Double love

Бэтифорд не выходил на улицу вот уже три дня. И братья к нему, конечно, не приходили. Он видел Тома, который куда-то уезжал позавчера, видел Билла, который сидел на крыльце с кружкой чего-то дымящегося. А когда на улице показалось солнце, братья вместе ходили на реку. Мальчишка только расстроено наблюдал за парочкой. Нельзя было назвать их счастливыми и беззаботными, но они явно не сильно грустили. Хотя чего еще мог ожидать Бэтифорд? И почему он так верил в эти несуществующие отношения? Да, было грустно, плохо, больно... Но главное, он так и чувствовал, как внутри саднит чувство, что его просто предали, использовали и... Отпустили. – Милый, на улице такая хорошая погода... – Маргарет бесшумно подошла к внуку, чуть напугав его, тот дернулся, но когда ладони женщины легли на его плечи – расслабился. – Не хочу я... – буркнул он, тыкаясь подбородком в свои руки, лежащие на подоконнике. Юноша вновь смотрел на соседский дом и с грустью в глазах следил за Томом, который снова чинил лестницу. – Вы поссорились? Они тебе что-то сделали? – Бабушка... – нахмурился. – Почему именно они? Это я... – вздохнул. – Я неинтересный. Я маленький. – Бэтифорд, да ты чего... – она погладила его по волосам. – Ты же так к ним рвался, тебе ведь так интересно было с ними... – Не надо, бабушка, – прошептал он, чувствуя, как к горлу подходит комок слез. – Ты же хотела, чтобы я не общался с ними... Вот и не общаюсь. Все встанет на свои места. – Но тебе ведь больно, милый! Что случилось? – Я маленький и неинтересный... Им и без меня нормально, бабушка. А мне лучше одному... Честно, я справлюсь! Просто дай побыть одному... – Ладно... Родной, ты зови, если что... Бэтифорд не ответил, поднялся на ноги и вышел из комнаты, устремляясь на улицу. Нет, он не хотел встретиться с Томом или его братом. Но напомнить о себе, просто мелькнуть перед глазами старшего – вот, что важно. Он прошел к реке. Сегодня было не так уж и тепло, да и купаться не сильно хотелось... Но Бэтифорд упорно шел вперед, даже не оборачиваясь на друга... Том же замер, наблюдая за тем, как Бэтифорд прошел мимо. В метрах пятнадцати... Мальчишка даже не взглянул на него, что резануло по нервам мужчины... Но он ничего поделать не смог. Они с Биллом договорились никак не трогать мальчишку эти дни, быть может, все уляжется само собой? Хотя ни один из тройки этого не хотел. Просто надо было отойти от этой ситуации, просто побыть вне этого замкнутого круга. Братья даже между собой мало общались, хотя Билл явно просил нежности и заботы от старшего, но Том не мог... Бэтифорд провел в воде много времени, надеясь на то, что братья придут. Он думал о том, что Трюмпер не приходили в его дом из-за бабушки, а на нейтральной территории они обязательно захотят с ним объясниться. Только они не пришли... Стало ветрено и очень холодно, тучи закрыли и без того скупое до тепла солнце. Мальчишка вышел из воды и побрел домой. Билл сидел на крыльце, сердце замерло, когда мальчишка появился на горизонте. Блондин ждал, что юноша хоть как-то даст знать о том, что он скучает. Хотя это было и так понятно, но хотелось увидеть. Билл, наверно, немного садист, наслаждается болью других. Но Бэтифорд прошел мимо, пялясь в землю под ногами... – Он такой грустный... – Билл сидел на стуле у окна, обнимая одной рукой коленку, второй придерживая кружку с соком. – Неудивительно... – буркнул Том, резко разворачиваясь от стола к плите, высыпая с деревянной доски мясо на сковородку. – Мы поступаем, как трусы. Он младше нас, а сбежали... – Мы не сбежали, – глоток сока, – просто взяли тайм-аут. И он не глупый, поймет... Том недовольно повел плечом, споласкивая доску под краном и вновь возвращаясь к столу. В его руках нож смотрелся очень красиво, Билл внимательно следил за каждым движением брата. Старший принялся резать овощи. Помидоры легко распадались на кубики... – Мне его не хватает, – вздыхает, оставляя чашку на