A New Midnight

Я захлебнулся воздухом и ринулся к парню, но он отпрянул от меня, а его взгляд метался от моего лица до рук. - Ох, Хаз. Гарри, малыш, я не обижу тебя, обещаю. Прости, что накричал на тебя. - Извини, - снова пробормотал он. Когда я подвинулся к нему в этот раз, он все еще подозрительно на меня поглядывал, но в итоге все же подвинулся ко мне и обнял за стан. Я облегченно вздохнул, ведь юноша не заплакал и не закрылся от меня после того, как я напугал его. - Не извиняйся, это моя вина. Я не должен был орать на тебя, я же помню, что ты ненавидишь это. - Я просто не хочу с тобой ссориться, - прошептал он. – Хочу быть счастливым. Я засмеялся и нежно поцеловал Гарри в макушку, полагая, что это уже прогресс, ведь он не отстранился от меня снова. - Хорошо. Тогда будем счастливыми, милый. Гарри переместил свои руки мне на шею. - Так что, может, поедем уже за елкой? - Хорошо. Правда, я понятия не имею, как мы дотащим ее домой. Придется заставить тебя нести ее, твои гигантские руки как раз созданы для этого. Гарри захихикал и тыкнул меня пальцем в ребра. - Давай просто позвоним Нику и попросим у него машину. Ты же водишь, кажется? Я поморщился при мысли о том, что мне нужно будет быть в долгу перед Ником Гримшоу. - У него наверняка не машина, а какое-то тупое хипстерское подобие автомобиля, - буркнул я. – С прикрепленным к приборной панели граммофоном. Я тебе отвечаю. Гарри отстранился и скорчил рожицу, кривляя меня, и, Господи, как же мне захотелось его поцеловать. - Не будь говнюком, Лу. Дай мне свой телефон, я позвоню ему и пообещаю, что не позволю тебе разбить ее. Я закатил глаза, но все же достал из кармана телефон и передал парню. Гарри усмехнулся и в знак благодарности поцеловал меня в щеку, после чего встал с дивана и вышел из комнаты, чтобы позвонить. На миг я задержал на нем взгляд, приложив руку к тому месту, куда он меня поцеловал, и клянусь, оно было теплее, чем любая другая часть меня. Я заваривал кофе (потому что наверняка знал, что мне понадобиться вся моя энергия, чтобы весь день провести с Гарри), когда на кухню вошел кудрявый сгусток энтузиазма, улыбаясь при этом во все тридцать два. Он сообщил, что Ника не было дома, что было для меня даром Божьим, но у Гарри были ключи, так что нам нужно было зайти и взять ключи от машины, после чего можно было спокойно отправляться за елкой. - Я сказал, что ты отличный водитель, так что он не должен париться по поводу этого. Я фыркнул и покачал головой. - Детка, я ужасный водитель. - Ну, Нику не обязательно это знать, - решил Гарри. Он увидел, как я наливаю в кофе молоко, и тихо выдохнул «Оууу». - Сделай и мне кофе, - попросил кудрявый. Я выполнил его просьбу, и дело закончилось тем, что я сел за руль машины Ника Гримшоу вместе с укутанным в пальто Гарри, который подрагивал от возбуждения и кофеина. Сначала мы остановились, чтобы купить украшения, потому что этот магазин был ближе всех, к тому же здесь Гарри совсем потерял голову. Он сразу же решил, что нашей темой будет «Зимняя Страна Чудес», и сюда подойдет все, что угодно. Мне даже не посчастливилось поддразнить его, потому что мои руки были заняты украшениями, гирляндами и мишурой – и все это добро Гарри выбирал сам. До того времени, как он решил, что с нас хватит, я с уверенностью мог сказать, что я с ног до головы был обсыпан серебряными блестками, которые я никогда не смогу отчистить. Я уже собирался убраться отсюда вон, когда Гарри наткнулся на