Семейные хроники семьи Холмс-Ватсон

Джон очнулся в сыром, слабоосвещённом подвале, куда его заботливо пристроил Себастьян. Подвал как подвал. Ничего особенного. Обычные серые стены, кое-где покрытые озорной зелёной плесенью, обычный бетонный пол, местами помеченный бордовыми пятнами, старая добрая лампочка Ильича. Лампочка явно не подходит для такого большого помещения, ибо света от неё почти нет. Но Джон рад пусть такому тусклому, но всё же источнику света. Ватсон испуганно уставился на тяжёлую железную дверь, незамеченную им ранее, которая стала со скрипом открываться. В помещение вошёл тот самый человек, ждать доброты от которого было бы полнейшим безумием. Себастьян Моран. Самый настоящий хищник. - Я смотрю, ты у нас проснулся, доктор? – хрипота ушла, остался только давящий на сознание, но одновременно возбуждающий, тяжёлый мужской голос. - Если ты что-то… - собственный жалкий лепет кажется неуместным. - О, Джон! Не в твоём положении переживать за другого человека! Уж не о том ли Шерлоке ты беспокоишься, который сейчас нежится в мягкой кроватке, возможно, уже рядом с Джимом? Очнись! Ты сейчас в подвале со мной, а не он! Причём заметь, я не испытываю к тебе той нежности, которую испытывает Джим к нему. - Шерлок не… - Не станет спать с ним? Я умоляю тебя, док! Ты всё ещё ничего не понял? - Что я должен был понять? – смутные догадки посещают Ватсона, но он отгоняет их проч. Моран садится на корточки около своего пленного и накланяется к его уху: - Твой Шерлок спит с Мориарти. И всё то время, пока ты оплакивал его, рвал на себе волосы, он ломал кровати вместе с Джимом, - он отстраняется, чтобы посмотреть в глаза человеку, которому только что разрушил мир. – Ну, Джон, может сейчас, ты сам попросишь меня о смерти? - Я тебе не верю, – Джон смотрит в одну точку, понимая, что Себастьян ему не врёт. Но надежда умирает последней, ведь так? - Ха! – Моран подскакивает и почти бежит к ноутбуку, который он принёс с собой. – Не веришь мне? Может, ты поверишь этому? Перед Джоном запись, на которой он сразу опознаёт двух мужчин. Шерлока и Мориарти. То, чем они занимаются, заставляет потоки слёз хлынуть из глаз доктора. "Этого не может быть… я же верил ему… он… он знал, что со мной было… он…" - Знаешь, мне тебя жалко. Я ещё никого до этого не жалел. Но ты – другое дело. Твой самый близкий и родной человек втоптал твои чувства в грязь, - шершавая рука непозволительно нежно вытирает слёзы Джона. – Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, Джон. - Я ничего не чувствую… - неосознанно Джон тянется навстречу руке Себастьяна. - Не правда. Кого из нас ты пытаешься обмануть? Мы вместе прошли одно и то же пекло. Мы пережили войну, смерть товарищей и предательство. А это, Джон, так или иначе,накладывает на нас определённый отпечаток и заставляет думать одинаково. Ватсон переводит взгляд  на Морана. Сейчас он не такой, каким был раньше. Сейчас он обычный мужчина средних лет, которого жизнь не жалела так же, как и Ватсона. Сильный мужчина, в объятиях которого хочется утопить своё истерзанное тело. И Джон не в силах противостоять этому притяжению падает ему на плечо, и его тут же сжимают крепкие руки. - Джон… - Моран поднимает голову Джона и увлекает его губы в безнадёжный танец предсмертной агонии. – Война сделала из нас цепных псов, слепо повинующихся своему хозяину. У меня есть приказ. Ты знаешь, что это значит, док. Ты знаешь, что от тебя требуется? - Убей меня, Себастьян Моран. Всё равно мне уже больше нечего терять… - еле слышно шепчет Джон и почти бесчувственными губами возвращается к своему последнему танцу. *** В отличие от Джона, пробуждение Шерлока было вызвано появлением солнца. Он нехотя перевернулся на другой бок и, немного поёжившись, устроился на груди у, как он думал, Джона. Несколько секунд он был абсолютно уверен в том, что это действительно его любимый Ватсон, но потом, толи мозг проснулся, толи интуиция сработала, он таки открыл глаза. Довольное лицо Мориарти заставило детектива подскочить и упасть с кровати, больно ударив своё сокровище. - Чёрт