подоконнике, и хватается за пачку сигарет. – Быть может, – щелкает зажигалкой, – может, он думает, что мы от него отказались... – Билл... – щеки раздуваются, из губ поток воздуха. – Нам надо обо всем хорошенько подумать... – отворачивается к плите, открывая крышку, чтобы лопаткой помешать мясо. – И я тут решил, что если... – выдохнул, оставляя лопатку, обернулся к брату. – Если кто-то узнает о том, что мы с ним... То есть, если кто-то поймет, что Бэти... Эм... – Что с ним кто-то спал? – помог брат, стряхивая пепел в мусорное ведро, Тома это обычно бесило, но сейчас было не до нравоучений. – Да. Если кто-то об этом узнает, то я хочу, чтобы ты был не при делах... – Что? – нахмурился, облизывая губы. Том пялился в нарезанные овощи, что красивым миксом лежали в прозрачной миске. – Я хочу, чтобы вину повесили на меня, Билл! – твердо говорит он, все так же бегая взглядом по столешнице. – Чтобы ты будто ничего не знал, не видел, а с Бэти это делал только я! – Идиот? – психанул младший, пиная мусорное ведро. – Совсем мозги запеклись от наплыва спермы? – Поговори мне еще! – угроза в голосе. – Я – твой старший брат! И если нас двоих посадят, то мы потеряем всё! И по выходу из тюряги, через лет так десять, нам некуда будет возвращаться! Это первое! Второе! Знаешь, что на зоне делают с педофилами?! Нет? И не хочу, чтобы ты узнал! – он замолчал, а по его животу прошлись теплые ладони. Билл обнял его со спины, тыкаясь носом в копну дредов на затылке. – Томми... – шепчет. – Родной, прошу, не спорь... – повернулся в его руках, чувствуя непреодолимое желание обнять брата. Обнял, прижимая к себе. – Ладно... – выдохнул в шею. – Можно я схожу за Бэтифордом? Я извелся уже весь, мне нужен он рядом... И обговорим все нюансы нашего будущего... – Иди... – Том отпустил брата, ощущая собственную дрожь, которую видимо младший ему передал. Мужчина не понимал, зачем это все. За эти дни он точно осознал, что ему не хватает тандема брата и малолетнего сексушника. Хотелось повторить все то, чем они занимались до выяснения отношений... Хотелось грубо-грубо трахаться, подминать под себя тело за телом, кончать то в одного, то в другого! И чтобы они оба пыхтели только его имя, чтобы только от него шел пот по их телам... И возбуждение... Такое, чтобы трахаться всю ночь напролет. Билл постучал в дверь, как и ожидалось, уже через несколько мгновений на пороге стояла Маргарет. – Извините, здравствуйте, фрау Каулитц, а Бэтифорда можно? – Довели ребенка, снова доводить собрались? – зло проговорила она. – Фрау... – растерялся. – Мы просто немного не поладили, ну, позвольте ему все объяснить... – Кто там, бабушка? Билл взглянул за плечо старушки и увидел растрепанного Бэтифорда. – Привет, можно с тобой поговорить? – тихонько попросил блондин, виновато топчась у порога. – Да, я сейчас... – потер ладонью лицо. – Только кофту возьму... – босые ноги застучали по лестнице, что вела на второй этаж. – Обидите мне внука, – пригрозила женщина, – я с вами по-другому разговаривать буду! – Угу... – Билл смиренно кивал. – Если он маленький для вас и вам неинтересно с ним общаться, то не пудрите ему мозг зря, ясно? – Да, фрау Каулитц... – вздохнул. – Бабушка, я приду к ужину! – чмокнул женщину в щеку и вышел на улицу. Билл улыбнулся на прощание старушке и пошел следом за Бэтифордом. У самой двери в дом братьев Бэти остановился, дожидаясь блондина, который тут же подошел, открывая дверь перед гостем. Бэтифорд неуверенно поглядел по сторонам, ступая по коридору на звук чего-то жарившегося. Он дошел до кухни, заглянул, тут же увидев Тома у самого подоконника. Мужчина смотрел ровно на брюнета, чуть сощурив глаза от облака дыма. Курил. Потому что нервничал и не мог сосредоточиться на происходящем. Хоть готовка и отвлекала, но вид юного парня сделал свое дело... – Привет! – Бэти вяло улыбнулся, стоя на пороге и чувствуя, как позади топчется блондин. Теперь прикосновения будто