По максимуму

(Солнце, не ревнуй! Всё равно главное посвящение — твоё! И да, я уверена, что потеряюсь ещё на *своём* вокзале. Волнуюсь. Но всё равно хочу к тебе) Из толкового словаря: Обаяние — покоряющее влияние, притягательная сила; очарование (первоначально — колдовская сила). Выставка высоких технологий закрывалась. Шоичи с довольным руководителем проекта – им удалось добиться финансирования – вернулись в гостиницу. В спешке собрав вещи, Шоичи вышел из номера и сдал ключ. Впереди утомительный переезд через штат, и чем быстрее они покинут гостиницу, тем раньше вернутся домой. Домом Ирие Шоичи считал два места на Земле: Намимори, в котором родился и вырос, и комнату, разделяемую с Бьякураном. Сразу было тяжело перестроиться. На вопросы «куда идёшь?», «где можно тебя найти?», «где провёл выходные?» он неизменно отвечал: в общежитии. Это слово отдавало горечью, и Шоичи в очередной раз спрашивал себя, что он здесь забыл. Не дом это! Совсем. Он и не заметил, как всё изменилось. «Я домой». «Встретимся дома». «Ключи от дома не забудь, я не буду сбегать с пар, чтобы ты не сидел под дверью». Телефон, оставлённый на прикроватной тумбочке, исправно звонил, и мигал разноцветными лампочками, привлекая внимание хозяина к новым SMS. Число непринятых дошло до сотни, и счётчик включился заново. Шоичи был уже далеко, и забытый телефон ничем не мог помочь Бьякурану. Его встретили прямо у ворот. Шоичи с удивлением смотрел на друга, ведь у того сейчас должны были идти занятия, а тот здесь и смотрит как-то непонятно. Ни приветствия, ни улыбки. -Я сразу хочу сказать: какая-то часть меня в бешенстве, какая-то до сих пор в отчаяньи. Какая-то просто рада, что с тобой всё в порядке. Я не знаю, что перевесит. Бросить сумку на траву и ответить на объятие. Шоичи мучительно стыдно за свою рассеянность. *** "Соглашайся, это здорово!" — твердит внутренний голос. Тон, которым было предложено провести Рождество в Италии, не оставляет сомнений: отказ не примут. -А ещё ты увидишь Альпы! Чудесный деревянный домик, в отдалении от известных туристических маршрутов, никаких толп! Чистый воздух! Красота! Снег… -Сейчас октябрь, — хмуро отвечает Шоичи и возвращается к расчётам. -Паспорт хоть дай! Виза за два дня не делается, — карандаш бесцеремонно вырван из рук сражавшегося до последнего Шоичи. Когда ему уже показалось, что они его просто разломают, то пальцы разжались и не ожидавший этого Бьякуран рухнул на пол. -Сила инерции, она такая, — с улыбкой прокомментировал Шоичи, помогая другу подняться. -Паспорт, Шоичи. Паспорт. *** Бьякуран уезжает первым, и Шоичи, не ожидавший этого, волнуется. Их предметы совпадают не полностью, и Шоичи не может ничего изменить. А это – сплошные проблемы. Поездки на Рождество в Европу достаточно популярны, так что нельзя достать билет. Когда Шоичи пытается договориться, почти срываясь на крик – это важно для него – о смене билета на такой с другой датой, ничего не выходит. Он совсем забыл, что не хотел ехать. Удивительно, но у Бьякурана всё получается. Никто в очереди не бросает на него злобные взгляды – самого Шоичи почти сожгло их недовольство, девушка за кассой по-настоящему, а не профессионально – как Шоичи – улыбается, и даже находит подходящий вариант. «Наверное, это какая-то магия», — думает Шоичи. Бьякуран сказал абсолютно то же самое, что и Шоичи – до него. -Получилось! *** -Пока Шо-тян с блеском сдаёт свои экзамены, я там всё подготовлю. Такая уверенность греет, и Шоичи решает, что сдаст всё так, как заявлено: с блеском. Он провожает Бьякурана и нервничает. -Я почему-то уверен, что без тебя потеряюсь ещё в аэропорту. И уж точно застряну где-нибудь в итальянских трущобах. До посадки остаётся всё меньше времени, поэтому Бьякуран просто говорит: -Ты сам себя не знаешь. Я верю, что проблемы разбегутся от тебя в ужасе. -Лучше бы их совсем не было, — с тоской говорит Шоичи. Через два дня они встретятся снова. Бьякуран улыбается на прощанье, и Шоичи ловит себя на мысли, что не чувствует ни капли раздражения, а только удивительно тёплую нежность. Может, все остальные – ошибаются? Может, миру действительно нужен кто-то вроде него – чтобы окончательно не стать серым? Может, любой повод достоин его улыбки? Ведь она такая волшебная.