Это жизнь, тут всякое случается...

      После того как Чонин осознанно впустил Лу Ханя в свою жизнь, она превратилась в настоящий калейдоскоп событий. Не то, чтобы Кай был против того, что происходило, но это всё равно было так быстро для него, что иногда парень просто не успевал сориентироваться или как-то сообразить, что вообще происходит. На самое важное, что Лухан давал почувствовать ему вкус жизни и потому брюнет совсем не злился, когда Лу не ставил его в известность об их планах на вечер или на выходные, или того хуже вновь и вновь опрокидывал его давно устоявшиеся взгляды на жизнь на лопатки. С каждым днём Чонин понимал, что просыпается от долгого сна и это пробуждение ему безумно нравится.       Но все-таки Хань был слишком непредсказуем для него… А началось всё с того, что в один прекрасный день, когда Кай вернулся домой с магазина, как раз на следующий день после их завтрака, он услышал из своей квартиры громогласную музыку, которая эхом отзывалась во всём подъезде. Парень чуть не проломил себе ладонью лоб, понимая, что не нужно было оставлять Лухана одного дома, бросая напоследок, чтобы тот убрался, а то начинать занятия в грязной квартире как-то не правильно. Когда Ким зашел в жилище, быстро сбрасывая кроссовки и отправляясь на поиски блондина, то не думал, что увидит такое… Хань, держащий в руках шланг от пылесоса, скакал по его дивану и громко подпевал какой-то попсовой песне, которая лилась из динамиков музыкального центра. В проигрышах парень видимо считал, что шланг может очень удачно заменить гитару главного бас-гитариста, потому усердно перебирал «струны», а затем вообще выкрикивая: - Санни, иди ко мне! – позвал он собаку, отчего та тут же запрыгнула на диван. Ну, а чего отказываться? – Подпевай, Санни! – воскликнул блондин, вскидывая вверх руку и во весь голос, подпевая вокалисту, успевая еще, и скакать по дивану. Ким усмехался, наблюдая за этой картиной, желание отругать парня за то, что он устраивает кавардак в его квартире, тут же испарилось. Брюнет уперся плечом о косяк, ожидая, когда же все-таки его заметят. И дождался. Хань обернулся, когда другая песня заиграла, чтобы слезть с дивана и тут же испуганно уставился на парня в дверях. - Ты… Всё… Видел? – заикаясь спросил он и получив утвердительный кивок, тут же вскинул руки перед собой, ранняя себе на ногу шланг и шипя от боли. - Я всё могу объяснить, - начал лепетать он, чуть прикасаясь к ушибленной ноге. - Просто это моя любимая песня и я не смог сдержаться, - Лу виновато смотрел на Кая. - Интересно много у тебя этих любимых песен? - Много, - смущенно улыбаясь, кивнул парень. - Я вообще страшный меломан, обожаю музыку, жить без неё не могу. Обожаю петь, жаль, что только с танцами не всё так хорошо, как хотелось бы… - Нууу, пластика в тебе есть, - усмехаясь, произнес Кай, а затем, начиная громко смеяться, когда ему в лицо прилетела подушка.       И так почти каждый раз, потому что виделись парни почти каждый день. Частенько Лу заезжал за Чонином с работы, они вместе ужинали тем, что готовил Хань, а затем пытались даже учить вальс. Дааа, Лу мог похвастаться тем, что знает уже самые основные четыре шага. Просто чаще всего в будни, парни настолько сильно уставали, что сил оставалось только добраться до кровати и завалиться спать. Кстати говоря, чаще всего Лухан оставался ночевать дома у Чонина. И в принципе никто не задумывался над тем, что время позволяло ещё уехать домой, и сегодня они не пили вино, да и поводов для задержек особо не находилось. Просто они делали вид, что всё так и должно быть - ужин, душ и сон, взявшись за руки. Словно так происходит у всех друзей, словно это абсолютно нормальные отношения между учителем и учеником, или между бывшими одного и того же человека. Просто никто не хотел поднимать столь щекотливую для обоих тему, а потому проще было умолчать.       