Double love

Билл достал из холодильника яблоки, затем полез за корицей и ещё чем-то в соседний шкаф. – И что печь будем? – Бэти вошел на кухню, начиная крутиться возле стола, подходя то к окну, то к столу. – Пирог с яблоками и корицей, – парень лазал по шкафчикам, выискивая муку, – блин, я же сам тут муку видел... – На нижней полке, возле плиты, – Том хлопнул нагнувшегося брата по заднице и прошёл к окну. – Я люблю твой пирог... – Пирог ли! – смеётся Билл, доставая муку. – Лишь бы пощупать чего-нибудь! – Бэти подошёл к старшему Трюмперу, прижимаясь к его спине грудью, обнимая мужчину под живот. – Ревнуешь, мелкий? – Том прикурил, заглядывая в окно и наблюдая там погоду, что быстро портилась. – Нет! – мурлычет, прикусывая мужчину за шею. – Вы не светитесь у окна, а мойте уже руки! Я пока сделаю тесто, а вы нарежьте яблоки! – Давай, мелкий! – Том оборачивается, крутясь в руках юноши. – Иди, помогай нашей хозяюшке! Мы его так хорошо поимели, что он решил нас вкусно покормить! – Ой-ой! – Билл подошёл к умывальнику, чтобы помыть руки. – Сегодня Бэти постарался лучше тебя! – оборачивается, показывает язык. – Дааа, – Том присосался к сигарете, хитро улыбаясь. – Вот и ходит довольный! Да, Бэтифорд? – Ой, заткись! – Бэтифорд уткнулся в шею мужчины. – Чего теперь вспоминать... – Хорошо тебе было в моём братике? – ржёт, выдыхая дым в лицо брюнета, тот отстраняется, кашляя. – Отвали! – толкает его в живот и отходит к раковине. – Ты был хорош, – Билл целует юношу в макушку и возвращается к столу, на который он уже рассыпал муки. – Только вот беда, – Том усмехается, оставляя окурок в пепельнице, – его размер не удовлетворяет тебя так, как мой! Бэти резко обернулся на Трюмпера, тот лишь голову набок склонил. Конечно, вопрос размеров в этом возрасте стоял остро, но Том этого явно не знал да и не нёс в своей шутке никакого злого умысла. – Том, ты идиот! – Билл же заметил напряжение Бэтифорда и тут же поспешил его успокоить: – Милый, это не так... И забей, у Тома язык без костей... – он зло глянул на брата. Только сейчас старший Трюмпер заметил обиду в глазах брюнета. – Ой, да ладно... Ты же знаешь, что он ещё вырастит! – Отвали! – грубо проговорил Бэти. – Том, ты на самом деле... сначала думаешь, а потом говоришь... Билл вздохнул, принимаясь замешивать тесто. Том всё так же недовольно смотрел на Бэтифорда, мальчишка в ответ тоже смотрел на Трюмпера-старшего. – Ну, прости! – не выдержал Том. – Да, я идиот, и язык у меня без костей, я не хотел делать тебе больно и сказал не подумав. У тебя красивый член, хороший такой, прям так и тает во рту... – расплылся в улыбке. – Не верю! – сложил руки на груди Бэтифорд. – Ну, мне что... Отсосать тебе прямо тут? – рассмеялся Том, поглядывая то на Бэти, но на Билла, брат, кстати, криво улыбался, посмеиваясь. – Ты сам предложил... Билл уже начал раскатывать тесто, умело орудуя скалкой и посматривая за тем, как брат хорошенько берет в рот. Бэтифорд прижался корпусом к столешнице, спустив штаны и расставив ноги, Том же стоял на коленях, вбирая член по самое основание. Младший Трюмпер только удивлялся тому, как закоренелый бабник так быстро научился искусству минета. Хотя, если взять в расчёт тот факт, что практические уроки проходят у них почти каждый день, то вполне неудивительно, что он овладел таким хитрым умением за такой короткий срок. – Вот теперь верю... – улыбнулся Бэтифорд, когда Том слизал всё до последней капли. – И твой язык без костей создан для минета! – Вы с Биллом, что и делаете, дак только на секс меня разводите! – Том подошёл к кувшину с водой, наливая жидкости