Это жизнь, тут всякое случается...

Слово от автора: Ребятушки, любимые мои и самые дорогие, хочу поздравить вас всех с этим светлым праздником и, конечно же, пожелать любви! Знаете, Валентинов день - это праздник не только для влюбленных, это праздник для всех, потому что каждый из нас во что-то или в кого-то влюблён. Будь то любимая работа, хобби или к примеру, музыкальная группа. В моём случае, это и правда ЕХО, потому что парни вдохновляют меня, заставляют становиться лучше и стараться изо всех, двигаться дальше и с улыбкой смотреть в будущее. Я рада, что существует такой праздник как День Святого Валентина, потому что всё, что происходит в мире делается из-за любви, с любовью и во имя любви. Так что, если вы в паре или одиноки сейчас, это не так важно, потому что любовь всегда среди нас, она рядом, окружает со всех сторон, стоит только присмотреться, захотеть увидеть это чудо из чудес и тогда всё обретёт совсем другие краски. Поэтому, любите и будьте любимы, мои самые хорошие! Я вас очень люблю! ^____^ Всем саранхульки и хорошего настроения в этот день. Берегите себя!       Прошло не много - немало около трёх лет. Столько всего произошло, столько всего поменялось, что сейчас даже невозможно было вспомнить всё в хронологическом порядке. Единственное что не изменилось то, что Чонин и Лухан по-прежнему так же сильно любят друг друга. Хотя нет, вру. Они стали любить друг друга ещё сильней, ещё безумней и трепетней, ещё неистовей и нежней.       Хань продолжал работать в своём кафе. Родители полностью отдали бизнес в его руки, и он решил оставить часть ресторанов в Китае, а часть открыть в Корее, чем собственно сейчас он и занимается. Первый ресторан, который он лично вырастил, только начинал работу, но уже пользовался популярностью. Чонин, как и хотел, открыл свою собственную школу искусства. Жаль, что ради этого ему пришлось много работать и часто летать по странам Азии с концертами, но это того стоило, потому что сейчас школа процветала. Но он сделал даже больше, чем мечтал, потому что в школе преподавали не только хореографию, но ещё вокал и уроки игры на музыкальных инструментах. Этим заведовали Чанёль и Бэкхён.       Эта четверка настолько сблизилась, что даже сейчас, в самый ответственный момент их жизни, была вместе. А самый ответственный, потому что Чонин, облаченный в строгий черный костюм и черное пальто, с букетом в руках, стоял в свете огней, отбрасываемой часовней в центре Лас-Вегаса, и ждал самого важного, самого главного и самого любимого человека всей своей жизни. Рядом с ним топтался, переступая с ноги на ногу Пак, нервно теребя точно такой же букет в своих руках.       Вечерний морозный ветер нежно ласкал волосы Кая, и он прикрыл глаза, вспоминая то, почему он здесь оказался…       Они были вместе уже два года. Чонину всегда было недостаточно того времени, что он проводил с Лу. Он хотел, чтобы в сутках было 48 часов, и он обязательно проводил бы их все со своим Оленёнком. Он обожал его, не мог никак насытиться, хотел, чтобы все знали, что такой парень, как Хань, принадлежит только ему и никому больше. Понятное дело, что они не могли открыто говорить о своих отношениях, потому что даже сейчас, в современном мире, это не все понимают. Но всё-таки парные кольца парни носили, но даже этого Каю не хватало. Поэтому однажды он все же решился.       