отдел специализированных украшений и тут же завизжал, как девчонка. - Лу! Взгляни, Луи! – улыбался он, тыкая мне в лицо украшением. Я рассмотрел то, что мне показал кудрявый и хмыкнул. - Хаз, я могу с уверенностью сказать, что эта хрень предназначена для престарелых супругов. Хотя вещица была довольно милая – небольшая, покрытая серебряными блестками новогодняя елка, посередине которой висели две птицы, а на ленточке, которая проходила через все деревце, было написано причудливым курсивным шрифтом «Наше первое Рождество». Гарри надул губки, высунув свою пухлую нижнюю губу дальше некуда. - Но Лу, неужели тебе не нравится? – он грустно растянул мое имя, словно мое негативное мнение насчет игрушки значило для него абсолютно все. Неспособный выдержать его выражение лица, я выхватил из рук кудрявого игрушку и бросил ее поверх кучи других праздничных украшений. - Ладно, ладно. Пошли уже, пока ты не скупил весь магазин. Гарри просиял. - Спасибо тебе, Лу. Я знал, что тебе понравится, - он наклонился и встал на носочки, чтобы поцеловать меня в щеку, после чего юркнул в очередь. Мне действительно хотелось, чтобы он прекратил так делать. - Надеюсь, ты понимаешь, что ты должен мне не меньше дюжины рождественских печенюшек, потому что я не знаю, как мне убрать из моей челки эти долбанные блестки, - буркнул я, когда подошла наша очередь расплачиваться. Он лишь улыбнулся и тряхнул своими кудрями, отчего меня окатило новое облако противных блесток. Я раздраженно цокнул языком, наблюдая за тем, как Гарри расплачивается за покупки. Следует заметить, что у кассирши чуть слюнки не потекли, когда она увидела кудрявого парня. Гарри лишь улыбнулся ей, явно не замечая, как девушка чуть со стула не упала, когда он поздоровался с ней. - Когда ты в последний раз наряжал елку? – спросил я по пути к машине. Гарри задумался над вопросом, после чего растерянно пожал плечами. - Честно? С тех пор, как умерла моя мать. Я скучаю по этому занятию, она всегда придумывала дурацкую тематику, но, тем не менее, нам всем нравилось. Я аж споткнулся, услышав об этом; благо, Гарри схватил меня за локоть, чем уберег меня от падения, хотя я был слишком поражен новостью и забыл его поблагодарить. - Гарри, почему ты мне раньше об этом не рассказал? - Я не думал, что это важно, - скромно пробормотал парень. - Думал он… Гарри! Как ты мог подумать, что это неважно? Гарри отпустил мой локоть, начал говорить, не глядя мне в глаза. - Это было очень давно. Когда я был маленьким, она заболела и умерла спустя несколько месяцев после моего восьмого дня рождения. И я не думаю, что это… Что это нечто важное. Было очевидно, что Гарри не хотел, чтобы я его жалел, поэтому я и не сделал этого; кроме того, я не выругал его за то, что это было якобы неважно. Вместо этого, я впервые в жизни держал рот на замке, но лишь до тех пор, пока мы не сели в машину и поехали. - Ты же знаешь, что можешь все мне рассказывать, правда? – я оторвал взгляд от дороги, чтобы проследить за его реакцией. – В смысле, ты знаешь обо мне не самое лучшее, и я… - Ты помнишь первую неделю, когда мы вместе смотрели «Аладдина»? – прервал меня Гарри. – И ты сказал мне, что сообщишь мне три свои желания, когда узнаешь меня лучше? Я засмеялся. - Хаз, я просто выебывался. Я понимаю, что ты хочешь услышать мои желания, просто это сейчас не то, о чем я думаю. Гарри поморщился, и я понял, что он пытается не засмеяться надо мной. - Нет, ты меня не так понял. Я