возьми, Джим! Ты что, идиот, творишь?! Сейчас Джон придёт и… - Шерлок замолчал, потому что понял, что он и не Бейкер-стрит вовсе. – Где я?... ДЖОН ГДЕ?! Он кинулся на Джима, пытаясь схватить того за шею, но Мориарти умело перехватил его ручонки и, повалив на кровать, устроился сверху неистовствующего детектива. - Ну, тише, мальчик мой, ты чего так разбушевался? – Мориарти наклонился, чтобы поцеловать Холмса, но тот, не найдя другого оружия со всей силы зарядил Джиму головой  в нос. Воспользовавшись реакцией Мориарти, Холмс ловко вынырнул из-под него и отлетел к двери, которая, как и ожидалось, оказалась закрыта. - Шерлок, мать твою! Ты что творишь?! Ты мне нос сломал! Теперь уже Джим соскочил с кровати и, подбежав к детективу, наградил его смачной пощечиной и ударом в живот. Шерлок, сползая по стене, осел на пол. - Боже, Шерлок… Я не хотел… Ты сам меня вынудил… - Мориарти опустился на колени и потянулся к своему детективу, но остановился, встретившись с пустым взглядом. - Ты убил его? – недавно озорные изумрудные глаза, сейчас пугают своим безразличием и туманной пеленой. Джим молчит. Не потому что он не знает ответа на этот вопрос, а потому что уверен, что его ответ взорвёт его и всю вселенную заодно. - Ты убил его, Джимми? Я его больше никогда не увижу? – голос дрожит, а по такому дорогому и любимому лицу текут солёные слёзы. - Шер…лок… - внезапно появившаяся хрипота в голосе пугает. – Нет, он ещё жив… Мокрые изумруды блеснули  еле заметным огоньком. Облегчение? Что ж… Мориарти осознал своё поражение и, подойдя к прикроватной тумбочке, поднял с неё телефон. - Себастьян, выпускай его. Что? Это уже не наша проблема. Выпускай. Да, мы наверху. Дай мне пару минут. Хорошо? Спасибо. Он кладёт телефон на прежнее место и, устало отпустившись, рядом с Шерлоком опирается на спасительную стену. - Какой же я всё-таки дурак… Я думал, что без него мы снова сможем быть вместе, как тогда… Это были самые лучшие два года в моей жизни. Только рядом с тобой я начал жить по-настоящему. Хах, Себастьян тогда так психовал. Ты даже не представляешь, как сильно он ревновал. Видел бы ты его глаза, когда я отправил его в Италию. Шерлок, прости меня, если сможешь… - Джим достал из кармана ключ и протянул его Холмсу. - Джим, я бы никогда не простил тебя, если бы ты убил Джона. Но ты не сделал этого. Ты не безнадёжный дурак, Джим. Спасибо. – Шерлок сжал холодную руку мужчины и забрал ключ. - Забавно… Раньше я грел твои руки… Джон никогда не даст тебе замёрзнуть… Поднявшись с пола, детектив открыл дверь и, немного задержавшись в дверном проёме, сказал: - Тебе всё ещё есть, кого греть. Ему очень не хватает твоего тепла, Джим. *** Сердце детектива задрожало, когда он увидел своего Джона. Мужчина еле держался на ногах, мёртвой хваткой вцепившись в Морана. А взгляд настолько пустой, что поначалу принимаешь Ватсона за неудачный эксперимент алхимика-недоучки, бездушное подобие человека. Ожившая кукла, проще говоря. - Шерлок? – голос словно доносится откуда-то из глубокой гробницы. – Это правда? - Что именно? - Шерлок делает шаг вперёд, но останавливается, встретившись взглядом с доктором. - Два года, Шерлок… Два года я оплакивал тебя… Ты ведь знал, что стал для меня смыслом всей жизни, но всё равно так поступил… Неужели было так трудно рассказать мне об этом? - Я не мог. Прости меня, если сможешь, Джон. Я хотел тебе всё рассказать, но… - Себастьян, увези меня, пожалуйста. – Моран быстро подхватил Джона на руки и ушёл, оставив Шерлока один на один со своими демонами. *** POV Шерлок С того самого дня я не видел и не слышал его уже около месяца, может даже двух. Для меня не существует разделения между днём и ночью. Я почти не сплю, лишь ненадолго проваливаясь в болезненное подобие сна. И каждый раз перед глазами я вижу его. Моего любимого, самого дорогого человека во всей вселенной. Вижу и понимаю, что я своими руками раздавил этого стойкого и сильного мужчину. Раздавил и размазал по кладбищенской земле… Боже, почему я такой идиот?! Зачем я вообще всё это натворил?! Сейчас я не могу объяснить, почему так