в стакан, чтобы освежить горло. К чему, к чему, а к привкусу спермы он никогда не привыкнет. – Так, давайте вы уж приметесь начинку делать! – Не ворчи! – Том поставил стакан в раковину и принялся мыть руки. – Будто тебе не понравилось зрелище! – Понравилось, и у меня даже встал бы... Только тесто меня привлекает сильнее ваших искаженных в оргазме лиц. – Из нас двоих, кончил только этот хитрец! – Том подошёл к яблокам, закатывая рукава и хватаясь за разделочный нож. – На то я и хитрец! Они болтали о разных мелочах, занимаясь одним делом. Время пролетало быстро и весело. Парни раскатывали тесто, резали яблоки, замешивали начинку. Каждый раз задевали друг друга, когда кто-то оказывался недопустимо близко. Быстрые поцелуи и насмешливые взгляды. Том миловался с братом, то и дело кусая его в шею, а если мужчина подходил к Бэтифорду, то обязательно подхватывал его на руки, сжимая его талию в своих ладонях. Мальчишка красиво смеялся, извиваясь, но не отталкивая. Иногда Билл вылавливал брюнета и принимался его щекотать, да так, что Бэти почти плакал от смеха. Том в такие моменты умилялся парочке. – Теперь надо подождать, пока всё запечется, – командует Билл, закрывая духовку. – Можем посмотреть какой-нибудь фильм! – Бэтифорд легко запрыгнул на плечи Тома. – Иго-го, лошадка! – Ну, парень, – смеется Трюмпер старший, – сексом уже занимаешься, а ведешь себя как ребенок! – Ой, хватит вам! – Билл направился в гостиную. – Я согласен посмотреть какой-нибудь диснеевский мультфильм! У нас есть что-то такое, Том? – Кажется, вы оба ещё дети! – мужчина сгрузил Бэти на диван и уселся рядом. – Ну, какие мультфильмы? – но было поздно, Билл уже нашел нужный ему диск и устанавливал его в DVD-проигрыватель. – Братец-медвежонок! Будем его смотреть! – блондин взял пульт и направился к дивану. – Ну, давайте расправим его и ляжем нормально! Уже через десять минут все трое удобно устроились на мягкой поверхности дивана, хорошенько укрываясь пледом, прижимаясь друг к другу. Том лежал у самой спинки, обнимая Бэтифорда и поглаживая брата по бедру. Бэти прижимался грудью к спине блондина и тихо посапывал ему в ушко. А потом был чай с пирогами и интересной беседой. Все трое уверялись в том, что между ними уже давно существует не просто секс. Это не просто желания и какие-то фантазии, это реальные чувства, которые пахли теплом и делали парней счастливее. Даже Том заметил за собой странность... Он снова и снова смотрел то на одного, то на второго и мусолил одно и тоже слово: «Мои!» Ему хотелось улыбаться, он поддерживал любую тему и отвечал на каждую улыбку своей тёплой улыбкой. А когда Бэти засобирался домой, парни провожали его в коридоре, Том притянул брата и юношу к себе, обнимая и шепча: – Мои... Бэти обнял бабушку, после чего уселся на свободное место за столом. Эрна недовольно посмотрела на мальчишку и каким-то недоверчивым тоном проговорила: – Что братья с тобой такое делают, что ты потом таким счастливым выглядишь? – Сегодня мы пекли пирожки! Билл видел, что у меня плохое настроение, и предложил заняться выпечкой! – вот юноша широко улыбнулся и поставил на стол корзинку с нарезанным яблочным пирогом. – Ммм... – Маргарет нагнулась к корзинке и вдохнула приятный запах. – Это братья так вкусно испекли? – Это Билл, он отменно выпекает всякие штучки! – Да, уж... Этот парень явно не из простых, – Эрна усмехнулась. – Маргарет, ты так легко отпускаешь его к Биллу, который его целовал? – Эрна, Бэти сказал, что ничего подобного больше не случалось, и я верю своему внуку! – Маргарет выложила пироги на тарелку. Юноша невольно