Ким позвал Лухана на свидание, пообещав сюрприз. Лу тогда даже ни о чем не подозревал и сильно не готовился к встрече. Он пришел в школу к Чонину, когда у того закончились занятия. Сегодня у Ханя был выходной и он выглядел по-домашнему мило, не выряжаясь, зная, что идет к самому любимому человеку, который будет любить его даже с не уложенными волосами, в растянутой, но такой уютной, кофте, старых конверсах и самых обычных джинсах. Кай быстро переоделся в чистую одежду, даже немного официальную, что немного удивило Лу, но он ничего не сказал, позволяя себя немного сонного и уставшего тянуть куда-то вверх по лестнице.       Когда Чонин распахнул перед ним дверь, ведущую на крышу, Хань пораженно охнул. Крыша, которая находилась над школой Кая, преобразилась. Всё здесь мигало золотыми огоньками, посредине стоял стол с ужином на двоих, даже свечи уже были зажжены. Брюнет ласково улыбнулся китайцу и провел его к столу, усаживая на стул. - Что это всё значит, Чонин? Ты решил так красиво бросить меня, да? – прыснул блондин, когда Кай усаживался напротив. - Тьфу, на тебя, - отмахнулся парень. - Я просто хотел сделать тебе приятное, ты так много работаешь в последнее время. Я хочу, чтобы ты расслабился, - улыбнулся парень. - Оу, - охнул Хань. - Спасибо, - он смущенно опустил глаза, когда его щеки стали покрываться румянцем. Чонин хмыкнул и стал разливать вино в бокалы. Его руки немного подрагивали от волнения, ведь он собирался сделать самое важное в своей жизни предложение. - Ханни, - позвал парень, поднимая свой бокал в воздух. - М? - Я хочу выпить за тебя. Спасибо, что ты появился в моей жизни. - Это тебе спасибо, что разрешил появиться там, - улыбнулся Лухан и чокнулся бокалами с Чонином. Он чуть отпил и довольно зажмурился, хорошее вино. Его язычок скользнул по нижней губе, слизывая капельки, и Лу услышал, как его парень судорожно выдохнул. - Никогда не перестану хотеть тебя… - прошептал Кай, вставая со своего места и подходя к Лу Ханю. Блондин с готовностью повернулся к нему, ожидая, что получит сейчас внеочередной поцелуй, но брюнет остановился рядом и опустился на одно колено, заставляя китайца пораженно изогнуть бровь. - Чонин, что ты… - но ему не дали закончить, потому что Кай вытащил из кармана синюю коробочку, открывая её. Обручальное кольцо - небольшой ободок, усыпанный драгоценными камнями. - Я безумно люблю тебя, Хань. Не представляю своей жизни без тебя. Хочу, чтобы ты всегда был моим, чтобы официально стал моим и чтобы я мог назвать тебя своим супругом. И если ты согласишься, то я увезу тебя в любую страну, куда захочешь, и мы поженимся, только скажи… - он глотнул воздуха, - Ты выйдешь за меня?       Лу изумленно смотрел на него, не веря своим глазам. Он прижимал ладошку ко рту и даже слова не мог выдавить из себя. Сердце бешено колотилось в груди, мысли метались, а глаза смотрели только на Чонина, боясь, что он сейчас исчезнет как мираж. Думал ли он когда-нибудь о свадьбе с Каем? Ну, конечно же, думал! Ведь ему тоже так хотелось ощутить то счастье, которые предвкушают молодожены перед свадьбой, сама свадьба, клятвы данные на века, первая брачная ночь и медовый месяц длиною в жизнь. Блондин перевел взгляд на кольцо и вздрогнул, когда услышал шепот Кая: - Господи, Оленёнок, если ты сейчас ничего мне не скажешь, то я просто умру…       Но Хань уже вскочил со стула с криком «Да-да, я согласен, конечно-конечно!», кинулся на Чонина, повалив его на пол, потому что не рассчитал силы, а Кай просто не ожидал такой прыткости от него. Лу стал зацеловывать лицо брюнета, что-то говоря о том: «Как ты вообще мог переживать, что я не соглашусь, глупый Кай» и «Конечно я согласен, как может быть иначе, я же люблю тебя до безумия». Они долго ещё целовались и обнимались, лежа на полу, хорошо, что весна на дворе. А на следующий день парни узнали, что и Чанёль сделал предложение Бэкхёну.       