A New Midnight

Louis’ POV На самом деле, текущая обстановка, в которой я находился, целиком и полностью была виной поразительно симпатичного парня, храпящего рядом со мной. То есть, конечно же, я ответственный взрослый человек, который обязан отвечать за свои поступки и контролировать свои эмоции, но неужели вы действительно будете меня осуждать? За последние две недели я выпил лишь бутылку пива. Лиам продолжал поглядывать на меня, говоря, какой я молодец, что сдерживаюсь и как он мной гордиться, а ребята следовали его примеру. Этого было вполне достаточно для того, чтобы набить мне голову, да еще добавьте сюда Гарри с его милейшим характером – поймите, мне очень нужна была эта ночь. В клуб я заявился с Зейном, он же должен был забрать меня домой. Но каким-то чудом мне удалось от него смыться, и я наткнулся на этого очень энергичного и очень привлекательного парня, у которого была своя квартира, и т.д. и т.п. (а тот факт, что у него были кудрявые каштановые волосы, вообще здесь неуместен), и вот я тут как тут. Голова просто раскалывалась, глаза болели, на груди было что-то липкое, о чем я даже думать не хотел, да еще и этот очень привлекательный парень храпел под боком так громко, что, я уверен, даже стекла дрожали. Ничто этим утром не казалось мне таким прекрасным и волшебным, как это было прошлой ночью. В особенности клубничная смазка. Мне каким-то чудом удалось тихонько одеться, и только когда я подходил к входной двери, Очень Привлекательный Парень проснулся и воскликнул «Мне понравилось!», отчего я вздрогнул и стремглав выскочил за дверь, где и обулся. Пройдя несколько кварталов, я все же решился проверить свой телефон. Я простонал, обнаружив массу непрочитанных сообщений и пропущенных звонков. Хуже всех было последнее сообщение от Лиама: луи я не знаю сколько это может продолжаться. Это меня убивает. Извини, малыш, я не проверял свой телефон. Честное слово, я не был пьян и помню все интимные подробности люблююююю тебяяяя! Он ответил практически моментально, ведь и ежу было понятно, что в 8 утра в воскресенье Лиам уже был на ногах. Такое чувство, что все, что я делаю это переживаю за тебя. нам нужно поогворить и я люблю тебя. Чувствуя себя еще большей задницей, чем это было утром, я положил телефон, решив, что не следует делать Лиаму замечание насчет его правописания. Я вызвал такси и направился домой, моля Бога о том, чтобы Лиам не захотел со мной «поогворить» прямо сейчас. Позорная прогулка* - это то, к чему я уже привык. Не то, чтобы мне нравилось это делать, просто мне стало привычным видеть, как таксист смеется над моей прической после секса; как соседка неодобрительно качает головой, поглядывая в мою сторону, когда идет выгуливать собаку; как ребята несколько следующих дней насмехаются над моими засосами. Но на сердце стало тяжело, когда я вспомнил, что Гарри, возможно, все еще спит, или, того хуже, уже проснулся и теперь был в гостиной. Я как можно тише приоткрыл дверь, и на цыпочках уже практически дошел до коридора, когда меня остановил хриплый утрени голос Гарри. - Доброе утро, Луи. Веселая ночка? – спросил парень, отчего мне захотелось умереть прямо на месте. Я улыбнулся и наградил его своей самой лучшей и убедительной улыбкой. - Отвратительная, на самом деле. Он даже не отплатил мне такси. Гарри мягко улыбнулся и уронил голову обратно на подушку, взмахнув кудрями. - Вот же ж придурок, блять. Я искренне улыбнулся, ведь не было ничего милее, чем ругающийся Гарри, похожий на маленького озлобленного котенка. В последнее время он стал более общительным: много говорил, все реже вел себя так, будто он был для нас обузой, иногда даже шутил вместе с нами. Мне нравилось, что он чувствовал себя уютно с нами, но в то же время мне бы хотелось, чтобы он этого не делал, ведь чем больше времени я проводил с