Сегодня была долгожданная суббота, и Кай блаженно развалился на диване, щелкая каналы. Тяжелая выдалась неделька, и сейчас он ловил минутку отдыха. Скоро должен был вернуться Лухан с магазина, и они точно сегодня будут заниматься, потому что у них были только выходные для танцев, а ведь никто не хочет, чтобы Лу опозорился на свадьбе друга, не так ли? Именно в это время он вспоминал всё то, что произошло с ним за какие-то две недели. Сейчас он даже не мог придумать того, что можно было бы делать без надоедливого китайца. Теперь всё его свободное время, всё его пространство занимал Лу Хань. Его озорные глаза, веселая улыбка и громкий смех. Высветленные волосы, вздернутый носик и такие правильные губки. В этот самый момент Чонину до жути захотелось прикоснуться к ним, хотя раньше он так не думал… Сейчас ему больше не хватало просто дружеских улыбок или переплетенных во сне рук. Ему хотелось большего, вообще-то ему всегда этого хотелось. Но просто до этого времени Кай себя очень удачно обманывал и был уверен, что то влечение которое он испытывал к Лу Ханю было из-за того, что он очень давно не ощущал чей-то близости. А Хань… Он был таким теплым, таким мягким и наверняка податливым, если его обнять. Интересно, а как бы их тела подходили друг другу, если бы Чонин обнял Лу? Была бы это та же идиллия, как в их внешности? Ему настолько сильно захотелось это проверить, что даже ладони вспотели от предвкушения, а по телу побежали мурашки. Но звук двери и крик «Я дома!» вывел Кая из его раздумий, а потому он поспешил напустить на себя безразличный вид и уткнулся взглядом в картинку в телевизоре. - Каааааааааай! – в комнату ворвалось нечто взлохмаченное и перекрыло ему обзор телевизора. - Кай, там снег пошел! Представляешь? – светился от счастья Лухан. - И что? – Чонин перевел на него безразличный взгляд, еле подавив вздох умиления, потому что Лу сейчас был до нельзя красивым и милым – красненькие щечки, искрящиеся глаза и прикушенная нижняя губа. - Как что? – возмутился парень. - Пошли, погуляем, это же первый снег, Кай! – настаивал парень. - Ты что снега никогда не видел? – прыснул брюнет. - Господи, ну почему ты такая бука? – воскликнул Лухан и скрылся на кухне. Не прошло и секунды, как он влетел в комнату обратно, но, уже держа на поводке Санни. - Твоя собака тоже хочет погулять, - безапелляционно заявил он, как будто эта причина была настолько важной, что Чонин просто обязан был подлететь с дивана и выбежать на улицу, выгуливая любимца. - Ну, так, погуляй с ним, - пожал плечами парень, не спеша покидать своё ложе, о котором так давно мечтал. Эта неделя была слишком тяжелой для него, так много тренировок перед новогодним туром. - Он хочет, чтобы с ним погулял его хозяин, - с нажимом произнес Хань, хмурясь. Чонин перевел на него усталый взгляд и прыснул в кулак, до того милым сейчас был хмурый Лу, который пытался испепелить Чонина взглядом. Ким со вздохом поднялся с дивана и подошел к собаке, потрепав его по холке: - Извини, Санни, хозяин слишком устал и хочет побыть дома и полежать на диване, - произнес брюнет, а затем перевел взгляд на китайца. - Извини, Ханни, но я правда слишком устал, - и его он тоже потрепал по волосам, но только с некоторым трепетом, потому что давно мечтал прикоснуться к волосам китайца и ощутить их на ощупь. Парень прошел мимо блондина на кухню, ставя себе чайник. В комнате вновь оказался Хань, но только уже без собаки. - Чаю хочешь, да? – с сочувствием спросил он. - Угу, - кивнул Кай, чуть зевая и направляясь к шкафчику с чаем, как раз туда, где стоял Лухан. - М-м-м, понятно, но вот досада, - блондин опередил его и быстро достал упаковку с чаем. - Он только что закончился, - и с этим словами, отправил только что начатую упаковку чая в мусорное ведро. Кай ошалело наблюдал за его действиями и только успел захлопнуть рот, чтобы китаец не увидел его шока. - Ты что творишь? – воскликнул он. - Представляешь, придется, иди в магазин, чтобы купить чаю, а я не могу, я так замерз, - он обнял себя руками, немного ёжась как от мороза. Огромных сил стоило скрыть ехидную улыбку. Чонин прищурился, а затем цокнул и пожал плечами. - Ничего страшного, я могу и кофе попить, как