И вот сейчас, в Сочельник, чуть меньше чем через год после официального предложения руки и сердца, стоя под «свадебной часовней» в Лас-Вегасе, потому что так захотел Лу Хань, он ждал того момента, когда сможет официально назвать своего Оленёнка - супругом. Им не нужно было получать лицензию на брак, потому что они не стремились узаконить свои отношения, они хотели только церемонию, потому найти церковь, которая согласна провести лишь торжественный обряд без всяких там документов оказалось проще простого.       Перед ними появилась белая машина, громко сигналя, и оттуда вышел Бэкхён. Он был одет во всё белое, как и подобает второму жениху. Парень радостно кинулся в объятия Пака, который тут же закружил его, легко отрывая от земли. Они чмокнули друг друга, смущенно косясь на Чонина, который нервно выглядывал другую машину, на которой должен был приехать Хань. - Не переживай, Кай, он сейчас будет, - проговорил Бэк, сжимая в руках свадебный букет и прижимаясь к Чанёлю, который счастливо улыбался во все тридцать два зуба и кивал, подтверждая слова Бёна. Как будто в подтверждение слов парня, раздался громкий сигнал автомобиля, и рядом с ними замерла ещё одна белая машина. Из неё вышел смущенный Лухан, тоже облаченный во всё белое. - Ангел мой… - выдохнул Чонин, делая шаг к нему навстречу. Блондин тут же кинулся к нему в объятия, пряча смущенную мордашку на груди у парня. - Я опоздал, прости. - Ничего, ты ждал меня гораздо дольше. - Я так волнуюсь, - признался Лу, прижимаясь к Каю и чувствуя легкий поцелуй в макушку. - Не переживай, любимый, я же с тобой, всё будет хорошо. Сегодня наш день и мы должны наслаждаться им. Хорошо? - Угу, - кивнул Хань, поднимая голову и получая легкий поцелуй в уголок губ, довольно жмурясь от такой нежности и трепета. Ему вручили букет «невесты» и обе парочки направились в часовню, где их уже давно ждали.       Церквушка не отличалась чем-то особенным. Небольшое помещение со сводами. Всё в белом мраморе и золоте, повсюду куча цветов – белых и сиреневых. Лавочки, украшенные лентами в тон цветам, ангелочки, которые «летали» под потолком. Добродушный дяденька-священник с милой улыбкой и понимающим взглядом, обращающийся к ним «дети мои».       Кай и Лухан были первыми, поэтому Чанёль и Бэкхён заняли свои позиции свидетелей рядом с ними. Священник начал церемонию, говоря что-то о любви, заключенной на небесах, об обетах, которые они дадут сегодня и что теперь они навсегда станут супругами. Он ещё долго что-то говорил, но ни Чонин, ни Хань его не слышали, потому что тонули в глазах друг друга, держась за руки и безмолвно рассказывая друг другу о своей глубокой и безусловной любви. - Теперь вы можете принести друг другу клятвы и обменяться кольцами, - произнес священник и Чанёль тут же подал кольцо Чонину, который первый говорил свою клятву.       Парень взял кольцо в руки и перевел взгляд на глаза Лу, глубоко вздыхая, на мгновение, прикрывая глаза, пытаясь запечатлеть всё происходящее в своей памяти навечно: - Лу Хань, только благодаря тебе я смеюсь и улыбаюсь, я не боюсь снова мечтать и планировать счастье. Я смотрю вперед с большой радостью, чтобы провести остаток моей жизни с тобой. Заботясь о тебе и помогая во всех трудностях, которые жизнь уготовила для нас, я клянусь быть верным и преданным тебе до конца своих дней. Я обещаю настойчиво любить тебя во всех твоих проявлениях сейчас и навеки. Я обещаю всегда помнить, что моя любовь к тебе является единственной любовью всей моей жизни. Клянусь навсегда быть только твоим. Я люблю тебя. Навеки, - с этими словами, которые парень произнес на китайском – родном языке Лу, потому что знал, что ему будет приятно, он надел обручальное кольцо на безымянный палец левой руки своего Ханни.       