Гарри, тем больше он не нравился. В этом и была проблема. Я покачал головой и подошел к дивану. - Нет, на самом деле он был достаточно милым. А еще накаченным. И это была правда. Я отчетливо помню, что парень придержал для меня дверь, когда мы пришли к нему, после чего он ухватил меня за задницу и прижал меня к этой самой двери, прежде чем страстно поцеловать. Гарри снова закрыл глаза, улыбка все еще не сходила с его лица. - Я рад. Ты заслужил это. Это короткое предложения по какой-то причине вынудило меня разрыдаться и доказать, что я заслуживаю гораздо меньшего, но я подавил в себе это. Я прислонился к спинке дивана и опустил руку, чтобы запустить ее в волосы Гарри. Он подался вперед, реагируя на мое прикосновение, и удовлетворенно вздохнул, когда я принялся массировать ему голову. - Почему ты не спишь, Хаз? Если бы мы ему позволили, он бы мог поспать до шести вечера и не ложиться всю ночь. Мне было как-то не по себе от этого, но эгоистичная часть меня любила проводить с ним время. Гарри пожал плечами. - Зейн и Лиам ушли на поздний завтрак, и заодно разбудили меня… Только не говори им, они были так взволнованны этим. Такие милые. Я широко улыбнулся. Надо сказать, что я очень ими гордился. Несмотря на то, что они надоедливые и до тошноты милые, тем не менее, они были по уши влюблены друг в друга и явно заслуживали счастья. В детстве Лиам не раз говорил мне, что его никто не любит, кроме меня и его семьи. Я познакомился с Зейном после неприятного расставания, которое сделало его циничным и злым. Было крайне маловероятно, что они поладят, но, к счастью, это подействовало, причем идеально. Так что да, я вроде как гордился, изредка напоминая им, что это я был причиной их воссоединения. - О да, они милые, - я взглянул на сонного Гарри и вздохнул. – Ты заслуживаешь лучшего, Гарри. Не знаю, с чего я такое ляпнул. Хотя нет, вообще-то знаю. Это мой извращенный способ напомнить себе, что Гарри заслуживает намного лучшего, чем я, и убедиться, что Гарри это знает. Очень сложно подавить мои чувства к нему, особенно сейчас, когда он смотрел на меня с искренней улыбкой с ямочками на щеках, а в его ярких глазах читалась благодарность. Мы некоторое время просто сидели и смотрели друг на друга. Он потянулся, и я чуть не ойкнул, услышав, как его спина хрустнула в нескольких местах. - У тебя болит спина, малыш? – обеспокоенно спросил я. Гарри закивал головой. - Нет, я в порядке. Что было абсолютной ложью, потому что как только он это сказал, его спина снова хрустнула и он поморщился от боли. Я неодобрительно покачал головой. - Наверняка это оттого, что ты спишь на диване. Я куплю тебе надувной матрац, может, он хоть немного поможет. - Луи, а может… - Я тебя не слышу, бла-бла-бла! – пропел я и, поднявшись с дивана, направился в ванную. Несмотря на плохое самочувствие и легкое похмелье, я переоделся в пижаму после душа и вернулся в гостиную к Гарри. Парень сидел на диване, укутавшись в одеяло, и смотрел что-то по телевизору, нахмурившись при этом так, что стал немного смахивать на старика. Я рассмеялся, убедившись, что он смотрел «Семейство Кардашян»**. - Гарри, что ты делаешь? Он взглянул на меня, даже не смутившись при этом, и пожал плечами. - Ты смотрел эту передачу? – в изумлении спросил он. – Это какое-то сумасшествие! Только взгляни на их автомобили, Лу! Я прикрыл рот рукой, дабы сдержать смех. Было непросто, ведь Гарри повелся на фальшивую драму этого шоу, и теперь казался увлеченным идеей Скотта подстрелить и съесть аллигатора, который вернулся из мертвых, ну как-то так. - Ты любишь обниматься? - спросил я, продолжая смотреть на него, полностью укутанного в одеяло. Как же мне хотелось обнять его. Вместо того чтобы ответить, Гарри приподнял край одеяла и жестом пригласил меня сесть поближе. Я улыбнулся и залез под одеяло, прижимаясь