому что Луи. - Я рассказал Лиаму, - молвил, наконец, он. – Я рассказал Лиаму, потому что мистер Киллиан не говорил мне, что любит меня, когда никого не было рядом, а ведь он делал это раньше, поэтому я подумал, что, возможно, это я что-то сделал не так. Поэтому я рассказал Лиаму, и он сказал, что это было неправильно, и что это было что-то типа совращения. Я разозлился и обозвал Лиама идиотом, потому что мой учитель любил меня, и я любил его и хотел этого. Потом я попытался спросить у мистера Киллиана об этом, и он сказал мне… - Луи, тебе не нужно продолжать, слышишь? – прошептал я. Луи не слышал меня. Он посмотрел на меня, снова улыбаясь, но в глазах блестели слезы. - Он сказал «Да никто даже изнасиловать не захочет такого уродливого маленького педика, как ты, Луи». Еще он сказал, что ничего не было, что я сам это выдумал либо же мне это приснилось, потому что я был влюблен в него. А спустя несколько месяцев он свалил в Америку или хер знает куда. Мне одновременно хотелось блевать и крепко обнять Луи и разрыдаться. Как можно было так с ним поступить? Я уже открыл было рот, чтобы сказать, что нам пора домой, когда Луи повернулся ко мне с торжествующей улыбкой на лице. - А хуже всего то, что Лиам считает, что я пью именно из-за этого, но это не так. Потому что я сделал кое-что еще более ужасное, чем переспал с моим учителем, Хаз. И я до сих пор делаю это. Я взял его за руку и переплел наши пальцы. - Мне так жаль, Луи. Он не имел права так с тобой поступить, даже если ты и согласился, ты был пьян и ты был еще ребенком. Это не твоя вина, Лу, он просто больной ублюдок. Мне очень, очень жаль, - я не выдержал и разрыдался, одновременно икая при этом. Луи посмотрел на меня и выдохнул. - Хазза, только не плачь! У тебя такие прекрасные глаза, прекрати сейчас же. Не стоит плакать из-за меня, дорогой. Со мной все хорошо, теперь все в порядке. - Нет, не в порядке, - прошептал я. Луи покачал головой и спрыгнул со стула, и мы поменялись местами, ведь теперь он принялся утешать меня, и говорить, что он в порядке. Но это было не так, и я видел это по его глазам. И то, что за этим стоит еще кое-что более серьезное, вынудило меня разреветься еще больше. - Эй, Гарри? – прошептал Луи мне на ухо. Я немного отстранился, и он улыбнулся мне, протянув руку, чтобы взъерошить мои кудри. - Теперь я уже достаточно пьян. Это было своего рода предупреждение, потому что затем Луи наклонился вперед и поцеловал меня. Этот поцелуй не был ни желанным, ни мягким, ни нежным, ни утешающим. Ничего из этого. Этот поцелуй был небрежным, пьяным и отвратительным, а Луи еще и по-глупому засмеялся, когда отстранился. - Этого бы никогда не произошло, будь я трезв, - сказал он, щелкнув меня по носу. – У тебя прекрасные губы. Я снова заплакал, хотя даже не знал отчего – то ли из-за поцелуя, то ли из-за того, что только что сказал Луи. В любом случае, я плакал из-за Луи, потому что он разбивал мне сердце. Даже если он делал это не нарочно и даже если он этого не замечал, но Луи Томлинсон разбивает мое сердце на куски. - Луи, можешь дать свой телефон? Парень нахмурился. - Чего? – улыбнулся он. – Ни тебе «Спасибо большое, Луи», ни… - Луи, дай мне свой телефон, - огрызнулся я. Недовольно ворча, он все-таки достал из кармана мобильный и отдал мне. Ни миг я замер, когда увидел на заставке телефона меня возле наших снежных ангелов, и слезы снова едва не хлынули из моих глаз. Я набрал первый пришедший в голову номер, и, как