вздохнул, понимая, что немного... Совсееем немного соврал бабушке. – Но они же целовались! – Эрна... – Фрау Каулитц подала на стол чашечки с чаем, – мы можем закрыть эту тему, не так ли? Есть кое-что интереснее... – Что? – нахмурилась. – У нашей Ирэн снова кошка котилась, – Маргарет присела на стул. – Эта кошатница... Бэтифорд дальше не слушал, пребывал в своих не совсем радужных мыслях. Отъезд в другую страну его совсем не радовал. И было не важно, что он потеряет школьных друзей, любимые кафе и парки... Страшно было другое – с братьями его будет разделять целый Атлантический океан. Его не переплыть одному... Конечно, он – юноша, не обделенный мозгами, понимал, какому риску он подвергает парней. Именно он их. Но, признаться честно, это стояло на втором месте. На первом – переезд Бэти в Штаты... Том сплюнул зубную пасту в раковину и прополоснул рот. Через несколько минут он уже стоял в спальне, наблюдая за братом, который расправлял постель. Блондин теперь казался не просто родным – своим. Каждая выступающая кость, выбившаяся из гнезда волос прядь, ушко, губы, ямки на пояснице... – Так пялишься, будто впервые видишь... – блондин оборачивается, довольно улыбаясь и тут же залезая коленями на кровать. – Что-то изменилось, – прошептал он, направляясь к кровати и по пути выключая свет. – Что? – Билл встретил брата объятиями, тут же притягивая его к себе, целуя... Том ответил на поцелуй, но почти сразу оторвался, укладываясь на подушках. – Я теперь на тебя иначе смотрю, Билл... – он вздохнул, поглаживая блондина по пояснице, пальчиками в приятные ямки. – И как же? – Не знаю, просто... Теперь я смотрю на тебя, и куда бы ни посмотрел... Я знаю, как эта часть тела ощущается под ладонью. А ты ведь брат и... – он замялся. – Том, может, мне показалось, но сегодня ты был весьма красив и щедр на нежности... И ты сказал... – Мои... – очень резко голос охрип, и сам Том почувствовал, что его сердце стало биться чаще. – Что бы это значило... – улыбнулся, касаясь кончиком носа чуть колючей щеки. – Я просто был... Наверно, я был слишком счастлив... Я идиот просто. – Ты же понимаешь, что каждое подобное слово, твой выпад и так далее, все это дает ему надежду на что-то большее... – Я не хочу об этом говорить, Билл... – он отлип от брата и отвернулся на другой бок. – Хочешь или нет... – возмутился. – Ты запутался сам, а мы страдаем! Том сел, вновь глядя на брата, во мраке он плохо видел его лицо. – Знаешь, что меня бесит? Меня бесит то, что ты вроде за него беспокоишься, а на самом деле для своей задницы стараешься! – Что? Да я переживаю за Бэти! – тоже сел. – У меня к нему чувства! – Ой, да ладно! У тебя к нему максимум похоть и жалость! Ты просто понимаешь, что если не будет его, то я не стану тебя трахать, вот и все! – Что ты за придурок такой?! – бьет его в плечо и поднимается с кровати. – Ты какой-то бесчувственный, Том! – А из-за кого я таким стал? А? Билл хотел было что-то ответить, да понял, что нечего на это ответить... Том был прав в чем-то... Он стал таким ради Билла... – Чего молчишь?! Родной, – усмешка, – что молчишь? Потому что я лишился своих чувств для тебя, Билл! Помнишь? Помнишь, что с нами было, когда они один за другим погибли? М? Как я спал рядом с тобой, обнимал тебя, был сильным, хотя и я потерял родителей, но я не имел права быть слабым! Я не дал тебе умереть! А ты... – Хватит! – Билл вздохнул, садясь на кровать. – Я не так задал вопрос! Мне казалось, что рядом с ним ты стал меняться. В тебе будто солнце светить начало. Ты стал теплым и отзывчивым... – Я это сам чувствую, но разум при мне! И