к парню как можно ближе. Гарри обернул одеяло вокруг нас и приобнял меня за талию. Я смеялся над тем, как Ким противно визжала из-за какого-то пустяка, когда почувствовал, как пальцы Гарри поглаживают мою спину. - Он тебя обидел? – спросил он как бы невзначай. Я в изумлении взглянул на него, и удивился еще больше, заметив, каким сердитым он сейчас выглядел. Я никогда раньше не видел его разозленным, и то, как он покусывал нижнюю губу и сердито хмурился, было довольно пугающим. Он протянул руку и приподнял мою футболку, после чего пробежал пальцами по царапинам со вчерашней ночи. - Не нарочно, - пробормотал я, немного смущенный тем фактом, что отметины были настолько заметны. - Почему? Я пожал плечами и повернул голову, не выдержав взгляда Гарри. - Не знаю. Наверное, для него это было в порядке вещей. Гарри тихо зарычал, и прежде чем я осознал, что происходит, он склонился и нежно поцеловал одну из царапин. Это было всего лишь легкое прикосновение губ, но мой мозг практически вопил нетнетнетнеправильнонеправильно. Неожиданно он оказался ко мне так близко. Каждый дюйм его кожи, соприкасающийся с моей, казался неправильным и практически колючим. Мне нужно было придумать отговорку и убраться отсюда, прежде чем я не сошел с ума. - Давай пройдемся по магазинам, - выпалил я. Гарри посмотрел на меня как на сумасшедшего. - Мне дадут зарплату только на следующей неделе, - напомнил он. Я закатил глаза и отодвинулся от него, облегченно вздохнув. Слава Богу, мое дыхание пришло в норму. - И что? Отдашь мне деньги позже, если это тебя так волнует. Кроме того, тебе не стоит так часто носить одежду Лиама и Зейна, иначе Ник приревнует, и нам придется стать свидетелями того, как очень злой Гримми будет стучать в нашу дверь, словно дикарь, и требовать тебя. Гарри густо покраснел. - Я даже не интересую Ника в этом плане, - выпалил он. Я вздохнул. - Солнышко, в этом плане ты интересуешь абсолютно всех, - произнес я, отчего Гарри стал еще более пунцовым, и я улыбнулся. – Идем же. Если захочешь, можем пройтись по твоим любимым хипстерским магазинам. Купишь себе свитер с принтом твоей любимой книги, ну или что-то в этом роде. Гарри нарочито громко засмеялся и последовал в комнату Зейна и Лиама. Он вышел оттуда, по-дурацки потряхивая кудрями, отчего я натянул ему на голову бини. Он поправил шапку, широко при этом улыбнувшись, что заставило меня тут же сожалеть обо всех моих предыдущих избранниках. Блять, какой же он милаха. Когда мы выбрались из квартиры, на улице шел снег. Гарри сразу же сообщил мне это (словно я сам этого не видел) по-детски невинным вскриком, после чего принялся кружиться, широко раскинув руки. Он остановился, слегка покачиваясь и улыбаясь. - Луи, давай сделаем снежных ангелов? Мне было очень сложно не показывать всю свою любовь, когда я наблюдал за тем, как Гарри набрал в руки снега и начал лепить снежку. - И где же мы будем их делать? – спросил я. Гарри пожал плечами, улыбка все еще светилась на его лице. - Может, пойдем в парк? Пожалуйста, - он надул губы и спрятал руки за спину, а снежинки, периодически застревающие у него в кудрях, лишь дополняли его ангельский образ. Ну и как я мог отказать? Гарри практически потащил меня за руку в сторону парка, о существовании которого я даже не догадывался. Как оказалось, Гарри несколько раз ночевал там, и я чуть не разрыдался от этой информации, но, видимо, парня не сильно волновал этот факт. Он выбрал место, где было поменьше детей, и плюхнулся в снег, неистово махая руками и ногами, создавая при этом самого большого снежного ангела, которого мне доводилось видеть в своей жизни. - Сколько тебе лет? – засмеялся я. Гарри лишь улыбнулся и пожал плечами. - Делать снежных ангелов можно в любом возрасте, Луи. Ну же. Я вздохнул и осторожно прилег рядом с ним и, раскинув руки и