раз взбодрюсь, - ответил Кай, одаривая китайца гаденькой ухмылкой, которая тут же потухла, когда он увидел, что банка с кофе отправилась вслед за чаем. - Вот беда, - всплеснул руками Лухан. - Я такой неуклюжий, хотел подать тебе и упустил, ай-яй-яй, такой неуклюжий, - лепетал он в след уходящему Чонину и бурчащему себе под нос что-то про «противных китайцев и о том, где он так согрешил, что ему приходится общаться с такими личностями, и что это видимо его прокляли, потому что в прошлой жизни он наверняка предал страну». Хань гаденько улыбался, пока наблюдал за тем, как Кай одевается и идет в сторону двери. Он тоже направился за ним, но парень повернулся и остановил его, упираясь рукой в грудь: - А ты куда собрался? – как бы удивленно спросил брюнет. - С тобой в магазин, - растерялся парень. - Ты ж замерз, - хмыкнул Ким и улыбнулся, когда увидел, как окончательно растерялся Хань. - Но я уже согрелся, - воскликнул парень, но Чонин отрицательно помотал головой. - Я не могу допустить, чтобы мой ученик простудился, поэтому ты остаешься дома, - ухмыльнулся он, быстро скрываясь за дверью и захлопывая её за собой. Лу досадно простонал, осматриваясь по сторонам. Но уже в следующее мгновение он сбегал вниз по лестнице с громко лающим Санни на поводке, а все, потому что Ким Чонин забыл ключи дома, ха-ха-ха.       Кай выходил из подъезда с победоносной улыбкой на губах, потому что сегодня он вышел победителем в их маленькой игре. Он даже захихикал, вспоминая лицо Лу у двери. Но парень никак не ожидал, что в следующее мгновение он услышит громкий крик китайца «Прыгай, Санни, прыгай на него!» и, успев лишь повернуться лицом к нападавшим, будет повален в снег собственной собакой. Санни громко лаял, облизывая лицо хозяина, и вилял хвостом. - Фу, Санни, фу, прекрати, - отбивался от ласк собаки Чонин. - Кажется, кое-кто забыл ключи дома, - ехидно улыбался Хань, играя бровью. Но Чонин был бы не Чонином, если бы просто так всё оставил. Рядом с Лу просыпалась и его озорная натура, которая до этого спала под ворохом напускной серьезности и жизненных проблем. Потому в следующее мгновение Кай ухватился за щиколотку Ханя и резко дернул на себя, от чего парень вскрикнул и упал на лопатки, рядом с Чонином. - Два : два, - ухмыльнулся брюнет, поворачивая голову к Лухану. - Эээ, неее, в снежках я ещё никому не проигрывал, поэтому держись, - и с громким смехом, он вскочил на ноги, убегая от парня. А затем закидывая, растерявшегося Кая снежками, сопровождая это победоносными криками при каждом удачном попадании. Что ж, Чонин решил не оставаться в долгу, потому стал перекидываться с Луханом, пару раз смачно попадая в так удачно выставленную попку. Отчего Лу просто рассыпался в проклятиях и закидывал Кая шквалом снежков. - Боже, скоро Рождество, - выдохнул Хань, когда они объявили временное перемирие и лежали на снегу, раскинув руки и ноги в стороны. - М-да, точно, не люблю этот праздник, - фыркнул Кай. - Как не любишь? – изумленно уставился на него блондин. - Просто в этот праздник я всегда оставался один, - пожал плечами парень. - Даже когда с кем-то встречался, то что-то всегда шло не так и весь Сочельник, а ведь именно тогда должны происходить чудеса, я был один. Друзья по парам или у родственников, и только верный Санни со мной. Да, собака? – улыбнулся парень, ловя своего пса и укладывая рядом с собой. - В этот раз всё будет по-другому, - уверенно заявил Лу. - Ох, Лулу, не давай обещаний, которых не сможешь выполнить, - грустно усмехнулся Чонин, а затем резко поднялся на ноги. - И вообще, чего это ты разлегся? Кое-кто обещал мне снежную битву, а сам валяется, - улыбнулся он, ловко переводя тему. - Эй! Да я тебя сейчас в снег закопаю, - смеясь и подскакивая на ноги, ответил Лу, делая пометку у себя в голове придумать план, чтобы Ким Чонин никогда не забыл это Рождество. И у них вновь началась Третья Мировая по снежкам.       