хочу тебе все рассказывать, я хочу, чтобы ты узнал меня. Конечно, это займет некоторое время, но если… Думаю, тебе нужно немного потерпеть. Прости. - Не извиняйся, - я протянул руку и нежно погладил большим пальцем его ладонь. – Ник, он… Он говорил, что ты через многое прошел. Я просто хочу, чтобы ты знал, что если что, я всегда с тобой. Гарри замер и медленно убрал свою руку подальше от моей. - Что тебе рассказал Ник? – низким голосом спросил Гарри. Я нахмурился, припоминая последний неудачный разговор с Ником, и пожал плечами. - Ничего, правда. Только то, что я сказал. Гарри коротко кивнул и отвернулся, устремив взор в окно. - Сомневаюсь, что ты захочешь слушать мое нытье о дерьмовом детстве, Лу, - хоть его шутка и была неудачной, я все же тихо захихикал, дабы хоть как-то развеселить его. - Полагаю, что я бы слушал твое «нытье» по поводу всего, Гарри. Кудрявый рассмеялся и повернулся ко мне лицом, отчего я, наконец, смог посмотреть ему в глаза. - Как мило. Чувствую себя особенным. - Так и есть. Он усмехнулся, и улыбка не сходила с его лица до тех пор, пока мы не добрались до своеобразного Северного Полюса, хотя это была всего лишь окраина Лондона. И прежде чем я успел заглушить мотор, кудрявый рванул в сторону деревьев, чем изумил всех, кто находился здесь. - Хаз! - позвал я, вглядываясь в ряды деревьев, пока, наконец, не заметил пару знакомых зеленых глаз и такие родные ямочки на щеках. – Не заблудись там, милый, я не хочу тебя потерять. - А ты и не потеряешь, - хихикнул Гарри и, схватив меня за руку, потянул в местечко между двух елей, и на меня посыпались иголки. Я застонал, но Гарри усмехнулся и не дал мне отряхнуть их. - Ты выглядишь, как Рождество, Лу. - Отлично, как раз этого я и хотел, - я закатил глаза, но не отпустил руку Гарри, так же как и он не отпустил мою. Закусив губу, чтобы не улыбнуться, я обернулся и осмотрел небольшое деревце прямо перед нами. - Эта? Гарри посмотрел на меня, как на психа. - Нельзя выбирать первую попавшуюся елку! - Так, а ну не командуй! Кто из нас раньше этим занимался – я или ты? - Ты, но, оказывается, ты хреново выбираешь елки, - честно признался Гарри, отчего мой смех перерос в сильный кашель. – Готов поспорить, что твои сестры выбирали елку вместо тебя – они в этом деле кажутся более благоразумными. С этими словами он оттащил меня от крохотной ели в сторону лабиринта хвои, и я с радостью плелся за ним. Очевидно, я самая худшая елка на свете, - точнее, так сказал Гарри. Ему не понравилось ни одно дерево, выбранное мною – то оно слишком большое, то слишком маленькое; это слишком объемное, а это слишком невзрачное. Наконец, я сдался и позволил таскать меня сквозь ряды елей, пока кудрявый, наконец, не остановился и тихо охнул. Перед нами была миниатюра идеальной елки – ну знаете, ту, которую вам часто приходилось видеть в фильмах: усеянную разноцветными гирляндами и красиво украшенную разнообразными игрушками. - Ох, Лу, - шепнул кудрявый, словно ему не хватало воздуха. – Она идеальна. Я улыбнулся и сжал его пальцы. - Тогда она твоя. Гарри повернулся и улыбнулся мне. - Правда? - Конечно, малыш. Гарри закусил губу и снова взглянул на дерево, после чего коротко кивнул. - Она наша. Гарри вместе с продавцом елки осторожно взгромоздили нашу покупку на крышу машины Ника, и я надеялся, что дерево слегка сдерет краску с автомобиля. Гарри где-то сто раз поблагодарил продавца, и теперь с гордостью поглядывал на елку, кивая, словно