ноги, сделал несколько движений так, что наши «крылья» соприкоснулись. Мы некоторое время просто лежали, наблюдая за кружащимися в воздухе снежинками, и мне почему-то так захотелось домой. Внезапно я снова оказался шестнадцатилетним, когда впервые по-настоящему выпал снег, и я с сестрами играл в снежки, а потом мы создали ряд снежных ангелов, и близняшки принялись спорить, чей же ангел больше всех. А мама ждала меня на кухне с чашкой горячего шоколада, и когда я приходил, она меня обнимала и говорила, что я идеальный старший брат. Эта женщина сильно отличалась от той, чьими последними словами в мою сторону было: «Не смей приближаться к моей семье», и именно эту женщину я чаще всего вспоминал после того, как ушел из дома. - Луи? - я повернул голову и увидел, как Гарри обеспокоенно смотрит на меня. Он шевельнул рукой, отчего наши пальцы соприкоснулись, и я чуть ли не разрыдался – настолько утешающим был этот жест. – Все хорошо? Я кивнул, решив проигнорировать слезы, собирающиеся в уголках моих глаз. - Конечно, Хаз. Давай выпьем горячего шоколада, пока я еще не замерз насмерть. Гарри кивнул и помог мне подняться. Перед тем, как уйти, я сфотографировал вывалянного в снегу Гарри, сидящего около голов наших ангелов, и поставил фото на заставку еще до того, как он поднялся на ноги. Когда мы вошли в теплый «Старбакс», Гарри снял шапку и взмахнул кудрями, улыбаясь мне при этом. Я инстинктивно встал на носочки и поправил волосы парня так, как мне нравилось. И Гарри позволил мне это сделать, все время улыбаясь при этом и теребя в руках шапку. - Луи, я хочу с перечной мятой, - прошептал Гарри мне на ухо, когда мы стояли в очереди. Я улыбнулся и слегка оттолкнул его. -Хаз, можешь сказать сам, у тебя есть язык. Гарри густо покраснел и покачал головой. Он посмотрел на кассира, а затем сразу же опустил глаза вниз. - Тебе что, сложно? Ну пожалуйста, - пробормотал парень. Я осмотрелся и, наконец, увидел проблему. Бариста*** был довольно симпатичным, не сексуальным или что-то в этом роде, но симпатичным в Гарри-в-снегу смысле. А сейчас он улыбался Гарри, пока записывал заказ на стаканах. Он казался именно тем человеком, который подходил Гарри, поэтому я протянул руку и обвил ее вокруг талии кудрявого, притягивая его ближе и придуриваясь, будто не вижу Симпатичного Баристу. - Конечно, малыш, - произнес я немного громче, чем обычно. Гарри знал, что я называю малышами практически всех, но вот Симпатичный Бариста этого не знал. Его веселое маленькое бурундучье лицо поникло, а лучезарная улыбка сменилась на менее счастливую, когда я притянул Гарри ближе к прилавку. - Луи и Хаззе с перечной мятой, - произнес я и легонько тыкнул пальцем в живот Гарри, отчего тот захихикал. - Лу, прекрати! – засмеялся Гарри, медленно растягивая слова, как он это часто делал, и убирая мои пальцы. Симпатичный Бариста написал наши имена на стаканах и принялся обслуживать следующего клиента. Когда мы отошли, я заметил, как завистливо он смотрит в нашу сторону. Мне даже хотелось показать ему язык, но, решив, что это слишком уж по-детски, я просто притянул Гарри еще ближе к себе и ухмыльнулся баристе, тем самым, показывая, что это мой милый кудрявый хихикающий паренек, так что выкуси. Когда я осознал, что делаю, то отвернулся и сделал вид, что впечатлен речью Гарри о снежинках, которая больше походила на внутренний монолог. Как только мы отошли на безопасное расстояние, Гарри толкнул меня и усмехнулся. - Он такой сексуальный. Ты видел его глаза? – прошептал он. – Они такие голубые! - Правда? А я даже не заметил, - соврал я. Гарри еще раз мельком взглянул на Симпатичного Баристу и вздохнул. - Голубой – мой любимый цвет глаз. Я попытался не позволить себе думать об этом. - Может, давай теперь пробежимся по магазинам? – спросил я, и на моем лице заиграла улыбка, когда