Хань всё это время смотрел на Чонина со слезами на глазах и, закусывая губу, чтобы не разрыдаться в самый ответственный момент и не забыть свою клятву. Он взял кольцо, которое подал ему Бэкхён и посмотрел в глаза Каю, смахивая не нужные слёзы. - С того момента, когда я впервые увидел тебя, я знал, что ты тот человек, с кем я хотел бы прожить свою жизнь. Твоя красота, сердце и ум вдохновляют меня быть лучшим человеком, чем я могу быть. Я обещаю любить тебя вечно, уважая тебя, быть с тобой честным и верным тебе. Я обещаю принадлежать тебе душой, телом и духом. Ты — моя жизнь, моя любовь, смысл моего существования. Возьми это кольцо и носи его в знак того, что мы — супруги, и нет такой силы в мире, что могла бы нас разлучить. Я люблю тебя, Ким Чонин, - в этот момент парень надел обручальное кольцо на руку своего возлюбленного с восторгом замечая, что Кай тоже волнуется, потому что его рука дрожит. - Властью данной мне штатом Невада, объявляю вас мужем и мужем, можете закрепить ваш союз поцелуем, - радостно воскликнул священник, довольно улыбаясь, когда Чонин и Хань подались навстречу друг другу, даря нежное прикосновение губ. Рядом раздались радостные крики Пака и Бёна, которые тут же стали осыпать парочку лепестками цветов и поздравлять их. - Господи, это было так чувственно, что я чуть свою клятву не забыл, - восторженно восклицал Бэк, обнимая Лу, - Поздравляю, Ханни. - Да, брат, не думал, что доживу до этого момента, - ухмыльнулся Пак, притягивая в дружеские объятия Кая, - Поздравляю, друг.       Они тут же поменялись местами и новоиспеченные супруги заняли места Чана и Бэка, чтобы засвидетельствовать и их свадьбу тоже. А потом шампанское в потолок и громкие поздравления. Торжество в лимузине и ночной Лас-Вегас. Крики из люка, смех и море улыбок. Страстные поцелуи, пока никто не видит, и украдкой сплетенные пальцы. А ещё клубы, казино, бешенные ставки и неимоверные выигрыши. Разве в такой вечер можно проиграть? А если даже и да, то разве это имеет хоть какое-то значение?       Только к утру, молодожены вернулись в свой отель. Бэкхён и Лухан обернулись к своим уже мужьям и лукаво подмигнули: - Парни, вы же понимаете, что нам нужно чуточку времени, чтобы подготовиться? - Оу, наши женушки решили устроить нам сюрприз? – играя бровями, спросил Пак. - Я сейчас тебе устрою женушку, - шикнул на него Бэк. Разве они могут без этого? Нет, конечно же. - Через полчаса, в нашем номере, - призывно произнес Лу прямо в уху Каю, и тому осталось только ловить ртом воздух, когда этот чертёнок ещё умудрился накрыть ладонью ширинку брюнета, оставляя того томиться в мучительном ожидании, тут же исчезая из виду. - Пошли в бар, - хлопнул его по плечу Пак, уводя из холла. - Хоть мы сегодня и достаточно выпили, но бокальчик виски не помешает. - Согласен, друг, - улыбнулся Чонин, кивая на предложение Чанёля.       Полчаса пронеслись незаметно за двойным виски и обменом впечатлениями от закадычных друзей. И вот они уже поднимаются на семнадцатый этаж, чтобы провести свою первую брачную ночь с самыми любимыми на свете супругами. Но выйдя из лифта, замирают. - Ты… - А ты…       Они запнулись, почти одновременно хлопая ладонью по лбу. Хмельной мозг не хотел выдавать им цифры их номеров, более того, они их даже не знали, потому что в случае Чанёля – Бэк сам выбирал номер, а в случае Кая – Хань вел его к номеру и тот даже не посмотрел на цифру, надеясь, что блондин всегда будет рядом. - Позвонить и спросить? – предложил Кай. - Чтобы они нас тогда вообще не впустили? – прыснул Чанёль. - И то, правда. Тогда по памяти? - Давай.       