способный ученик, пока мужчина объяснял ему, как ухаживать за деревом. Я любовно улыбнулся, и, наконец, достал деньги, когда Гарри залез в машину. - Пятьдесят процентов, - произнес мужчина, когда я протянул ему деньги. Я поднял брови, все еще держа в протянутой руке купюры. - Простите? Он кивнул в сторону машины, точнее, в сторону Гарри, и улыбнулся. - Вы очень милая пара. Знаете, вы напомнили мне меня и мою жену, когда мы были подростками. Так что я делаю вам скидку, - я не мог пошевелиться и так и стоял с раскрытым ртом, а продавец сам отсчитал деньги, всучив вторую половину мне в кулак. – Счастливого Рождества. Я прокашлялся, дабы вернуть голос, и кивнул. - Да, спасибо. И вам счастливого Рождества, - я коротко кивнул и рванул к машине, при этом мои щеки практически горели. - Звонил Найл и сказал, что они не стали нас ждать и поехали в кафе. Я кивнул, все еще ошеломленный тем, что только что произошло, поэтому «Хорошо» - это все, что я удосужился ответить. - Что там произошло? – поинтересовался Гарри. Я повернулся и посмотрел на него, и когда кудрявый заметил, что я на него пялюсь, он улыбнулся. – Что? - Он посчитал тебя очаровательным и сделал нам скидку, - соврал я. Глаза Гарри расширились. - Неправда. - Правда. Он скинул пятьдесят процентов только за то, что ты выглядел, словно милый счастливый ребенок в кондитерской. - Заткнись, - Гарри закусил губу и отвернулся. – Просто… нет. Заткнись. Поезжай уже. Когда я засмеялся, парень пробормотал что-то себе под нос – наверное, чтобы я опять заткнулся. - Он подумал, что мы пара, - признался я, хихикнув. - И ты не сказал ему правду? – спросил Гарри странным тоном. Я покачал головой. - Я получил скидку. Кроме того, я мог сказать ему еще что похлеще, - подмигнул я, отчего Гарри покраснел еще больше, чем до этого. - Умолкни, Луи. Наконец, я выехал из автостоянки, при этом пытаясь не рассмеяться. - Следи за языком, Санта наблюдает, если что. Неужели вы хотите попасть в список непослушных детей, молодой человек? Гарри стукнул меня по голове, а затем вжался в сиденье, словно хотел исчезнуть из этого мира. Каким-то чудом нам двоим удалось, пререкаясь, занести елку в квартиру, не причинив при этом вреда ни себе, ни зданию. С деревом все было в порядке, ведь Гарри оберегал его, словно оно было его первенцем, черт возьми. Не успели мы войти в квартиру, как кудрявый тут же приказал мне принести украшения и воду. Я помог ему разровнять ветки, после чего мне пришлось убирать кучу иголок. И только после этого Гарри казался довольным. - Я сделаю из нее красавицу, - произнес Гарри, и я не смог сдержать улыбку. - Не сомневаюсь в твоих способностях. Начнем с гирлянд? Я пытался распутать гирлянды, когда заметил, что Гарри держится за один конец, хитро при этом улыбаясь. - Даже не смей… Гарри! Я успел выкрикнуть только эти слова, прежде чем Гарри обвил гирлянду вокруг меня, смеясь, как маньяк. Очевидно, ему было от этого очень весело. Настолько весело, что кудрявый посчитал нужным сфотографировать меня на мой телефон и отправить снимок каждому, кто находился в моей телефонной книге. Все то время, что Гарри отправлял фото, он непрерывно смеялся, и мне стало интересно, дышит ли он вообще. Но когда я, наконец, освободился, эта мысль улетучилась, и я, недолго думая, запрыгнул на кудрявого и, повалив его на надувной матрац, уселся ему на живот. - Ну прости, прости, - смеялся Гарри, одновременно пытаясь спихнуть меня с себя. – Просто ты такой