оказалось, он был сохранен в телефоне Луи и был подписан как «Ебанный мудила». Надо отдать должное Луи – у него довольно богатый словарный запас. - Луи? – пробормотал в трубку Ник? – Хуле ты звонишь? - Гримми, это Гарри. На том конце провода я услышал приглушенный шепот и какое-то движение. - Привет, детка. Что-то случилось? Ты какой-то грустный. Я бросил взгляд на Луи, который трубочкой выдувал пузыри в стакане с водой, и закрыл глаза. - Мне… Я бы хотел узнать, не будешь ли ты против, если я сегодня переночую у тебя? - Что такое, Хаз? – хихикнул Гримшоу. – Не поладил с Томмо? Неприятности в раю? - Он просто… Луи поцеловал меня, и еще он говорил довольно неприятные вещи, и я просто не могу сейчас находиться рядом с ним. Пожалуйста, Ник. Я знал, что завтра я точно не смогу проснуться и посмотреть в глаза Луи, не разрыдавшись при этом; еще я бы точно злился на него за то, что он так со мной поступил. Кроме того, последнее, чего я бы хотел – это чтобы Луи думал, что я злюсь на него из-за того, что он рассказал мне о своем учителе. Или хуже того, чтобы он сожалел о том, что рассказал мне это, и он будет смотреть на меня, а я буду притворяться, что ничего не произошло. Поэтому лучше мне пока не попадаться ему на глаза. Наконец, Ник понял, что я не шучу. Я снова услышал в трубке шепот, после чего он снова заговорил. - Ладно, детка, дай мне где-то двадцать минут. Где ты сейчас? - Я буду на месте, как только отведу Луи домой, - я продиктовал Нику адрес квартиры и отключился. - Что ты делаешь? Выкладывай, - захихикал Луи. Я покачал головой и написал Лиаму, что собираюсь привести Луи домой, после чего засунул телефон обратно в карман Луи. Я поднялся и протянул ему руку. - Вставай, мы уходим. Луи вздохнул и засунул руку в задний карман, чтобы достать несколько купюр, после чего бросил деньги на стойку и довольно громко попрощался с барменом. Я за руку вывел его из паба, чтобы он, не дай Бог, упал или еще что. - Хазза, мне холодно, обними меня, - хихикал Луи, пока я вызывал такси. Он обернулся и по-детски надул губы. – Ну же, красавчик. Я лишь покачал головой и помог ему залезть в такси. Во время поездки он тихо сидел и с кем-то переписывался, опустив голову на холодное окно. Когда мы подъехали к дому, я помог ему дойти до двери и остановился. - Гарри, пошли! – произнес Луи, показывая пальцем на дверь подъезда. – Холодно же! Я покачал головой. - Сегодня я переночую у Ника, хорошо? А ты иди отдыхай. У Луи отвисла челюсть. Он посмотрел на меня глазами, полными боли, отчего мне захотелось прыгнуть со скалы. Он поспешил прикрыть рот, но его нижняя губа теперь дрожала. - Ты… Гарри. Гарри Стайлс. Гарри, ты ненавидишь меня? Я вздохнул и покачал головой, потому что тот факт, что я не ненавижу Луи, был довольно большой проблемой. - Нет, Луи, я не ненавижу тебя, честное слово. Просто иди домой, хорошо? Поговорим завтра. Луи еще некоторое время стоял рядом, пытаясь угадать, говорил ли я правду. Наконец он кивнул и зашел в здание. Идя по лестнице, он несколько раз оборачивался, чтобы посмотреть на меня. Он выглядел, словно бездомный щенок. Я медленно выдохнул, всхлипнув при этом, и вышел на обочину тротуара, чтобы подождать Ника. Он приехал несколько минут спустя, сидя на пассажирском сидении автомобиля парня, которого я раньше никогда не видел. - Я здесь, чтобы спасти тебя – Гарри, что такое? Что произошло? – Ник открыл дверь и выскочил на улицу, заключая меня в объятия и позволяя