были под запретом... – Что это ты решил поздороваться? Шел на озеро – сделал вид, что не заметил! – с укором в голосе проговорил старший. – Том! – шикнул Билл, все-таки подталкивая брюнета в кухню и проходя следом. – Том, ты как бы тоже не отличился огромным желанием поговорить со мной! – мигом вспыхнул Бэти. – И вообще, это вы повели себя как козлы! – Бэти! – Билл заглянул в лицо юноши. – Почему ты обобщаешь? Ты же видел, что я расстроен! И мне неприятно, что обвиняешь меня во всем этом! – А вот и драма... – хохотнул Том, тыкая бычок в пепельницу. – Хватит вам орать! – Ты эгоист! – юноша зло глянул на мужчину, который в ответ только улыбнулся. – А ты нет? Молчать о том, что ты уезжаешь на другой материк, но при этом очень красиво поешь об отношениях на троих... – Не надо так, Том! – Молчи, Билл! Ты сам хотел, чтобы мы поговорили все втроем! Секс - это хорошо, и вас натягивать мне определенно нравится, – Бэти поморщился, – но надо всё обсудить! Во-первых, никаких дрочек вне нашего дома! Никаких намеков на что-то большее, чем дружба! Во-вторых, вы больше не ноете насчет чувств, так как оба понимаете, что ничего больше, чем извращенного секса, между нами не будет! И, в-третьих, – вздыхает, собираясь с мыслями, – если кто-то узнает, что с Бэти кто-то спал, то вы оба все сваливаете на меня! – Том! – в два голоса. – Я все сказал! Бэтифорд говорит о том, что он сам меня соблазнял долго-долго! Запоминайте! Первый секс случился тринадцатого числа, Билл тогда был в саду, загорал. Поэтому он и не подразумевал о том, что происходит между нами! – он глянул на Бэтифорда. – Второй секс – неделю спустя, когда Билл ходил на озеро купаться! Все остальное рассказываем так, как было! Ну, там, поездки в Магдебург, купания на реке и так далее! А в то время как мы на самом деле занимались сексом, вставляйте что-то вроде: «Мы смотрели мультфильмы и фильмы со скучным сюжетом, который нравился Тому!» Наши показания не должны различаться, вам ясно? – Ты придурок! – после недолгой паузы проговорил Билл. – Никто нас не поймает! Тем более что по окончанию лета мы разъедемся! – Но мы перестрахуемся! Бэти, когда был наш с тобой первый раз? – с нажимом в голосе спросил он. – Тринадцатого числа... А подробности? – Так... Короче, все началось еще до приезда Билла. Если ты будешь говорить о том, что тебе самому захотелось, что ты в меня влюбился, то, возможно, мне скостят срок. – Ты так говоришь, будто нас уже застукали! – возмущается Билл, садясь на табуретку. – И вообще, если нас застукают, то всех вместе, ты об этом не думал? – Об этом позже! Короче, говоришь, что влюбился, что романтика и все дела. Короче, стал приходить и звать меня погулять, я скажу, что соглашался, так как мы с тобой уже были знакомы прежде. Скажу, что до последнего не понимал твоих намеков. А потом, уже после приезда Билла, я сдался... И случился секс. В моей спальне. В миссионерской позе. Скажешь, что это был уже твой не первый опыт с мужчиной... – Но если спросят подробности? О первом разе... – Опишешь наш с тобой реальный первый раз... Ну, то есть, скажешь, что познакомился с парнем в интернете еще зимой, через несколько месяцев вы встретились, и он тебя конкретно так трахнул! Пожалуешься на родителей, что им на тебя плевать и они и не заметили ничего, а тебе нужно внимание, и поэтому ты его искал у других мужчин и меня. – Том, ты... – Заткнись, Билл! Если тебя начнут допрашивать, то ты скажешь, что и думать не думал о чем-то подобном! Скажешь, что я всегда был против геев, что ненавидел их... Хотя в таком случае они решат, что это мой защитный механизм – ненавидеть на показ то, чего желаю. Просто скажи о том, что связей с мужчинами у меня никогда не было и ты этому свидетель, ибо мы с тобой – не разлей вода, – он вздохнул, подходя к плите и помешивая соус, о котором почти забыл. Бэтифорд присел рядом с Биллом, тут же поворачиваясь к нему лицом. Они невесело глядели друг