Познавая мир

Звуки приборов четко отпечатывались в голове, буквально издеваясь над человеческим разумом. Блеклые стены загоняют в тоску своим угнетающим цветом. В коридоре стоят медсестры, о чем-то беспрерывно толкующие, видимо, вечно на что-то жалуются, при этом раздражая пациентов своими сплетнями и болтовней. Жуткие звуки швабры о пол заставляют закрывать уши, или же встать и огреть уборщицу этой же шваброй. И лишь солнечные лучи, пробирающиеся сквозь занавески, заставляют почувствовать себя лучше и просто улыбнуться. Кэролайн слегка пошевелила рукой, проверяя, на ней ли эти противные ее сердцу провода. Проверив, что к ее запястью прикреплена лишь одна, она с облегчением вздохнула. Девушка с трудом разлепила глаза и тут же пожалела. Лучше бы она их не открывала. Стены давили на девушку, словно перекрывали воздух. А одеяло казалось тяжелым, будто свинцовым. Форбс продолжала смотреть на потолок, боясь пошевелиться. Она видела танцующие пылинки в воздухе, слышала звук растворов, поступающих из капельницы. Звук капельницы нарушал ее сердце, ровно бьющееся (будет лучше, если ты напишешь: нарушал стук сердца). Кэр пошевелила пальцами, пытаясь вернуть своему телу жизнь. Блондинка приподнялась на локтях и осмотрела свою палату, которая всего за пару дней успела надоесть девушке. Она сделала глубокий вдох, чтобы разогнать полезные вещества по организму и обогатить его. Девушка оторвала провода, которые высасывали из нее жизнь, а не наоборот, и попыталась встать. Кэролайн очень боялась, ведь она слышала диагноз доктора, которого успела вмиг возненавидеть, ей хотелось сжечь его при первой же попавшейся возможности. Девушке удалось сесть. Она отряхнула волосы, загораживающие обзор, и сжала руки в кулаки, готовясь встать. Сердцебиение Кэр тут же участилось, на лбу стала появляться испарина. Блондинка принялась шептать молитву, дабы все получилось. Она поставила ноги на холодный кафель, а затем напрягла руки, чтобы встать. Кэр зажмурила глаза, чтобы потом не видеть своего позора. Она стала медленно приподниматься, стараясь не открывать глаза. И вот, девушка встала на ноги. Она открыла глаза и увидела, что стоит на ногах. Кэролайн принялась шевелить ногами, то притоптывая, то прыгая. Она может ходить, может! Счастья Форбс не было предела. Она моргнула и увидела, что палата пропала. Перед девушкой предстало белое полотно. Кэр снова заморгала, думая, что яркий свет попал в глаза, и она от этого видит лишь белый свет. Но белое полотно не хотело исчезать. Блондинка стала оглядываться, она не понимала, что происходит. Слишком яркий свет ослеплял глаза, от этого она щурилась. Она сделала шаг вперед, а после второй, но однотонное помещение не хотело исчезать. Кэр продолжала шагать, надеясь на то, что ей удастся выяснить, какого черта она оказалась здесь. По спине пробежал холодок, становилось страшно, неизвестность пугала. Форбс, уставшая, решила сдаться, но какой-то предмет вдалеке привлек ее внимание. Предмет находился далеко, поэтому разглядеть его было невозможно. Он лишь выделялся своим черным цветом на белом фоне. Любопытно одолело Форбс, и она кинулась к силуэту, так заинтересовавшему ее. Глаза жутко болели, но, несмотря на трудности, блондинка продолжала идти к цели. Подойдя поближе, сердце Кэролайн вздрогнуло. Она попыталась моргнуть, но то, что было перед ней, не хотело исчезать. Ее губы стали дрожать, руки тоже затряслись. Вдруг она ощутила, как ее