нравится тебе или нет, но по итогу мы останемся братьями! – заключил Том и улегся под одеяло, вжимаясь лицом в подушку. Последнее, что он услышал перед тем, как уснуть, были тихие шаги и злющее: – Эгоист! – от брата, который, видимо, пошел в свою спальню. День выдался дождливым, а Маргарет заставила Бэтифорда помочь ей с пересадкой домашних цветков. Мальчишка устроился на веранде, мало понимая, зачем надо цветы из одних горшков в горшки побольше пересаживать... Только после обеда он смог убежать к братьям, которые, к его удивлению, будто и не были рады его видеть. Том копался в ноутбуке, а Билл, который открыл ему дверь, вел себя как-то отстраненно. – Может, мы кино какое-нибудь посмотрим? – предложил Бэти, косясь на блондина, который сидел напротив и копался в своем телефоне. Билл ничего не ответил, продолжая просматривать новостную ленту в одной из социальных сетей. Бэтифорд нахмурился, понимая, что ему тут совсем не рады. – Ладно, пойду с Томом поздороваюсь... – мальчишка еще раз взглянул на блондина и вышел из кухни. Билл никак на его уход не отреагировал. И хоть ему было стыдно за свое поведение, но настроения не было, и нянчиться с Бэтифордом он не хотел... – Привет! – брюнет присел рядом с Томом. – Вы не поладили с Биллом? Том прикрыл ноутбук, оборачиваясь к Бэтифорду. – Да, немного... – чуть улыбнулся, – а ты как? – Мне не по себе, Том... – жалуется, тыкаясь лицом в крепкое плечо. – Лучше тебе придти завтра... – Но я скучал по вам... И чего случилось, Том? – Скажи ему, Том... – в гостиной появился Билл. – Не надо его в это втягивать, – почти рычит Том, – поссорились я и ты, чего ребенку нервы зря трепать? – Не правда, – ворчит Бэти, – мы же все вместе, тогда будем разбираться вместе! И все проблемы теперь общие!!! Том лишь усмехнулся, откладывая от себя ноутбук: – Бэти, прошу, иди домой... Мы с Биллом сами разберемся. – Вот так вот, Бэти! – ворчит блондин. – Просто Том считает, что мы совсем не вместе, что мы по отдельности, и что у нас не будет никакого будущего! Том зло глянул на брата, после чего перевел взгляд на Бэти, тот смотрел на него своими большими карими глазами и отрицательно мотал головой. – Зачем он такое говорит, Том? – нахмурился. – Бэтифорд... – мужчина провел пальцами по теплой щечке. – Он просто не в себе сегодня... – Трус! Чертов эгоист! – восклицает Билл. – Скажи ты ему все, потом только больнее будет! Нам всем троим надо принимать это решение! – Ты заткнешься сегодня, нет? – Том повысил голос, а юноша рядом с ним вздрогнул. – Это правда? – тихо спросил Бэтифорд, его нижняя губа предательски задрожала. Мальчишка ссутулился весь, чувствуя, что становится труднее дышать. – Это правда... – Бэти... – выдохнул Том, видя, что брюнету больно. – Ну, сам-то посуди, ну, какие отношения на троих? Бэтифорд поджал губы, нахмурившись еще сильнее и начиная часто дышать носом. Его грудная клетка быстро-быстро вздымалась. Том вздохнул, сочувствующе глядя на мальчишку... – Ты ничего не чувствуешь ко мне? – его голос дрожал. – Ты мне нравишься, Бэти... Дело в другом... Лето закончится, и мы все разъедемся... – Просто я вам не нужен, да?! – вскрикивает, цепляясь пальцами за обивку дивана. – Вы просто развлекаетесь со мной! – перевел взгляд со старшего на младшего. – Это не так! – вскрикивает Билл, видя, что юноша и его обвиняет. – Я как раз таки и ссорился с Томом потому, что не хочу так! Потому что я на твоей стороне, Бэти! – Ой, слушай его больше! Просто ему без тебя никак, вот и все! – Заткнись, Трюмпер! – шипит Билл. – Заткнись! – Да о чем вы?! – Бэтифорд смотрит то на одного, то на