на друга, но говорить что-то против было бессмысленно. Да и оба понимали, что Том прав. И от этого было только хуже... Вся гнусность и мерзость их отношений всплывала наружу. Вот в такие моменты, когда дело касалось не только их тесного мирка, а других людей, всего общества. – Но тебя посадят, Том... – прошептал Бэтифорд, глядя в спину любимому. – Зато не тронут Билла, и мне будет, куда возвращаться... – он оглянулся на поникших любовников. – Нам двоим дадут больший срок, так как понятно, что мы вдвоем и сделать с тобой больше плохого смогли... При этом Билл потеряет свой дом мод, а я лишусь бизнеса – автомастерские закроют. У нас не будет будущего. Нас могут посадить на лет так десять – выйдем уже стариками! Ты о нас и помнить не будешь! Я не хочу ради страсти и похоти погубить жизнь моего брата! – проговорил он, глядя в карие глаза Бэти. – Поэтому есть смысл прислушаться к моим словам и сделать так, как я прошу! – он выключил конфорку, на которой варился картофель. – Но свою жизнь ты сломать не боишься? – тихо спросил Билл, не смея смотреть в глаза брата, разглядывая стол и думая о том, что он безумно любит старшего. – Я не сломаю свою жизнь до тех пор, пока мне будет, куда возвращаться. А к тебе я смогу вернуться и через год, и через десять. Ты не забудешь! – Я тоже не забуду! – с обидой в голосе восклицает Бэти. – Вы так говорите, будто меня завтра в тюрьму... – по-хитрому проговорил Том. – Сейчас мясо приготовится, и будем кушать... – по-доброму улыбнулся. – Едой отлично стресс заедать. – Да уж... – Бэтифорд потер глаза и ткнулся носом в плечо младшего. Билл тут же потянул его на себя, обнимая... Обед проходил в непринужденной обстановке, хотя осадок после неприятного разговора до сих пор присутствовал. Затем парни, не сговариваясь, направились в гостиную, где выбрали фильм. Бэти удобно устроился на Томе, который лежал на животе, обнимая Билла, что безостановочно крутился под боком. После небольшого разлома в их дружбе приходилось начинать все заново. Снова подходить к той желанной грани, налаживать утерянные контакты, забытые прикосновения. Каждый из них хотел, но боялся начать, хотя и прекрасно понимал, что он не один в своих желаниях. Том решил, что ему срочно нужно покурить. Для этого ему пришлось сгрузить недовольного брюнета на брата, который от неожиданности сдавленно выдохнул. Бэти лишь расплылся в улыбке, прижимаясь к телу мужчины. Он же чувствовал, что младший Трюмпер более мягок, что с ним можно не так бояться «простых» прикосновений. Том остановился в дверном проеме, оглянулся на парочку, удивляясь тому, что эти двое уже целовались. Прошло ведь всего несколько мгновений... Билл перевернул их, наваливаясь на тело мальчишки, вдавливая его в диван. Юноша под ним широко расставил ноги, сомкнув их за спиной блондина, от чего их контакт только усилился. Том все-таки ушел курить, усмехаясь скорости этих двоих находить общий язык. Ему было спокойно, но все-таки тяготило будущее. Мужчина понимал, что по-старому уже просто не может быть. И когда Бэти уедет... Отталкивать брата у него просто не хватит сил... А если честно, то и желания, скорее всего, не возникнет. Том и не понимал, откуда у него появилось такое странное восприятие всей ситуации. Брат был братом, он им и останется, но с некоторыми поправками... Он вернулся в гостиную, где не обнаружил брата и Бэти. Зато шум воды, что доносился из ванной комнаты, объяснил все. Том некоторое время просто любовался парнями, что так выгодно смотрелись под струями воды. Билл был сильным, в меру подкаченное тело, красивые руки, но вместе с тем, приятная глазу талия и почти девчачьи ямки на пояснице. Бэти же был худ, высок, казался невероятно хрупким в объятиях Билла. Рядом они смотрелись достаточно приятно, гармонично, будто дополняя друг друга. Старший Трюмпер перевязал дреды на затылке и, стащив с себя одежду, зашел к парочке. Две пары рук тут же заскользили