Гарри снял крышку стакана, чтобы попробовать взбитые сливки. - А давай, - улыбнулся кудрявый. – Спасибо тебе, Луи. - Пожалуйста, Хаз, - произнес я и, зачерпнув немного взбитых сливок, вымазал ими нос Гарри. Кудрявый подергал носом, словно кролик, а затем убрал пальцем сливки и съел их. Я уставился на него с приоткрытым ртом, когда он продолжил поедать сливки со своего стакана, слизывая их с пальцев. - Куда мы пойдем? – его невинный голос вырвал меня из мечтаний. Я проворчал первое пришедшее на ум название, и, вставая из-за стола, как можно незаметнее поправил джинсы, заодно представив своего дедушку в дамском белье, потому что, блять, то, о чем я думал до этого, было чертовски возбуждающим. Весь путь к магазину Гарри бежал вприпрыжку впереди меня. От него пахло шоколадом, перечной мятой и всем хорошим во всем мире. Мне пришлось несколько раз напоминать себе, что Гарри - запретный плод, особенно, когда мы шли по улице, и я обнимал его за талию; или когда он пытался убедить меня надеть балетную пачку, которую он откопал непонятно где; или когда он примерял одежду, и все на нем смотрелось чертовски восхитительно. Сейчас на нем было длинное черное пальто, которое нашел я (ну люблю я себя помучить), и кудрявый выглядел в нем просто шикарно. - Лу, это уже слишком, - неуверенно пробормотал он. Я немного поправил пальто на его худющем теле, чтобы еще раз удостовериться, насколько идеально ему подходил этот предмет гардероба. - Но ты же замерзнешь, малыш. Хочешь - верь, а хочешь не верь, но снег создан не только для того, чтобы играть в нем. От него еще можно окоченеть и умереть, - я пропустил ту часть, в которой я говорю ему, что больше никогда в жизни не дам ему замерзнуть. - Но оно такое дорогое. - Да ну, не такое уж и дорогое. Явно дешевле, чем мое, - вскользь добавил я, и это было правдой, но Гарри это не убедило. Он вздохнул и, засунув руки в карманы, осмотрел себя в зеркале. - Но я уже столько тебе должен. - Но я же пошутил, когда сказал, чтобы ты отдал мне деньги, Хаз, - осторожно произнес я и бегло осмотрел сумки возле его ног. Все эти вещи не стоили дорого, на них бы вполне хватило денег, которые я отложил на выпивку и другие мелкие расходы, поэтому Гарри должен этому радоваться. Но он лишь покачал головой. - Нет, я имел в виду, что должен тебе за все. Его глаза встретились с моими, и он прикусил губу. Я практически видел, как его мозг подсчитывает расходы за то, что он спит на нашем диване, ест нашу еду и носит нашу одежду. Мне это не нужно. - Все, что ты мне должен – это несколько «Спасибо, Луи!» и лучезарная улыбка, желательно с этими твоими ямочками. Ну как, сможешь? На миг он задумался, после чего кивнул. - Спасибо тебе, Лу. Я протянул руку, чтобы легонько сжать его бедро. - Видишь? Вот ты и отдал должок за пальто. А теперь снимай его, пока продавщица не начала пускать на тебя слюнки. Я купил пальто, ведь оно смотрелось на Гарри просто охренительно, а также несколько шарфов и шапок, после чего решил, что на сегодня хватит. Теперь Гарри был довольным владельцем нескольких пар таких-узких-что-они-практически-впечатывались-в-тело джинсов, множества свитеров и футболок всех цветов и дизайнов, а также пары новых ботинок (так как старые были уже изрядно поношенными). Я также купил надувной матрац, и теперь пытался поймать нам такси, а учитывая, что мне было немного тяжело, то сделать это было непросто. Я ни в коем случае не собирался отдавать Гарри свой груз, ведь я старше, и я справлюсь… Наверное. - Еще не чувствуешь себя, как Джулия Робертс в «Красотке»? – спросил я, по-дурацки махая рукой и ругаясь про себя, когда еще одно таки проехало мимо. - Ни разу не смотрел этот фильм. Я опустил руку и посмотрел на парня, как на пришельца. - Ты что, шутишь? – на что он лишь покачал головой, и я вздохнул. – Вот я и