второго. Братья сверлили друг другу взглядами, желая если не убить, то побить друг друга точно! – Короче так, – Том говорил громко и уверено, – если вы, два барана, не понимаете, ЧЕМ мы рискуем, то слушайте сюда! Я старше вас, я начал всю эту порнушную эпопею, которая не должна аукнуться мне с Биллом тюрьмой, а тебе, – взгляд на Бэти, – дурдомом! Отношений на троих не бывает! – подскакивает с дивана, отходя к противоположной стене и хватаясь обеими ладонями за собственные дреды. Обернулся. – Дело не в том, что я к вам чувствую, и не в том, что не могу быть с кем-то из вас... Дело в том, – взгляд в пол, – что я боюсь за вас... Обоих, – прикрыл глаза, выдыхая. – А вы будто не понимаете, что мы делаем... Какие отношения? – продолжал он, пялясь то на поникшего брюнета, то на какого-то жалкого блондина. – Тебе шестнадцать, мальчик! А он, – кивнул на Билла, – мой брат! Я, может, еще тот извращенец, но понимаю, что если вовремя не остановиться, то ничем хорошим это не закончится... – закончил он и вышел из комнаты. Билл устало вздохнул, растирая ладонями лицо. Том был прав. Во всем. Это и бесило. – Я уезжаю... – прошептал Бэти, пялясь в пол. – Чего? – Билл поднял взгляд на мальчишку. – Родители купили дом в Лос-Анджелесе, в конце лета мы переезжаем, я не остаюсь в Германии... Я согласен с Томом, у нас троих нет будущего... Билл прикусил нижнюю губу, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног. У него в груди больно закололо. Его взгляд был прикован к юноше, тот смотрел на него в ответ... – И как давно ты об этом узнал? – Не так уж давно... – вздыхает. – Я, пожалуй, пойду... – он поднялся с дивана и вышел из гостиной. Билл лишь посмотрел ему в след, осознавая, что однажды мальчишка вот точно также уйдет... Только навсегда. И тут он понял для себя, что на самом деле чувствует, что ему нужен этот брюнет с огромными карими глазами. И не важно, что когда-то он воспринимался, как первый и последний шанс быть с братом... Только вот сейчас, глядя на то, как этот угловатый мальчишка закрывает за собой дверь... Внутри Билла что-то щелкнуло, и он понял всю глупость своих поступков... Том слышал, как хлопнула входная дверь, как мальчишка протопал по ступеням... Только вот беда: мужчина был этому только рад. В груди было больно и неприятно. Только признаваться себе, в честь чего его посетила боль, он не хотел... Ибо признаться себе в том, что он сам хочет этих отношений, для него было верхом неразумности. Билл курил. За окном уже темнело, и он вдруг вспомнил, что толком и не ел сегодня. Позади него стоял набитый едой холодильник, однако к нему совсем не тянуло. Тянуло к Тому, с которым он и словом не обмолвился больше. Тянуло к Бэти, который произнес всего лишь несколько слов, заставив понять кое-что действительно глубокое и необходимое. Старший Трюмпер валялся на кровати. Ничего не случилось... Просто пришлось пересмотреть все в себе. Нет, даже не так... Переиграть... Или разрушить все в своей голове и отстроить снова. Ибо по-другому было никак... Ибо иначе внутри что-то не сходилось. Будто бы видишь черное, но принимаешь его за белое, хоть и понимаешь, что в его белизна пропитана чернотой ночи. Делать подобное со своим братом, может быть, и приятно... Нет, это точно приятно! Но на то он и человек, чтобы после ухода страсти понимать, что он делал... Он любит Билла. Всегда любил и не перестанет любить. Младший брат - самое родное, что у него есть... И делать с ним подобные вещи нельзя... Ну, нельзя же? Том знал, что нельзя, но все равно не смог устоять перед соблазном... И теперь он просто мучается...