ноги онемели. Форбс стала впадать в панику, из ее уст вырвался отчаянный крик. Потихоньку холод сковал ее ноги, а затем дошел до пояса. Девушка упала. Она взялась за ноги, но не чувствовала их. Кэролайн не чувствовала своих ног. Слезы отчаяния хлынули из глаз, она горько заплакала. Волосы стали прилипать к мокрому лицу, мешая видеть перед собой то, что будет преследовать Кэролайн всю жизнь. Инвалидная коляска. Форбс стерла с лица слезы, и стала подползать к коляске. Она собрала всю свою волю в кулак, она будет сильной. Ради отца. Ради матери. Ради себя. Кэролайн достигла инвалидной коляски, которая уничтожила всю ее жизнь. Сломала, растоптала, не пожалев ее. Она попыталась привстать и сесть в коляску, но попытки оказались бессмысленными. Кэр не сдавалась, даже если ей придется всю жизнь просидеть в коляске, она сделает это, она будет жить. - Кэролайн, - чей-то знакомый голос позвал девушку. Форбс стала оглядываться, но никого не увидела. - Ну же, просыпайся, - снова знакомый голос, но его обладатель не хотел появляться. Кэр издала громкий и истошный крик, в него она вложила всю свою боль, все страдания, которые она вытерпела. Она снова заплакала и, решив сдаться, упала. Все хуже, чем плохо. Спасительного света в конце тоннеля не будет. Девушка резко проснулась и стала жадно глотать воздух. Кэролайн прикоснулась к своему лицу и не обнаружила даже следов от слез, только пылающие щеки. Волосы были растрепаны и выглядели как солома. Режущего глаза света не было, угнетающей обстановки тоже. Кэр сфокусировала свой взгляд и увидела перед собой мужчину, чье лицо казалось ей знакомым. Он обеспокоенно смотрел на нее, а позади стояла девушка, которая тоже казалась знакомой, с таким же взволнованным лицом. Форбс стала осматривать палату, которая была не палатой. Она увидела просторную комнату в бежевых тонах. Сама же Кэролайн проснулась на удобном диване. Сквозь шторы просачивались лучи солнца, тем самым немного освещая комнату. Перед собой девушка увидела столик, на котором лежали различные журналы и ваза с цветами. Девушка закрыла глаза, чтобы осмыслить все пережитое. Форбс не могла понять, почему она здесь оказалась. Она помнит, как попала в больницу, помнит устрашающий диагноз, и помнит сон. Тогда почему она здесь? Может, это сон во сне или что-то вроде того? - Ладно, я ушла, а вы тут разбирайтесь, - произнесла девушка со светлыми волосами, и удалилась из комнаты. Кэролайн продолжала странно смотреть на мужчину напротив себя. И все-таки он ей казался знакомым. Черты лица кого-то напоминали, но именно кого, она не могла вспомнить. - Кэролайн, - робко сказал мужчина, взглядом давая понять, что она в безопасности. - Откуда Вы знаете мое имя? - испуганно спросила блондинка, отшатнувшись от него. - Это сложно объяснить, но я могу попытаться, - он легонько улыбнулся, вызвав у Кэр ответную реакцию. - Почему я здесь? Как я тут оказалась? - Форбс хотела задать кучу вопросов, но решила, что не стоит загружать незнакомца. Несмотря на то, что она видит его впервые, мужчина вызывал у нее доверие. - Я забрал тебя из больницы, - коротко ответил он, пытаясь не спугнуть бедняжку еще больше. - Я Клаус. - Я К... , - Форбс вспомнила, что он знает ее имя. - А откуда Вы знаете, как меня зовут? - Это тоже сложно объяснить. Я могу тебе все рассказать, если ты хочешь. - Хочу, - отрезала она, готовясь слушать объяснения Клауса, словно маленький ребенок, жаждущий сказки на ночь.