Друзья пошли вдоль коридора, пытаясь выловить хоть что-нибудь знакомое. Почти одновременно выдохнув облегченное «О!», парни замерли напротив противоположных дверей. Чонин взялся за ручку двери и улыбнулся Чанёлю: - Только не разнесите номер, как когда-то мою квартиру. - А вы потише там, а то я до сих пор не могу забыть стонов Лу, - ухмыльнулся Пак и, махая другу на прощание, скрылся за дверью. Кай последовал его примеру. Но не прошло и секунды, как они оба вылетели обратно, а из-за дверей одновременно раздались возмущенные вопли: - Это номер ЧанБэков, идиот! - А-а-а-а, Пак Чанёль – извращюга! - Ошиблись, - в один голос воскликнули парни, испуганно оглядываясь назад, а, затем, чуть не сбивая друг друга с ног, пытаясь забежать в нужный номер.       Кай ожидал тут же услышать в свой адрес поток угроз и обвинений, но в номере было тихо. Свет был приглушен, рядом с кроватью везде мигали свечи, а на столе стояло открытое шампанское и бокалы. Но самое удивительное ждало его на кровати. Такого Чонин не мог себе представить даже в своих самых смелых фантазиях. Его Лулу восседал на кровати, закинув ножку на ногу, и призывно глядел на него из-под полу припущенных ресниц. Но это тоже не самое главное. Главное - парень был одет в белый кружевной корсет и такие же трусики, его стройные ножки были обтянуты белыми чулками, на правой ноге красовалась подвязка, а на голове небольшой ободок с белыми цветами и фатой, которая прикрывала половину лица блондина. Кай даже сглотнул от такого вида, пытаясь взять себя в руки. Хань выглядел так скромно и так развратно одновременно, что хотелось втрахивать его в кровать, пока они оба не потеряют сознание. - Сегодня же я твоя невеста, - томно пропел китаец, чуть разводя ноги, а затем, отползая по кровати вверх. - Иди ко мне, муж мой. - Не-а, - облизнулся Чонин, направляясь к парню. - Ты не невеста и не женушка, - тихо говорил он, заводя Лу одним своим голосом. - Ты самый сексуальный, самый желанный, самый обворожительный, самый провокационный, самый бесстыжий, самый очаровательный муж на свете, - почти мурлыкал Кай, подползая к Лухану и нависая над ним. - Ты заставляешь своего супруга постоянно желать тебя, - улыбнулся парень, а затем прильнул к губам Ханя. - Но ты забыл самое важное, - игриво прошептал блондин на ухо Киму. - Я об этом никогда не забываю. Самый любимый, - он сорвал с головы китайца венок, откидывая его в сторону, а затем припадая к открытой шее и ключицам. - Самый-самый любимый, - срывая первый сладостный стон с губ Лу.       Они не помнили, сколько прошло времени, сколько раз Чонин заставлял Ханя кричать и биться в его руках от нахлынувшего наслаждения, теряясь в таком же экстазе, что и китаец, но к тому времени, когда парни хотя бы на половину насытились своей первой брачной ночью, солнце уже появилось над горизонтом. Лу тяжело дышал, когда Кай укрывал его одеялом и притягивал к себе за талию. - Знаешь, я буду помнить нашу первую брачную ночь всю жизнь. - Приготовься, Оленёнок, потому что таких ночей у тебя будет ещё много и придется их всех запоминать, - ухмыльнулся Чонин, трепетно прижимая к себе любимое тельце. - Чонин… - М? - С Рождеством тебя, любимый, - довольно улыбнулся китаец, получая легкий поцелуй в губы. - С Рождеством, любовь моя. Ты выполняешь своё обещание, - возвратил улыбку Кай. - Я люблю тебя, Чонин. - И я люблю тебя, Ханни.