мне разрыдаться ему в плечо. - Это Луи, он… Он просто… Ник кивнул и поцеловал меня в макушку. - Все нормально, Хаз. Он просто козел. Я покачал головой, зажмурив глаза, потому что Луи не был козлом. Луи – это ангел, и он не заслуживает всего этого. - Это не так, правда. Просто он очень мне нравится, вот и все. Ник грустно вздохнул и открыл мне дверь. Я уселся на заднее сиденье и неуверенно улыбнулся водителю, который искренне улыбнулся мне в ответ. Ник взял его за руку, после чего тот завел двигатель, и мы уехали. Когда мы были младше, дядя Ника умер и оставил огромный трастовый фонд, включающий в себя шикарнейшую квартиру в Лондоне. Ник часто дразнил меня, что однажды у него будет огромный особняк, как у владельца «Плейбоя» Хью Хэфнера, только вместо девушек-моделей там будут парни, а я буду его главным плейбоевским зайчиком. Я не огорчился, когда он оставил эту мечту, и довольно прилично обустроил ту квартиру, без каких-либо плейбоевских зайцев. - Я пойду спать. Было приятно с тобой познакомиться, Гарри, - произнес парень, наклоняясь, чтобы чмокнуть Ника в щеку. - Спасибо, что подвез, мне было также приятно познакомиться… - Мэтт, - улыбнулся парень. - Мэтт. Спасибо, - кивнул я. Ник обнял Мэтта, после чего последний исчез в одной из спален, помахав напоследок рукой. Ник вздохнул и театрально завалился на диван. - Клянусь, я, наверное, влюбляюсь в этого юношу. Я закатил глаза и убрал с дороги его ноги, чтобы тоже сесть на диван. Ник, наконец, вспомнил, что я почти все это время плакал. - Так что же натворил Луи? Я пожал плечами. - Он просто… Он сказал, что должен напиться, чтобы поцеловать меня. И затем он поцеловал меня, после чего сказал, что этого никогда бы не произошло, будь он трезвым, и я просто… Я не знаю. Я чувствую себя так глупо, когда думаю, что могу ему нравиться. Я решил пропустить ту часть, где Луи рассказал мне о своем учителе. Ник покачал головой и обнял меня, опустив голову мне на плечо. - Гарри, вот серьезно, тот человек, кому ты не нравишься, должен быть каким-то ебанутым. Я снова пожал плечами. - Назови мне хотя бы одного человека, ну кроме тебя, кому бы я понравился. Как человек. - Джемма. Я зажмурил глаза и покачал головой. - Перестань. Только не сейчас, Ник, я не могу. Он вздохнул и поцеловал меня в щеку, приглаживая мои волосы. - Знаю, извини. Просто она первой пришла мне в голову. Я забыл, так что прости, - я кивнул и обнял его за талию, а Ник начал покачивать нас из стороны в сторону. – Все нормально Гарри. Но знаешь… Он тебе не нужен. Я говорю это не потому, что он мне не нравится, просто он тебе не нужен, вот и все. Я кивнул и всхлипнул. - Знаю. Но я хочу его. Ник вздохнул и принялся играть с моими кудрями, что было более успокаивающим, чем покачивание и поцелуй в щеку. - Я знаю, малыш. Мы сидели так еще некоторое время, а потом я сказал Нику, что устал и напомнил ему о работе, после чего он отвел меня в комнату для гостей. Ник дал мне свою пижаму и направился в свою комнату, когда я окликнул его. - Эй, Ник, а как ты познакомился с этим Мэттом? - Он был стриптизером на одной из вечеринок, которую я посетил несколько недель назад , - Ник посмотрел на меня убийственным взглядом, когда я засмеялся. – Не смешно, Кудрявый. Между прочим, у него золотое сердце и все такое, так что закрой ебло. Ляпнешь об этом кому-то, и в следующий раз будешь спать на полу. Я лишь покачал головой и отмахнулся. - Спокойной ночи, Гримми. - Спокойной ночи, Хаз.