***

Ребекка, цокая каблуками, двигалась по оживленным улицам Мистик-Фоллс. Ее походка сама говорила за себя, а прямая осанка сводила прохожих с ума. Настроение у девушки было приподнятое, поэтому улыбка не сходила с ее лица. Клаус счастлив, Кэролайн тоже, так почему бы не прогуляться? Тем более, погода уже неделю солнечная и теплая. Блондинка отстала от оживленных людей, и двинулась в противоположную сторону. Несмотря на то, что она первородная вампирша, Бекс немного волновалась. Перед ней показалось огромное здание. Пятиэтажное светло-серое здание прямоугольной формы. Окна у здания огромные, можно разглядеть, что делают люди внутри него. К главному входу ведет высокое крыльцо с колоннами и множеством ступенек. А чуть подальше красуется спортивная площадка, где ближе к весне, ведутся занятия физкультуры. Кругом бегали девушки в нарядах черлидеров, а парни были в тяжелых костюмах и играли в бейсбол. Майклсон подошла ближе к школе и стала наблюдать за картиной. Команда девушек активно упражнялась и растягивалась на одной стороне стадиона, а команда мальчиков тренировалась на другой стороне. Блондинка прошлась глазами и нашла того, кого искала. Уголки ее губ растянулись в широкой улыбке, а сердце наполнилось приятной теплотой. Ребекка не первый раз приходит сюда. Она не приходит просто так, посмотреть. У первородной есть свой план, и она строго следует ему. Очередная тренировка у ребят кончилась, и все парни поспешили поскорее принять душ, чтобы смыть с себя всю усталость и запах пота. Ребекка, не раздумывая, кинулась к блондину, который направлялся вместе с друзьями в раздевалку. Увидев девушку, блондин заметно повеселел. Он кивнул своим друзьям, и те, пожелав другу удачи, направились в раздевалку. - Я и не думал встретить тебя снова, - воодушевленно произнес парень, сверкая улыбкой. - Но встретил, - ответила с энтузиазмом Майклсон. - А куда ты делась? Ты так быстро исчезла, я не успел ничего понять, - Бекс закусила губу, придумывая отговорку, но как назло, на ум ничего не приходило. - Допустим, я забыла дома выключить утюг, такое объяснение пойдет? - юноша кивнул, и они оба засмеялись. Заливистый смех Ребекки понравился блондину, от этого он еще больше рассмеялся. - Не «против» сходить куда-нибудь? - предложила она, прекратив смеяться. - Через час я освобожусь. Встретимся около кафе, оно тут недалеко, - он показал ей направление, от чего та кивнула, поняв, куда надо приходить. - Встретимся через час, - она подмигнула ему, взмахнула волосами и развернулась, готовясь выйти из здания школы. Парень продолжал смотреть на блондинку, провожая ее взглядом.

***

- Я знаю, все это звучит как чушь, но это правда, Кэролайн, - Клаус поправил подушку девушке, а после принял свое прежнее положение. Уже час Никлаус не отходил от Форбс, пытаясь все ей рассказать и объяснить. Он сидел рядом с ней на полу, держа ее за руку, чтобы блондинка не пугалась. Сначала Кэролайн рассмеялась, не поверив байке про древних вампиров, но после того, как Нику пришлось показать ей свою сущность, девушка не на шутку испугалась. Кэр закрыла глаза, надеясь укрыться от такого чудовища, как Клаус. Девушка не могла понять, во сне они или нет. Сначала авария, инвалидность, а теперь еще и эти чертовы сверхъестественные сказки, на подобие их ей в детстве рассказывала мама. Форбс никогда бы не смогла поверить в существование мифических существ, это было чем-то отчужденным и совершенно невозможным для нее. Прошел час, но она никак не отходила. За последние несколько дней на ее плечи лег тяжкий груз, который был невыносимым, особенно такой хрупкой девушке как Кэролайн. Да, внутри она сильная и несокрушимая, но именно сейчас жизнь заставляла ее чувствовать себя сломленной. - Может быть, сейчас ты чувствуешь себя разбитой, но я помогу тебе справиться с этим, - слова Никлауса звучали искренне, Кэр не слышала в них ни грамма фальши. А его мягкий баритон внушал доверие и казался до боли знакомым. - А как же мои родители? Ведь они не знают, что я здесь, - спросила блондинка, всеми силами пытаясь не допускать мысль о том, что Клаус мог убить их. - Я им внушил, что с тобой все в порядке. - Что ты сделал? - она непонимающе уставилась на него, вызвав у Майклсона улыбку. - Неважно. Давай я расскажу тебе об этом завтра? - она послушно кивнула и легла на удобный диван. Взгляд Кэролайн упал на инвалидную коляску, которая красовалась в дальнем углу комнаты. На глазах блеснули слезы, но она не заплакала. Клаус увидел это, сердце гибрида болезненно сжалось. Он укрыл девушку одеялом и, поцеловав в лоб, поспешил покинуть комнату. - А я тебя вспомнила, - неожиданный голос заставил его обернуться. - Мы танцевали на балу, я помню, - на ее лице заиграла улыбка, тоже самое случилось и с Майклсоном. Он коротко кивнул и вышел из комнаты. Закрыв за собой дверь, Клаус прислушался. Он услышал ровное биение ее сердца и такое же ровное дыхание. От этого гибриду стало легче. Может быть, сейчас Кэролайн нелегко, ее хрупкие плечи не способны выдержать такого, но Никлаус обязательно поможет ей. Ведь внутри она сильная и нерушимая. Окончательно убедившись, что девушка сладко спит, Клаус спустился на первый этаж, чтобы хорошенько все обдумать и сделать последние шесть месяцев жизни Кэролайн лучшими.