придумал, чем мы займемся этим вечером. Так и произошло. Я помог Гарри надуть матрац, после чего он улегся посередине и раскинул руки, рассказывая мне какую-то чепуху об уроках вокала и диафрагме, после чего кудрявый выдал несколько строчек из песни Леди Гаги и самодовольно мне улыбнулся. - Это все, что я умею. - Что хорошего в том, чтобы научится петь лежа? – усмехнулся я, легонько пнув его ногой. Гарри пожал плечами и посмотрел на меня, а я тем временем полез в ящик, чтобы найти диск с «Красоткой», после чего я вставил его в проигрыватель и присоединился к Гарри, улегшись возле него на матрац. Лиам и Зейн ужинали, а Найл был на работе, так что мы с Гарри могли провести время вдвоем, что, в принципе, было прекрасно, если бы только кудрявый не был таким милым. - Спасибо за матрац, Луи, - сказал он, когда я накинул одеяло нам на плечи. Я пожал плечами. - Пустяки, малыш. Гарри смотрел фильм с нескрываемым удивлением, и даже когда он ел ло-мейн****, то не переставал пялиться на экран. - Луи, это так романтично, - прошептал, наконец, кудрявый. Гарри казался романтичной натурой – например, он дарил бы цветы на первом свидании либо отмечал бы шесть недель с начала отношений. Я улыбнулся. - Тебе нравится? Гарри кивнул, а затем засмеялся. - Но, с другой стороны, это так неправдоподобно. Никто не относится так хорошо к проституткам. Я рассмеялся. - И ты не понаслышке это знаешь, ведь так часто их заказываешь, да, Хаз? – пошутил я. Кудрявый немного приуныл, а когда попытался отшутиться, его голос дрожал. Я остановил его, чувствуя, как холодный парализующий страх сжимает мое сердце. – Гарри, ты же не… В смысле, ты не… - Нет, - резко ответил парень. – Но несколько раз я был слишком близок к этому, особенно когда меня мучил голод, а боль была невыносимой. Но мужчины не особо заботились о моих чувствах. И когда я отказывал, они были не слишком уж рады. - Гарри, - я больше ничего не мог сказать; во рту пересохло, а в груди возрастала злость, которую я ни на кого не мог выплеснуть. Все, что я перед собой видел – это Гарри, беззащитный Гарри в какой-то противном номере мотеля, рядом с еще более противным мужчиной, который воспользовался им; раздавил Гарри своим ботинком, словно мой кудрявый мальчик был увядшим цветком, а затем бросил ему за это деньги. Гарри поежился от моего голоса, не догадываясь, что это не из-за него я разозлился. - Прости, мне не следовало тебе ничего говорить, и теперь ты наверняка посчитаешь меня ничтожеством, но… Луи, это деньги. Ты не представляешь, насколько это заманчиво, когда ты знаешь, что все, что тебе нужно сделать – это… Всего лишь потерпеть немного, зато потом можно будет поесть или даже найти место для ночлега…, - Гарри запнулся и, уставившись на свои пальцы, виновато пожал плечами. - Гарри, милый? Иди сюда, - прошептал я. Он взглянул на меня, и мое сердце сжалось, когда я увидел в его глазах слезы. Кудрявый немного приподнялся, и я крепко обнял его, прижав к своей груди. – Я не считаю тебя ничтожеством, Гарри, и никогда не буду. Ты пытался выжить, малыш, и я не собираюсь осуждать тебя за это, так что не смей винить себя. Но… Я рад, что ты не сделал ничего такого… Я бы не хотел, чтобы кто-то делал это с тобой, Гарри. Гарри лишь кивнул и удобней устроился на моей груди, закрыв глаза и вздохнув. - Луи, я могу тебе кое-что рассказать? – прошептал он в районе моей ключицы. – Но пообещай, что… не расскажешь об этом ребятам и не будешь надо мной смеяться. - Обещаю. Гарри кивнул, и я почувствовал, что он зажмурил глаза, а его ресницы касались моей кожи. - У меня еще никогда не было секса с парнем. Мне захотелось встать и уйти, вот честно. Потому что этого просто не может быть. Гарри не может быть таким восхитительным, симпатичным, нежным, и, блять, девственником, сидящим в моих объятиях и плачущим, рассказывая