Так они добрались до магазина, не забывая по дороге выгуливать Санни и оттягивать от посторонних собак. В магазине девушка-кассир лаконично удержалась от комментариев по поводу их внешнего вида, когда пробивала чай и кофе. Назад парочка возвращалась с ещё большими криками и лаем, потому что снега становилось больше и ноги постоянно проваливались, давая сопернику больше шансов на победу. В один из таких моментов, когда они уже почти пришли к дому и Чонин упал в снег, Лу засмотрелся на него. Он был таким веселым сейчас, так искреннее смеялся, что для Лухана было самой лучшей музыкой, а его глаза-полумесяцы просто сводили с ума, потому что Хань никогда не видел, чтобы Кай так широко и искренне улыбался. Господи, как же сильно Лу любил его. Ким Чонин полностью и безвозвратно завладел его сердцем. Лу Хань настолько сильно любил парня, что иногда ему казалось, что его сердце просто разорвется на части от этой любви. Особенно ему это казалось тогда, когда он должен был скрывать все свои нежные порывы, которые так и норовили вырваться наружу. Невозможность открыто говорить о своих чувствах, невозможность открыто прикасаться к любимому человеку просто рвали его изнутри. Но проблема была даже не в этом… Проблема была в том, что видимо не один Кай не был готов говорить о своих чувствах до конца. Да, Лухан первый признался сам себе, что любит Чонина. Но сможет ли он также первым признаться и самому Каю?       Красные от мороза щеки, снежинки, которые блестели в темных волосах, как же он красив, думал Лу, совсем не замечая того, что Ким уже стоял на ногах и угрожающе сокращал дистанцию между ними.       В следующее мгновение блондин был повален на лопатки, а Чонин нависал над ним. Он захватил снег в ладонь и стал посыпать на лицо Лу Ханя, от чего тот стал яростно отплевываться и смеяться одновременно, потому что это было так глупо потерять бдительность, залипнув на своем «враге». - Это тебе за чай и кофе, - смеялся Кай, продолжая сыпать снегом. - Аха-ха, остановись, я больше не могу, - верещал Лухан, когда понял, что сейчас просто задохнётся от смеха и неудобного положения, ибо быть придавленным сверху Каем это, конечно же, прекрасно, но не ночью и не в снегу, ибо задница мерзла. Тут Чонин и вправду замер, наблюдая за Лу. Его взгляд резко поменялся с озорного на какой-то другой, словно ему было интересно. Огоньки мелькали на дне темных зрачков, и Лухан непроизвольно сглотнул, когда Кай перевел взгляд с глаз Лу на его губы, чуть прикусив свою губу. По обоим телам, словно разряд пробежался и в следующую секунду Чонин уже склонялся над Ханем, приближаясь к его губам. - Фу, Санни! – громко воскликнул брюнет, когда пес в такой неподходящий момент подбежал к ним и лизнул его в щеку. Возможность была безвозвратно упущена и потому смущенные парни, ничего не говоря, поднялись на ноги, забрали свой пакет с покупками и направились домой, искоса глядя друг на друга и невольно с досадой думая об упущенной возможности. То, что их как магнитом влекло друг другу, было понятно с самой первой встречи, только вот перейти тонкую грань дружбы было очень страшно. Это могло закончиться или слишком хорошо или слишком плохо и эта неопределенность пугала, и именно поэтому они старательно избегали своих желаний и старались не поддаваться порывам страсти, но сегодня это оказалось слишком сложно.       Когда они раздевались в коридоре, Лу заметил на волосах Кима снежинки и потянулся к ним, сбивая их ладонью. Он захихикал, когда Чонин широко улыбаясь, встряхнул своей шевелюрой, как совсем недавно стряхивал снежинки Санни. Хань легко смахнул последние снежинки, и случайно задел пальчиками щеку Кая, после чего тот испуганно схватился за его ладошку: - Боже, Лулу, ты, что был без перчаток? – воскликнул парень, ощущая насколько сильно замерзли руки блондина. Тот лишь опустил глаза в пол и кивнул. - Ну что за глупый? - по-доброму фыркнул Кай, обнимая ладошки китайца своими ладонями и быстро потирая их между собой, чтобы хоть как-то согреть. Он приблизил своё лицо и подул на руки парня горячим дыханием, от чего Хань смущенно опустил глаза, чуть улыбаясь, потому что ему было приятно, что