по его телу вслед за струями чуть горячей воды. Его целовали то одни губы, то другие, Том чувствовал себя сейчас таким важным, нужным, единственным таким. Билл отобрал право целовать брата и впился в его губы, тут же проникая языком во влажный рот, ласкаясь с язычком брата. Бэтифорд ласкал шею мужчины, рукою поглаживая набухающий член Тома, одновременно сжимая и свой. Он выгнулся, когда чья-то рука проникла между его ягодицами, растирая по промежности воду. В то же мгновение там оказалась еще одна рука, братья встретились в столь интимном месте, тут же цепляясь пальцами. Билл отпустил губы брата, вставая на колени, принимая в рот член Бэти, сжимая в кулаке инструмент Тома, размашисто двигая по нему пальцами. Бэтифорд начал толкаться в теплый ротик, склоняя голову назад, чем тут же пользовался старший из братьев, покрывая столь красивое место поцелуями. Бэти оперся спиной о кафельную кладку, когда и Том опустился перед ним на колени, принимаясь целовать его пах. Братья по очереди заглатывали твердый член, с желанием отсасывая и жмурясь от падающей на их лица воды. Бэтифорд водил ладонями по их плечам, по волосам, по дредам Тома, которые все-таки намокают. Билл заставил ребенка повернуться к нему спиной, упереться ладонями в кафельную кладку. Трюмпер-старший продолжал отсасывать, когда младший развел мелкие половинки в сторону, провел пару раз пальцами по темному колечку, увлажняя водой, а после прикоснулся губами. Он громко чмокнул дырочку, заставляя брюнета вздрогнуть, задрожать еще сильнее. Том быстро двигал головой, глубоко вбирая хозяйство юноши, придерживая его под попу. Билл вздрогнул, отрываясь от увлекающего занятия, когда брат сжал в свой кулак его член. Парочка переглянулась, на мгновение отстраняясь от дрожащего тела. Бэти громко постанывал, держась за плечи Тома, выпятив зад для Билла. Он покрутил попкой перед лицом младшего, когда почувствовал, что тот престал ласкать. Блондин на это лишь красиво улыбнулся, вновь принимаясь вылизывать скользящую по дырочке влагу. Том сел на колени, заставляя Бэти пристроиться к себе спиной, упираясь в кафельный пол руками. Старший, придерживая юношу под бедра, помогал ему опускаться на член, а Билл стоял на ногах, сжимая в кулаке темные волосы мелкого и засаживая ему в самое горло свой член. Бэтифорд чувствовал, что вот-вот просто взорвется от накативших чувств. Он быстро двигался по стволу Тома, почти прыгая на нем, но одновременно его качественно трахали в рот, принося немного дискомфорта. Блондин прижимал юношу к своему паху, придерживая за затылок, оттягивая волосы. Он грубо толкался в рот постанывающего создания, бился мошонкой о скользкий от влаги подбородок. Бэти вдыхал воздух через раз, стараясь максимально расслабить горло. Дышать через нос не получалось, ибо как он только пытался это сделать, вода забивалась туда, и ему приходилось выпускать изо рта член, чтобы откашляться. Том наблюдал за происходящим, отдаваясь своим чувствам. Он гладил Бэти по бокам, по животу, двигая бедрами навстречу упругой попке. Это сумасшествие длилось довольно долго, первым не выдержал Том, кончая в растянутое отверстие. Бэти заскулил, ощущая горячую сперму, что заполняла его на некоторые секунды. Билл ускорил темп, вглядываясь в почерневшие от возбуждения глаза брата. Том откинулся спиной на кафель, склоняя голову назад, отдаваясь теплой воде, которая сейчас лишь сильнее расслабляла. Бэти кончил, сжимая в ладони свой член, изливаясь на кафель, где вода тут же смыла его сперму. Билл отстранился от юноши, довел себя рукой, присаживаясь на колени... Бэти забрался на кровать, тут же притягивая на себя Тома, скрещивая ноги за его спиной и чувствуя, как мужчина снова в него входит, как начинает трахать его размашистыми толчками. Они смотрят друг другу в глаза, улыбаясь, иногда соприкасаясь губами, языками, но не допуская поцелуев. Том грубо входил в него, почти рыча от ощущений и желаний, что