о тех ужасных вещах, которые сделал с ним этот ужасный мир. Все, что я хотел сделать прямо сейчас – это прижать его еще ближе к себе и предупредить; предупредить о мужчинах, которые могут взглянуть в его невинные глаза и солгать. Это мужчины, которые захотят уничтожить его, а потом и его представление о сексе на всю оставшуюся жизнь, заодно превратив его в человека, которого уже никто не узнает. Этого я, конечно же, не сказал. - Тебе всего 17, Гарри, и это нормально. Мне бы хотелось, чтобы у меня это случилось позже. Этому парню было плевать на меня; он не любил меня, хоть и уверял в обратном. Я для него был всего лишь 15-летней секс-игрушкой. Поэтому просто… Не переживай, хорошо? Потому что ты найдешь кого-то замечательного, кто будет о тебе заботиться и сделает этот момент волшебным: со свечами, лепестками роз, шоколадом и фейерверками, которые будут взрываться, выписывая твое имя высоко в небе. И он разожжет чертово солнце, просто чтобы пожелать тебе спокойной ночи. И он будет обнимать тебя, пока ты не уснешь, и будет приносить тебе завтрак в постель, как и полагается идеальному бойфренду. Гарри хихикнул и, наконец, взглянул на меня глазами, полными слез. В них все еще читалась боль, вероятно, от воспоминаний о грубых руках или незнакомых голосах. Все же, он вновь засмеялся. Я нежно вытер его слезы под глазами и улыбнулся в ответ, проведя пальцем по его щеке. - Почему ты так уверен в этом? – спросил кудрявый. - Потому что, - произнес я. Это и есть мой ответ. Не потому, что я бы сделал все это, были бы мы вместе. Не потому, что ты заслуживаешь этого, Гарри, неужели ты не видишь? Просто потому что. - Ты сердцеед, Луи Томлинсон, - пробормотал Гарри себе под нос. Не уверен, что я должен был услышать это, ведь Гарри даже не покраснел, когда отстранился от меня. Он вернулся к просмотру фильма, но теперь парень лежал немного ближе ко мне и накручивал на вилку макароны, уставившись в экран. Наконец, фильм закончился, и Гарри казался загипнотизированным. Очевидно, счастливый конец его обрадовал. Он выглядел таким милым и игривым, что я не удержался и задал вопрос, хотя и обещал себе, что не сделаю этого. - У меня вопрос. Гарри повернул ко мне голову и приподнял бровь. - Что, Лу? - Как тебе удается так долго оставаться девственником при твоих внешних данных? – спросил я. Гарри покраснел. - Я не девственник, просто… там, откуда я, не так уж и много геев. Я мутил со многими девушками и… О Боже, заткнись, Луи. Но я не смог этого сделать и продолжил смеяться и дразнить его, отчего кудрявый ударил меня подушкой по голове, и это дало начало бою подушками, который закончился тем, что сонный и хихикающий Гарри замахал белым флагом (наволочкой, вообще-то), а потом уснул несколько минут спустя, опустив голову мне на колени. Я сидел на месте, переключая каналы и наблюдая за спящим парнем, пока домой не вернулись ребята с улыбками Чеширских котов. Я взглянул на них и покачал головой, переключая свое внимание на кудри Гарри, которые я перебирал пальцами последние несколько минут. И я точно не покраснел, когда попросил их всех отъебаться. * Позорная прогулка. Так называют ситуацию, когда девушка после вечеринки оказывается не у себя дома, а наутро вынуждена возвращаться на работу или домой не только с сильнейшим похмельем, но и во вчерашней одежде. ** "Семейство Кардашян" - американское реалити-шоу. Премьера шоу состоялась в октябре 2007 года на телеканале E!. *** Бариста - — кофевар, специалист по приготовлению кофе (в основном именно эспрессо), умеющий правильно приготовить кофе (в том числе с использованием искусства латте-арт) или напитки на его основе и подать посетителю. **** Ло-мейн - лапша в азиатском стиле, одно из популярных блюд китайской кухни, которое готовится как с креветками, так и с курицей, свининой, говядиной.