Чонин так заботился о нём и волновался. - Пошли, нужно срочно сделать чай и согреть твои руки, да и самим не помешает согреться, - сказал брюнет, потянув Лухана за руку на кухню и усаживая его за стол. - В следующий раз, обязательно надевай перчатки, - назидательно говорил Ким, а Хань счастливо улыбался от его «в следующий раз». И думал о том, что они медленно, но все-таки уверенно идут навстречу друг другу и однажды обязательно встретятся на этом пути и больше никогда не расстанутся. - Как на счет того, чтобы продолжить наши уроки, о мой беспечный, совершенно не заботящийся о своём здоровье ученик? – спросил Чонин, ставя перед ними чашки с чаем и отрывая Лу от его мыслей. - Оу, да, конечно, - закивал Лу, а затем нахмурился. - И я забочусь о своём здоровье, просто у меня нет перчаток. - Тогда я куплю тебе их, - уверенно заявил Кай и сердце Лу, в который раз за сегодня учащенно забилось. Интересно люди когда-нибудь умирали от счастливого инфаркта? Нет, тогда Лу реально может стать первым счастливчиком.       После чаепития парни прошли в гостиную, и Чонин направился к музыкальному центру. - Ты помнишь основные шаги? – спросил он, бросая взгляд на парня через плечо, и Лу тут же закивал. - Отлично, - брюнет что-то нажал и комнату залила тихая музыка, которая приятно ласкала слух. - Я на досуге сделал отдельный трек-лист. Нужно было выбрать мелодии, которые будут легче всего поддаваться тебе, - объяснил он, поворачиваясь к Лухану с теплой улыбкой. Нет, Лу точно сегодня умрет от переизбытка чувств. Неужели он сделал что-то хорошее, что Вселенная решила наградить его? Это было настолько хорошо, что Хань на секунду стал сомневаться, что перед ним настоящий Чонин, а не клон какой-нибудь. - Давай, попробуй попасть в ритм, - сказал брюнет, и Лу тут же послушался его. Он закусил губу, прикрывая глаза и вслушиваясь в музыку, пытаясь уловить такт и вовремя вступить. Его ноги сами решили, когда нужно начинать, и, подняв руки вверх, словно держал невидимого партнера в объятиях, Хань закружился в медленном вальсе. Он услышал недалеко от себя довольное «угу», но глаза не открыл, полностью поглощенный мелодией и своими движениями.       Хань даже не сразу понял, что произошло, но в его руках оказался не вымышленный Чонин, а самый настоящий. Ведь каждый раз, когда Лу репетировал свои шаги, то всегда представлял на месте партнера - Кая и, то, как они вальяжно кружатся в вальсе. А сейчас брюнет сам оказался в его объятиях, от чего растерявшийся Лухан тут же споткнулся и чуть не упал, но сильные руки тут же подхватили его, возвращая в вертикальное положение. - Просто я подумал, что пора бы уже тренироваться с партнером, - улыбнулся Чонин на волнение Ханя. - Давай попробуем, угу? Ты будешь ведущим, а я ведомым. Хорошо? - Хорошо, - слишком тихо прошептал парень сухими губами, которые казалось, за мгновение обветрились. Дело не в том, что он волновался перепутать шаги или ещё что-то, сейчас его вообще мало заботила эта учеба, потому что Он находился слишком близко к нему и держал за руку так нежно и трепетно, что сердце китайца стучало в ушах, ноги становились ватными, а мысли и вовсе разлетелись как испуганные птички. Парень пытался сообразить, что ему делать и куда двигаться, но просто не мог собрать свои мысли во что-то осмысленное и целостное. Лу что-то шипел, когда спотыкался, а потом долго извинялся, когда путал шаги и наступал Каю на ногу, отчего последний лишь добродушно посмеивался, убеждая блондина, что всё в порядке и он не фарфоровый, потерпит. Но успехов так и не намечалось, потому Чонин остановил Лу Ханя и улыбнулся: - Давай я тебе сначала покажу, а потом ты повторишь, ладно? – и, услышав тихое «угу», поменял их позиции, перехватив руки Лу и укладывая свою ладонь ему на поясницу, прижимая чуть ближе к себе. - Смотри, сразу идешь сюда, затем так и… - он что-то говорил Ханю, но тот его совсем не слушал, потому что ладонь Чонина лежала у него на пояснице и он прижимал его так близко к себе, что хотелось просто кричать от