маленький. Я возмущенно вскрикнул и попытался стукнуть его за такое замечание, но Гарри остановил меня, схватив за запястья. - Я не маленький! – вопил я, мутузя его ногами по бокам. - Неправда, ты просто кроха! – кудрявый усилил хватку на моих запястьях. – Я хочу связать тебя гирляндами и повесить на елку вместо звезды. Я покачал головой и, вырвавшись из его хватки, легонько стукнул кудрявого кулаком в грудь. - Ненавижу тебя. Гарри покачал головой и улыбнулся, обнажая ямочки на щеках. - Неправда. Не удержавшись, я ткнул пальцем в одну из ямочек и отрицательно закивал головой. - Ты прав, это неправда. Я встал с него и в этот раз мы все же повесили гирлянду на елку, а не на меня. Помучавшись пару минут с розеткой, мы, наконец, зажгли ее, после чего взялись за игрушки разных форм и оттенков. У Гарри был собственный план насчет украшения, который подходил его тематике, поэтому он стратегически помог мне развесить все игрушки, кроме нескольких особо уродливых и, конечно же, звезды. - Что-то как-то не очень, - скривился я, наблюдая за тем, как кудрявый вешает игрушку прямо в центр сверкающих елочных веток. – Эти птицы не сочетаются с твоей Зимней Страной Чудес. - Пофиг, - просиял Гарри. – Мне нравится. Я улыбнулся в ответ и взял звезду, которую он мне передал. У меня дома всегда было важно, кто именно будет устанавливать звезду. Обычно мы вытягивали имена из шляпы, и я усаживал младших девочек себе на плечи, чтобы они осторожно повесили звезду, хотя мама всегда осторожно поправляла ее, когда никто не видел. Посмотрев на звезду в своих руках, я вздрогнул от острого приступа ностальгии в животе. Никто не сомневается в ее красоте, но она не моя. Это не та звезда, которая досталась нам еще от моей прабабушки, и которую мой папа, когда бывал дома, разрешал мне установить самому, и которую я помог установить Дейзи в мое последнее Рождество в кругу семьи. - Лу, давай помогу, - предложил Гарри. Я посмотрел на него, потом на звезду, и кивнул. Он улыбнулся и взял меня за талию, чтобы подсадить меня, и я смог установить звезду на верхушке елки. Когда мои ноги снова коснулись пола, я почувствовал, как руки Гарри сомкнулись на моей талии, и я тихо вздохнул. Я наклонил голову, чтобы увидеть, как разноцветные огни отражаются в его глазах и слабо освещают его лицо. Как всегда, его улыбка была заразной, поэтому я улыбнулся ему в ответ. Так что да, возможно, елка и не была такой привычной для меня – украшенной домашними игрушками, восхваленной мною и моими сестрами, а звезда была слишком новой и не имела своей истории, кроме как путешествия с завода до магазина, но я ведь тоже не был в привычном доме в кругу родных. Теперь это мой дом; в каком-то смысле все было так ново, и кто знал – возможно, либо я, либо Гарри в следующем году снова установим эту звезду, либо же отдадим кому-то еще… В любом случае, он мне нравилась. Я чувствовал себя так по-домашнему, ощущая руки Гарри на своей талии. А еще я был счастливым, при том, что я себя так не чувствовал достаточно давно, и ворчание в моей голове, раз за разом повторяющее неправильнонеправильнонеправильно было едва ощутимо, когда я взглянул на рождественские огни, отражающиеся в глазах Гарри. - Она наша, - прошептал я, хотя Гарри сказал то же самое несколькими часами ранее. Он улыбнулся и сжал мою талию немного крепче, после чего опустил подбородок на мое плечо. - Она далеко не идеальна, - прошептал Гарри в ответ. – Но ты прав, Лу. Она наша.