не давали здраво мыслить. Билл залез на кровать, тут же принимая к брату, оттягивая его за влажные и от того тяжелые дреды, откидывая его на кровать. Том лишь усмехнулся, когда младший оседлал его, пару раз качнул бедрами, а затем начал насаживаться. Он придерживал член брата, направляя его в себя. Бэти, прикусив губу, наблюдал за этим. Толстый орган Тома исчезал в дырочке, которая растягивалась, увлажненная смазкой. Старший уперся ступнями в кровать, согнув ноги в коленях, и начал подкидывать бедра, насаживая брата на член. Блондин громко вскрикивал, упираясь ладонями в грудь любимого родственника, улыбаясь и насаживаясь. Вверх, вниз, впиваясь ногтями в крепкую грудь. Том переворачивает их, делает несколько толчков и отстраняется, притягивая к себе Бэти. Целует, а мальчишка заваливает его спиной на кровать, но ненадолго: Том снова меняет положение, наваливаясь на Бэтифорда. Но брюнет кусает его за губу, выпутываясь из его рук, в голос посмеиваясь. Билл вылавливает шустрое чудо с темными волосами, подкладываясь под него, быстро двигая рукой по своему члену, ожидая, пока парень войдет в него. Бэтифорд устраивается между длинных ног и вторгается в тесное пространство, сразу же подаваясь назад и снова вперед. Он двигался резко, сжимая в руках упругие ягодицы. Том уселся на грудь брата, склонившись пахом к его лицу, вставляя в горячий ротик. Билл громко постанывал, вбирая член, жмурясь от приятных ощущений, чувств, что накрывали волнами, с каждым разом все ярче, сильнее. Бэтифорд быстро двигал бедрами, поглядывая на то, как Том трахает брата в рот, не давая тому и воздуха вздохнуть. Билл же быстро дрочил себе, размазывая по стволу смазку. Они двигались, словно единый механизм, где движение одного тут же вызывало движение другого. Каждому было до одурения хорошо, томительно сладко, все тело ощущалось одним сплошным оголенным нервом, а каждое прикосновение раздражало, унося еще дальше в мир наслаждения. Вспотевшие тела, кожа, что прилипала, отзываясь приятными звуками... Голоса сходили на нет, стоны, хрипы, вскрики... Бэти сжал уже красные ягодицы и кончил, входя по самое основание. Он двинулся еще несколько раз и повалился в сторону, ощущая спиной холод постельного белья. Билл кончил следом, осыпая белесыми каплями сильную грудь, жмурясь от струи, что ударила прямо в горло... Бэтифорд лежал с закрытыми глазами, отходя от оглушающего оргазма. Он не мог даже пошевелиться, тело находилось в сумасшедшем состоянии расслабления. В груди быстро стучало сердце, дыхание потихоньку приходило в норму. Рядом тоже никто не шевелился... Все трое вздрогнули от громкого шума. Кто-то стучался в дверь. – Блять, неужели уснули... – выругался Том, подскакивая с кровати и зажигая свет. В комнате уже давно стояла темнота. Билл неприятно поежился, ощущая неприятную боль в пояснице и в заднице. Он кое-как сел, не совсем понимая, что происходит. Бэти ткнулся в его шею, обнимая и не желая просыпаться. – Вставайте, идиоты! – Том схватил сонного брата и стащил того с кровати. Билл был возмущен до глубины души, но громкий стук смог вернуть его в реальность. Он за секунду все понял, подрываясь с пола и начиная судорожно одеваться. Маргарет снова постучала в двери, она уже обратила внимание на тот факт, что свет в доме нигде не горел, неужели они куда-то ушли? – Ой, – она вскрикнула, когда дверь открылась, а на пороге появился явно заспанный Том. – Фрау Каулитц, простите... – он постарался мило улыбнуться. – Просто мы уснули возле телевизора. – Где мой внук? – она прошла в дом, оттолкнув Тома. – Бабушка, я не специально... – Бэти потер заспанные глаза. – Не кричи, ладно? – Быстро домой! – она все-таки повысила голос. – Не кричите на него! – вмешался Билл. – Ничего противозаконного не случилось... Но женщина ничего не ответила, выходя из дома и утаскивая за собой Билла. Мальчишка лишь кивнул на прощание, мысленно готовясь к очередной лекции...