восторга. Кай же украдкой наблюдал за счастливым выражением на лице блондина и пытался сосредоточиться на движениях, чтобы хоть как-то отвлечься от мысли, что парнишка сейчас так близко к нему, так доверчиво прижимается к его телу, отчего по всем клеточкам разливается такое приятное тепло. Они и вправду идеально подходили друг другу, словно кто-то специально слепил их как две половинки чего-то большого. Все изгибы тела Ханя так идеально вписывались в фигуру Чонина, что это казалось чем-то не реальным. Хотелось заключить Лухана в крепкие объятия, зацеловать и заобнимать его до смерти и больше никогда-никогда не отпускать. Но он отпустил, со вздохом отстраняясь от парня. - Запомнил? – спросил парень у Лу. Тот рассеянно кивнул и взял руку Кая в свою, делая теперь его своей партнершей и укладывая свою вторую руку на пояснице брюнета, чуть притягивая к себе. Он сделал шаг, второй, но потом опять сбился, потому что первые два шага это единственное, что он помнил из речи Чонина. Кай тихо засмеялся ему на ухо и соблазнительно прошептал: - Надо повторить, а то кое-кто совсем меня не слушал, - он улыбался, ибо Хань это кожей чувствовал. - Но только я сделаю это по-другому, - и в тоже мгновение он резко потянул парня на себя, заставляя того встать ему на ноги и совсем тесно прижимая к себе, крепко держа за талию и ощущая всем телом. - Так ты быстрее выучишь, - ухмыльнулся он на удивленно - тихий вздох-выдох китайца. Брюнет стал шагать в такт музыке со своей ношей, и казалось, совсем не замечая покрасневших щек Лухана и смущенного взгляда. - Запоминаешь? - Да, - на выдохе. - Хочешь ещё лучше запомнить? – в самое ухо. - Хочу, - опять на выдохе. - Посмотри на меня.       Хань поднимает взгляд и встречается с глубокими карими глазами, в которых казалось, уже так давно утонул. Чонин смотрел пронзительно, заглядывая прямо в душу, и видимо что-то ища там, а когда нашел, то ухмыльнулся и приблизил своё лицо к лицу Ханя, хотя куда уж ближе… Брюнет провел рукой по щеке Лу, замирая, а затем прикоснулся губами к губам китайца в нежном, словно прикосновение бабочки, поцелуе. Хань прикрыл глаза от ощущения мягких губ Кая на своих и, наслаждаясь таким робким поцелуем. По их телам побежали мурашки, волосы на руках встали дыбом, настолько сильно парни электризовали друг друга при одном лишь невинном касании губ. Чонин губами прикоснулся к нижней губе Ханя, чуть оттягивая её и заставляя китайца впустить его, чтобы углубить поцелуй. Когда Хань приоткрыл рот, то язык Кая тут же скользнул внутрь, неловко касаясь языка Ханя, как бы ещё раз спрашивая разрешения. Тихий стон, вырвавшийся из Лу, ручки, которые скользнули вдоль груди брюнета и сцепились за его шеей, вплетаясь пальчиками в темную шевелюру, и были тем самым разрешением. Немедля ни секунды Чонин углубил поцелуй, делая его более требовательным и настойчивым, обхватывая руками талию Ханя и прижимая ещё ближе к себе. Лу привстал на носочках, всё ещё стоя на ногах Чонина, чтобы было удобней целовать его и отвечать на такие долгожданные поцелуи. Господи, ну и зачем они так долго сдерживались, когда так сильно желали этого? Они пытались насытиться друг другом, восполняя потерянное время – впивались в губы грубыми поцелуями, кусались, нежно зализывая места укусов, стукаясь зубами и тихо рыча в поцелуй от возбуждения, когда он становился слишком страстным. Когда воздуха стало слишком мало, парни отстранились друг от друга, дыша так, словно только что пробежали кросс.       