охотно запрыгнул в кровать к Джиму, как тупая заправская проститутка. И глупо сейчас отрицать очевидное – мне действительно было хорошо рядом с ним, и я совсем не вспоминал Джона. Но почему?! Я всегда любил его, готов был бросить к его ногам целый мир. Я бы уже давно послал к чёрту добрую половину Скотланд-Ярда во главе с Лестрейдом, если бы не он. Я всегда получал кайф от того, что он восхищается мной. Даже представить сложно, как низко я пал в его глазах после такого… Миссис Хадсон очень волнуется из-за всей этой ситуации. Я перестал выходить из комнаты днём, потому что не мог больше видеть её заплаканные глаза. Но я тайком выбираюсь на улицу ночью. Мёртвые окраины Лондона, наполненные дымом и крысиным шёпотом городского отребья, ненадолго отвлекают меня. Проветривать мысли в такой мерзкой обстановке трудновато, но первое время я справлялся. Сейчас и это не помогает. Когда он вернётся? Я не знаю. А вернётся ли он вообще?... Что ж. Я сам всё это натворил. Больше нет ночных прогулок. Теперь я просто бесцельно брожу по комнате, в позе эмбриона лежу на полу и никого к себе не пускаю. Хорошее изобретение этот замок. Раз в неделю заходит Майкрофт. Он уже давно знает, где сейчас Джон. Но я не спрашиваю его об этом, а сам он не рассказывает. Готов поставить свою почку на то, что он уже разговаривал с ним. И я разговор был явно не из приятных. Почему я пускаю Майка к себе? Потому что он видел меня и не в таком состоянии, да и доводить до того, чтобы он выломал дверь, совсем не хочется. Он пытается рассказывать мне про новые преступления, про работу. Он уже давно не ждёт моего внимания. Просто рассказывает и всё. Пытается отвлечь. Но ничего не выйдет, Майк. Скоро я перестану пускать и его. Просто потому что умру и не смогу открыть дверь. POV Джон В какой-то момент меня просто не стало. Было это тогда, в подвале, когда Моран рассказал мне всё или тогда, когда я его поцеловал, не знаю. Может это случилось несколько позже, когда он привёз меня в свою пустующую квартиру. Он не остался со мной и не попытался воспользоваться моим состоянием. Возможно, ему это просто не нужно, в любом случае я благодарен ему. Потому что больше идти мне было некуда. Вернуться к Шерлоку? Не сейчас. Простил ли я его? Как может простить человек, которого нет? Я просто существую в небольшой квартире едва знакомого мне мужчины. Я удовлетворяю базовые потребности, читаю книги и больше ничего. В голове каша из-за сильнодействующего успокоительного. Я много сплю, но не вижу сны. Я даже не знаю, больно мне или нет. Приезжал Майкрофт. Сказал, что его брату очень плохо и было бы лучше прямо сейчас вернуться на Бейкер-стрит. Он очень волнуется за него. Но когда я рассказал ему, почему всё это происходит, он просто встал и ушёл. Явно понял, что все попытки вернуть меня туда заведомо провальные. Молодец. Мозгами их семейство умеет пользоваться. Только вот пользуется ими оно только тогда, когда им это надо. После визита Холмса старшего успокоительного стало больше. Раз в неделю заходит Моран. Приносит еду, таблетки, и почти сразу уходит. Иногда мне кажется, что его это заставляет делать Мориарти, но потом вспоминаю отношение Джима ко мне. Но в том, что Мориарти в курсе происходящего я не сомневаюсь. Тут и хвалёной дедукции не надо. Мысль о самоубийстве быстро отправилась в мусорное ведро. Как бы мне не было плохо, война воспитала во мне любовь к жизни. Я часто вспоминаю войну. Вспоминаю, как у меня на руках умирали люди, мои друзья… Многих я вытащил с того свет. И что теперь? Себя я из этого дерьма не могу вытащить. Глупо сравнивать войну и это, знаю. Но всё равно сравниваю. Меня радует библиотека Себастьяна. Поначалу она меня заинтересовала, но в последнее время стала пугать. Книги заставляют меня думать, а от этого мне становится больно. Больше не читаю. Интересно, как он там без меня?... Мне всё равно. Не хочу его видеть. Знать его не хочу. Пошло всё к чёрту! * Ты готов меня отпустить? Нет. А я не готов уйти. * - Шерлок, я… - Прости меня, Джон. Я люблю тебя. - Какой же ты идиот… Я чуть не умер без тебя.