Страсть всё ещё туманила разум, но визгливый голос в голове Ханя орал как гребанная истеричка о том, что же он наделал. Лу смотрел в глаза напротив, которые были полностью затуманены желанием и понимал, что всё пропало. Они слишком рано перешли границу, да и те чувства, что вызвал в нём Чонин, напугали впечатлительного блондина, и он резко отскочил назад, вырываясь из объятий Кая. - Окно! – взвизгнул он и Чонин машинально обернулся к окну, но ничего там не увидел и тут же повернулся обратно, видя уже спину китайца, который кричал через плечо. - Я забыл закрыть дома окно! А снег… Боже, там, наверное, всё замело, - лепетал он, быстро натягивая на себя куртку. - Вот растяпа, - сокрушался парень. - До встречи, Кай! – и выскочил из квартиры, оставив растерявшегося Чонина и дальше теряться в своих мыслях. Но он недолго стоял на месте, ибо через секунду вылетел на балкон, наблюдая за выбегающим из подъезда китайцем. Тот явно говорил сам с собой, потому что сначала закрывал лицо руками, мотая головой, затем вскидывая руки кверху, видимо спрашивая что-то у Вселенной, а потом и вовсе чуть не проламывая себе лоб очередным фейспалмом. Кай лишь улыбался, наблюдая за ним: - Мой смущенный Олененок, - пробормотал он, глядя на то, как тот нервно пытается открыть дверцу машины. - Так сражался за моё сердце, а когда почти заполучил его – испугался, - усмехнулся парень, возвращаясь в квартиру. А вы думали, что Кай ничего не видит? Пф, он знал этого ещё в тот самый момент, когда принимал игру Ханя. Просто раньше он не хотел этого замечать, а сейчас понимал, что полностью во власти этого Китайского Оленя, который так смело боролся за его сердце, преодолевая барьер за барьером, не обращая ни на что вимания, и когда Чонин сделал шаг навстречу, так перепугался. И кто из них был более не готов? Чонин прыснул, обещая себе, что завтра отловит этого трусишку и, чтобы тот больше не смел сбегать, привяжет его к себе навеки вечные.       С самого утра Кай чувствовал себя великолепно. В его душе за последние месяцы впервые царил покой. Он наконец-то разобрался со своими чувствами и сейчас готов был рассказать об этом всему миру, но самое главное, что он должен был рассказать об этом Лухану и наконец-то закончить их игру, начиная что-то более увлекательное, чем просто игра в «кошки-мышки».       Он бодро вышагивал вдоль улиц, направляясь в кафе к Ханю, где он был уверен, тот точно будет. Где прятаться лучше всего? Конечно же, на работе, в месте, которое очень круто отвлекает мысли. Парень резко распахнул двери и замер, не веря своим глазам.       Лухан стоял возле столика, облаченный в форму заведения и мило с кем-то разговаривал, счастливо улыбаясь посетителю. Ага, посетителю. По имени О Сехун. Хань весело засмеялся, прикрывая рот ладошкой, а Сехун постучал на место возле себя и блондин тут же юркнул к нему, присаживаясь рядом и радостно о чем-то щебеча.       Чонин нервно сжал кулаки, желваки заходили на щеках от плотно сжатых челюстей. Он выдохнул, стараясь успокоиться, но было поздно. Океан ревности уже сносил его с ног, накрывая бездушными волнами, засасывая Кима в свои самые беспросветные впадины. Все его страхи вырвались наружу, все плохие воспоминания тут же пронзили сердце, а осознание своей тупости и доверчивости плотно сжало горло, как удав, который обвился вокруг его шеи и, не давая парню сделать хоть один единственный вдох. Это уже во второй раз он видит их вместе и сейчас намного больнее. Даже слишком. Вот теперь-то Лухан добился того, чего боялся больше всего. Чего там говорят? От любви до ненависти один шаг? Правду говорят. В одно мгновение липкая ненависть завладела сердцем Чонина, поглощая все разумные доводы и попытки внутреннего голоса достучаться до парня и убедить его не пороть горячку, а подойти и всё самому выяснить.       Вот и вырвались наружу все недосказанности, все те не высказанные вопросы, которых парни так избегали, рисуя в воображении Кая просто зверские картинки того, как Лухан предает его, как он, оказывается, лицемерно улыбался ему, что все, что было между ними – это просто насмешка и шутка, совсем не удачная шутка. Теперь всё это травило душу Чонина, как червяки, которые грызли его изнутри. Парень резко развернулся на пятках и вышел из кафе.       Лухан словно почуяв что-то неладное, на мгновение обернулся назад, но возле двери никого не было, лишь колокольчик жалобно звякнул. Он чуть нахмурился, но списал это на общее волнение. Парень ещё даже не подозревал, что его предчувствие было правильным и ничего хорошего оно явно не предвещало.